Мне приснился полёт, а потом я упал,
и кружил меня ветер, как подбитую птицу.
Но я был малой частью фиолетовых скал.
Будто камень, пробивший границу
из цветного и тонкого глазу стекла,
словно кто-то держал над дымами...
...А земля вниз со склона текла
над горящими крышами между домами.
...Словно я это выдумал сотнями глав,
будто нищим ходил и предсказывал это,
но поток из кроваво-малиновых лав
в пасть пустот всё подталкивал лето.
Падал снег в темноте
белым ливнем крупы.
Были люди не те
на середине тропы.
А над ними смеялись глубокие дыры,
закрывая в лукавстве единственный глаз
и звучали за кадром набатные лиры...
...Или колокол бил о сгорающих нас?
Я проснулся, не слыша ни пения птиц,
ни полёта шмелей, ни цветенья сирени.
Брал я сонник, листал эти сотни страниц...
Что? Я будущий гений?
Не в цвет и не в масть...
Может это всё к лени?
Да, чтоб ей пропасть!
Вспомнил - мост на ветру догорал,
уплывая всё дальше.
Падал пеплом вокзал
в пасть смеющейся фальши.
Ну и я вместе с ним - вот оно, вот оно.
...В странной книге, где кончились пеплом страницы,
напечатано белым по чёрному льном
предсказанье - "Погибнут все птицы".
Вместе с нами умрут под потоками фальши...
Вон и колокол где-то избыточно сух.
Ну, кого мне спросить, - Что же дальше,
и дадут ли за битого двух?
01.05.2012