Тимур! Мне этот стон, увы, знаком по жизни.
Мой дед, я сына именем его назвал,
На брюхе пропахал войну от финской близи
Чрез весь фашизм до Кольских берегов и скал.
Но речь тут не о том, что был он там связистом,
Что Родину спасал солдат, не генерал -
О тех "Сто грамм", окопных, ныне, веришь, склизких
Что ты, рисуясь, на "Ура!" нам восхвалял.
Да, пил. И пил он так, что многим было лихо.
Всем тем, кому помог, восстановил, поднял.
Порою, как на знамени, под плач и всхлипы,
Его вносил в наш дом "дружины" пьяный шквал.
Срамила бабка, и ругала гневно тетка.
Он даже челюсть часто в тех "боях" терял.
Но по утру не бегал, не гонял за водкой.
А только чай, крепчайший с сахаром в бокал.
Известна мудрость: губит нас совсем не пьянство,
А именно, похмельный болевой синдром.
Он косит люд наш, и с завидным постоянством.
Пей чай лишь с бодуна - хоть стопкой, хоть ведром..
