Однажды пробираясь по потайным ходам, сквозь отдушину Бран услышал за стеной плач и сердитый голос. Король остановился взглянуть сквозь узенькую щелочку, нарочно оставленную между камнями.
- Иджерна, хватит выкрутасов! - говорил высокий широкоплечий мужчина, расстегивая гульфик и прижимая к стене молодую женщину. - Кончай давай!
Та, хрупкая и темноволосая, с плачем пыталась оттолкнуть мужчину, который, закончив с гульфиком, принялся задирать подол ее платья. На лицо женщины падал свет, и Бран узнал ее: Иджерна Леконт, из младших дворцовых фрейлин. Ноги у Иджерны оказались стройные и красивые, но, кажется, она была вовсе не расположена идти навстречу желаниям мужчины, зажавшего ее в темном углу.
- Нет, пожалуйста! - взмолилась она, из последних сил пытаясь вырваться из хватки мужчины и одернуть юбку. - Отпустите меня! Я не хочу!
- А тебя никто и не спрашивает, - прошипел мужчина, пытаясь засунуть ладонь между ее стиснутых бедер. - Ишь ты, хитрая какая - повадилась от меня бегать. От меня не убежишь!
- Господин Патрик, пожалуйста, не надо, я не хочу! - безнадежно всхлипнула Иджерна.
- Врешь, - сказал мужчина. - Хочешь. Ты всегда сначала брыкаешься, а потом рада-радешенька, когда тебе засандалят поглубже. А ну раздвигай ноги!
Иджерна отчаянно помотала головой.
- Ах ты, шлюха! - рассвирепел он и встряхнул девушку за плечи. - Да я тебя...
Он занес руку для затрещины, но руку эту перехватил Бран, появившийся из потайной двери у него за спиной.
- Даже шлюхи дают по доброй воле. А эта девица недвусмысленно дала вам понять, что не желает иметь с вами дела, - сказал Бран.
Речь была прекрасная, но, договорив ее, Бран осознал, кого держит за руку: это был дюк Патрик Логан, ставший одним из Пятнадцати Нобилей меньше полугода тому назад, после смерти своего отца. И мешать Патрику... не стоило. Хотя бы потому, что помешать Логанам было очень и очень непросто.
Сердце у Брана ухнуло в желудок, но отступать было поздно. Судя по налитым кровью глазам Патрика, тот мог и врезать, не разбираясь. Сложением напоминая медведя, дюк Логан был старше короля и шире его во всех местах, и при мысли о том, что дело может дойти до драки, Брану стало не по себе.
- Ваше величество... - пискнула Иджерна.
У нее подкосились ноги, и она бы упала, если бы не Логан, прижимавший ее к стене.
- Отпустите девушку, - произнес Бран как мог холодно и твердо, не выпуская руки Логана. - Я вам приказываю.
Логан тупо уставился на Брана, но, кажется, все-таки узнал его: в маленьких глазках дюка, похожих на свинячьи, затеплилось понимание.
Пока мужчины играли в гляделки, Иджерна пришла в себя. Оттолкнув Логана, она вырвалась из его объятий и шмыгнула за спину Брана. Не сводя глаз с красной физиономии дюка, Бран слышал, как фрейлина шуршит юбками, приводя себя в приличный вид.
Логан перевел взгляд с Брана на Иджерну и нахмурился. У него в голове явно происходила какая-то сложная работа мысли.
- Это что, - наконец сказал он, опуская, к облегчению Брана, руку, - ты себе, значится, кого получше нашла?
- Это к делу отношения не имеет, - сказал король, стараясь забыть о том, что Логан не снизошел даже до приветствия в его адрес. - Просто извольте, дюк, оставить эту девушку в покое. Раз уж она не жаждет вашего общества.
- Не жаждет моего общества? - тупо повторил Логан. - С чего бы это? Она же всегда жаждала... сир. И не меня одного, - Логан с мстительной злобой метнул взгляд в Иджерну.
- Нет! - вскрикнула та. - Неправда!
- Где же тут неправда? - изумился Логан. - Или не помнишь, как мы тут целой толпой ублажали тебя на этом самом сундуке? - и он указал на пыльный сундук, и в самом деле стоявший в углу комнатки. - И не вздумай врать, будто тебе не понравилось.
