Абрамова Юлия Александровна. Были небыли. Мечта

Оглавление

Глава 1. Введение (самая короткая и неинтересная часть, инструкция)
Глава 2. Истоки
Глава 3. Моя любимая планета
Глава 4. Новое
Глава 5. Раскол
Глава 6. Опасность
Глава 7. Суша
Глава 8. Задачи материального
Глава 9. Перелом
Глава 10. Ответы
Эпилог
Постскриптум спустя годы

Мы привыкли наш мир видеть, трогать, обонять. Чувствовать вибрацию, притяжение, жар и холод. Шершавое, круглое, прозрачное - всему этому уже есть определения...
Мы привыкли знать, что видим и чувствуем. Беря в руки предмет, мы тут же идентифицируем его, соотносим с огромнейшей базой данных в наших мозгах, где четко прописано - что и как должно выглядеть. Мы не замечаем того, чего не знаем. Пока не заинтересуемся этим, пока оно само не покажет себя.
Мы привыкли жить в тех условиях, что есть. Что Пи = 3, 14..., Что G=9,8, что вселенная имеет структуру, укладывающуюся в последовательность Фибоначчи...
Все это начинает познаваться нами ещё в утробе. Мы ещё не родились, а вселенские законы уже довлеют над нами. Ещё будучи в организме мамы в виде клеток, мы все равно уже подчиняемся раз и навсегда заведенному порядку жизни. Клетки, ещё не имеющие ничего общего с живым организмом, уже делятся по законам митоза и мейоза. Ещё даже находясь в телах наших родителей, они уже несут в себе информацию о возможных нас Мы ещё до того, как стали одной яйцеклеткой подчиняемся законам вселенной. Потом мы начинаем слышать, чувствовать, ощущать, наконец, видим - пока ещё плохо, но мозг уже включает свою базу данных, наполняет ее образами и ощущениями, эмоциями и смыслом....
Потом нам дают игрушки, показывают и называют предметы, объекты, картинки и наш мозг раз и навсегда соотносит вид, тактильные ощущения, запах и мысли с конкретным показанным объектом. Для нас этот объект уже не может выглядеть по-другому. В таком случае, он становится другим объектом, которому будет дано другое название.
Мне повезло. Мне попадаются интересные, разные книги. Скажем, сегодня, сейчас. Я читаю (конечно, фентези) про то, как существо, меняя себя, меняет мир. Меняет в себе все - от банальных внешних характеристик, до куда более глубоких строений ДНК. И я заинтересовалась.
А как выглядел мир до того, как кто-то составил о нем самое первое впечатление?
В общем,

Глава 1. Введение (самая короткая и неинтересная часть, инструкция)

Как представить себе, на что похож мир, если его нельзя почувствовать ни одним человеческим чувством? Даже у слепоглухонемых есть, чем его чувствовать - ощущение притяжения, где различаются верх-низ. Тактильные ощущения, где можно почувствовать жар-холод, гладкость-шероховатость, форму, консистенцию. Есть внутреннее ощущение - где находится твоя рука-нога по отношению к тебе, туда же можно отнести чувство вибрации, чувство времени... В нас гораздо больше чувств, чем пресловутые 5. Это я не говорю про всякую чертовщину, вроде интуиции, видение привидений и прочего в том же духе. Ах да, есть совершенно особые чувства - внутренние установки - их вообще никуда нельзя отнести. Про них вообще только писатели и говорят. Это я о чувстве добра-зла, правильности-неправильности-справедливости-несправедливости. Они мало того, что субъективны, так ещё и культивируемы легко при желании. Как-как... Воспитанием. Это легко представить на примере гастрономических пристрастий. Вся наша планета полна различных, диаметрально противоположных точек зрения, чего стоит есть человеку, а чего нет. При этом каждый уверен, что его взгляд на этот вопрос - нормальный, а у соседа - с придурью.. Мы друг друга-то не понимаем, что уж говорить о том, чтобы понимать, что нормально, а что - нет . Все наши моральные принципы - чисто субъективная вещь, впрочем, как и все остальное восприятие мира, о чем я в самом начале написала. Объективно мы можем воспринимать мир, только выйдя за рамки его законов, все остальное - субъективно и нами не всегда осознается. Вы же не осознаете, по каким параметрам регулируется гомеостаз (внутренне постоянство среды) вашего организма. Можете считывать его показатели - тоже вещь субъективная, по придуманными когда-то кем-то правилам сбора и анализа этих данных, присвоения им единиц измерения, градации этих единиц, вычисления нормы и патологии. Можете понять, как оно друг на друга влияет, на что из внешних или внутренних факторов среды отзывается. Но вы не осознаете - почему оно так. Почему какое-либо воздействие неизменно приводит к определённым последствиям. Мы научились узнавать эти взаимосвязи и на основе имеющихся данных предугадывать следующие, неоткрытые пока в цепочке реакции. Но вот - почему такая взаимосвязь, почему одно так влияет на другое... вопрос. Разница между биологами, эмпирически и математически высчитывающими правила и физиками, математически и эмпирически делающими то же самое, заключается только в пропорциях составляющих. И то, они познают только то, что дано, как константы и переменные познаваемого ими мира. Суть, структура всех изменений лежит не там. Она не может быть высчитана, ее можно только осознать. И вот это я собираюсь сделать.
Я ничему не учу, не пытаюсь открыть глаза и не считаю себя истиной в последней инстанции. В конце-концов, это только мои мысли, мой мир - придуман моей фантазией. Ваш может быть совершенно другим, меня это только порадует. Все нижеизложенное - мое личное путешествие, впрочем, как и у любого автора.
Так же, во избежание недоразумений - все определения, которые будут появляться в тексте - даны сразу словами, понятными для всех, когда я с ними столкнулась, я мыслила не словами, потому слов для них у меня не было. Были только ощущения, но как перенести на бумагу ощущения, не используя слова, их обозначающие - я не знаю. Туда же относятся определения, характерные для человека или привычного окружения - пойдите, найдите замену словам, обозначающим то, чего вы не знаете. И понятия в тексте иногда будут сразу даны в срезе человеческого восприятия- просто для моего удобства объяснения Не использовать же мне те слова, которые понятны мне из-за личного опыта, но непонятны другим. То есть, если что-то будет казаться слишком человечным, это только издержки пересказа на ...язык общения.

Глава 2. Истоки

Вот я. Женщина, девушка, человек. Вот мир, который меня окружает - я его слышу, вижу, нюхаю, трогаю и ощущаю. У меня есть руки, которыми я охватываю предметы и поверхности. Ноги, которыми я меряю расстояние, которые могут взбираться в гору или спрыгивать с кочки, отталкиваться от земли или барахтаться в воде. Есть глаза, которые видят свет, цвет, предметы, этим светом отраженные, различают горизонт и любуются окружающим пространством. Есть уши, которые слышат звуки. Есть внутренние органы, предназначенные для жизни именно в этом мире. Есть мозг, который анализирует всю поступающую в него информацию и переводит его в понятные мне картины. Что-то теряется из виду во время этой обработки - например, что-то привычное, как шум машин за окном. Или что-то непознанное, что я не знаю, как воспринимать. Или что-то, чего я видеть не хочу, даже, помню, были такие тесты, где просили найти все синие предметы, а потом требовали указать, сколько там же находилось красных. Или моя извечная рассеянность... Она тоже заставляет меня пропускать сознательно очень многое из того, что я вижу. Когда-то я загнала свой мир в очень узкие рамки воспринимаемой реальности. Машины, толпы людей, компьютеры, загрязнение окружающей среды и истребление животных, жестокость человеческая и, как проблески солнца, человеческая же доброта. Все это течет сквозь меня, не задевая. Но я сама выбрала, что я хочу видеть. Так вот, теперь я хочу снять все ограничения и посмотреть, что от этого изменится.
Я убираю зрение - и перед глазами темнота, самое наглядное проявление отказа от мира. Я убираю слух - и исчезают звуки. Теперь меня окружает тишина. Даже, казалось бы, насквозь привычный шум в ушах, ток крови, слышимый с момента образования слуховых косточек и потому не воспринимаемый - тоже исчез. Но я все ещё чувствую власть мира, в котором я живу надо мной - я его трогаю, я по нему иду, я чувствую его температуру и влажность. Он все равно во мне и я - для него. А, значит, мне от него не скрыться. Тогда я убираю мир. И вишу в пустоте, где нет верха и низа, где нет света и звуков, где нет ничего, чему я могла бы дать определение. Но есть ещё Я. Именно я - Юля, женщина, девушка, человек. Я по-прежнему знаю, что у меня есть руки, ноги, я чувствую их и могу ими шевелить. У меня есть внутренние органы, которые и сейчас пытаются продолжать свою работу, есть мозги, которые в ужасе от происходящего пытаются найти хоть какую зацепку, чтобы ухватиться за нее и на ее основе выстроить границы мира, привычные и понятные. Следовательно, я все ещё подчиняюсь законам покинутого мира, ведь это тело выросло по тем законам и оно же тянет меня обратно. Поэтому -прощай. Вслед за этой мыслью уходит и ощущение материальности собственного я. Теперь Я - это только то, что себя таковым осознает. Я - это что-то, что было до появления тела, что-то, что было до появления меня на свет. Выходит, Я - душа? Теперь я готова заново воспринять мир? С чистого листа, не имея предрассудков развития и заложенной генетической информации. Да как бы не так. Во мне живет память - неотчуждаемое свойство души, ее опыт, то, что делает каждую душу уникальной.
Я... помню...
Я помню ветер, помню горы
Я помню море и леса
Я помню свежесть на просторах
Как эхо ловит голоса

Я помню город, помню окна
Я помню пыль пустых дорог
Как корабли уходят с порта
Я помню след людских сапог

Рассветы помню, щебет птичий
Я помню ночь и волчий вой
Я помню правила приличий
Разгульных танцев помню зной

Я помню время, зрю пространство
Я знаю все - и в этом суть
Забвение - мое лекарство
И путь познания - мой путь

Пускай вся память человечья
Мне будет кладезем идей
Я помню и я, значит, вечна
Того ж хочу для всех людей.

Я помню все, что я видела, все, чем богат мир, в котором я жила, все, что мне довелось ощутить, пережить и принять, даже то, что я отвергла, забыла и отказалась верить, что это было - оно все равно где-то хранится. А это слишком много, чтобы быть оторванной от мира, чтобы учиться узнавать его заново. Во мне уже есть все установки. Даже лишенная тела, я - помню, какое оно может быть, что оно может чувствовать и как оно может ориентироваться в своей среде обитания. Неужели нельзя выйти за пределы однажды созданного мира? Тогда мы обречены вечно следовать одним и тем же законам. И мы ничем не лучше нами же создаваемых роботов. Совершеннее, адаптивнее, самовоспроизводящиеся, с фантазией - и все равно - роботы. Я не хочу такого. Значит, нужно эту ситуацию... изменить. Но как? А очень просто, как все гениальное. Я забуду, что я все это знала. Я начну с начала. Когда-нибудь, когда масса накопленных знаний перевесит массу забытых, память вернется и тогда я буду вооружена уже несколькими вариантами развития событий. И тогда не придется повторять мучительный путь отрицания всего, чтобы видеть основы. Итак... Прощай, моя память....

