Он мёртв?
Нет, выпал из гнезда
птенец-любовь, плод чувственный безумий.
Мой нежный шёлк и трепет полнолуний,
под пальцами бегущая вода.
А я держал. Пыталась ты летать
через стекло, как сгусток света в окна.
Хватался я за тонкие полотна -
не в силах больше ждать и догонять.
Поверх ресниц тебе повязывал платок.
Ты проходила стены все на ощупь.
Твоей была любая в мире площадь -
подушкою воздушной не для ног.
Ты поднимаясь, не смотрела вниз.
Что для тебя из пращ удары камня?
Что для тебя в дубовых досках ставни?...
Когда для взлёта был у нас карниз,
где в ухо мне шептала, - Ну же. Ах!
Мол, поддержу, а упадём, так вместе...
И я летал пусть низко, но в окрестных
посеребрённых звёздами полях.
Я слышал смех и раздражённый визг
завистников из тёмных мрачных окон.
...Я посмотрел всего однажды вниз...
Там были длинными проспектами карнизы...
...Ты улыбнулась мне губами Моны Лизы.
И... были порваны все связи и волокна.
Ты как птенец, восставший на крыло,
а я, как камень, падал чёрной тенью.
И хорошо, упал бы на колени,
но шёл к земле отвесно, как весло.
Ещё чуть- чуть... Кусками тело сшей...
Но ты подставила прозрачные мне крылья.
...Свой смочила кровью ты обильно
брусчатку из злословий площадей.
А там - парады, быстрая езда,
мундиры стражей нравственности юных,
вся мелкая людская суета,
вся грязь из зависти и алчности безумий...
...Ты - нежный шёлк, мой трепет полнолуний,
птенец, летавший из гнезда.
25.07.2009