За спиной у короля Иджерна всхлипнула словно в предсмертной агонии. А Логан продолжал, обращаясь к Брану:
- Вот видите, государь? Шлюха - она и есть шлюха.
Бран расправил плечи.
- Как бы то ни было, попытка изнасиловать женщину благородного происхождения карается по всем кодексам Галлии, - сказал он. - Если вы немедленно уберетесь из этой комнаты, Логан, я буду судить вашу вину не по Правде Верцингеторикса, согласно которой размер возмещения исчисляется, исходя из чести насильника, а по законам Канута, по которым вира выплачивается, сообразно статусу жертвы.
Логан уронил челюсть и уставился на Брана как баран на новые ворота: вряд ли он понял хотя бы половину сказанного. Иджерна за плечом короля перестала всхлипывать - видимо, тоже от изумления.
- Я вас боле не задерживаю, дюк Логан, - произнес Бран и повернулся к девушке.
- Ладно, - сказал Логан. - Но смотрите, сир, как бы эта растолченная ступка не оказалась велика для вашего пестика.
Бран резко обернулся к нему.
- Вашему пестику она тоже оказалась велика? Потому и пришлось дружков на помощь звать? - ядовито спросил он и значительно поглядел на расстегнутый гульфик Логана.
Тот, спохватившись, принялся застегиваться, наливаясь густым малиновым румянцем.
- А что касается меня, то... большому кораблю, знаете ли, большое плаванье, - добавил Бран.
Это был coupdegrace, и Логан с неразборчивым "с вашего позволения, сир" вылетел в дверь так, словно мечтал провалиться сквозь пол.
Бран повернулся к Иджерне и увидел, что она, побледнев, сползает по стене. Королю ничего не оставалось, кроме как подхватить девушку.
- Ну же, милая, - ласково сказал он. - Все кончилось, больше не из-за чего падать в обморок.
- Я не хотела... он заставил меня... - выдохнула Иджерна. - Я клянусь, ваше величество!
Она снова попыталась упасть, и Бран догадался, что она всего лишь хочет встать перед ним на колени.
- Да я верю, верю, - быстро сказал король, удерживая хрупкую девушку. - Все в порядке, теперь все будет хорошо.
- Нет, мне теперь только в петлю... - прошептала Иджерна белыми губами. - Он меня ославит на весь двор, на всю столицу...
Бран пожал плечами.
- Я думаю, всем будет понятно, что он наговаривает, - успокоил он девушку. - Зелен виноград и все такое. Кобелиный лай ветер носит. У тебя ведь есть свидетель - я.
Иджерна судорожно всхлипнула.
- У него... у него тоже есть свидетели, - задыхаясь, проговорила она. - В том числе... ваш... ваш двоюродный брат, герцог Вивиан.
Глаза Брана на мгновение вспыхнули.
- Так он сказал правду, насчет дружков? - спросил он, бросив быстрый взгляд на сундук.
- Да, - прошептала Иджерна. - И это еще не вся правда...
Вся правда заключалась в том, что отец Иджерны, мелкопоместный дворянин, однажды решил увеличить семейный майорат, который должен был отойти старшему сыну. Способ он для этого избрал нельзя сказать, чтобы самый необычный: он отвез дочь в замок своего сеньора, старого герцога Логана, в "подарок". Сама Иджерна, которой тогда только исполнилось шестнадцать лет, в силу возраста и провинциального воспитания (это был ее первый выезд за пределы фамильных владений) вообще ни о чем не догадывалась, пока поздно вечером в отведенных ей роскошных покоях не появился старый Логан и не объяснил девушке - сначала на словах, а потом и на деле - зачем ее сюда привезли.
- А твой папаша не соврал, ты и впрямь девка. Была, - сказал старый Логан, завязывая штаны под своим толстым брюхом. - Получит он свою вересковую пустошь. Вместе с дубовой рощей, так и быть, потому как ты мне понравилась. Оставлю при себе, будешь как жить как мышь в сыроварне. Но только смотри, - он сгреб косы Иджерны и рывком поднял ее с окровавленной постели, - будешь блядовать - живьем в землю зарою.