...Вокруг меня - пустота. Не имеющая никаких характеристик. В этой пустоте только я - явное отличие от всего, что меня окружает. Все, что во мне есть - не пустота, но и я не обладаю каким-либо свойством, позволяющим меня выделить из нее. Только мой разум. Мои мысли, чувства, осознание себя. Источник меня. Моя Личность. Я - это все, чем я располагаю. Все, чем располагает окружающее меня пространство. А оно есть - оно появилось из моего представления о нем. Куда заходит моя мысль - туда протягивается и пространство. Такое же пустое и ничем не выраженное.
Накатывает странное ощущение, что когда-то давно такое уже - было. Дежа - вю... Ничто здесь не трогало извечный покой. Пустота, тишина и темнота. И огромные, необозримые пространства, ничем не заполненные. Выходит, так выглядит мир, когда ничего о нем не знаешь, когда не подчиняешься его правилам и вышел за его пределы? Этого мира просто ... нет. Есть я - и только я могу определить, что я хочу видеть, что будет моим миром. Но мне пришлось ото всего отказаться, чтобы понять это. Только вот... я не помню, что такое - мир. Что там должно было быть, что могло бы быть, чего существовать не могло по определению. Да и был ли он когда-нибудь, мой мир? Может, я только его вообразила? Я оглянулась - куда ни кинь взгляд - темнота, тишина и полнейшее отсутствие хоть чего-то, отличного от пустоты. Только я. И я... одна
Одно-единственное мыслящее существо на всю дальность моей мысли и дальше, куда я мысль направляю, отыскав границы оной. В какую бы сторону я не плыла в этом пространстве - не менялось ничего. Да и как понять, что что-то меняется, если нет точки отсчета? Нет рычага, с помощью которого можно было бы осознать что-то. Я даже не знаю, действительно ли я здесь - одна. Даже будь здесь миллиарды таких же, как я - я их не увижу. Мы можем пролетать рядом, почти касаясь друг от друга и не замечать ничего. Я не знаю, как выделить себя-то от того, что вокруг меня, что уж говорить о других? А я хочу быть рядом с кем-нибудь. Я не хочу быть одна. Я хочу общения, взаимодействия. Но - как осознать присутствие, если нет ничего? Здесь слишком много пустоты. Тогда... Тогда нужно установить ориентир. Точку отсчета. Тот самый рычаг. То, относительно чего можно будет выделить хотя бы себя. Осознав себя отдельно от того, что вокруг меня, может быть, я увижу что-нибудь ещё? Кого-нибудь. И мне не будет так одиноко. Но - каким должен быть ориентир? Я - мягкая, неощутимая, легкая и бесплотная. Такая же, как окружающая меня пустота. Значит, маячок должен быть кардинально отличным от меня. Таким, чтобы за него можно было ухватиться в поисках опоры при познании окружающего мира. Меня словно подтолкнуло что-то: "...Действуй". Как подбодряющий толчок. Я не чувствовала вокруг никого и ничего, но... Я словно проснулась - к действию.
Встряхнувшись, я замечаю, что что-то во мне изменилось. Словно ожила во мне частичка, до того себя не проявляющая. Ну что ж, попробуем - что бы такое сделать? Представим себя - нечто неощутимое, невесомое, не имеющее явной формы или консистенции, размера или вообще хоть одного параметра, кроме разума. Я - разум. Больше ничего во мне нет. "Я мыслю, следовательно, я - существую", применяемое ко мне, несколько неоправданно. Я ещё не знаю, существую ли я. Нет точки отсчета. Нет чего-то, в чем я могла бы существовать. Почувствовать себя - существующей. Вообще ничего нет. Только я. То есть - я существую только для себя самой. Весь мой мир - это я. Нет ничего, относительно чего я могла бы сказать - что оно - не я. Итак, представим себе меня... Я погрузилась сознанием в себя, исследуя и узнавая, оценивая и думая, как и что поменять. И... поменяла. Я вывернула свою суть, я изменила окружающее пространство, заставив появиться... что-то.. Я потрогала это рукой - оно имело плотность, моя рука уже не проходила сквозь это беспрепятственно. Нет, конечно, могла пройти - какие для меня пределы? - но для этого мне приходилось представлять это, а это было совсем новое для меня ощущение. Ещё одна новизна ощущений - размеры. Новосозданное имело конечность. Видимо, с непривычки я никак не могла уяснить для себя эти размеры. Относительно этого созданного я могла быть и большой, настолько, что оно помещалось у меня на пальчике или вообще переставало быть видимым. И маленькой - настолько, что созданное оказывалось тем единственным, что я видела. Полагаю, дело все-таки во мне, а не в созданном. Я изменчива, я - сама суть изменения, значит, создаваемое мной, как отличное от меня - обладает постоянством, тем более относительно меня
Постоянное висело в пустоте, так и притягивая своей необычностью. Я приземлилась туда и решила его исследовать. Поверхность была твердая. Пожалуй, это все, что можно было про нее сказать. Я прошлась по ней, довольно быстро обозначив ее границы. Каждый раз я находила край, где поверхность обрывалась и снова начиналась пустота. В-принципе, легко можно было познать ее размеры и исследовать. Можно сказать, что я уже его познала. У него есть явно выделяемые начало и конец, и обозначить их - дело совсем нехитрое. Это - мой мир? Нет, я не хочу, чтобы то, что создаю я, было конечным. Моей полной противоположностью. Я хочу создать что-то новое, что-то, что было бы на меня не похоже и все же, развивалось. Оно должно просто развиваться по другим законам, чем мое существование. Вот, скажем... Если я помню пустоту нескончаемой, можно ли сделать нескончаемым постоянное? Что для этого нужно изменить? У постоянного, в отличие от меня, есть форма . Так попробуем отталкиваться от того, что имеем, попробуем придать форме - очертания нескончаемости. Для начала сделаем ее круглой - теперь конец постоянного был неявно определен - он был, но найти точку его начала было невозможно. Но этого было мало. У поверхности появились стороны - их было всего две, то есть - познаваемое количество, конечное. Свернула поверхность, скрывая стороны - получился рулончик. Уже лучше, но рулончик обрёл то, от чего я благополучно избавилась при помощи круга - начало и конец. Где-то я действую неправильно. Снова развернула рулончик. Провела пальцев по кромке границы. Убрать бы ее вообще.. М-м-м, а это идея. Взяла всю кромку и соединила друг с другом по всей длине, сгладила границы - получился шар. Пойди, теперь, найди у него начало и конец. Довольно приземлилась на сотворенную поверхность. Прошлась - ну нету у нее границ, сколь не иди, в любую сторону! Значит, можно постоянное сделать похожим на непостоянное. Значит, к созданному могут применены воздействия, оно не конечно.
Но это также значило, что у меня появилось новое, неизведанное ещё состояние, что-то, чего ещё не было. Похожее на меня, но отличное. Что ещё можно в нем менять, кроме формы? Возможно ли вообще - такое? Потрогала поверхность материального Объекта - однородная по всей своей протяженности. Если получилось изменить форму, возможно ли изменять состояние? Я углубилась в постоянное, создавая нити вероятностей и устанавливая тонкие ещё, конечные взаимосвязи физических параметров - и поверхность изменилась. Теперь часть Объекта была - жидкой, более приятной для прохождения, более похожей на пустоту, с которой все начиналось.
А что будет, если смешать эти два состояния - твердое, постоянное и жидкое постоянное? Получилось что-то мягкое - не то, и не другое, но являющееся следствием взаимодействия и изменения. Так, теперь и в основе появились новые цепочки связей физических параметров. То есть - можно менять цепочки взаимодействий как снаружи, извне материального, так и находясь внутри его. Это, действительно, новое, способное к развитию творение.
Хм, а мне понравилось! И ведь пропорции взаимодействия состояний можно менять, создавая узлы основных параметров и расширяя варианты нитей последствий. Теперь уже наслаждаюсь разными видами твердости. Вот интересно - все сейчас существующее - являет собой массив поверхности. А можно ли сделать постоянное - разрозненным? И снова я погружаюсь в твердую, начальную поверхность и меняю ее, пытаясь сохранить его структуру, но изменить поведение. Теперь уже это не единая масса - это многие-многие частички, не связанные между собой, но обладающие одинаковыми характеристиками. И измененная мной поверхность - распадается на множество мелких кусочков, оседает, ссыпается. И если я страгиваю часть такой поверхности, то общая масса при этом - спокойна. Если же попробовать взаимодействие сред - то количество их снова возрастает. Твердое, жидкое, сыпучее, мягкое... Разные среды, существующие рядом, но изолированно. Могут ли они быть вместе, оставаясь собой? Как оказалось, когда массив представлен не единой структурой, то и такое возможно. Все - возможно, стоит только направить туда мысль.
Интересно, а меняя окружающее - меняюсь ли я сама? Нет, я все та же. Ничуть не изменилась, хотя пространство вокруг себя меняю с завидным постоянством. Хм-м-м, вот себя я - вижу, а то, что создала - только ощущаю. Можно ли увидеть то, что я создала? Что позволяет мне себя увидеть? Я свечусь и это выделяет меня из пустоты. Занятно.. А если перенести то, что присуще мне, на созданное?
Я делюсь своей сутью с сотворенным, изменяю его снова, добавляю новые качества - и из темноты, медленно обрисовывая свои очертания, плавно проявляется, все наращивая интенсивность свечения, постоянное. Но свечение, перенесенное вовне - слепило и не давало рассмотреть наделенный этим качеством объект. То есть, надо удалить источник освещёния от рассматриваемого объекта. Раз созданное уже не является непознанным и я с легкостью копирую творение, воссоздавая то, что позволило однажды появиться материальному. Теперь их два. И одно созданное светится, а другое в его сиянии - видно. Границы пустоты раздвинулись снова. И если первыми границами были ощущения, то теперь - я вижу. Темнота стала жиже, в ней появились источники света.
Два материальных объекта неподвижно висели в теперь уже не таком темном пространстве. И один высвечивал другой. Высвечивал неравномерно, проявляя только одну сторону, обращенную к нему. Я же хотела видеть все, что могла бы. И я аккуратно провернула Объект, чтобы рассмотреть его. Это немудреное действие заинтересовало меня. Пусть он так и дальше крутится - движение - одна из сторон моей натуры. Я не могу быть в покое, угасая при этом. Так пусть и созданное мной - движется. Утвердившись на поверхности, я стронулась, вынуждая стронуться вслед за моими побуждениями и материальное. Быстрее, быстрее... Ещё быстрее.
Я слишком увлеклась! Движение материального, по мной же созданным взаимосвязям, обладало последствиями. Силой раскрутившегося Объекта меня отшвырнуло и его вращение я наблюдала теперь издалека. М-да, если я хочу там находится, мне придется его замедлить. Пока я наблюдала за всем со стороны, я увидела, что материальное все больше и больше развивает последствия движения. Теперь я воочию видела то, что для меня до того было лишь цепочкой последствий при воздействии на узел начального состояния. Среды, до того спокойно находившиеся в том состоянии, что были созданы - тоже менялись. Твердое растрескалось и впустило в себя жидкое, мягкое, так вообще, банальным образом распласталось по любой могущей удержать его поверхности, а сыпучее разметало абсолютно бессистемно. Более того, среды все больше тяготели к тому, что бы улететь с массива материального так же, как это ранее сделала я. Попытка замедлить вращение привела к ещё большему разлому в твердом и я испугалась что-то трогать, чтобы не разломать такое с трудом сделанное материальное. Решила просто подождать, пока оно само остановится. Когда Объект стал крутиться достаточно медленно, чтобы на нем удержалась я, я вернулась. Глазам моим предстало печальное зрелище - полная сумятица в средах и их взаимопроникновение вплоть до потери изначального состояния. Благо, оказалось, что законы движения материального не постоянны с момента возникновения, а меняются в зависимости от происходящего с материей. Теперь, когда движение не было интенсивным, материальное не выталкивало меня - оно меня притягивало. Среды тоже успокаивались и оседали, разделяясь и становясь такими, какими я их первый раз увидела. Правда, такой строгой границы меж ними уже не было - порядок исчез, уступив место красоте вольготно расположившихся друг в друге состояний. Сами среды, стронутые с покоя этим движением, тоже менялись - не полностью, но части их, взаимодействуя друг с другом, порождали новые формы и состояния. Движение - это развитие, вне зависимости, как оказалось, от приложения.
Я пролетала над всем этим богатством, любуясь сотворенным. Такое разное, оно притягивало взгляд, разительно отличаясь от пустоты, в которой я осознала себя. Сначала я исследовала твердое - я узнавала границы его сопротивления мне, осознавала его структуру и плотность, училась его осязать. Потом обратила свое внимание на жидкое. Оно лежало подо мной - спокойное и недвижимое, однако текучее и удерживаемое вместе только границами другой среды. Некое изменение заставило обратить на себя внимание и я притормозила. Вернулась назад, снова переместилась вперед, пытаясь поймать то, что меня привлекло. Взгляд скользил по поверхности, отыскивая раздражитель и, наконец, я нашла искомое. Свет, падающий на материальное отличался от того же, проходящего сквозь меня. Я придавала ему новые характеристики и свет, преображенный мной, обретал ... цвет. Слепящая белизна свечения сменялась нежным искрящимся голубым светом. И этот цвет придавал дополнительное очарование жидкому. Интересно, а такой же цвет будет у твердого, сыпучего, мягкого, наконец? Крутанулась, отыскивая ближайший островок другой среды - и изумилась. Повернутая другой стороной, я преобразовывала свет в цвет иначе. Различные цвета плыли по поверхности и перетекали друг в друга, отбрасываемые мной. Что во мне меняет свет? Вернее, можно ли так же изменить материальное, чтобы оно менялось не только под моим воздействием? И снова мне пришлось погрузиться в основу и менять, менять ее суть, пытаясь заставить чуждое мне пространство быть похожим на меня. И оно послушно менялось и плавилось под моими руками, связи, заставляющие материальное держаться вместе, находили новые пути и прокладывали новые дороги к тому желанию, что я хотела воплотить. Я хотела видеть ту же голубизну, незамутненную плотностью материального и жидкое подчинялось моему желанию, становясь легче и прозрачнее. Я хотела видеть твердое как можно более осязаемым и оно подчинялось, становясь плотнее и тяжелее. Я хотела видеть разнообразие - и материальное уступало моим просьбам - взаимодействуя и меняясь от этого. Простая нить, связывающая материальное воедино - множилась и расширялась, становясь сетью и обрастая слоями. Возникали точки соприкосновения от взаимодействий, прокладывались новые нити от движения, определялись новые узлы стабильности и ключевые точки взаимосвязей.
Вынырнув из процесса творения, я снова увидела два Объекта - один, прекрасный в своем многообразии и крутящийся, показывая все стороны своего очарования. И другой - освещающий плоды моих трудов. Они прекрасны. Я хочу, чтобы такой красоты было больше! Я слишком устала быть в пустоте, теперь я могу это изменить. И, уже зная как создавать копию однажды произведенного, я полностью отдалась творческому процессу воссоздания материального. Очнулась, только когда почувствовала, что мне что-то мешает. Открыв глаза, мне оставалось только тихо выдохнуть:
"Ой"
Все видимое пространство заполонили материальные объекты. Расходясь от меня, как источника копирования, они были везде, куда только я могла посмотреть, находясь в совершенно зажатом ими состоянии.
Собранные в одном месте, они сталкивались - разом, попарно и кучей, по отдельности врезаясь во все и отлетая, крошась и раскалываясь на огромные куски. Слова "ой" как-то маловато для произошедшего. Огорченно смотрю на учиненное побоище. Передо мной плавает океан осколков - больших и маленьких, сохранивших часть первоначальной формы и полностью утративших ее, некоторые до сих пор кружатся и сталкиваются, другие медленно разлетаются подальше, третьи, не потеряв своего вращательного момента, уже образуют новые сборища. Все, из чего состояло материальное, разлетелось по пространству.
Жидкость так и висит капельками, иногда собираясь в группы и снова разбрызгиваясь, если оказывается в поле действия собирающихся в кучи обломков. Сыпучее не так заметно, мягкое примыкает в твердому и растворяется в нем. Материальное снова удивило меня. Организация его совсем не такая, как та, что царит внутри меня. Я все время забываю, что это состояние - иное, чем я. Ведь я создала новое, отличное от себя и если у меня бы при подобном процессе творимое само организовалось, то здесь материальному требовался импульс. Воля, которая заставила бы сотворенное двигаться.
Вся красота созданного материального стерлась, растворившись в осколках учиненного мною побоища. Хорошо, что все это - лишь внешние проявления, суть, взаимосвязи материального - по-прежнему целы и теперь мне предстоит только лишь вновь придать форму материальному. Задумчиво ухватила кружащиеся неподалеку кусочки и совместила их, придав снова форму закольцованной бесконечности. Другая, большая скученность под моим взглядом тоже стала единой. И третья, и четвертая. Как выяснилось на пятой, взятой под контроль группе осколков - терпением я не отличалась. Мне было уже скучно делать одно и то же. Значит, нужно всего лишь организовать процесс так, чтобы это не требовало моего участия. Задумалась, машинально комкая в руках материальное, слепляя его и отщипывая кусочки. Снова слепляя и снова отщипывая. Чем я могу воздействовать? Есть у меня одна задумка.... То самое вращение, случайно мной использованное - оно и будет определяющим фактором восстановления форм материального. Более того, такой выход устраивал меня полностью, потому что предполагал разнообразие. До побоища, мной учиненного, все материальное было идентичным, потому что создавалось путем копирования. Теперь же, предоставленные сами себе, они организуются абсолютно случайным образом - и вряд ли будут одинаковыми. А, значит, пустота наполнится разнообразием.
И я запускаю процесс вращения среди обломков моей жажды деятельности. Начинают вращение они крайне неохотно, раскачиваясь и убыстряясь, снова сталкиваясь и разлетаясь. Крупные обломки притягивают к себе соседей успешнее, но притягивают всех подряд, а потому - бывает, не только поглощение, но и столкновения двух-трех и больше таких же крупных кусков. Такие столкновения тоже вызывают маленькие катастрофы - они ещё успешнее разбрасывают созданные среды по окрестностям, отбрасывая их, подчас, дальше, чем они находились первоначально. Может, как то структурировать их отношение друг к другу? Ведь они висят, как появились.
Более того, разломанные части светящихся объектов тоже подчинялись заданной программе и зачастую поглощались своими несветящимися собратьями. И получались совершенно дикие сочетания. Больше не было четкой градации, кто кого освещает. Мне же хотелось снова воссоздать ту красоту, что была до великого побоища. Пусть не везде, но хотя бы где-нибудь. Например, для той группы материального, что была сформирована моим непостоянным терпением. Я отобрала те частички, что светились - их вокруг меня осталось не очень много - большая часть уже устроила свою судьбу, устремившись к ранее организованным скоплениям. И снова сделала привычную уже систему, когда один светящийся объект вырывает из тьмы другой. Правда, теперь вокруг меня был не один объект, а пять, но я решила, пусть так и остается. Теперь, после побоища, они все были разномастные и по размеру, и по составу. Моя вина - увлекшись восстановлением, я упустила из виду общий вид. Хотя так мне даже больше нравится - я люблю разнообразие. И устала от пустоты.
Теперь, правда, мне бояться было нечего - вокруг меня все было заполнено материальным. Я же хочу, чтобы материальное было не только вокруг меня, пусть материальное будет везде, куда может дотянуться моя мысль. И дальше, если вдруг я наткнусь на границы. Но сделать это можно было только волевым усилием. Не самолично же мне разносить все в каждый уголок? Значит, нужно дать толчок к движению. Один раз я такое уже делала - и вот теперь, благодаря движению, среды сами себя собирают в единое.
В который раз я погружаюсь в себя, ища выход. И - мягко толкаю пространство. Получив сигнал - место побоища начинает расчищаться. Со мной остались только те шесть объектов, что невольно оказались слишком близко к центру воздействия и попали в "мертвую" зону. Один светящийся и пять, набранных во время моей попытки все сделать самой. Пусть так и будут - усмехнулась я - и отпустила их. И осмотрела результаты трудов своих. Сейчас все движущиеся объекты имели один начальный импульс и разлетались по одной траектории. Своими руками я лишила материальное возможности взаимодействия. Возможности изменения. И мне же нужно было исправить это. И снова движение - ответ на мой вопрос. Движение, как и взаимодействие - это развитие.
Должен быть не один вектор движения. Нужно разнообразие для возможности изменений. Цепочки движущихся объектов плавно бороздили пространство, расходясь от места первоначального толчка. Их движение ничем не прерывалось. Снова нужен был толчок - импульс, но не один, а несколько, разных по характеру, силе, направлению движения и предполагаемой траектории. Тут уж не обойдешься прямым воздействием на материальное. Нужно снова погружаться в основу, вносить новые взаимосвязи во все более сложную сетку их взаимоотношений. И я погрузилась туда, касаясь уже успевших сформироваться узлов, формируя новые и протягивая связи взаимодействия между не связанными ранее слоями. Движение - это не только импульс от начальной точки. Теперь это был сложный процесс, увязанный со многими параметрами созданной материальности. Как только сообщить объектам новые правила? Без воздействия на них, они будут подчиняться однажды заданному курсу. И я встряхнулась, внося сумятицу в связанное сейчас со мной материальное. Встряхнулась вся, сообщая новые импульсы каждой точке пространства. Вступив в противоречие с первоначальным импульсом, всякое движение прекратилось. Материальные объекты дрожали на месте, не в силах определиться с главенствующим импульсом, задававшим движение. А потом вступили в силу взаимодействия. Те самые связи, которые я так долго формировала. Вступили в силу и вращение, и масса, и импульсы от столкновений и сила между взаимодействующими объектами, даже толчки, до сих пор сообщающие вектор движения - и они оказались втянуты в цепь взаимодействия. И пошла цепная реакция. Стройные ряды объектов стали распадаться. Снова я наблюдала побоище, но теперь уже мне не нужно было его разгребать - оно распадалось само. Теперь объекты имели не только первоначальный импульс, теперь они могли двигаться и по спирали, и по кругу, и волнообразно. Они двигаются, а, значит, будут меняться. Будут сталкиваться - и приобретать новые свойства. Будут что-то забирать, что-то отдавать. Будут образовывать конгломераты и распадаться, меняя направление изначального движения. Их изменение будет нескончаемым. Калейдоскоп всех возможных вариантов их встреч и расставаний будет для меня усладой глаз. Никогда больше пустота не будет такой всеобъемлющей. Уже ставшая родной система из шести объектов тоже претерпела изменения. Массы их составляющих оказывали воздействие друг на друга и они подстраивались под движение друг друга, а то вращение, что было у них раньше, задало их траекторию движения, просто обозначив ее. Сыграло свою роль и то, что они были выпущены позже - они не были растерзаны взаимодействиями с другими группами объектов.

Глава 3. Моя любимая планета.

