И нету времени, исчезло, словно тень при сумраке у ног,
Пропало, растворилось подобно взлёту птицы.
Терпел и повернул рычаг усталый Бог,
перевернул страницу.
И лето с грозами не наступило
и реки льдами заросли,
и солнце в зеркале остыло,
а ветры листья понесли
сухие в узкую воронку пружин стальных.
Поникли травы, взгляды, кроны.
А на увечных и больных
смотрели жадные вороны.
К нам вместо улиц вышли степи,
асфальт трещал по швам...
И били, били, били цепи
по душам и по головам.
Бог улыбнулся грустно в кривой овал зеркал
Там лестница была, из мрамора ступени.
Вела куда-то вниз, а там падений ждал
монах не в клобуке, а в покрова'х из тени.
- Нет будущего вам, - открыл он в крике рот,
показывал язык - огрызок от моркови...
Стоял там наготове расстрельный чёрный взвод.
Он ждал потоков крови.
Я лез наверх, хватаясь за перила.
Я не желал падений, ступал в свои следы.
Кричал я Богу: - А-а-а! Ты пощади нас, милай...
...И солнце вновь взошло и растопило льды.
Ах, это было чудо! Везло, успел к обеду.
Глаза мои слепили снопы из тысяч спиц...
...Увидел я сидящим на камне Архимеда,
а рядом проносились шеренги колесниц.
Зачем-то воздух пах не вишнями - золою
горячей, обжигало открытую ладонь...
А это вдалеке опять горела Троя,
а это люди в чёрном бросали птиц в огонь.
Да это ведь не птицы, а рукописи, книги,
на свастику смотрел печальный Диоген.
А Бог катал в ладонях две сморщенные фиги
и не вставал с пробитых израненых колен.
- Ты - зеркало времён! Не нужно здесь беды.
Её нам слишком много, -
кричал я в четверть силы,
но солнце вновь погасло и намерзали льды
в часах, которые любили
Бога.
22.05.2013