Предапрельское солнце согнало остатки ноздреватой зимней ледяной серости далеко в тень под ветки огромного зеленого куста во дворе. За зиму Васька привык проводить ночи на подушке в головах сотоварища. Он не тарахтел попусту, а собирал черноту, которая переполняла замутненную страхом голову и дарил сны, день ото дня добавляя по цветной красочке в сумбурный мрак замутненного подсознания.
После такой работы он днями отлеживался на теплом южном подоконнике, рассеянно и неподвижно уставившись на густую тень куста за окном. Только он понимал процесс.
Семен летел по растрескавшемуся асфальту окраин, с забытым удовольствием вдавливая педали и не отвлекаясь на по-советски серые от облупившейся штукатурки стены полупромышленных корпусов и желтоватые бетонные заборы. Люди на трамвайной остановке еще ежились под слепящим холодным солнцем и, проехав на местном чуде техники пару перегонов, спешили провалиться под землю, - в безветренное метро.
Пожизненная привычка оптимизировать деятельность давно выстроила новую работу Семена в череду выверенных действий, временами радующих почти полным отсутствием бумаги и ростом "живой" фармацевтики.
К своим двухнедельным "каникулам" он уже начал "дышать". День за днем он все прибавлял передачи на своем байке, лихо влетая в повороты и уже без запыхивания беря затяжные булыжные подъемы. Солнечная яркость без сомнения будила кураж.
Звонить Ларе он так и не решился, а смененная в первый же день возвращения SIM-ка априори не позволяла ей пробиться навстречу. Даже если бы такое желание вдруг и возникло. Но думать сегодня об утраченных возможностях страдальцу не хотелось. А завтра - будет завтра, а "вчера" регулярно и надежно исчезало в тепле и электрическом потрескивании густой Васькиной шкуры.
К тому же Европе психи, мягко говоря, не интересны. Ей своих хватает. И оберегая себя от стрессов, эта перепуганная "старушка" всегда готова оплатить любой дебош за околицей, приманив туда яркими огнями и флагами всех своих ради-калов, эволюционно неизбежно порождаемых любым сообществом.
Радикалов, идеалистов, революционеров, стрелков-параноиков. В общем, всех сумасшедших, не способных адекватно воспринимать окружающую действительность. Только крикни погромче: "Цирк! Цирк! Цирк приехал! Вон там, на опушке! Глядите! Бегите! ...". Лишь бы бабушку не тревожили: "Идите, вон, в лес поиграйте, детки. Там во-олки ходють. Се-е-е-рые такие. Вот вам леденец. Поиграйте, идите с ними ...". И "детки" радостно бегут, наслушавшись по аудиториям теорий об идеалах "цивилизованной" анархии индивидуально выбираемого гражданином права вне рамок государственного аппарата. И стреляют и кидают в серые щиты горящие бутылки, - не в силах постичь и преодолеть системное противоречие между навязываемыми им сказочными стандартами и суровой реальностью Теории систем.
--------------------------------
Положительно, любая весна требует развития в движении. Движение меняет картинки. Картинки меняют накатанные пути нейронных связей в мозгу. Глядишь, и смена обстановки мозги подлечит. Выправит кривые колеи зимних промоин и колюжин в извилинах.
Требовался адреналиновый перегруз. А в подступающем апреле только Борькина феодосийская наука, наверное, могла бы пойти впрок куда надо. Паруса - штука тонкая, но прочная и прозрачная. Во всех отношениях. Вот только окружающий Семена "шенген" боязливо стерег посетителей своих туристических "стойбищ" и все норовил вписать их во все свои регистрационные карточки, таблички, журналы, базы ... Нужные, не нужные, они подстерегали на каждом шагу. "Протекая" в Интернет и грозя каждому конфиденту ненужной широкой известностью.
В отличие от этого, Восток казался менее упертым в стерилизованную сетку закона. Шансов, что база данных не желающего огласки посетителя попадет в мировую сеть там, наверное, было не так много. Как, впрочем, и перспектив наличия самой централизованной сети.
"Дикой" Азии деньги от "вот этого вот сегодняшнего" туриста куда важнее, чем какой-то там "киш-миш" по внесению чего-то куда-то там в какую-то табличку для потенциальной обороны от неведомых Востоку ненормативных отклонений и с неизвестными ему продолжениями и ограничениями каких-то там прав. Одного укажешь, другого укажешь, кто в следующий раз приезжать будет? Вай! Ну, пошумят, с кем не бывает? Азия сама разберется. И это не блажь. Это неотъемлемое свойство суррогата такой социальной системы.
На базаре полицию кто зовет? На базаре морду бьют сами. А если уважаемые стражи закона все же соизволят объявиться поблизости, то их угостят, посидят хорошо, чаю попьют, пожелают добра семье, близким и дальним родственникам и с почетом проводят до машины. Да еще и бензина в бак дольют на дорожку ... Восток ...
И Семен целенаправленно "лопатил" и-нет на предмет стабильной "каталки", а также наличия русскоязычных инструкторов (свое все же ближе в таком деле) в выбранном направлении.
--------------------------------
Миллиарды лет существования системы Колонии сложно сломить даже глубоким депрессивным отравлением. Беспредельная жажда жизни эволюционно способна пробить путь сквозь любой мрак деградирующих цепей нейронных связей. Нужны лишь союзники. А они есть.