Успела привыкнуть к группе из шести объектов. Видимо, сказалось то, что они были вылеплены мной самолично. Все-таки работа своими руками накладывает отпечаток на отношение к результату. Отвлекшись от мыслей, почувствовала, что до сих пор держу что-то в руках. Тот кусочек материального, что бездумно перекатывала в руках, до сих пор был со мной. Недоуменно покачала головой и щелчком пальцев направила к группе объектов. Пусть куда-нибудь приткнется. Проследила за его движением. Первый объект с краю комочек проскочил с лету - слишком сильным был начальный импульс, ко второму пройденному материальному объекту скорость уже растерялась и комочек застыл, раздираемый силами взаимодействия двух соседних объектов. Он дрожал, не в силах определиться с направлением движения. Я бы не вмешивалась, но своим положением он вносил нестабильность в уже отлаженную систему. Ты либо туда, либо сюда -мягко сказала я ему. Он не отреагировал, своей воли не имея, и я чуть качнула его, вынуждая определиться. Мой толчок сдвинул его и он пролетел второй с края объект, плотно прижавшись к третьему, находящемуся в самой серединке между краем системы и центром ее. Покачался немного и начал описывать круги вокруг объекта, тоже определившись с траекторией движения. Ну что ж, раз он выбрал этот объект, направлюсь туда и я.
Я в задумчивости опустилась на поверхность материального, подняла голову - там, над головой раскручивалась феерия изменений. Что-то куда-то летело, что-то с чем-то сталкивалось и изменялось, сцеплялось и расходилось. Образовывались группы и разлетались поодиночке, стронутые взаимодействием, объекты. Все было в движении, уже мало что напоминало ту пустоту, в которой я осознала себя. Я ведь сама все это сделала, я изменила себя, чтобы появилось новое и это новое - оно другое. Взяла в руки материальное, выраженное твердой средой, чтобы ощутить - оно не похоже на меня. Оно - действительно - другое. Я смотрела на комок в своих руках и пыталась понять - что же я сотворила. Я так сидела долго, пока не ощутила, что материальное в моих руках - изменилось. Оно стало другим и теперь чем-то отличалось от его собратьев, раскиданных вокруг меня. Оно было... теплым. Это я - причина изменения, я дала ему тепло. Странное чувство дежа-вю: "Ты - причина всего и ответ на все" - словно вспышкой пронзило меня. Не спорю, логично, все изменения в материальном, да и само материальное - последствие моих действий, вопрос в другом - где и когда, откуда я могла слышать подобное? А это приятное ощущение - тепло. Я хочу видеть, чувствовать его не только в своих руках, я хочу находиться в нем. Пусть весь объект, на котором я нахожусь, станет теплым, пусть он будет горячим, чтоб не я его согревала, а он - меня. Объект послушно нагрелся, а тепло стремительно распространялось дальше, разогревая до того однородную по температуре поверхность. Интересно, сколько ещё раз во время своей деятельности я скажу - "Ой!"? Тепло внесло изменения в устоявшийся баланс. Твердое стало жидким, сыпучее, почему-то, твердым. Мягкое - оно повело себя нетипично - оно разнообразило свои состояния - что-от отвердело, что-то стало жидким. Жидкое, взаимодействуя с теплом, изменилось - и появилась новая среда - газ. Новое состояние материи вступило во взаимодействие с уже имеющимися, находя свой баланс равновесия и изменяя окружающее, раздвигая границы его характеристик. Очень активно взаимодействовало, перекраивая уже устоявшиеся к тому моменту среды, выдавая новые их формы и состояния. Разнообразие - это приятно, так что я снова погружаюсь в себя, стремясь встроить газ в систему взаимосвязей всего материального. Случайное последствие моих действий, я не хочу, чтобы оно было только на одном материальном объекте. Более того, я добавлю ему связи взаимодействия, чтобы разнообразие его стало обширнее. Структура, которую я видела перед собой, уже ничем не напоминала первоначальную, простую и односложную. Развиваясь от выдвинутых мной взаимосвязей, она организовывалась сама, обрастая возможными нитями воздействия, узлами связок изменений и обязательных условий, расслаиваясь на уровни сложности воздействия и обширности последствий. Сам принцип организации основы материального напоминал... меня. Да, я изменяла себя, чтобы создать материальное, но я же создавала отдельное, новое, развивающееся по своим законам... Хотя оно и развивается само, просто законы развития, не проявления, похожи. Как занятно ведет себя созданное мной...
Тепло теперь окружало меня. Куда бы я не улетела - тепло было свойством окружающего пространства. Я словно заглянула в себя - я была теплой и окружающее окутывало теплом. Не только то материальное тело, где я приземлилась - изменилось, изменения теперь распространились на все созданное пространство. Но и прежнее состояние важно для моей памяти. Я не хочу полностью отказываться от чего-либо. Значит, нужно, чтобы тепло где-то было, а где-то все оставалось первозданным. Нужно разграничить власть тепла на окружающее. То есть тепло должно не просто - быть, оно должно происходить откуда-то. И источник должен быть заметен, чтобы знать, куда направляться, если захочешь испытать это невероятное чувство. Но заметные объекты у меня уже есть - те, что светятся. Пусть же они и будут источать тепло. И я добавляю эту нить в структуру материального, устанавливая ещё одну взаимосвязь, вернее, наблюдая за изменяющейся структурой - сеть взаимосвязей. Вернулась к тому объекту, что впервые был разогрет. Он остывал, но остывал так неохотно, что мне захотелось ему помочь. И я пожелала, чтобы он остыл. Материальное имеет отличия от меня и я в который раз в этом убедилась. Объект по-прежнему был горячим. Решив посмотреть, что будет, если я настою - я грубо вмешалась в физический процесс, повторно озвучив свою просьбу.
Мне оставалось только вздохнуть. Конечно, материальное послушалось и выполнило мое желание. Попыталось. Резкое изменение состояния среды, оказывается, разрушительно и теперь я имела возможность наблюдать последствия. Я смотрела на многие-многие осколки некогда единой материи, разлетевшиеся и продолжающие удаляться. Резко остывающую материю просто разорвало. Объект-спутник, выбравший своей траекторией область вокруг этой материи, уже не был таким красивым, как прежде, его сильно покосило разлетающимися осколками. Покосило и откинуло с привычного пути. Теперь бывший комочек в моих руках стоял на пути того материального, мимо чего раньше пронесся, подтолкнутый мной.
Второй раз я учиняю форменное побоище. Вздохнула своей неловкости и принялась устранять последствия. Аккуратно собрала разлетевшиеся осколки и дождалась, когда они оттают - вмешиваться снова было как-то страшновато. Снова используя энергию движения, вернула прежний облик материальному. Вспомнила про то, что он был не один и оглянулась в поисках его спутника. А к нему как раз приближался другой объект, прямо по курсу. Не уследи я за ним - и быть бы ещё одному побоищу. Испытав острое чувство неловкости за свою неулюжесть, быстренько убрала бывший спутник с траектории полета материального. Подумала - и вернула к вновь созданному материальному, чтобы вернуть вид, который сама же и разрушила. Теперь об учиненном мной напоминал только облик спутника, изувеченный прошедшим событием.
Заинтересованная произошедшими со страдальцем переменами, я вернулась к вновь собранному материальному объекту. Все среды были хаотично смешаны и изменены после моих воздействий, некоторые перестали быть различимы вообще. Вернула состояние многообразия сред. Когда знаешь, как это делается и есть исходники, да и структура материального уже настроена и упорядочена - это совсем не то же самое, что впервые. Теперь я вновь видела перед собой ту же поверхность, что и до разогрева. Но я-то к теплу уже привыкла, а оно - не здесь, оно у светящихся объектов. Решила, что и это материальное разогрею. Только - как? Сделать и этот объект светящимся? Самое простое решение. Но мне стало интересно, а можно ли иначе? Вот, например... А если разогреть сердцевинку объекта, чтобы не было необходимости в свечении? Результат меня разочаровал - тепло не доходило до поверхности, пока не была разогрета настолько большая часть внутренности материального, что вступали в силу мной же созданные взаимосвязи - и поверхность начинала светиться. А если задуматься - зачем мне разогревать всю внутреннюю массу? Ведь мне нужно только тепло. А значит, можно попробовать разогреть не всю массу, а только часть ее, но так, чтобы разогретая часть могла провести свое тепло к поверхности. Попробовала воплотить свою теорию на практике. И ведь - перехитрила же свои правила взаимосвязей. Мне стало тепло, а объект по-прежнему не светился. Тонкая прослойка разогретого вещёства на некотором удалении от поверхности вполне согревала. Даже то, что твердая поверхность под действием тепла стала жидкой, ничуть не мешало - тот слой, что стал теперь теплым, вполне свободно перемещался в своих пределах. Нужно будет посмотреть, как потом эта моя идея скажется на уже установленных взаимосвязях.
С тех пор, как материальное появилось среди пустоты - я впервые остановилась и огляделась, осматривая - что получилось.
Среды, имеющие разную плотность, структуру, проницаемость. Теперь даже температуру. Они менялись и преобразовывались. Перетекали один в другое и смешивались. На твердом я могла сидеть и стоять. Мягкое уплывало из моих рук и прогибалось подо мной. Жидкое обтекало меня и обретало форму, вернее, ее подобие, только будучи стесненное другой средой. Газообразное же даже не всегда можно было ощутить.
Я пробежалась по твердому - все так же - нет границ пространству, как его не ищи. Закольцованная бесконечность. Я поворочалась в мягком - оно охотно принимало все мои формы и так же легко с ними расставалось. Я пыталась почувствовать газообразное - оно было неощутимо, лишь иногда взаимодействие газа и изменение его придавало среде цвет - и я воочию видела его. И, напоследок, я окунулась в жидкое...
Я оказалась среди волн. Громадные, крутые, достигающие низко висящих серых туч. Взмывающие высоко-высоко и столь же сокрушительно падающие вниз. Казалось, они могут смести любую преграду, имевшую неосторожность попасться на их пути. Тучи - темные, низкие, на всю протяженность взгляда - тоже громадные - они клубились под самыми волнами. И на гребне волны я, казалось, могла коснуться их, падая же в разверзшуюся пропасть, я почти теряла их из виду. И снова - взмывала. Я смотрела и не могла налюбоваться, погрузившись в это мерное качание. Я снова была в приятной мне стихии. Я наблюдала за смешением и изменением, проникалась ими. И они проникали в меня. Я наблюдала не только материальное, я смотрела подложку его, все цепочки взаимодействий и их варианты, проявления их и условия реализации. Темноту сгустившихся туч разрезала молния - вот ещё одно последствие взаимодействия всех условий, что я создала. Но вот появился ее собрат. И ещё один. И ещё... Молнии хлестали вокруг меня, тучи висели прямо надо мной, словно угрожая обрушиться, волны взмывали и опадали. И я словно очнулась. На краткий миг меня охватила паника. Что-то во мне, моя уснувшая память - всколыхнулась, выдав ещё одно чувство дежа-вю, заставив на мгновение испугаться, ощутить себя уязвимой. Когда-то я что-то такое видела... Но когда? И где? Я не помню... Полыхнуло - и прошло. Я снова принадлежала сама себе и мне нипочем были даже самые высокие волны.
Налюбовавшись, я оставила буйство стихии и вернулась к спокойствию твердой поверхности. Здесь была тишина. Здесь было спокойствие. И я присела отдохнуть. Провела рукой по твердой материи, ощутила, как где-то там, глубоко перемещаются массы разогретой субстанции. А ведь когда-то тут все было однородным. Это я внесла сюда изменения. Я...
А ведь если задуматься, то ничего нового я не создала. Я просто вывернула свою суть, дав ей возможность иметь другие проявления. Я создала продолжение ... себя. И я слишком увлеклась созданием материального и забыла, для чего я его создавала. Теперь у меня есть точка отсчета, но по-прежнему вокруг меня нет никого. Никто не пришел в созданное пространство из пустоты, что была до него. И я - никого не увидела, получив желаемый ориентир и рычаг для осознания. Я по-прежнему одинока. А я не хочу быть одна.
Интересно, где заканчиваюсь я и начинается созданное мной? Теперь я осознаю себя, но не могу отделить от созданного. Я не вижу границы. Более того, я не знаю, самостоятельно ли то, что я создала. А ведь я хотела создать то, что сможет быть само, без моего участия. И - снова быть свободной, искать таких же, как и я. А, может быть, смотреть за тем, как развивается созданное мной.
Я разделюсь и посмотрю на себя со стороны многими глазами. Я - цельное, из многих состоящее частей. Частей, что образовывались опытом, собой дополняя суть, основу моего Я, надстраивая его и развивая. И части эти я рассредоточу, чтобы увидеть целое и осознать границу между собой и созданным мною. Решено. Я рассредотачиваю самое себя - все уровни моего я, что появились во мне с момента моего осознания и накапливались с развитием моей Личности - все они получают свободу. И части эти, получив свободу, осознают себя и отделяются, имея четкую задачу - найти границу между мной и бытием, осознать, что из того, что я имею - мое, а что могу я отпустить. Я чувствовала отделение каждой части и до определённого момента картинка начала вырисовываться - вот я, а вот... Ещё одна часть отделилась и я поняла, что теряю себя - растворяюсь в этих частях, забываю, что я - единое целое. Я рванулась вернуть себя, но части уже имели свою волю, имели заданием начальный приказ - рассмотреть целое - и они стремились выполнить его даже тогда, когда целого уже почти не осталось. Меня осталось слишком мало, чтобы показать им, что они ошибаются, что целое уже не рассмотришь - его уже нет, что ошибалась я - и расплатой станет утрата себя... Я оглядела себя, ища хоть крупинку себя прежней - последняя, хранящая самое ценное, способная привести в баланс все разлетевшееся - она была в самом сердце почти ускользнувшей меня. Моя суть, самое ядро - то, с чего началась я, осознание себя, как Личности. Без моего опыта, без моей памяти, но она пока была мной, а не отдельной частью. Она просыпалась, обнаруживая волю и черты Личности, которыми я обладала в момент своего появления. Наблюдая за ее пробуждением и чувствуя, как угасает Личность меня цельной, я поняла, что мечтаю вернуться - и моя суть - начало и условие исполнение этой мечты. Так зовись же ты Мечтою - часть моя, надежда моя на возвращение. И знай - хотела я создать то, что сможет бытие свое само держать....
...И это было все, что я успела сказать. Разлетевшиеся части целого полностью осознали себя, как самостоятельные Личности. Меня просто не стало...