Так Иджерна стала наложницей старика. Когда она отчасти смирилась со своим положением - то есть перестала рыдать целыми днями и отказываться от еды, - в замке появился Патрик, наследник старика. Отец с сыном не ладили, и Иджерне это отлилось тем, что на третий день своего пребывания в отцовском замке Логан-младший подстерег ее на лестнице, затащил в какой-то закуток и там изнасиловал.
- Старому хрычу давно в гроб пора, а ему все свежатинку подавай, - со злобой сказал Патрик, дыша Иджерне в лицо пивным перегаром. - Как он вечером уйдет, дверь не запирай. А если скажешь кому хоть слово - убью. Поняла?
В первый вечер Иджерна, собравшись духом, не открыла Патрику дверь, и на следующий день, дождавшись, пока отец уедет на охоту, он снова подстерег Иджерну и сначала избил, не оставив, впрочем, синяков и ушибов на видных местах, а потом долго с нею развлекался. Пригрозив вдобавок, если она не послушается, устроить ей назавтра "что-нибудь повеселее". После этого Иджерна больше не смела запирать дверь, и Патрик стал навещать ее каждую ночь после ухода старика.
Иджерна сама не знала, кого она боится больше и кто ей больше противен. Она поняла, что окончательно пропала и что либо старый Логан, либо молодой ее рано или поздно убьют...
- А сбежать? - спросил Бран.
- Куда? - безнадежно спросила Иджерна. - Домой? Или в монастырь? Они бы первые меня обратно отправили, чтобы не ссориться с сеньором...
...Однажды вечером, пока старик напивался после охоты, Патрик пришел к Иджерне. Только он взялся за дело, как дверь распахнулась, и на пороге появился его отец.
Что произошло после этого, Иджерна помнила плохо: старик Логан успел схватить ее за волосы и ударить головой о стену. Помнила только, как страшно хрипел лежащий на полу старик и как Патрик, с ног до головы вымазанный в чем-то темном, влажном и липком, поднял ее с пола и бросил обратно на кровать.
Потом Патрик велел Иджерне вытереть разбрызганную кровь, сжечь в камине окровавленное белье и одежду, смыть с тела старика кровь, пригрозив страшными карами за разоблачение убийства, а утром объявил, что его отец, как гот Эрманарик, скончался на ложе любовницы от апоплексического удара.
- ...кочергой по голове, - мрачно усмехнулась девушка.
Через пару месяцев Патрик уехал в столицу, взяв с собой Иджерну. В благодарность за оказанные услуги новоявленный герцог сделал свою наложницу младшей фрейлиной при королевском дворе: завидное положение, если бы не слишком высокая цена. В отношении же Патрика обязанности Иджерны оставались прежними - раздвигать ноги по первому его слову. Этой обязанностью Иджерна пыталась манкировать из-за всех сил, за что Патрик ее и проучил, созвав дружков и приятелей "на сладкое" - в отличие от отца, он не был ревнивцем и был готов поделиться своей собственностью с кем угодно...
Дрожа, всхлипывая, не замечая слез, катящихся по лицу, Иджерна рассказала Брану эту историю, вцепившись в его малиновый колет, расшитый мелким жемчугом.
Потом наступила тишина. Иджерна опустила голову на плечо Брана, и он чувствовал даже сквозь несколько слоев ткани, какой горячий у нее лоб.
Потом Иджерна вздрогнула и резко выпрямилась. И со страхом посмотрела на короля.
- О, ваше величество, простите, простите меня, я не должна была...
- Почему?
- Я просто... просто шлюха... - ее глаза наполнились слезами, и она закусила губу, чтобы не разрыдаться. - Я не...
- Нет, ты не шлюха, Иджерна, - сказал король.
- Почему?
- Какая же ты шлюха? - Бран пожал плечами. - На мою мать ты совсем непохожа.
Иджерна распахнула глаза и в ужасе шарахнулась прочь, но король ее удержал.
- Ладно, ладно, не будем об этом, - смущенно сказал он. - Я просто имел в виду, что ты не такая.
Иджерна вытерла рукавом глаза.
- А как еще назвать женщину, которая ублаготворяет... - ее передернуло, - шестерых мужчин? - зло сказала она.
- Женщиной, которую изнасиловали шестеро мерзавцев, - отрезал Бран. - Если ты попросишь, я... - тут он сглотнул, - я буду их судить.
