# Обычный процесс

Александр Борисович Зверев

Юридические байки.

## "Обычный процесс"


Вот уже целую неделю судья вела унылые процессы по административке, страховкам, банковским искам по потребительским кредитам и неустойкам дольщиков. Куда ж без них... Всё это изрядно осточертело опытной судье. Для того ли сутками разбирала дела она в начале своей карьеры? Для того ли, идя навстречу простым людям - физическим лицам - "физикам", не искушённым в юриспруденции, рисковала недостаточной мотивировкой судебных актов и частенько получала по шапке от Мосгорсуда, а следом и от председателей судов? Ей, ещё не старой, но уже не молодой, хотелось чего-то большего, значительного, и, за неимением этого, хотя бы просто интересных дел, сложной правовой квалификации. Пусть риск, пусть посмотрят в Мосгорсуде как на упрямую дурочку, но всё же, если попадётся толковый юрист....как знать! Такому бы она с радостью помогла бы наковать новую практику в надзоре. Был бы такой юрист! Эти размышления немного отвлекли её от процесса, в котором она дала себе сегодня небольшую передышку во время вопросов ответчика к истцу. Ответчик - молодой паренёк, представитель страховой компании, напористо утюжил своими вопросами ответчика - весьма импозантного дядечку, с которым сама она была бы не прочь...."


"Так, - хлопнув ладонью по столу, резко и громко сказала судья, - у вас всё?" Истец ошарашенно, наивными васильковыми глазами, смотрел на судью, как на своё строгую мамочку и хлопал своими по-детски пушистыми ресницами. Симпатяшка, - подумала она и снова смягчилась. Надо было возвращаться к рутине..


Итак, дело было простое, - это было для неё очевидно. Необходимая фактура для мотивировки была собрана и можно было сегодня же отписать решение суда и больше не возвращаться к этому вопросу. Вопросы... - подумала она.


- Ответчик! У вас будут вопросы к истцу? - властно спросила судья.


- Да нет, уважаемый суд, - робко ответил дядечка.


Всё же, ей было обидно, что в нарушение негласной процессуальной этики, этот юнец применял силовой подход к ответчику - непрофессиональному участнику спора. Это было некрасиво и требовало наказания. К тому же, правовой подход Верховного Суда, в отличие от Высшего Арбитражного Суда узаконившего тихий грабеж страхователей методом несправедливого занижения стоимости реального ремонта автомашины, судью не устраивал, и при наличии возможности судья давала фору простым людям.


- Ещё вопросы будут? - вопросительно посмотрела судья на истца, надеясь, что тот опять начнёт утюжить ответчика малозначащими для неё вопросами.


Так и случилось, из Василька, как из рога изобилия, посыпались вопросы. В это время судья сосредоточилась на документах. Она ещё раз удостоверилась, что истец подавал ключевые для него документы без описи, отметок об ознакомлении с делом не было, а это значило, что дело не могли фотографировать и фиксировать наличие в деле доказательств. В целом, судье можно было смело манипулировать составом документов. Что там говорил Василёк, чего всё требовал внести в протокол, она не слышала и её мало интересовало.


- Суд переходит к исследованию документов, - сказала она и стала неспеша и чётко проговаривать реквизиты документов, при этом изредка поглядывая на Василька. Тот и не думал что-то записывать и фиксировать. Эх! - подумала она, - совсем юнец, и ей стало немного жаль Василька.


Перечислив все документы, и не назвав трёх ключевых документов для Василька, она вновь исподлобья украдкой посмотрела на него, но тот лишь хлопал своими пушистыми ресницами и ровным счётом ничего не догонял.


- В прениях желаете участвовать? - спросила она.


- Нет, уважаемый суд, - подскочив в очередной раз с места, тревожно протараторил Василёк и тут-же сел. Видимо, к этому моменту Василёк исчерпал весь свой пыл. Её немного раздражало показное уважение, и в особенности со стороны мужчин, которые в процессе совсем не были мужественны и каждый раз с испугом вскакивали с места и по лакейски подобострастно добавляли к каждому сказанному "уважаемый суд" или "ваша честь". Эта тряпичность её просто бесила.


Точно не желаете? - немного стебаясь над Васильком, спросила она только для того, чтобы посмотреть, как он в очередной раз подорвётся с места. Так и случилось; Василёк снова подскочил, тревожно сказал нет, добавив про уважаемый суд, и опять сел.


-Ну, на нет и суда нет, тихо и почти неслышно сказала она и ухмыльнулась двусмысленности этих в слов в данном контексте.


- Суд удаляется в совещательную комнату, - вставая с места проговорила судья. Вместе с ней встали все остальные.


Уходя в свой кабинет, она по привычке оставила дверь приоткрытой. Часто бывало, что стороны, чувствуя свободу выражений в отсутствие судьи, в пылу эмоций раскрывали свои истинные намерения и обнаруживали своё коварство и злоупотребления правами. Это позволяло ей увидеть истинную суть спора и учесть это при вынесении решения. В этот раз, что и следовало ожидать, в зале стояла гробовая тишина. В своём кабинете судья откинулась в кресло, глотнула давно остывшего чая, закрыла глаза, немного расслабилась, и вновь встала и прошла в зал.


Когда она зачитывала решение, она построила предложение так, чтобы создавалось ощущение победы истца. В момент описания исковых требований, Василёк оптимистично смотрел прямо и куда то вдаль, едва заметно победно улыбался. Однако после слова "отказать" выражение лица Василька изменилось и он стал смотреть вниз, скрывая досаду поражения.


Прошло шесть лет. В зал судебных заседаний вошёл мужчина средних лет, в котором едва угадывался Василек. Он улыбнулся судье, а она ему. Ещё бы! Ведь она помогала ему ковать новую судебную практику.