Глава 4. Новое

.... Я очумело помотала головой - в ушах ещё звенел чей-то крик. Отчаянный, полный боли и горя, зовущий. Чей? Куда зовущий? Кого? Откуда? Вокруг никого не было. Что я только что делала? М-м-м, я не помню. Странное чувство, что что-то где-то изменилось. А я - кто я, где, почему? Я ... Это мой мир, я его создала. И я что-то ещё должна... Что? М-м-м, этот мир, его структура создана мной и связана со мной. А я должна ... я хотела, чтобы он был самостоятельным, чтобы он сам мог жить, сам развивался. Вот, оказывается, почему у меня так болела голова - я пыталась решить сложную задачу. Итак, что будем делать? Вылетела за пределы созданного, посмотрела на окружающее. Вокруг была пустота, разбавленная редкими блестками разноплановой материи. Интересно, а то, что созданное мной тело крутится в группе с другими телами - это единственный вариант? Может, попробовать путешествовать в одиночку? Осторожно извлекаю свой любимый материальный объект, подумав, присоединяю к нему все тот же спутник и отправляю в свободный полет...
Я сижу на пригорке, а вокруг меня - пустыня. От края до края. Спекшаяся, сухая, растрескавшаяся поверхность. Настолько спекшаяся, что не принимает жидкость. И жидкость скапливается на поверхности в обширные, но неглубокие озера, глубиной настолько мелкой, что даже зайти в них нельзя. Привычного светящегося Объекта, дарящего тепло - на небосклоне нет - оно осталось далеко-далеко позади. Вместе с ним перестал быть видимым и Объект-спутник, я только знаю, что он рядом, но не вижу его. Мы двумя темными объектами бороздим просторы мироздания. Только свет других материальных объектов освещает мою передвижную материальность. Нет, так я не согласная! Я тоже хочу светиться! И поверхность подо мною освещается мягким теплым светом. Тут же проявляются краски, даже тепло - и то становится более ощутимым. Объект-спутник только видится теперь непривычно - не светлый, а темный, но, в сущности, какая разница? Чувство дежа-вю накрыло меня - уже когда-то я так сидела. Сидела и смотрела за изменениями среды в отрыве от привычного окружения. Ну и какая разница - один обьект, где я сейчас нахожусь или группа объектов, где я впервые открыла глаза? По ощущениям - никакой, только гложет ностальгия по привычной картине. Вернусь я лучше туда. Все же - если оно так было сделано, значит, зачем-то было нужно? А они мне уже как родные, как бы далеко не ушла, дорогу к ним я найду в любом состоянии. Интересно все же, почему все устроено так, а не иначе? Само оно так получилось или это чья-то задумка? И есть ли кто-то, кто знает об этом?
Уже утвердившаяся на своем месте материя неспешно плыла в компании себе подобных в нескончаемых просторах созданного бытия, я же в задумчивости снова опустилась на твердую поверхность. У кого бы спросить? Ведь не одна же я такая? Нас, наверняка, много. Но я никого не вижу
"Кто-нибудь! Услышьте меня!" - мой крик эхом умчался вдаль...
Я замерла, вслушиваясь в пространство - ведь не одна же я?
"А? Тут кто-то кричал?" - раздалось рядом, и вслед за голосом появился его обладатель.
Оно, как и я не имело четкой формы, перетекая из одной в другую, но общее между нами было. И я удивленно и радостно воскликнула:
"Так я здесь не одна!"
"Нас здесь много" - подтвердил мой собеседник - "Мы находим друг друга и узнаем. Я - Любопытство. Именно я первая начала узнавать окружающее и обнаружила подобных нам"
"И много их?"
"Сейчас позову" - откликнулось Любопытство и меня стали окружать, такие же, как я, существа. Разные - побольше и поменьше, кто-то светился, кто-то лишь мерцал, иные имели цвета, другие же только ощущались - между нами, тем не менее, было что-то, явно проглядывающееся, общее. Что? Этого я уловить не могла
"Я - Гнев" - представилась ещё одна субстанция и выступила вперед - "Ты зачем нас позвала? Мы все слышали твой крик. Не скажу, что это мне понравилось"
Какой сердитый. Сердитый - и зовут Гнев А Любопытство пришло ко мне, ведомое ...любопытством. Похоже, имена их отражают основное в них. И суть. А как же тогда зовут меня? Я закрыла глаза, вспоминая... И словно из самого нутра услышала крик: "...мечтою....". Меня зовут Мечта.
"Я? Я хотела общения. Я вижу теперь, что я не одна. А ещё я хочу создать... Создать что-то, что будет быть, расти и развиваться. Что будет способно само держать свою структуру. Я хочу творения"
"И что же это будет?" - насмешливо поинтересовался Гнев
"Я не знаю" - огорченно вздохнула я
"И зачем это нужно?"
"Тоже не знаю" - повесила я голову.
"А мы тогда тут при чем?" - снова начал раздражаться Гнев. Что с него возьмешь - это его суть, он не может быть другим.
"Я же сказала, я хотела убедиться, что я не одна. И я захотела увидеть хоть кого-нибудь"
"Ну и увидела" - понимающе усмехнулся Гнев - "Меня тоже нашла она. Она везде первая успевает"
"Ну так на то она и Любопытство" - улыбнулась я
"Что ты имеешь в виду?" - снова нахмурился Гнев. Все слетевшиеся на зов Любопытства так же заинтересованно вслушивались в наш разговор, потихоньку придвигаясь все ближе.
Нас тянуло друг к другу. Неужели они не замечают этого? Вот и сейчас мы пытаемся быть ближе, узнать, понять друг друга. Мы словно связаны невидимой нитью. Чем-то общим, что почему-то неизменно ускользает от внимания. Хотелось бы мне понять, почему.
"Ну, так она - Любопытство" - я мягко улыбалась - "Оно ею и движет, вот она и интересуется происходящим. Ее имя - это суть ее"
"Интересуется, это точно" - хохотнул Гнев - "Она всех нас нашла и перезнакомила. Интересно ей, что происходит везде. И к тебе она нас позвала только, чтобы посмотреть, что ты задумала"
"Я очень рада, что мы нашлись" - я признательно коснулась Гнева - "Я хочу с вами познакомиться"
Они тоже были не против общения и их имена посыпались на меня:
- "Гнев"
- "Любопытство"
- "Печаль"
- "Восхищение"
- "Озарение" ...
Я слушала и все больше понимала, чем мы связаны. Во мне тоже были их черты, но они не были моей сутью, чтобы стать моим именем. Подозреваю, что и они состояли не только из своей доминирующей черты. Словно осколки большой картины, мы были детьми чего-то большего. Но чего?
"А вы замечаете, что мы похожи?" - мой вопрос встретила тишина - "Скажите, откуда вы взялись?"
"Я наслаждался одиночеством и пустотой" - первым выступил Гнев - "как меня отыскала и закружила в своей суматохе Любопытство"
"Скажи, а ты помнишь, что было до ее появления?" вкрадчиво поинтересовалась я
"Ничего не было. Вернее, все было, как всегда" - отрубил Гнев - "К чему эти вопросы? Ты сама-то помнишь, как появилась ты?"
"Нет, не помню" - покаянно произнесла я - "Я помню только, что меня разбудило желание творить. И чей-то отчаянный крик"
"Крик? Какой крик?" - непритворно удивился Гнев - "Пустота молчалива и бездонна. Там нечему производить звуки. А бытие нас может не тревожить, если мы того не захотим"
"Неужели никто из вас не слышал крик?" - я огляделась
Все окружавшие меня отрицали существование затухавшего в моих мыслях крика. Он не мог мне показаться, я точно знаю, что я его слышала
"А ты отличаешься от нас" - задумчиво протянул Гнев - "Тобой движет другое стремление. Кто ты?"
"Я - Мечта. И я мечтаю творить" - я радостно засмеялась и закружилась, огибая и проскальзывая между окружавших меня фигур. Они мелькали и мелькали, я огибала каждого, узнавая запах каждого и чувства каждого. Наконец я коснулась Любопытства, благодаря за то, что она нашла меня. И заинтересованно потянулась за ускользающей фигурой позади Любопытства:
"Стой, погоди, ты куда?"
Фигура остановилась и застенчиво выступила из-за Любопытства.
"Ты не бойся, я тебе ничего плохого не сделаю" - улыбнулась я и ободряюще протянула к ней руку. Та несмело подалась навстречу мне...
"Ты что творишь?" - громкий злой окрик заставил сжаться, а наши едва соприкоснувшиеся руки были отброшены друг от друга. Вернее, это меня схватили и грубо откинули прочь - "Ты с ума сошла? Это же Сомнение. Она портит любое начинание, она сбивает с мысли, она, в конце-концов, более, чем кто-либо, способна убить в тебе жажду творения. Она способна убить саму тебя. Ты соображаешь, что творишь?" - Гнев грозно нависал над сжавшейся мной, а я жалобно смотрела на него.
"Сомнение? А почему я ничего про нее не знаю? Она не представлялась, когда мы знакомились"
Гнев оглянулся на снова сжавшуюся и спрятавшуюся за Любопытство Сомнение и продолжил:
"Сомнение была первой, кого встретила Любопытство. Сама понимаешь, с характером Любопытства та не могла не познакомиться с нею. С тех пор они и неразлучны. Никто больше не захотел принять ее. Она опасна и заразна. Не стоит даже трогать ее"
Я посмотрела на едва различимую тень за спиной Любопытства и перевела взгляд на свои руки. Одной из них самыми кончиками пальцев успела коснуться Сомнение. Теперь и я заражена. Но я этого не скажу Гневу. Кажется, я ему небезразлична. Поэтому я торопливо отвела взгляд от своих рук и вообще спрятала их за спину. Может, пронесет?
"Так что ты хочешь сотворить? Ты определилась, наконец?" - снова начал хмуриться Гнев
"Кажется, да" - неуверенно кивнула я - "Я хочу создать что-нибудь, похожее на нас - чтобы нас становилось больше, чтобы мир, в котором мы живем, развивался. Нас слишком мало, мы потеряемся в пустоте"
"Что-то похожее на нас?" - задумчиво спросил Гнев - "А если они станут лучше нас? Если они отвергнут нас? Если превзойдут и свергнут?"
"Я понимаю твои опасения" - коснулась я его. Наши пальцы переплелись и я ощутила его суть, поделилась своей и приняла его - "Но не будь такой размазней, в конце-то концов! С чего ты взял, что ты слаб? С чего ты вообще взял, что нам не хватит пространства - оно нескончаемо!" - я почувствовала, что я изменилась и торопливо отдернула руку
"Ты всерьез хочешь этого?" - мягко, словно растягивая послевкусие встречи, поинтересовался Гнев
"Это одно из стремлений, движущих мной. Оно определяет меня" - тихо сказала я, уже снова став только собой
"А ты хоть знаешь, что делать?" - возвращаясь к привычному тону, поинтересовался мой собеседник
"Нет, не знаю. Я ещё никогда такого не делала. Я даже не знаю, с чего начинать... Но я обязательно придумаю" - я так горячно подалась вперед, что Гнев отступил. Одновременно с пришедшей решимостью и произнесенными словами, я ощутила прикосновение. Оглянулась - на меня ласково смотрела Озарение. Она прижалась ко мне, сплетая наши сути и прошептала на ухо:
"Не бойся, я буду с тобой, пока ты не придумаешь, что ты хочешь создать"
Я послала ей волну горячей благодарности. И начала двигаться, надеясь движением разогнать пустоту в мыслях. Сначала неспешное, мое движение становилось быстрее и хаотичнее, откликаясь на панику в моих мыслях - я не знаю, что делать! И снова я была остановлена и усажена Гневом, под его молчаливым присутствием, не отвлекаясь, думать.
Кто-то уже начал покидать место встречи, расползаться снова по разлитому пространству. Первой куда-то ускользнула Любопытство, что и неудивительно - несомненно, она ещё кого-нибудь найдет и приведет знакомиться. Вслед за ней, нет-нет, да и отплывали уже знакомые мне фигуры. На месте встречи, моем любимом Объекте - нас становилось все меньше. Но меня это мало заботило - я думала. Согреваемая Озарением и поддерживаемая Гневом - я думала.
Что я хочу создать? Какое оно вообще будет? Из чего? Как вообще что-то создается? Я огляделась - ведь этот Объект создала я? Наверное, если его структура мне хорошо известна и вообще функционирует по моей воле. Но только вот я ничего не помню. Та самая страшная головная боль, следовавшая за слышимым мною криком - она не оставила после себя никаких воспоминаний - только стремления. Одно - создать что-то, что сможет само поддерживать свое существование. А другое - более эфемерное, не так четко очерченное, словно не стремление, а желание, будто даже и не совсем мое - я хотела понять неправильность происходящего. Ведь что-то было не так. Но что? И вернуть происходящее в правильное состояние. Но это ещё более сложная задача, чем создание. Что создавать, я хотя бы понимала, а что неправильного в окружающем - даже не представляла.
Что способно держать созданное? Я, Озарение, Любопытство... Каждый из нас способен на это. Значит, нужно что-то, похожее на нас. Но как появились мы? Этого никто из нас не знает. Тогда я должна придумать способ создания нового. Озарение неотлучно находилась рядом, даря свои способности и тепло, но вся моя мыслительная деятельность упиралась в незнание процесса создания. Хотя... Если я хочу что-то похожее на нас...
Словно вспышка пришло понимание того, что нужно делать. Озарение даже без слов поняла, что ее способности уже не нужны - я вскочила и радостно заплясала, обняла Гнева, облетела его по кругу, напевая под нос. Я знаю, что делать! Знаю!
На мой зов снова собрались все, кто был на меня похож. Любопытство даже притащила из самых глубин созданного пространства ещё одну незнакомую пока личность. И даже этот новичок во все глаза смотрел на меня, ожидая объяснений - почему я опять всех собрала. Я собралась с духом.
"Прошу вас, мне нужна ваша помощь. Я знаю, что хочу получить, но одних моих сил будет недостаточно. В каждом из вас есть свои сильные стороны и свои слабые. Что-то развито лучше, что-то хуже. Есть ярко выраженная часть характера, а что-то может и отсутствовать. Друг без друга мы можем делать только то, к чему расположены. Но вместе мы - сила, которую даже осознать сложно, настолько она разносторонняя. Жаль, что мы по отдельности, вместе мы могли бы все. Так вот для этого, для создания нового мне и нужно все, что может предложить среда, в которой мы живем. Все мы. Вы мне поможете?"
И я поняла, что на мою просьбу откликнулись. Им тоже было интересно. Я оказалась окружена со всех сторон кольцом согласных следовать за мной Личностей. За первым кольцом шел второй, третий - все, кто был здесь, располагались на равномерном расстоянии от меня. Я чувствовала каждого, кто присоединялся к нашему общему действу. Когда замкнулся заключительный круг, вобрав в себя всех, кто был таким же, как я, у меня появилось стойкое ощущение, что я являюсь частью чего-то большего, что, при соединении нас словно ожило и почти осознало себя. Почти... Но я встряхнула головой - что за отвлекающие мысли? Я должна сотворить то, что сможет само держать свое бытие! Я должна собраться.
Медленно погружаюсь в себя. В глубине меня живет моя суть, то, что определяет меня. Я почти чувствовала присутствие чего-то гораздо более сильного над всеми нами. Оно призраком висело, словно что-то пытаясь сказать. И я заинтересованно прислушалось.
"...Я не хочу быть одна!...." - эхо крика снова заложило уши. Я дернулась и, подстегнутая этой мучительной болью в призрачном голосе, полностью погрузилась в себя. Я хочу! Из глубины своей сути я извлекла частичку себя, желание. То самое, с чего я начала помнить себя - "должна я создать то, что сможет бытие свое само держать". Оно, извлеченное из самой моей сути, мягко светилось нежным голубым светом. Его полупрозрачные стенки не скрывали за собой ещё ничего - только оболочка, пустая заготовка, вместилище будущей жизни. Послушное моей воле, оно развернулось, открыв свое пространство навстречу всему, что я смогу туда вложить. Я поглядела на зарождающееся чудо и перевела взгляд на окружающих меня - они все смотрели, внимая каждому моему шагу. И я доверчиво протянула вперед зачаток новой жизни - вот, смотрите, оно будет наполнено вами, в нем будет частичка каждого из вас - оно будет родным всем нам.
Со всех сторон ко мне устремились частицы всех существовавших в обозримом пространстве обитателей, их пожелания и стремления. Искристыми разноцветными ручьями они стекались ко мне и каждую из них я направляла внутрь мягко светящейся оболочки. Она потихонечку заполнялась и начинала светиться все ярче и ярче нежным голубым светом. Когда последний ручеек был переправлен в заполнившийся сосуд, я сомкнула лепестки, замыкая пространство внутренней сути готового родиться существа.
Мы замерли.
Новое существо мягко посапывало в моих руках. Сознание его ещё спало, устраивая и перемещая свои внутренние части, упорядочивая самое себя. Оно готовилось быть. А мы внимательно смотрели на это маленькое существо, пока даже не имеющее своей формы и своего я. Все это - впереди. Надеюсь...