Иджерна подняла на него изумленный взгляд.
- Судить герцога Логана? И... вашего брата? Из-за меня? Баронов из Пятнадцати Галлии?
- Ублюдок мне не брат! - с яростью отрезал Бран. - Он просто... просто ублюдок. А Логан убил родного отца, тоже, между прочим, из Пятнадцати Галлии!
И тут же увял.
- Нет, не выйдет... - сказал он, опуская плечи. - Ничего не получится.
Иджерна молча смотрела на него.
- Это и для тебя опасно, - сказал Бран тем же безнадежным голосом. - На самом деле, для тебя это опаснее всего. Они просто тебя убьют. Нет человека - нет иска. И свидетеля тоже. А я... я не смогу тебя защитить.
Король поднял голову и посмотрел на девушку.
- Иджерна, я не смогу осудить Патрика - ни за то, что он сделал с тобой, ни за убийство старого Логана. А значит, и остальных. И ты не должна больше никому говорить о том, как сдох старый хрыч, - произнес он. - Кроме того, если ты будешь свидетельницей на суде, тебе придется пересказывать, и не один раз, то, что ты открыла мне.
Иджерна охнула и покачнулась, прикрыв рукой рот. Бран крепче обнял ее тонкую талию.
- Но знаешь что? - сказал король. - Когда-нибудь они за это заплатят. Старый козел уже отпрыгался, а эти сволочи... у них еще все впереди. Ты мне веришь?
- Да, ваше величество... - прошептала Иджерна. - Я... я недостойна вашей доброты. Я просто грязная...
- Не смей... - свирепо прошипел Бран. - Не смей так себя называть, слышишь? Я тебе запрещаю!
Иджерна испуганно кивнула.
- Но почему вы так добры ко мне? - шепотом спросила она.
Бран посмотрел в серые глаза девушки и подумал о том, как было бы хорошо, если бы на его месте сейчас оказался Ловчий, который, несомненно, придумал бы правдоподобный ответ на этот непростой вопрос. Ловчий...
- Ты...Ты мне нравишься! - вдруг осенило Брана. - Поэтому я не хочу подвергать тебя опасности, не хочу рисковать тобой!
- Я вам нравлюсь? - тупо переспросила Иджерна.
Брана понесло:
- Что же в этом странного? Разве я не мужчина? Разве ты не можешь нравиться мужчине? Я всегда смотрел на тебя и думал...
Тут вдохновение изменило королю. Но Иджерна смотрела на него так, что Бран просто не мог оборвать фразу на полуслове.
- И думал, что ты очень красивая, - решительно закончил он.
Не то что бы это было правдой прямо сейчас: от потрясения Иджерна, с заплаканными глазами, едва не вылезшими из орбит, глупо приоткрытым ртом и растрепанными волосами, выглядела как деревенская дурочка. Впрочем, зубы за розовыми губами оказались белые и ровные.
Потом в ее глазах что-то погасло.
- Я поняла, - произнесла Иджерна неживым голосом и оглянулась на сундук. - Простите глупую, что сразу не догадалась.
Она опустила лицо, убрала руки с плеч Брана и потянула за завязки шнуровки на груди своего платья.
Бран накрыл ее руки свой рукой. Кончики его пальцев коснулись кружевной оборки нижней рубашки, видной из-за корсажа. Кружево было теплым, и он чувствовал, как под его рукой быстро поднимается и опускается грудь Иджерны.
- Разве я похож на Логанов? - спросил он. - Или на Ублюдка?
- Но вы сказали... - пробормотала Иджерна.
- Я не кобель, я ворон, - произнес Бран. - Есть же разница?
Иджерна смотрела на него в полном недоумении.
- Я прилечу, только если ты позовешь, - сказал король. - Если ты захочешь.
Иджерна смотрела на Брана так, как будто увидела его впервые. Бран чувствовал, как ее взгляд скользит по его лицу. Ему вдруг стало жарко и страшно, словно он стоял на краю обрыва.
- Тогда приходите... то есть прилетайте... - прошептала Иджерна.
Она прижала руку Брана к своей груди, и теперь он чувствовал, какая она мягкая и как часто бьется сердце Иджерны.
