Есть грунт и кисть, а глины - горсть.
Есть краски дня - холсты историй.
Я в дельтах времени - вчерашний гость,
а завтра буду запахом предгорий.
Был рыбаком - ловцом бродячих душ,
мятущихся под ветрами сомнений?
Брал лепестки цветущих слив и груш,
ел вишни, делал снова краски.
Зачем сюда густые тени?
Жму красный сок в кувшин.
Пишу вот эти пляски
лавин с седых вершин,
где снегу на холсты должно хватить с избытком...
А, впрочем, в краску чёрную я опустил перо...
В руках не веер, а - фаянсовая плитка,
и вот он - мой иероглиф. Лицо Пьеро?
Какой в нём смысл? Полёты лепестков?
Паденье ангелов, метельный странный танец?
А может быть, стреляет кто-то птиц
в холмах песков,
где ждёт стеклянный глянец
горячую золу сожжённых мной страниц...
Нет, это - бабочка на тоненькой игле,
где крылья - дым, ресничный взмах и тени -
летящий пух цветущих тополей,
которым плакал я, стоящий на коленях,
по-детски, тоненько, захлёбываясь, в горсть,
со вздохом судорожным, длинным...
Я в рамках времени из книг вчерашний гость -
кусок господней глины.
23.02.2012