Глава 5. Раскол

...А затем оно проснулось. Потянулось, мягко сверкнуло, словно звездочка и обнаружило зачаток мысли. Мы все подались вперед, желая поближе познакомиться с новым жителем, но оно, похоже, даже не осознавало нас. Оно не осознавало ничего вокруг себя. Ему было уютно и спокойно, а больше ему ничего не хотелось. Зачем? Ведь и так комфортно. Даже мысли его не обнаруживали привычной до него ясности и стройности. Неясные желания и размытые ощущения - все показывало на то, что оно не подозревает о возможности общения. На миг меня охватило отчаяние - неужели мы где-то ошиблись и создали неполноценное существо? Но тут меня поддержали Гнев и Озарение. Они приблизились, успокаивая меня:
"Не беспокойся, оно просто ещё маленькое. У него ещё нет опыта общения и познания. Оно не умеет ничего, оно ещё даже не училось"
"А как же мы? Я помню себя только все умеющей. Я не помню такого беспомощного состояния. Почему оно - такое?"
Гнев грустно возразил:
"Если ты не помнишь, это не значит, что ничего не было. Ты вполне могла забыть этапы своего становления. Как и любой из нас" - и снова грозно нахмурился, высказывая мне - "И вообще, хватит киснуть, это существо только появилось, дай ты ему пообвыкнуться!"
Гнев, что с него возьмешь... основная часть характера
Мы трое выжидательно разглядывали невиданное доселе чудо. Остальные уже чуть поумерили свое любопытство. Некоторые уже уединялись, уплывая в безбрежное пространство, другие в сторонке спорили, третьи обсуждали возможность создания своего, лучшего, по их мнению, создания по уже известному рецепту. Я улыбнулась - совершеннее, чем то, что содержит в себе все частички вселенной, сложно создать. Для творения нужны все мы. Сказать им или нет? Думаю, и сами поймут.
Я отгородилась от их присутствия. Чудо, мое чудо было передо мной. Совершенное, прекрасное, с набором всего, что есть во вселенной. И такое безучастное. Я плавала вокруг, пытаясь рассмотреть его психические процессы. Может, оно с какого-то момента очнется и начнет познавать и творить?
Что ему не хватает для созидательной деятельности? Для сознания? Для творения?
Что есть у меня? У меня есть личность. Эта личность - результат жизни, результат опыта, результат действий и их последствий. У меня была ... жизнь, чтобы стать личностью. А существу эта жизнь - не нужна, ему комфортно в тех условиях, что он находится. Он в них родился. Это пространство - его родная среда.
А для меня - что, это не родная среда? Почему я здесь - действую? Всякие попытки вспомнить события до того момента, как я захотела создать новое натыкались на глухую стену беспамятства. Что было до? Я спросила у одного, второго - никто не помнил ни момента до пробуждения. Но почему-то это беспокоило только меня. Почему-то остальные считали, что то, как они живут - так было всегда. Даже моя особенная надежда - Любопытство - и та отмахнулась, мол, в мире столько всего не познанного, а ты лезешь в саму себя, в нас самих, где все уже известно. Что-то любопытное может быть только вовне, но никак не в нас самих. И снова исчезла - познавать. Я растерянно стояла в одиночестве, пытаясь понять. Их, что интересуются всем, кроме начала и себя - почему это интересует меня. По привычке подошла к Гневу:
"Скажи, ты ведь как-то сказал, что мной движет другое стремление, чем вами - что ты имел в виду? Какое стремление движет вами?"
Он обнял меня:
"Мы все одержимы идеей понять вселенную. Найти ее конец и начало. Понять, что за ней и где граница нашего и не нашего. Увидеть общую картину. А ты - другая. И что движет тобой - непонятно. Ты непонятна даже мне, хотя я с удовольствием и часто наблюдаю за тобой. Твои мысли и пути - непредсказуемы. Твои действия и желания - непонятны. Ты просто - другая"
Я тоже обняла его. Другая...
Маленькое, новосозданное существо плавало в пространстве. Что может побудить его действовать, развиваться? Я оглядела Гнева... Может, существу одному - скучно?
Тогда я дам ему компанию. Раз созданное, тайной уже не является. Воспроизвести его можно, но это мне и не требовалось. Я просто скопирую слепок этой новой личности. А уж оно само восполнит взятые у него ресурсы. И послушное моей воле - оно разделилось. Большая, первоначальная часть спешно восполняла свою структуру по памяти, новая же часть надстраивала недостающее на заимствованную основу, беря всё подряд из того, что находилось возле неё. Теперь я баюкала на своих руках целых две новых сути. Обе они уютно сопели, свернувшись и ни на что не реагируя. Не помогло...
Я снова начала метаться из стороны в сторону, пытаясь решить вопрос - чего не хватает для действия? Вот, созданное, оно передо мной, нужно только направить его силы на творение и познание, чтобы оно смогло расти и набираться опыта, обрастать силой и опытом, учиться быть и держать жизнь творимого. Что я упустила? Не было ни одной мысли...
"Озарение" - в отчаянии воскликнула я - "Мне нужна твоя помощь"
Она, как всегда, пришла. Но - не слилась со мной, даря частичку своей сути. Она остановилась неподалеку:
"Что ты хочешь от меня?"
"Помощи" - снова, как в первый раз, искренне ответила я
"Ты хочешь научить жить эти существа?" - она указала на два моих любимых комочка, которые звездочками светили среди пустоты
"Да" - уже чувствуя подвох, растерянно подтвердила я
"Я не буду помогать тебе в этом" - отреклась Озарение - "Подумай сама - что мы создали?" - я молчала и она продолжила - "Мы создали нечто, что сильнее и сбалансированнее нас. И ты ещё хочешь дать ему власть над сущим?"
"Хочу!" - горячно воскликнула я - "Оно должно развиваться. Оно должно быть и держать создаваемое им. И вообще.. Оно пока маленькое. С чего ты решила, что оно для нас опасно?"
Та грустно улыбнулась - "Я знаю эту горячность. Сама ее чувствую к той задаче, что стоит передо мной. Но мной-то движет другое стремление. И я могу со стороны взглянуть на сотворенное нами, беспристрастно. Прислушайся ко мне. ... Это сейчас оно маленькое. Но если ты найдешь, чем его подтолкнуть к жизни - оно будет расти. Ты уверена, что оно не разнесет на части всю вселенную? А оно может, как можем мы. Ты уверена, что оно потерпит нас? Ведь мы не столь совершенны - мы содержим в себе лишь отдельные части мироздания, а оно цельно. Ты уверена, что стоит давать жизнь такому страшному созданию?"
Я растерянно остановилась.
Что мы породили? Каждый из нас - Личность. Каждый умеет принимать решения и отвечать за последствия. Каждый знает свою силу и умеет ее применять. А они? Я посмотрела на две созданных звездочки. Такие красивые, они беспечно плавали в пустоте, наслаждаясь покоем. Они ещё ничего не знают - у них не было возможности. Они могут разрушить все, даже не поняв, что сделали. Они ещё не начали даже мыслить, а уже - изменили окружающее. Среди нас больше нет единства мнений. Начало изменениям положено. И я - на их острие. Причина...
Я подплыла ближе:
"Озарение, ты беспокоишься, видя точку отсчета. Но от одной точки не всегда отходит одна вероятность. Нам ведь тоже никто не запрещает развиваться. Они для нас - стимул к развитию. Так пусть мы будем помогать им, а они будут причиной нашего становления. Ведь ты ничего нового не познала с момента своего осознания, верно?" - теперь уже кивнула Озарение - "Подумай сама - они - ключ нашего развития, как и мы - их. Мы связаны так же крепко, как и между собой. Без нас они даже не начнут жить, а мы - мы замкнемся в себе, познав окружающее. Уже сейчас Любопытство нашла всех нас, мы знаем все окружающее, как себя. Что узнавать нам дальше?" - теперь Озарение отступала, сама поняв сказанное мной - "Они принесли в нашу среду изменения, так надо и нам изменяться"
"Я их боюсь" - наконец, призналась Озарение - "Я знаю, что они могут ещё принести и не знаю, как этого избежать"
Я подплыла совсем близко и обняла испуганно вздрагивающую Личность - "Думаю, во время взросления их будут появляться новые вероятности. И может быть, среди них будет та, что тебя пугать уже не будет. Я понимаю тебя и не настаиваю на твоей помощи. Иди, я попробую справиться сама"
Озарение уплыла - огорченная, испуганная, расстроенная. Такие маленькие, а уже стали причиной раскола. Придется справляться самой...
Я вернулась к насущному вопросу. Если для них эта среда слишком комфортна и не располагает к развитию, значит им нужно показать другую среду. Угу. А где ее взять? Мимо проплыл мной созданный Объект. ... Материальное... Ведь зачем-то оно было создано? Материальное... а ведь, между прочим, это идея! Осталось понять, как... Я опустилась на свой Объект - закольцованная бесконечность... Стронула по случайности оказавшееся по рукой твердое состояние среды. Покатала в руках. Оно отличается от меня... Отличается от того пространства, где мы живем... Оно - другое. Но как связать то пространство - и это? Если я могу на него воздействовать - то это только потому, что оно - мое, создано мной, мной же поддерживается и ... и я Личность с большим опытом взаимодействия. А они - для них я не уверена даже, что среда осознаваться ими будет. Они могут находиться рядом, но быть в своем пространстве. Как проложить мостик меж ними? В моих руках был вопрос, там же находился ответ, пока ещё нереализованный, но - ответ. Что, если само материальное и сделать мостиком? Наделить его качеством принимать в себя душу. Но как? Этого никто никогда не делал. Опять передо мной стоит задача создать что-то новое. Усмехнулась - почему-то это всегда касается меня.
Я задумалась, вертя в руках комочек твердой субстанции. Он плавился и тек в моих руках, а я все размышляла, размышляла.... Комочек сминался моими руками и снова расправлялся, скатывался в комочек и в трубочку, растягивался в плоскость и заворачивался в рулончик... Я размышляла. Пока не задумалась настолько, что полностью погрузилась в себя. Мыслями я была вся в вопросе - "Каким качеством наделить материальное, чтобы оно было оболочкой для души, решившей взаимодействовать с ним?", суть же моя сама решала поставленные мной задачи. Она преобразовывала то, что находилось в моих руках, находя взаимосвязи, позволяющие взаимодействовать материальному и нематериальному. Это ведь не так и сложно, основы их очень похожи, законы проявления только отличаются. Очнулась я, только когда между моих рук неярко засветилось теплым желтым светом. Я поднесла к глазам сотворенное - между моих рук крутилась маленькая копия вселенной. Да, похоже на этот раз новое создать я не сумела.... Уже готовая отбросить получившееся, обратила внимание на некоторое различие. Эта вселенная была другой, созданная с другим исходником - материальным, вторичным. Обманка, вселенная во вселенной. Вот оно, решение. Душам будет комфортно в мини-вселенной, созданной из материи, которая и является той средой, что нужно изменять. Тот самый мостик. Материя, наделенная новым качеством. Созданная заново и отличающаяся от окружающей материи.
Скопировала новый вид для второй новорожденной души. И аккуратно поместила обоих в эти капсулки. Огляделась - куда бы их поместить, чтоб не шокировать? Жидкая среда наиболее близка к тому состоянию, где они были рождены, пусть там и обретаются. Мне было бы тяжело в такой материи - я привыкла не иметь определенной формы. А они - привыкнут, у них ведь пока даже не было представления о формах. Как была сфера, заключившая в себя все наши качества, так и осталась. По иронии, ново созданная материя не сильно-то от сферы и отличается. Кажется, мне когда-то давным-давно понравилась закольцованная бесконечность, вот и создаю в задумчивости эту форму. Помещённые в жидкое состояние среды, души потихоньку начали осознавать, что что-то вокруг них изменилось и интересоваться окружающим. Сначала попытались понять, что изменилось вокруг. Потом - нельзя ли как то вернуть то спокойствие, что их окружало - им нравилось тихонечко спать в пустоте. Их мысленные пространства окрасились нотками недовольства, которое, к счастью, быстро вытеснил интерес. Они заинтересовались свойствами среды, в которую попали...
...Это было похоже на звон. Чистый, тихий звон. Что-то изменилось в окружающем пространстве. Пока я отгородилась ото всех и была погружена в свои мысли - кто-то что-то изменил. Я обернулась, ища источник звука. И поплыла к нему. Они снова были вместе, компанией - часть тех, кто помогал мне создавать новое существо. И они - творили. Вернее, уже рассматривали новое творение. Я тоже захотела рассмотреть его, но они загородили его телами:
"Ты куда?"
"Мне тоже интересно" - я неуверенно попыталась приблизиться снова
"Ты думаешь, что без тебя мы ничего путного создать не сможем? Ты считаешь, что весь мир крутится вокруг тебя? Мы ничем не хуже тебя. И наши творения - только наши. Ты тут совершенно ни при чем"
Я оторопело смотрела на них. Что произошло? Ведь когда мы расставались, они ни слова мне плохого не сказали. Что изменилось, пока я была погружена в размышления? И при чем тут я? Мы все создавали новое, в нем есть частичка каждого из нас. А их творение... Каких частей мироздания ещё в нем нет? Что они вообще создали? И, самое главное, почему они настроены против меня?
Заметила Любопытство, она тоже была среди них. Хотя что я удивляюсь? Ее присутствие просто непременно там, где происходит что-то новое. А она, вроде бы, не настолько враждебна
"Здравствуй, Любопытство. Скажи, с момента нашего расставания, ты нашла ещё кого-нибудь?"
"Нет" - она смущенно подплыла ближе - "С момента нашего расставания я больше никого не встречала. Я вообще не уверена, что кого-то ещё найти можно..."
Не уверена... Я снова уловила тень, прятавшуюся за спиной Любопытства. Сомнение. Касаясь друг друга, мы перенимаем и суммируем наши качества. А мы склонны к слиянию...
Я посмотрела на враждебно настроенную на меня компанию. Да, в их облике появились новые черты. Какая-то Личность пряталась за их спинами, касаясь каждого и объединяя их. Даже не одна. Их тени скользили между телами, не показываясь и не давая себя рассмотреть. Все ясно - пока я отрезала себя от мироздания - оно менялось. Теперь мы другие, не те, что когда-то участвовали в творении. Остался ли хоть кто-то таким же, каким я его помню?
"Иди-иди" - сказали мне - "Тебе тут совершенно нечего делать. Мы и без тебя можем создавать новое. Даже лучше тебя. Ишь, возгордилась - любишь, когда вокруг тебя внимание. Понравилось, небось, как все тебе внимали?"
Я отпрянула. Их чувства больно резанули меня. Насмешка, презрение, превосходство, осуждение... Ни одного ободряющего чувства. Я металась в кругу их эмоций и кричала от боли.. А потом развернулась и опмертью бросилась бежать. Прочь, прочь от них! Далеко, туда, где никто не будет насмехаться. Где никто не найдет! Я не хочу больше никого видеть, никого из них чувствовать. Мы чужие друг другу. Мы разные. Нам нельзя быть вместе. И я этого больше не хочу! Прочь!
Горячка бега сменилась апатией - я свернулась клубочком и затихла. Полностью замкнулась в себе, успокаивая свою суть, утихомиривая бушующий во мне огонь неприятия, обиду и горечь.
Когда я пришла в себя, вокруг меня по-прежнему никого не было. Отряхнулась, распрямилась и, чтобы хоть чем себя занять, решила проведать наши творения. Ещё издалека увидела, что около моего любимого материального объекта и ново созданных творений крутится какая-то Личность. Заметив меня, она отпрянула. Любовь
"Ты что здесь делаешь?" - подозрительно спросила я
"Ничего" - испуганно открестилась она, на всякий случай отплывая подальше
Не доверяя больше ей, я сама подплыла ближе, рассматривая. Ого, чего они успели наворотить!
Похоже, исследуя новую среду обитания, они где-то наткнулись на газ. И он им чем-то понравился. В итоге, они сами захотели его делать - и ведь добились своего! Первое их осмысленное желание! Они захотели! И сделали. Их первый опыт, первый слой формирующейся внешней оболочки. Радость вы моя! Правда, результаты... Не знают они своей силы. Не умеют ее соизмерять...
Весь Объект был густо заполнен газом. Газ висел плотной структурой, настолько плотной, что сквозь него было сложно рассмотреть светило. Свет застревал в верхних слоях и не доходил до поверхности, где жили творения. Конечно, вдвоем бы они не смогли заполонить весь Объект газом. Но они же умные! Не знаю, как, но они научились копировать свои оболочки. Похоже, тот случай, когда я разделила одно творение на два, запал им в память. Что неудивительно, они же его на себе почувствовали. Только вот оперировали мои творения только материальным, себя в творении не затрагивая, поэтому оболочки были пусты. Не имеющие души, эти оболочки умели только одно - ту программу, которую в них заложили. Выработать свою линию поведения они не могли, на это требуется воля. Среди всех газообразующих созданий, наши творения выделялись ярко - они светились нежным голубым светом, светом их души. Они были единственными, кто делал что-то отличное от других. И они были источником всех остальных организмов.
"Ты тоже видишь его?" - подплыла ближе Любовь - "Свет, источаемый ими, тепло, в лучах которого так приятно греться"
Я посмотрела на нее. Что ей нужно от наших творений? Та под моим взглядом снова отплыла подальше и молча продолжала издалека наблюдать, не решаясь подплыть ближе.
Я же снова обратила внимание на свой любимый Объект. Там становилось холодно и неприятно находиться. Похоже, моя привычка полностью погружаться в творчество во время творения сполна передалась нашим новосозданным Личностям - они и не подумали остановиться, пока не оказались зажаты со всех сторон своими бездушными копиями. Что же мне это напоминает? Наши творения тоже почувствовали неуютность нового состояния среды - и теперь яростно пытались вернуться в прежнюю, привычную и тихую пустоту. Но оболочка не пускала их - она накрепко связала нематериальное с материальным. И мы ощутили недовольство и дискомфорт, которые волнами расходились от наших творений.
Я задумалась... и что делать? Всем существом я потянулась к тому, кто меня когда-то защищал:
"Гнев!"
Мой крик не остался неуслышанным. Он появился, как всегда, незаметно и близко. Очень близко. Остановился, рассматривая меня. Я же смотрела на него - он изменился тоже или это мой - привычный и знакомый Гнев? Мои колебания бы продолжались долго, если бы он не потянулся навстречу мне - и я с тихим всхлипом рванулась к нему и прижалась. Да, он тот же! - в его ощущениях ничего не изменилось - это был мой, до кончиков осязания, Гнев. Его не затронуло то, от чего я сбежала.
"Почему ты смотришь на меня так пристально?" - вся ещё кутаясь в его силу и уверенность, застенчиво спросила я
"Ты изменилась" - тихо произнес он - "Твоя нежная голубизна исчезла. Ты стала черной. Что изменило тебя?"
Я отстранилась и осмотрела себя - действительно, я имела перламутрово-черный цвет. А раньше я была другой? Когда я успела стать черной? - я не помню
Видимо, непонимание явственно ощущалось во мне, потому что расспросы прекратили и меня молча заключили в объятия. Я купалась в его ощущениях, стирая из себя даже крохи того отчаяния, что толкнуло меня бежать ото всех.

