Я обрекал других на страшный путь.
На камень и песок, отрытой в рост, траншеи,
на штык в живот и ордена на грудь...
А после - в собственную бил,
в молитвах Господа просил: -
Края им ран зашей.
Я предрекал товарищам любовь хороших женщин.
Своих ночами оставлял без сна.
Все клички в спину знал - "сапог" и "деревенщина".
И что, моё проклятие - дорога и война.
Но, может, колею я выбирал не ту.
Наверно, чёрной краской случайно был помечен.
Недаром обгорал на пламени в аду.
Был трижды ранен, дважды изувечен.
Но пронесло, крутое было тесто,
вот только в непогоду болят следы от ран...
...И, кто-нибудь случайно, увидев близко шрам,
вдруг скажет с грубой лестью,
- Что, зону повидал?..
А я копал и прятал в землю дух,
слезами бы смочить, но был глазами сух.
А я стрелял, ведя прицел по слуху.
Я часто видел смерть костлявую старуху.
Ценил, как водку, хлеб и тишину,
на ощупь осязаемую, волнами
и думал, что когда-нибудь войну
переиграю, яростью наполнив
вот эти шрамы...
...Впрочем, зарастут
следами - ямами.
Из них почти не больно
смотреть незряче в пустоту.
31.08.2010