В один из дней, раздёрганном на нитки
и в запахе медовых мелких дынь,
ты - тело маленькой улитки...
...Так вынь
вот здесь петлю из пряжи,
тяни по краю на Восток.
Готово будет, торговец скажет,
подняв цветы за уголок,
- Пять драхм, юаней или лир?
Не дорого, дружище?
Таких ковров на рынке тыщи...
...Старо, как мир.
А ты сидишь, тощавый, невесом,
игла дрожит в руках,
заброшен отчий дом.
Грош медный спрятан в швах
дырявого халата.
Купить бы горстку риса,
да денег маловато.
В тоске поёт оса.
А, руки - ветки, плети.
Ты слышишь голоса -
твои так плачут дети.
Все вены от трудов топорщатся наружу.
Лицо, как склон горы - с прожилками скала.
Но ты в жару и стужу плетёшь цветное кружево
на глиняных полах -
узорами к полуночи, и кажется, что кожа
твоя срослась давно в шелка - цветную нить,
а если, что не так, на ощупь ищешь ножик,
узлы рубить.
Но глаз уже не тот - наполовину зряч,
мозоли на коленках - ракушечник в граните.
Скакун на полотне похож на старых кляч,
но солнце райским яблоком по прежнему в зените.
Давай, веди ковёр. Затягивай потуже
свой пояс дней, раздёрганный полосками на нитки,
под запах дальний хлеба в тягучем мёде сот...
...Но вносит в створ некрашеной калитки
торговец свой живот.
23.09.2011