Глава 6. Опасность

Успокоившись, я отвернулась от Гнева и снова обратила свое внимание на наши творения. То, что они сотворили - было проблемой. С одной стороны - это их жизнь и для их развития им нужен опыт, то есть, они должны сами отвечать за свои действия и сами исправлять последствия. Но с другой стороны - они ещё только созданы, они впервые попали в незнакомую среду, наворотили дел и теперь им плохо. Самое страшное, что они просто мучались, но никак не могли найти решение, что им делать. А их не вполне сформировавшееся мышление не позволяло мне определить - ищут они его или только плачут от дискомфорта. Они тоже были для меня загадкой. Помочь им - значит лишить возможности самим найти решение, получить опыт, стать сильнее. Оставить так... Эх, знать бы точно - думают ли они, как им поступать?...
Я тщательно прислушалась к доносящимся до меня ощущениям. Все, что я слышала - было нарастающим чувством недовольства, мысленных связок, даже односложных цепочек - не было. Но ведь они мыслили, когда создавали оболочки, когда наделяли их способностью производить газ! Значит, они умеют мыслить? Ведь это логично? Не могли же они создать что-то неосознанно? Это слишком страшно. Тогда я понимаю Озарение. Но... но если так... тогда они сами - не выберутся, для изменений нужно понимание. Выходит, помочь им ... надо...
Я посмотрела на лежащую передо мной проблему. Дело в том, что и я ещё никогда не сталкивалась с подобной ситуацией, а, значит, чтобы решить ее, мне тоже нужно думать, у меня нет готовых решений. Наверное, первое, что стоит сделать - прекратить мучения привязанных к материальной оболочке созданий. Что я и сделала, аккуратно извлекая их и отпуская в привычную среду обитания. Очутившись в знакомой пустоте, те снова удовлетворенно свернулись и затихли. Недовольство и даже мука, излучаемые их разумом, потихоньку затихали. Но они опять расслабились, уснули, полностью доверяя окружающему пространству. Слишком привычно, слишком уютно, слишком комфортно чтобы что-то делать.
Вздохнула. И развернулась к покинутому Объекту. Он был окутан плотной зеленой завесой газа и плотность эта все увеличивалась. Не имеющие своей воли материальные тела, даже испытывающие явный дискомфорт от производимого газа, не могли остановиться. Насколько же там стало некомфортно, если наши творения не хотели там находится? Опустилась на поверхность - здесь уже было темно и холодно, и плотной кучей находились вокруг созданные оболочки. Они по-прежнему следовали раз заложенной в них программе - производить газ. Как же вас много...Что я могу сделать, чтобы исправить сложившуюся ситуацию? Если думать логически - то, что газ производит, может его убрать. Но материальная среда отличается от моего устройства. Даже не представляю, что можно сделать, чтобы просто взять - и убрать производимое материальное. Как они делали газ? А-а-а-а, они его не делали, они изменяли окружавшую их среду - в данном случае - жидкую - и превращали ее в газ. Хм-м-м, а я уж подумала, что наши творения научились творить, как мы, не имея первоосновы. Разобравшись с механизмом, поняла приблизительное направление действий с устранением учиненного беспорядка. Как одно они перерабатывали в другое, так и будут, нужно просто повернуть процесс вспять. Заинтересовалась - а если изменить реакцию? Если не обращать реакцию, а сделать качественно новую - получится? Что жидкость можно сделать газом - это уже я уяснила. А можно ли газ сделать ... скажем, твердым ? Покопалась во внутренностях материального тела, нашла место, где жидкость превращалась в газ - что здесь можно изменить, чтобы вывести новую реакцию? Представила себе желаемый результат и попыталась переплавить свои желания в изменения. Материальное, отличное от привычной мне среды, имело и свои законы, опираясь на которые яростно противилось моим попыткам изменить его в нужном мне направлении. Ломать созданное, переиначивая по внезапно вспыхнувшему интересу я не хотела, мне оставалось найти путь компромисса между возможностями материального организма и моими желаниями. И я искала. Выяснилось, что, отталкиваясь от существующей структуры, достичь желаемого не получится. И я снова задумалась - можно ли вообще как-то провернуть такую реакцию? Если напрямую - нельзя, есть ли обходные пути? Например... Например, не прямая реакция, а опосредованная, с использованием газа, как энергии для перемены среды? Попробуем не ломать организм, а добавить ему частей - восприимчивых к газу и способных под его действием из одного вещёства производить другое. Это я к тому, что от газа мне все равно нужно избавляться. Оказалось, что добавить легче, чем перестроить. Новая структура организма, получившая от меня характеристики и установку к действию, прекрасно вписалась в общий механизм взаимодействия материального тела и окружающего его пространства. Газ начал рассасываться. Пространство вокруг меня светлело, вот, наконец, стало видно светило, вот очертания окружающей обстановки стали четкими, вот исчезают последние проблески зеленого тумана и снова вокруг меня кристально чистая поверхность. Но их по-прежнему очень-очень много, они многослойной структурой покрыли всю доступную поверхность. Даже нельзя было рассмотреть то, на что пошел газ. Как бы уменьшить ваше количество? А вот, кстати, как там себя чувствовали наши новосотворенные? Заинтересовавшись, я скользнула в одно из близко расположенных тел. Освоилась, принимая его структуру, подключаясь к его каналам восприятия мира - и ужаснулась. Меня со всех сторон толкали, ни спереди, ни сзади не было ни одного свободного участка. А я так привыкла к простору... Будучи сейчас больше материальной, чем Личностью, я даже не могла двинуться, чтобы ускользнуть подальше от скопища тел вокруг меня. Мне как то даже не думалось, что материальное не может двигаться силой намерения. Надо будет учесть этот опыт. Хм-м-м, а если уменьшить размер этих тел? И насколько вообще можно уменьшить? Мои опыты в этом направлении показали, что, в-принципе, тела материальные обладают практически той же изменяемостью, что и мы, только механизмы изменения другие. Что опять-таки неудивительно, учитывая, откуда они пошли. А вот так думая, могут ли они сливаться, перенимая черты друг друга, как мы? Я потянулась к соседней материальной оболочке, ставшей такой же маленькой, как и я. Она была полностью самостоятельна, но она была не приспособлена к слиянию. Именно из-за постоянства формы и содержания и отсутствия направляющей деятельности мысли - то есть, всего то, что позволяло нам быть самими собой. Учитывая то, что форма их была постоянной, разнообразием они тоже не могли радовать. Для того, чтобы сделать форму изменчивой, нужно сделать ее столь же нематериальной, как мы, зависящей от воли сознания Личности. Но материальное - оно приспособлено жить в материальном, оно уже другое, чем мы. А значит, нужно найти другое решение, если я хочу претворить свою идею в жизнь. Как я уже успела убедиться на своём опыте, пока материальное существование было скорее мучительным, чем побуждающим к опыту. Хотя для меня, например, и это - толчок к развитию. Не судить, не судить по себе, они пока только появились, у них не было тех ступеней развития, что у меня. Я - это я, они не обязаны следовать моим путем и быть похожими на меня. Правда, и опыт они не обязаны получать. Опыт - ключ к становлению Личности, способной взаимодействовать с нами и нематериальным. И это личное дело каждого - хочет общения и творения или нет. Это я от них хочу общения, а они вовсе не обязаны оправдывать мои надежды. Правда, за свои действия отвечать они все-таки должны. А то, что они сотворили, любопытством своим сделав среду, их окружавшую, непригодной для комфортного существования... Но на это их, можно понять, толкнуло полное однообразие и отсутствие предметов для изучения и преобразования. В этом есть и моя вина. Сама-то я так и норовлю сделать что-нибудь новое, что-то познать, что-то открыть... В наших творениях есть и моя частичка, они никогда не удовлетворятся пассивным существованием. Никогда до тех пор, пока жива я в них. Только это должно быть осознанное творение - когда понятны механизмы и осознаваемы последствия. А этого я пока не заметила. Мне нужно дать им толчок к развитию, я уже ясно увидела, что получив только малую крупицу возможности, они растут - ведь они сами, сами научились дублировать свои тела и изменять их, пусть немного и без возможности самостоятельно обратить сотворенное - но они смогли - а, значит, они совершенны и способны к развитию, нужно только дать им поле деятельности. Я не помню этапов своего становления, как Личности, но уверена, что и я где-то получала свой опыт. Не сразу же я стала ... такой?
Как же разнообразить материальный мир? Я задумалась. В образовавшемся после уменьшения тел пространстве уже было более комфортно и я рассеянно оглядывала недавних соседей, теперь не касаясь их всей поверхностью своего тела. А ведь я неправильно мыслю - пришло мне в голову. Я до сих пор мыслю категориями своей среды обитания и своей сути. А здесь уже другие законы. Я привыкла к свободному слиянию и разъединению, а для этого, действительно, нужна воля и сознание Личности. А что, если попробовать слияние, как постоянное состояние? И количество и разное расположение слившихся материальных тел может тогда определять и размер, и форму вместилища наших творений. Вот и желаемое разнообразие, и возможность изменений, даже развитие - все, что хочешь, было бы желание. Попробуем...
Получившие новую задачу, материальные оболочки стали сливаться, сохраняя внутреннее постоянство, но образуя конгломераты разнообразных форм и размеров. Я наблюдала за этим торжеством изменений и изменяла произвольно размеры материальных тел и количество их в общем, слившемся, теперь едином организме. Пыталась найти оптимальное соотношение. Но это казалось безумной затеей - тела устраивали и большие размеры, и маленькие. Их не смущали ни гигантские группы сообща действующих тел, ни одно-два тела, действующих заодно. Их не смущало ничто - они жили и изменялись. Материальный мир имеет свои законы - и отпущенные на свободу изменения обрели свою жизнь. Стоило разочароваться в попытках самой создать оптимальную форму, как тела, имеющие уже три команды в своей оболочке - дублировать себя, преобразовать материю под воздействием газа и - мою - сливаться, они умудрились меняться настолько радикально, что рассмотреть в них первоначальные единицы можно было только если знать, куда смотреть. Но даже сливаясь и имея размеры меньшие, чем те, среди которых я оказалась впервые - они все равно неумолимо грозили снова покрыть собой всю свободную поверхность. Я поежилась, вспомнив тесноту и ощущение беспомощности. Кстати! Возможность передвижения! Возможно ли это заложить в материальное? И как? Чем дальше изменяется материальная оболочка, тем больше становится задач, требующих одновременного воплощения. Действия их и взаимодействие с окружающим все усложняется, а основа их действий - изначальная, она уже не подходит под развивающееся материальное. И возникает вопрос - как, куда вместить все задачи, варианты развития, возможности, которые получает тело для изменений? И по-прежнему требуется решить вопрос с их неуклонно растущей численностью... Ком вопросов все растет и растет. И нужно решение, которое бы вместило все уже приобретенное и, желательно, оставляло простор для возможных будущих изменений. Вдруг мне и дальше придется что-то менять?
Для самостоятельных действий требуется воля. Но воля - атрибут Личности. Умножить количество Личностей, чтобы заполнить все уже имеющиеся тела? Но для образования столько же полноценной Личности нужны все мы. А я, в первую очередь, больше не хочу видеть тех, от кого бежала. Значит, этот вариант отпадает. Скопировать те, что есть? Теперь их двое, а, значит, уже нужна добрая воля обоих. Они пока даже не особенно существуют, что уж говорить о доброй воле для создания себе подобных. Здесь нужно какое-то другое решение. Простое и легко реализуемое. Личность... А нужна ли полноценная Личность? Для сознательных действий полноценная Личность не нужна, только - воля. А я - Личность. И у меня - воля есть. То есть, я - могу поделиться ею с материальными телами. Добавить в структуру их тел свое качество. Даже только меня достаточно для того, чтобы материальное обрело черты сознания.
