Верёвочные сны, узлы из пробуждений.
И чей-то голос, как вызов на ковёр -
бороться с маятой зимы, першением
на спор.
И с кашлем. Ведь, сны - до хрипоты.
Видения, где врубелевский ангел...
Где крылья разрезают животы
солдат фаланги
Идут, плывут трепанги,
на красном поле копья.
Отрезаны все фланги,
там пепелище, хлопья
не снега, а летающей золы.
Я слышу скрип телег, а в них - тела.
Обоз, труба, волы,
перепела.
Летают, суетятся встревоженно, неловко,
а им для хрипоты на крылья - по верёвке.
И - заново, узлы, болячки, пот и раны...
Я рядышком сижу в рубашке рваной.
Наружу, в рукавах - не руки. Спицы.
И вроде, я - не я, а ворон -птица.
А надо мною небо пожаром догорает ,
и чёрный снег на скалах давно уже не тает.
Мешает в горле соль, перо моё смоля'т...
Кричу до хрипоты, - Я - ангел Врубеля!
- Устал? Ты отдохни. Температура? Хватит...
Над головою капельница, шланги.
В рубашке потной лежу я на кровати,
а рядом в белом, ангел.