Брана словно столкнули с обрыва, и он полетел вниз, ломая крылья, теряя перья: прижав Иджерну к себе, он наклонил голову и приник приоткрытыми губами к ее розовому ротику. Он не то чтобы собирался целовать ее всерьез, но дрожащие припухшие губы оказались вдруг на вкус такими нежными и солеными, что он на мгновение растерялся. И тогда губы Иджерны влажно прильнули к его губам.
Бран почувствовал себя пчелой, опустившей хоботок в чашечку цветка и захлебнувшейся нектаром. Он задрожал и едва не отпрянул, у него пошла кругом голова - но руки Иджерны уже обвились вокруг его шеи и не отпустили его.
Когда он, ошарашенный, оторвался от нее, хватая ртом воздух, словно вынырнул из воды, Иджерна смотрела на него с улыбкой, от которой ее лицо преобразилось.
- Я буду ждать, король мой и ворон, - сказала она.
И она, приподнявшись на цыпочки, сама поцеловала Брана в губы.
- Что это с тобой? - спросил Ловчий в тот же вечер, заперев изнутри королевскую опочивальню. - Какой-то ты сегодня странный.
Сегодня была не его очередь, но теперь он дежурил тогда, когда того хотел король: Бран явным образом произвел Ловчего в фавориты.
Сидевший на кровати Бран смущенно потер лоб.
- Я, можно сказать, следовал твоим советам. И указаниям.
- Каким указаниям? - с любопытством спросил Ловчий.
Бран сглотнул.
- Ты сказал, чтобы я с девушками... чтобы я за ними ухаживал...
Ловчий сделал большие глаза и сел рядом с королем.
- Правда? И как? - живо спросил он.
Бран помялся.
- Я просто... в общем, я целовался с девушкой.
- Ну так замечательно! - воскликнул Ловчий. - А с кем?
Бран слегка порозовел.
- С Иджерной. С Иджерной Леконт.
Ловчий задумался, шевеля бровями и всей своей подвижной физиономией.
- Это такая темненькая девушка из свиты Логана? - наконец вспомнил он. - А чего это ты вдруг? Она же такая тихая мышка, что еле в зеркалах отражается.
Бран повел плечом.
- Так вышло. Я... я снял с нее Логана-младшего. Он к ней приставал.
Ловчий присвистнул.
- А ты уверен, что овчинка стоит выделки? - спросил он, но Бран сверкнул глазами, и Ловчий поспешно добавил: - Логан - кобель тот еще, бьюсь об заклад, он не любит, когда у него лакомый кусок изо рта рвут.
Бран махнул рукой и обнял Ловчего, мягко увлекая его на ложе.
- Неважно. Лучше дай я тебя поцелую...
Он был так ласков и нежен, что Ловчий, несмотря на сладострастный туман, застилавший ему мозги, через некоторое время заподозрил подвох.
- Ладно, - сказал он, отдышавшись. - Я понял: тебе что-то от меня надо. Говори, Ворон!
- Обещай мне... - выдохнул Бран ему на ухо.
- Что?
- Обещай сделать, что я тебя попрошу, - повторил король.
- А что сделать-то?
- Сначала пообещай.
Ловчий подозрительно посмотрел на Брана, но серые глаза, в которых мерцало отражение свечей, были непроницаемы.
Некоторое время осторожность в Ловчем боролась с любопытством.
- Ладно, - сказал он наконец. - Выполню я твое желание. Обещаю. Ну?
Бран наклонился к Ловчему, щекоча волосами его лицо, и прошептал:
- Я хочу, чтобы ты спал с Иджерной.
Тот выпучил глаза.
- Я пообещал ей, что приду к ней, - прошептал Бран, краснея. - Пообещал... я сказал ей, что она моя женщина.
Ловчий моргнул.
- Ты решил завести себе постоянную бабу? - спросил он. - Любовницу?
Король нервно кивнул.
- Да... Если ты, конечно, не против.
- Не против ли я! - Ловчий завел глаза к балдахину. Он не знал, плакать ему или смеяться. - Ладно, спасибо, что спросил. Я, значит, буду твоим членом?
- Нет, - сказал Бран. - Ты будешь мной. Я хочу обладать ею... с твоей помощью.
Ловчий молча смотрел на него.
- Или Иджерна тебе не нравится? - вдруг встревожился Бран.