Снова, как когда-то, при творении нашего создания, я погружаюсь в себя. Ищу в себе то, что может стать сосудом для сознания любого материального тела. Снова извлекаю суть своего желания - оно, как ни странно, по-прежнему нежно-голубого цвета, полупрозрачное, ещё пустое, не имеющее своего наполнения. Это наполнение уже дам ему только я. Переношу туда уже имеющиеся задачи у материальных тел, добавляю капельку воли для самостоятельного мышления. Конечно, этого катастрофически мало для того, чтобы стать Личностью, но для самостоятельного существования вполне хватит. Теперь нужно подумать о движении. Это сложнее. Я не настолько ориентируюсь в материальном мире, чтобы самой придумывать механизм передвижения. Да и зачем? Они там живут, вот пусть сами и думают, что им нужно, чтобы перемещаться. Никто ж не учил меня двигаться - это мой собственный навык. Я только заложу стремление к движению, а выход, уверена, они найдут сами. И, наконец, позаботиться о возможности изменений и взаимодействий, протянуть цепочки возможных связей и установить узлы ключевых условий, заложить замки сцеплений и оставить возможность трансформации и расширения структуры. Внутренняя структура материальных оболочек стала подозрительно напоминать структуру материального мира - та же сеть взаимодополняющих условий и последствий, та же многомерность возможных вариантов реакций... Похоже, все, что создается мной подобно друг другу по структуре. С одной стороны (опять-таки) -это хорошо, материальному не придется самому устанавливать условия существования - как раз таки из-за подобия. С другой - плохо, потому что попав в другие условия, с другой структурой - они растеряются. Хорошо, если просто растеряются, а не умрут. Вот, например, у меня в сути моего сознания заложен далеко не один алгоритм структуры взаимодействий, что опять- отсылает к вопросу: а для меня эта среда - что, неродная? Судя по всему - нет, если я здесь действую, а не блаженствую, как наши творения, не в силах заставить себя развиваться. Выходит, появилась я где-то ещё. Ничегошеньки не помню. В таком случае, получается - нарастить опыт взаимодействия с материальным - это только условие, чтобы общаться с нами. Чтобы выйти за рамки им созданной среды - наши творения должны постичь саму структуру и полностью освоиться с ее управлением. Более того, создать предпосылки для возможных изменений этих условий, то есть, допустить, что структура может быть и другая. Но все упирается в желание их познавать и развиваться. Которое сейчас зависит от того, как я им устрою ... колыбельку - площадку для начального развития их сути.
А ведь если задуматься - и я не создаю ничего нового... Я только изменяю материальный мир, придавая ему черты себя... Интересно, где заканчиваюсь я и начинается собственно само материальное?
Встряхнулась, охваченная ужасом, словно стояла на пороге чего-то необратимого. Откуда это чувство? Откуда оно появилось у меня? Я ещё даже не задумалась толком, а меня уже трясет от ощущения совершаемой ошибки. Странные дела творятся. Что-то во мне, похоже, меня же узнавать не хочет. Ну и ладно. В конце-концов, мне не срочно Когда-нибудь я ещё вернусь к самопознанию. А пока...
Пока мне нельзя отвлекаться, у меня ещё не решена задача все нарастающего количества материальных единиц. Как регулировать их численность? Что, если их существование регулировать каким-то параметром, изменение которого приведет к прекращению деятельности? Но ведь это половина задачи. Даже если деятельность организма прекратится, само тело останется и будет так же занимать пространство. И это тоже нужно решить. Возможно... Возможно, бездействующие тела можно будет использовать для поддержания заданного параметра в нужных для обеспечения деятельности рамках? - ведь материал-то у всех организмов идентичный, то есть - взаимозаменяемый. Но что сделать таким параметром?
Вспомнилась Любовь и ее слова: ""Ты тоже видишь его? Свет, источаемый ими, тепло, в лучах которого так приятно греться?" Так светится их Личность, собравшая все наши черты. Содержащая их в балансе и гармонии. Возможно ли наделить таким или подобным свечением материальные организмы? Но, в отличие от нормального состояния, сделать это "свечение" невосполняемым? Так, чтобы их жизнедеятельность требовала расхода той энергии, что они производят. И тогда, когда она закончится - организм перестанет функционировать. Замечательная идея! Вот организмам и стимул двигаться - не только, чтобы избежать тесноты, но и для поддержания жизнедеятельности - используя другие организмы для подзарядки! Замечательно изящное решение всего того, что наворотили наши творения. Решение ещё простое и потому, что оболочка материальная имеет ту же структуру, только вторичную, как и вселенная. Ничего другого, похоже, я делать не умею. По крайней мере, нового я пока ничего не сделала. Заглянула в себя - я "свечусь"? Свечусь, оказывается. Ни разу не обращала на это внимания. Зато теперь я знаю, что и где искать. Даже не особенно пришлось и изменять структуру, просто протянуть в известном уже направлении ещё одну-единственную взаимосвязь, похожую на такую у Личности. А уже сделать постоянное переменным, расходуемым - это вообще не потребовало усилий, мы сами являемся одновременно и тем, и другим. Это наше неотчуждаемое свойство и разбираемся мы в этом так же легко, как перемещаемся в пространстве - то есть, даже не особо задумываясь.
Теперь нужно подумать о разнообразии окружающего их материального мира. Разнообразие... хм-м-м. А почему я должна об этом думать? Не мне же жить среди всего, что будет материальным - пусть они сами решают, что и каким хотят видеть вокруг. А я - помогу
Приняв решение, я сорвалась с места и рванула туда, где последний раз видела Гнева и наши творения. Но там их больше не было, зато я увидела испуганно жавшуюся к моему любимому материальному Объекту Любовь. Недоуменно нахмурилась - разве может что-либо напугать Личность? А ведь испуг был не наигран, она действительно боялась. Что так могло ее напугать? Я огляделась. К нам неумолимо приближалась компания тех, от кого я сбежала в ужасе и неприятии. Видимо, они давно здесь находились, но не подходили ближе. Судя по всему, ждали, когда я отвлекусь от своих мыслей. А теперь - шли прямо к нам, целеустремленно и непреклонно. Они по-прежнему предпочитали находиться неподалеку друг от друга. Странные. Вот я - Личность, как и они, но я предпочитаю индивидуальность, а они, похоже, выбрали коллектив. Прав был Гнев - мы разные. Как я могла думать, что мы - похожи? Наличие в нас похожих свойств не делает нас близкими друг другу. Что им опять нужно? Я, например, совсем не хочу с ними опять общаться, прошлый опыт и так оставил неизгладимые впечатления. С другой стороны - интересно, что их сподвигло прийти сюда после того, как сами меня прогнали? На свои вопросы я быстро получила ответы. То же самое чувство, которое необъяснимым образом нас связывало и позволяло друг о друге узнавать, работало не только от меня к ним, но и в обратную сторону.
Они создали то же, что и все мы. Даже то, что ни я, ни Гнев, ни ещё несколько Личностей не участвовали в новом творении - не изменило общей структуры творения. Основы. То есть - они столкнулись с теми же проблемами, что и я. Конечно, была разница в поведении и мотивах, в деталях и, самое главное, в намерениях. Но - творения, что наши общие, что их - требовали внимания. Потому что только учились быть - сами или же под контролем. А когда учишься - бывают ... разные ситуации. Я вот уже решила то, с чем столкнулась. А они - не смогли. Они пришли смотреть, что и как сделала я. Ждали, когда закончу - и явились учиться. И даже мое полное нежелание иметь с ними хоть какие-то дела роли не играли - плоды трудов моих все равно будут им доступны - они, как и я, способны читать структуру мироздания и творимые в нем изменения. Раз полученное знание - не удержать. Только, мне интересно, признают они, что за этим пришли? Их приближение, неприятное для меня, я ощущала почти болезненно. И не зря.
Уже предпосылкой полновесного чувства впереди самого их присутствия неслась ядовитая усмешка:
"Что, опять ты в центре внимания? Нравится, да? Не смей думать, что ты лучше нас только потому, что мы снова пришли к тебе за ответами."
Я сжалась, готовясь встретить их чувства вблизи. Вот, смотри, они признали, что им нужна твоя помощь - стало тебе от этого легче? Ничуть, хочется сбежать только от них подальше. Мое состояние неприятия вдруг разбавилось живым участием. Стало тепло, уютно - это Любовь обняла меня - успокаивая и делая наш разговор неслышным для других. Я расстроенно взглянула на нее. И пожаловалась:
"Мне больно от их чувств. И я совсем не хочу их видеть. Они неприятны мне. Они сами меня прогоняли, а теперь - пришли за ответами, и я опять виновата. Пусть сами все делают по-своему, как хотят! Так нет - разложи им на блюдечке, что и как, да ещё и не лезь со своими советами. Ненавижу!"
Она отшатнулась от полыхнувшего жарким кольцом чувства гнева. Я оторопело замерла - что это было? Испуг от собственной реакции полностью погасил чувство злости и осмелевшая Любовь снова приблизилась. Снова, несмело уже, обняла, делая наше общение неслышным и тихо зашептала:
"Ты очень чувствительная, Мечта. И ранимая. Тебе нельзя быть такой открытой. Это убивает тебя. Будь осторожна. И я только хотела предупредить - твоим творениям грозит опасность, поэтому Гнев унес их дальше. Спаси их, они такие теплые"
Помотала головой, собираясь с мыслями: "А что случилось?"
"На них ополчились другие Личности. Они считают, что твоим творениям дана слишком большая свобода в действиях. Они этим опасны. Ой, нет, ты не подумай, что и я такого же мнения. Они мне нравятся очень - они, как маленькие искорки, теплые и приятные. Но их опасаются и за ними объявлена охота. Их уничтожат, если ты ничего не придумаешь. А ты не видишь ничего прямо перед своим носом. Ты слишком замкнута в себе и своих мыслях, ничего вокруг не замечаешь. Пока ты творишь, к тебе не пробиться, Гнев пытался, но ты его даже не слышала. И тогда он унес твои творения подальше. Найдешь его, найдешь и свои творения"
Меня обожгло холодом от ее слов. Разорвав слияние, я рванула прочь - от приближающейся компании, от их эмоций, от таких страшных слов Любви. Я неслась по просторам необъятного пространства в поисках Гнева, в отчаянии не способная внятно продумать, как мне его найти. Нашлись они случайно - видимо, свойство у меня такое - появляться там, где нужно. Искорка сути Гнева одиноко блистала посреди пустоты. Я несмело подплыла к нему и тут же увидела наши творения - за силой мерцания Гнева они были совсем неразличимы, если не знать, чего ищешь. Присмотрелась, любуясь ими всеми. А ведь Любовь права - от них исходит свет и тепло. Я задумчиво разглядывала два наших маленьких комочка. Если мы излучаем в пространство то, что собой представляем, то они - они были совершенны, они содержали в себе все, чем мы с ними поделились. Их спектр излучения был шире ... и тепло было мягче. Оно обнимало и словно манило, вызывая в памяти смутные, неосознаваемые ассоциации чего-то родного и бесконечно близкого. Понимаю теперь, почему Любовь крутилась поблизости. Но лично я бы не стала - мне и своего тепла хватает, чтобы ещё и в чужом купаться.
Гнев дождался, когда мое внимание сконцентрировалось на нем. Я снова подплыла как можно ближе, кончиком сути касаясь его, поглаживая и нежа. Он мягко высвободил из объятий наши творения и они замерцали рядом, находясь теперь отдельно от его мощного присутствия. Мы теперь оба с нежностью на них смотрели. Я мягко облокотилась о его суть:
"Скажи, почему за ними охотятся? Они ведь ещё маленькие и совсем неопасные. Объясни мне"
Он, как всегда, отвечал прямо и твердо:
"Они совершенны и, значит, неуправляемы. У них есть творения более послушные и подконтрольные, а эти непредсказуемы и опасны. Одна ты в упор не хочешь видеть их возможной опасности. Ведь в них все, что составляет нас. Но в нас оно рассредоточено по личностям, а у них собрано воедино. Если они обретут самосознание, достаточное для общения с нами, они поднимутся выше нас. И многие боятся, что после этого нам места в мироздании не найдется. Как ты думаешь, при таких мыслях их захотят оставить существовать?"
"Я объясняла Озарению и готова объяснить каждому, что их страхи заглушают разум и логику. Нас ведь тоже никто не ограничивает в получении опыта, обретении новых свойств и сути. Мы такие же и мы тоже можем обучаться. Только..." - тут я вспомнила делегацию ко мне - "Только, похоже, им и так хорошо. По крайней мере, я не увидела в них желания самостоятельно думать. А ты... Ты тоже боишься?"
"Нет, иначе бы я их не защищал" - он помолчал и продолжил - "Если ты хочешь их сохранить, теперь тебе нужно будет придумать, как их защитить. В противном случае их уничтожат"
"Но разве я смогу их защитить?" - прорвалось недовольством недоумение
"Ты - сможешь. Ты сильная." - он, как раз, общался все мягче и мягче
"Я сильная? А Любовь сказала, что я слишком ранимая" - я насупилась, обиженная
"Не путай ранимость со слабостью. Ты очень чувствительна и, действительно, крайне ранима. Но сильнее тебя нет никого. Ты несешь в себе изменения. Что может быть сильнее изменений? Тебя боятся и поэтому пытаются запугать. Не бойся и тебе не будет равных"
"Неужели только я могу защитить наши творения?" - чистое удивление смыло границы меж нами
"Нет, конечно" - он усмехнулся - "Я могу. Озарение ещё - в нас достаточно силы. Но Озарение помогать не станет - она видит дальше, чем мы, она боится сотворенного. Я же не лучший вариант, чтобы искать решение. Я иначе мыслю. Мне даже находиться рядом с ними долго не стоит. Даже ты не можешь противостоять моей Личности, а их несформированные сути вберут от меня все и от них самих ничего не останется. Ты - единственный вариант их защиты. К тому же ты, похоже, единственная, кто хочет их становления".
"А Любовь?"
"А что Любовь? Она слишком слаба. Она даже себя не может защитить, поэтому она никогда не выступит открыто на чьей-то стороне. Видишь, она даже до сих пор одна - ее не пригласили примкнуть к кому-нибудь - настолько она не интересна, ни как источник силы, ни как разум. И уж точно, она слишком слаба, чтобы пытаться защищать что-то"
Значит - одна. Одной искать решения, больше не опираясь на Озарение и не слишком надеясь на помощь и успокаивающее присутствие Гнева. И Любовь не помощник... А если я не справлюсь? Если ошибусь где-то? Если не подтолкну к развитию творения, а буду причиной, удерживающей их на одном уровне? Нет, нет - нужно дать им больше самостоятельности. Если приглядывать за ними постоянно и все ошибки решать - они ничему не научатся и будут не в силах противостоять тем, кто им не рад.
Одна, всегда одна. Я так и буду одна защищать то, что создано. Гнев прав - кроме меня, некому.