- Да с какой стати ей мне не нравится? - удивился Ловчий. - Все при ней: личико, фигурка... Может, слишком тихая, но это не самый большой женский недостаток, - он пожал плечами. - Просто я не понимаю, зачем тебе...
- Не надо ничего понимать, - перебил его король. - Просто сделай, как я говорю.
- Постоянная женщина в этом смысле опаснее разовых, сам должен понимать, - возразил Ловчий.
Бран посмотрел на него так, как будто хотел передать какую-то мысль, которую не желал доверить словам. Взгляд этот был таким горячим, что у Ловчего вспыхнуло лицо, словно он наклонился к огню.
- Но все же... сделай это ради меня. Пожалуйста, - и король сладко поцеловал Ловчего, а потом достал из-под подушки пригоршню черных перьев и протянул своему любовнику.
- Это еще зачем? - изумился тот.
- Рассыпь у нее на постели, когда будешь уходить... - сказал Бран, а потом застенчиво добавил: - Это я велел собрать в Тюремном замке. У них там много.
После того как Ловчий, укутанный в широкий королевский плащ с капюшоном, в сопровождении пажа с факелом ушел к Иджерне, Бран некоторое сидел на постели, пытаясь собраться мыслями. Потом поднялся и подошел к стене, к дубовой панели. Сбоку, чуть выше головы, в боковине чернело небольшое отверстие, словно от вывалившегося сучка. Король прижал к нему перстень с головой ворона и одновременно надавил на вторую боковину. Панель заскрипела и распахнулась в комнату. Бран оглянулся было на подсвечник, стоявший на сундуке у кровати, но махнул рукой и исчез в потайном переходе.
- Ох...
- Тебе больно?
- Нет, ваше величество.
- Может, ты меня как-нибудь по-другому будешь называть? Хотя бы в постели?
- Как? - с ужасом прошептала Иджерна. - Не по имени же...
- Тогда зови меня просто Вороном. Пойдет?
- Ладно... Ворон.
- Так-то лучше... Тебе хорошо вот так?
- Да... о-очень... только...
- Что - только?
- А как же вы сами? Ты сам, я хочу сказать.
- Мне, видишь ли, нравится, когда женщине со мной хорошо.
- Да мне хорошо, правда!
- А чего ты тогда дергаешься?
Иджерна тихо вскрикнула.
- Вот, видишь?
- Это ничего, это так всегда, когда... - пролепетала она.
- Всегда? А по... - Ловчий резко умолк, и Бран, стоявший в холодном коридорчике босиком и в одной длинной ночной рубашке, поежился.
- Ладно, - сказал Ловчий. - А вот так тебе больше нравится?
- Ой... да... очень! - выдохнула Иджерна. - Только как же ты...
- Забудь. Вот как только забудешь... я про себя не забуду. Сейчас, подожди...
Сквозь узкую щель в стене до Брана донесся шорох ткани.
- Ой, ваше величество, что вы... - раздался испуганный голос Иджерны. - Не надо... нет... нет...
Бран услышал, как она тяжело задышала. Ему стало жарко
- О боже... что же... вы делаете... - тихо прошептала Иджерна прерывающимся голосом. А потом вдруг заплакала.
...Не успел Ловчий закрыть за собой дверь королевской опочивальни и скинуть на пол плащ, как Бран вскочил с кровати, бросился к Ловчему и жадно прильнул к его губам. Руки Ловчего сжали его ягодицы, а потом потянули вверх ночную рубашку, как у них было заведено.
- Да ты подслушивал... - сказал Ловчий, когда король на мгновение отпустил его.
Раскрасневшийся Бран молча кивнул и снова принялся его целовать - как безумный.
- Ты нарочно все так сделал? - спросил Ловчий, отрывая его голову от своих губ. - Знал, что она мне не даст?
- Нет... - выдохнул Бран, дрожа.
- Так это не ты так ловко устроил, что я и с ней переспал, и к тебе вернулся на полном взводе? - продолжал Ловчий, поворачивая короля и прижимая его зад к своему раскаленному паху.
- Нет... Но если хочешь... можешь... можешь...
- Что? - спросил Ловчий, расстегивая гульфик.
- Можешь... - Бран медленно опустился на колени и выгнулся как большая кошка, - называть меня ее именем...