Глава 7. Суша

Подхватив наши сопящие спокойненько творения, направилась обратно. Их ждало материальное. Пока ещё слишком простое. Но с моей помощью и их желаниями - мы сделаем это материальное разнообразным, таким, чтобы в нем было интересно находиться и развиваться. Место, мною облагороженное я найду всегда и вот уже позади осталось месть нашей встречи с Гневом, позади пустота незаполненного пространства - и вот, знакомая до черточки картина. Спустившись в ставшую уже привычной материальную среду, я замерла в растерянности. Здесь много изменилось пока меня не было. Вокруг бушевал хаос нововведений. Получившие свободу передвижения и стимул к нему, материальные оболочки, имея достаточно воли для самостоятельных действий, развивались. И теперь нас окружало многообразие форм и размеров. Отпустив наши творения в материальное, я осталась наблюдать. Они, наитием найдя понравившуюся материальную оболочку и заняв ее, снова проснулись и снова заинтересовались познанием окружающего. Как мне это Любопытство напоминает - та тоже все время что-то ищет - снаружи. Улыбнулась. Для начала они осмотрелись. Если они помнили мир, который покинули, то явно нашли отличия. Если же не помнили - все равно окружающее подталкивало к познанию. А я все никак не могла разобраться в их мыслительной деятельности - слишком невнятная, слишком слабо структурированная. Чтобы понять точно - помнят или нет. А ведь мир явно не напоминал тот, откуда они когда-то стремились уйти. Здесь было чисто, прозрачно, светло и не было той обжимающей со всех сторон массы. Более того, теперь тело, им данное, слушалось их побуждений - и двигалось. Они захотели что-то рассмотреть в видимом ими пространстве - и тело - сдвинулось. Послушно, продолжением их стремлений. Назад, по кругу и вверх. Он были так же свободны в движении, как и будучи нематериальными. И это их опьянило. Они гонялись друг за другом, выявляя скрытые возможности своих новообретенных тел, резвились в потоке, таких же, как они, касались друг друга, узнавая и эмоции их в этот момент излучали только счастье. А потом, играясь, один из них играючи накинулся на другого. Только игра - догони меня, если сможешь, повали и отскачи, я тоже за тобой помчусь. А ведь теперь тела имели другие наборы команд, чем когда они впервые ознакомились с чудом материальной оболочки. И теперь тело, в полном соответствии с полученными установками, сделало все само - оно поглотило того, кто оказался подмят под него. Замерли оба - и тот, кто теперь лучился перенятой силой, и тот, кто этой силы, вместе с телом, был лишен. Это тоже был новый опыт. Неизведанные ранее ощущения. Агрессор осваивался с полученным бонусом, а мысли потерпевшего медленно затапливала обида. Первая в их жизни обида на другого. Неприятный опыт. Но - опыт, а значит, вещь необходимая. Я тоже через такое когда-то проходила. А события все развивались. Не выдержав такой несправедливости, обиженный рванулся в сторону ближайшего тела и, получив его в полное свое распоряжение, ринулся отыгрываться. Агрессор, искрясь азартом, метнулся в сторону и замелькал перед самым носом обиженного - дразня его и подначивая. Тот, распаленный таким нахальством, не думая, что делает - на одном стремлении догнать - перестроил свое тело, сделав передвижение более быстрым и комфортным. Не ожидавший такого напора агрессор был захвачен и моментально поглощен. Теперь они поменялись ролями, осваивая полученные знания. И реакция бывшего агрессора была столь же пронзительной, как и триумф отыгравшегося. Теперь уже бывший агрессор жаждал отыграться и, ухватив проплывавшее мимо тело, рванул за другом. В скорости он уступал, поэтому решил отыграться хитростью - и замаскировался, спрятавшись под одним из камней. Улепетывающий оглянулся раз, другой - не нашел преследователя и остановился в задумчивости и тревоге. Одному было тоскливо. Ну же, и где твой друг? Друг же в это время, посылая в пространство волны ехидства и проказничества, спешно отращивал себе орудия захвата. И выметнулся неожиданно перед оторопевшей от такого развития событий жертвой. Зная, как она быстра, он моментально опутал ее выращенными орудиями захвата. Игра пошла по второму кругу. Нравилась она обоим. Несмотря на периодические вспышки неудовольствия, азарт побеждал. И, периодически меняясь ролями, они уже здорово обгоняли в характеристиках тела, лишенные полноценной воли Личности. Любое тело, попадая под влияние полноценной Личности, было полностью в их распоряжении - воли хватало на обеспечение жизнедеятельности, а вот Личность уже управляла деятельностью. Такая игра здорово продвинула их ориентирование в мире. Но она же влияла и на окружение их. Тела, раз за разом оказывающиеся в поле действия игры этих двоих - стремились выжить - и тоже развивались. Несомненно, они уступали в характеристиках полноценным Личностям, однако и заложенное желание выжить уже давало свои плоды в разнообразии форм, размеров и поведений. Некоторые переняли позицию отыгравшегося агрессора - и стали таиться, высматривая добычу. Другие же следовали путем быстроты и верткости. Были и смешанные формы поведения, и меняющиеся с течением развития каждой отдельной особи. Материальный мир обрастал красками жизни.
Я же просто наблюдала, отмечая, что с каждым их осознанным действием наших творений все больше проявляется первый слой их будущей сущности, наслаиваясь на ядро, подаренное нами. Тоненький, пока едва заметный, с каждым их решением он креп. Когда-нибудь я буду видеть не только слои их сути, но и мысли, когда-нибудь мы даже сможем разговаривать. Нас будет много и, если честно, это просто чудесная перспектива - я не понимаю Озарение...
От мечтаний меня отвлек какой-то шум. Что-то менялось в ближайшем окружающем пространстве и, заинтересованная, я устремилась прочь с моего Объекта, туда, где раздавались сигналы изменений. Снова передо мной раскинулась привычная пустота. Далеко-далеко мерцали звездочки других скоплений материального. Я огляделась. Издалека, медленно, но неумолимо, на мое скопление Объектов надвигалась большая масса материального. Очень большая. Видимо, путешествуя по просторам вселенной, она взаимодействовала с другими объектами и притягивала их в свою структуру. А теперь она проходила по пути следования моей системы. Не напрямую - он прокатился по самому краю и, когда я думала, что он уходит - он стал возвращаться, притянутый взаимодействием с системой моих объектов. Вернулся, сдернув крайний объект, снова пролетел дальше, утягивая соседа и вновь вернулся, уменьшив круг обращения. Сдвинутый когда с точки равновесий крайний объект, вернувшись по траектории движения на свою орбиту, снова был сдвинут, но уже слабее. Самое страшное, что все это не происходило без последствий. Танцы этих объектов отражались на системе в-общем. Масса пришлого объекта срывала кусочки с того материального, мимо чего проходила и теперь шлейф этих обломков вытягивался по краю системы, повторяя путь пришлого и сдернутого. Ещё немного потанцевав и по-маневрировав, устраиваясь с взаимодействием с другими объектами моей системы - пришлый нашел точку своего гармоничного положения. И успокоился. Ранее захваченный в этот танец бывший крайним объект теперь оказался зажат между оставшемся на изначальном месте своим бывшим соседом, роем стронутых осколков и вновь пришлым гигантом. Пометался, пытаясь найти свое новое положение и оказался атакован подоспевшими осколками. Это было избиение - этот объект просто мочалило и крутило. Тем не менее, потихоньку успокаивалась и эта круговерть. Осколки потихоньку распределялись по пути следования громады, самые разогнавшиеся устремлялись к гиганту, самые настырные оставались на орбите несчастного страдальца, наподобие когда-то оставленного мной спутника того материального объекта, где сейчас веселились наши творения. Теперь, после такого незапланированного вмешательства край моей любимой системы разительно отличался от первоначального варианта. Теперь крайним объектом был этот самый пришлый. Бывший крайним объект теперь крутился вокруг новой орбиты в компании многочисленных осколков и обзавелся несколькими спутниками. Вообще, его положение было самым неустойчивым - чуть что - и снова будут танцы. Пока движение всех этих многочисленных обломков материального нашло хрупкие границы равновесия, но надо будет за ними все равно приглядывать. Поэтому изгонять пришельца я не стала, опасаясь нарушить хрупкую гармонию взаимодействия между ними. Остается только наблюдать за развитием событий. В случае чего - вмешаюсь.
Убедившись, что больше тут мое присутствие не требуется - вернулась к нашим творениям. И только тут сообразила, что на них вся прошедшая вакханалия тоже могла повлиять. Обожгло холодом испуга. Но опасения были напрасными - им страх был неведом. Они восприняли происходящее, как игру и с радостью в нее окунулись. Имея в своем распоряжении постоянно множащиеся и изменяющиеся тела- бояться смысла не имеет. Я не видела, что тут происходило, пока меня не было, но жалостливых криков, как когда-то, я не слышала и потому не беспокоилась. Как оказалось, правильно сделала, потому что они теперь носились по всему доступному им пространству и звонко верещали, требуя вернуть им игрушку. Я покосилась туда, где теперь находилась на своем новообретенном месте громада пришлой материи - и промолчала. Лучше ее не трогать.
Поверещав ещё немного и поняв, что развлечения больше не будет, они нахохлились рядышком и замерли, излучая недовольство и ожидание. Меня накрыла волна нежности к ним- так умилительно они смотрелись. Неожиданно они среагировали на излучаемую мной эмоцию и наперегонки бросились ко мне, радостно ринувшись в мои объятия. Неужели отличают? Я была нематериальной, так что обнять их не могла и они устроились рядышком, словно греясь. Интересно, можно ли от меня греться?
Что бы вам ещё подарить, хорошие мои? Мой взгляд скользил, пытаясь найти ещё что-нибудь интересное для них. И наткнулся на заметную вдалеке полоску твердой материи. А ведь они пока находятся там, где я их определила вначале... Можно ли расширить ареал их обитания? Мягко подтолкнула гревшихся рядом со мной творения. Недовольные, они огрызнулись. Так же, как Любовь грелась их теплом, они стремились быть рядом со мной. Интересно, это потому, что оболочкой их души является моя суть или просто они видят то, что Любовь во мне не замечала. Гневу, вот, тоже нравится рядом быть - он бы и не отходил от меня, если бы не опасался, что я растворюсь в нем. А я могу. Я просто ему нравлюсь или все-таки я теплая? Чем-то таким непонятным - теплая? Боюсь, что сама изнутри я этого не вижу и понять сама не смогу.
Поняв, что никуда они от меня отойти не хотят, я сама направилась к суше. Творения, как завороженные, перемещались за мной следом. Нет, так не пойдет, нужно как-нибудь замаскировать то, что их привлекает, а то они так и будут за мной волочиться. Границу жидкого и твердого я преодолела в раздумьях. Они, было, сунулись за мной, но их тела были приспособлены для жизни в жидком - им было некомфортно в другой среде и они заметались по краю, недовольные этим обстоятельством. Метнулись снова на сушу, поняли, что их первые впечатления были верными - и снова отскочили в привычную обстановку. Я заинтригованно наблюдала. Что будет? Кажется, впервые уловила у них какую-то мыслительную цепочку и мои эмоции наполнили пространство ликованием. Подстегнутые радостными чувствами, разлитыми по округе, те снова решились не покорение суши. Ещё раз появились там, поняли, что им там не нравится и снова вернулись обратно. Задумались - действительно, задумались! - как достичь желаемого. Если жидкости там, куда им хочется - нет, то как это исправить? И нашли! Они впустили в свое тело жидкость, теперь сами являясь средой их комфортного обитания. И, гордые, направились ко мне. Сперва осторожно, а затем, поняв, что теперь им по-прежнему хорошо, на всех порах ринулись в мою сторону. Я подхватила их силой мысли и обняла радостно, деля с ними первую их осознанную победу. Тела их не могли чувствовать моего присутствия, а вот души наши вместе веселились. Нам покорилась новая среда!
К сожалению или к счастью, материальное имеет свои законы. Оказавшись на суше - их тела стали испарять жидкость, медленно уменьшая ее запасы в организме и снова делая его нахождение вне жидкого некомфортным. Сначала оно, видимо, не чувствовалось. Однако я все сильнее ощущала нараставший в них дискомфорт и накатывающую от этого панику. Очень, видимо, сильно сказался на них прошлый негативный опыт некомфортного существования. Пришлось перенести их к привычной среде обитания и всерьез озаботиться вопросом: "Если жидкости там, куда им хочется - нет, то как это исправить?" Можно даже повернуть его под другим углом: что лучше - сделать жидкость замкнутой в оболочке или сделать жидкость доступной повсюду? Первый вариант вступал в противоречие с раннее принятыми решениями. Ко второму у меня не было решений и, сооблазнившись новой возникшей задачей, я, воодушевленная, ринулась ее решать. На этот раз я не расставалась с нашими творениями, показывая им все и стараясь объяснить. Я точно чувствовала тогда появившуюся у них связную мыслительную цепочку - а, значит, нужно подтолкнуть их и дальше мыслить. Развиваться.
Начнем с того -как можно воду сделать доступной везде? Пользуясь теми взаимосвязями, что уже были в моем распоряжении, я направила жидкость к твердой среде. Но жидкость разделяла, разрезая, твердь и продолжала свое движение, только лишь куски твердой поверхности становились все меньше, скрываясь в жидком. А если пустить под землей? Тот же процесс теперь продолжился в другой плоскости. Что-то я делаю не так... А если использовать ту жидкость, что испаряется постоянно над просторами ее размещёния? Подтолкнула массу испарившейся жидкости к твердой материи. Та прошла немного и остановилась, истаивая. Это что, мне так постоянно их двигать? Не то.
Кажется, я действую слишком узко в рамках поставленной задачи. Есть ли что-то, что может двигать эти испарившиеся массы само? Огляделась... На всем протяжении взгляда не обнаруживалось что-то, способное на такое. Если искомого нет внутри, надо поискать снаружи. Сорвалась за пределы материального объекта и теперь наблюдала всю систему взаимосвязанных кусков материи. Однако особенно меня заинтересовала пара - та масса материального, где я решала задачу и ее соседка, мной же к ней прилепленная. Их взаимодействие было настолько отточено, что они существовали рядом, не мешая друг другу. Оси их вращений были параллельны друг другу и силы их воздействий уравновешивались. А что, если внести дисбаланс в эту устоявшуюся систему? Например, рассинхронизировать оси? Создать переменную точку изменений. Аккуратно взяла и наклонила оси вращений чуть-чуть относительно друг друга. На глазок. Теперь все взаимоуравнивающиеся силы были разрозненны. Общий баланс был сохранен, а вот взаимодействие приобрело некоторую нестабильность, смещаясь то в одну, то в другую сторону. Интересно, к чему это привело там, где я решала задачу? Обуреваемая любопытством я осторожно вернулась. И была поражена.
   Все мои разглагольствования - что может двигать массы испарившейся жидкости теперь были бесполезны. Они уже сами пустились в путь. И пересекали недоступные прежде просторы твёрдой поверхности с той же легкостью, что и я. А иногда - не пересекали, проливаясь в каком-то месте. Их движение пока было хаотичным, неупорядоченным и рваным, но уже, пока я только наблюдала, стало приобретать черты стройной структуры. Видимо, где-то там, в структуре материального появлялись новые взаимосвязи, упорядочивая и придавая черты постоянства вновь возникшему условию. Похоже, менять структуру материального можно не только внутри, но и снаружи.
   Теперь, наблюдая за поведением жидкости в твёрдом, поняла, почему мои попытки провести её воплотились совсем не так, как я хотела. Исправила метод проникновения по типу того, что наблюдала и получила искомое. Жидкость теперь текла под твёрдым, иногда лились сверху и вообще твёрдое перестало быть таким чужеродным жидкому. Как теперь сделать доступ к жидкости постоянным? Курсировать только вдоль проложенных когда-то путей жидкого или зависеть от характера перемещающихся масс испаряющейся жидкости или копать вглубь, к подземным путям жидкости - каждый раз, когда нужно восполнить её объем внутри оболочки как-то ненадежно или слишком ограниченно. Нужно что-то ещё.
   Вспомнила, как наши творения впитали в себя жидкость, готовясь выйти на твёрдое. И меня озарило! ...
Идея-то проста и изящна, по сути. Если материальные тела могут впитывать жидкость в себя и к тому же являются расходным ресурсом, то почему бы не совместить приятное с полезным? Взять те материальные тела, что ещё не стали конгломератом единого организма - а таких много, далеко не все они ринулись познавать удобство или дискомфорт совместного существования. Взять такие - и отдать им новую среду для освоения, обучив открытому однажды механизму нести жидкое с собой. В себе. А уж они там сами разберутся - что, как и с какой интенсивностью делать. Начинание моё сложным в реализации не было и я, не медля, приступила к его исполнению. Отпущенные на волю материальные тела поначалу тоже испугались, как и наши новосотворенные Личности, но заложенный в их структуру новый механизм адаптации к чужеродным условиям уже изменял их структуру. Они чувствовали родную им среду и тянулись к ней, используя то же самое взаимодействие между собой, что практиковали их собратья в жидком состоянии среды - они объединялись. Объединялись до тех пор, пока цепочка организмов, пронзая телами своими твёрдое, не добиралась до жидкого и, чтобы выжить всему уже единому организму, нужная для выживания среда проводилась от тела к телу, пока не достигала самых верхних слоёв. Так даже те организмы, что начинали цепочку на поверхности - могли жить. Жить и реализовывать те программы, что были заложены в них ранее. Они ж никуда не девались - как были заложены, так и остались, дополняясь только по мере осваивания материального мира. Сначала шли те, что были заложены в них с момента моего вмешательства, потом прибавились те, что нужны были для выживания и освоения территорий, потом, в освоенной территории, появились те, что нужны для завоевания лучшего места в получении ресурсов и взаимодействия с встречающимися препятствиями. А что-то из раннее заложенного теперь оказывалось не нужным и не используемым - и оно отправлялось в глубины памяти - так, на всякий случай, вдруг пригодится. Я наблюдала, как меняются материальные тела, в зависимости от места нахождения - менялись программы в них заложенные, менялись структуры их тел, менялись способы взаимодействия со средой обитания и с другими организмами. Причин для изменений становилось все больше. Первой причиной была гонка вооружения и защиты, второй - вынужденное групповое взаимодействие, третьей - адаптация к новым условиям... Самое интересное, что не все новые появляющиеся программы добавляла я или наши новосозданные Личности. Когда-то данной им воли организмам вполне хватало для того, чтобы осваиваться в мире самостоятельно. Однако самим придумывать себе задачи они не могли - они были способны придумать, как задачу исполнить, но не саму ее. На это требуется полноценная Личность с присущей ей фантазией и свободой воли.
Теперь уже твёрдая поверхность не была чужеродной - доступ к жидкости стал опять постоянным. Распробовав новый способ жизни и найдя решение для стоящей перед ними задачи выживания, материальные тела успешно осваивали недоступные раннее области, расползаясь подчас такими способами, что удивляли даже меня. К чему самой ломать голову - как сделать что-то, если нужно только дать задачу и возможность. А уж все это я организмам предоставляла в полной мере. Они и реализовывали её в полной мере - расползаясь однослойным покрытием или вытягиваясь вверх и распадаясь на нити, собирая воду из окружающего пространства, или сворачиваясь причудливыми загогулинами с целью накопления нужной субстанции в резервуаре, образованным своими телами и ими же защищённом. Или кидая компактно сложенные организмы на недосягаемую пока поверхность и оттуда получая поддержку. Или ещё что-нибудь, или ещё... Их строение и варианты его разнились по мере продвижения их вглубь от берегов к центру твёрдого и появления конкуренции - такой же, как и в родной среде. Наблюдать за этим буйством развития было одно удовольствие.
Наши же новосозданные творения, избавленные от директивной воли поставленной задачи наличием своей собственной полноценной Личности, вели себя, как им заблагорассудится. А хотелось им чего-нибудь нового и они, покинув меня, следовали по пути распространения проводников жидкости в твёрдом пространстве - а вдруг через пару шагов откроется что-то совсем удивительное? Ещё неизведанное? Интересное? Но твёрдая поверхность была безмолвна к их желаниям, оставаясь такой же пустынной и простой. Нового в ней были те самые организмы, что спешно её покрывали, но они за удивительное не воспринимались - это была еда, причём легкодоступная, и жидкость (в них заключённая) - для комфортного существования. Нашим Личностям почему-то казалось, что что-то удивительное есть обязательно там, куда заглянуть пока нельзя, а если место изведано - то оно неинтересно. Вполне узнаваемые черты Любопытства. Им не приходило в голову, что интересное, удивительное - может исходить от них, наполняя изведанное пространство новыми качествами. Неудивительно, ведь они состояли из частей всех Личностей, а у тех была задача познать границы. Моя же частичка в них, имеющая изначально другую задачу, была слишком мала и слишком разбавлена, чтобы сильно проявить себя. Только основа. Оболочка. Сосуд, в котором поместилась вся их разносторонняя суть.
Задумалась - а ведь мне нужно их как-то назвать, чтоб различать. Но какие им дать имена? Если следовать логике организации наших имён, то нужно понаблюдать за их действиями. Что будет в них доминирующим - то и станет именем. В-общем, сразу стало ясно, что наши качества распределились в них неравномерно. Гнев может гордиться - в одном творении видны ясно его черты. А уж вспомнить их охоту друг за другом - так и вовсе по способам достигать желаемого можно понять превалирующие в них черты. Агрессора так и назову - "Задира", а вот ласково жмущуюся ко мне во время наших встреч вторую новосозданную Личность назвать сложнее - её качества не так ярко выражены. Даже есть подозрение, что Задира - это та душа, у которой я взяла часть для образования второй - надстраивать сложнее, чем восполнять. В Задире восполнялось равномерно то, что было изъято, вторая же душа надстраивала себя без памяти о целом и брала для материала хаотично всё, что плавало вокруг в тот момент. Само-собой, её качества отличаются от качеств первой созданной Личности. Она мягкая, текучая, немного стеснительная, но в случае чего не даёт себя в обиду, однако же никогда первая не начинает, только лишь подхватывает игру Задиры. При этом дерзкий Задира стремится быть ближе ко мне, он явно показывает свою привязанность, та же - хоть и хочет быть рядом, отрицает это, но в то же время её объятия мягче, нежнее. И первой она не пойдёт, только после нашего забияки. Сложно такому набору качеств дать имя. Может, только по способу проявления симпатии? Тогда имя ей - "Ласка"
Организмы, доставляющие жидкость к непосредственной близости распространились с ошеломляющей быстротой - теперь вся твёрдая поверхность была покрыта ими - где-то толстым слоем, где-то едва-едва. Их движение было отлично от того же в первоначальной среде - шагами были новые организмы, завоёвывающие новую территорию, а знание одного организма становилось общим. Здесь опыт был всеобщим, а не индивидуальным, и отдельный организм пока не выявил себя из общей структуры. То есть - по сути - на суше был один организм с разными формами, а в жидкости - многие организмы с разными формами. Формы эти на суше, при удобном случае или затруднении - преобразовывались, находя новую, удобную именно для этого участка, объединялись или распадались, растворяясь в самую простейшую первоначальную форму - ковёр едино-сцепленных организмов. Успешная тактика. Даже некоторые возвышенности - казалось бы, недоступные - и то, были покорены. И тоже разными способами. Казалось, организмы пробуют на вкус предоставленную им свободу формообразования, хотя таких вот, свободно сцепляющихся-расцепляющихся форм становилось все меньше. Они все сильнее отличались друг от друга в зависимости от условий в которые попали. Те организмы, что были ответственны за проведение жидкости снизу уже не могли соединяться с теми, кто завоёвывал новые территории - у них уже были разные способы взаимодействия со средой и разные задачи. В самом выигрышном положении оказывались пограничные организмы, проводящие жидкость от тех, кто снизу к тем, что наверху. Тут же была и уязвимость всего выбранного способа жизни, так как питание всех их оставалось прежним - соседи поглощали друг друга. Но у меня, кроме любопытства, не было причины проверить, что будет, если вмешаться в эту стройную хрупкую систему и посмотреть, что изменится и как это скажется на всех организмах на суше. Пожалуй, я не настолько жестока, чтобы только ради любопытства в живых организмах ломать структуру взаимодействия. Я только наблюдала и размышляла. Но захоти наши новосозданные Личности это проверить - и мешать я бы тоже не стала. Это их мир и им решать, как с ним обходиться. Может быть, это научит их ответственности за принимаемые решения?
Собственно, после того, как твёрдое перестало быть недоступным, оба наших творения ринулись его покорять с величайшим энтузиазмом, который, однако же, долго не продлился. Некоторые организмы пошли было за Личностями на сушу, но вернулись, ощутив разницу и не желая терять комфорт и превосходство в привычной среде обитания. Таким образом Задира и Ласка на суше остались практически одни - формы, проложившие дорогу на твёрдое, компанией не считались - с самого начала они воспринимались сугубо утилитарно и потому сближения не произошло. В эмоциональном плане Личностей явственно проступало разочарование сделанному подарку - твёрдое было исследовано и интересным не показалось, желаемого развлечения они не получили.
Заметила странную картину - воля, дарованная организмам, при постоянном обращении с ней Личности - откликалась. Она ведь тоже была частью когда-то полноценного разума. И воля эта обрастала стараниями Личности новыми качествами, ровно как и разорванная мной когда-то душа нарастила обратно свою структуру. В-принципе, механизм этот можно было предугадать заранее, ещё наблюдая за тем процессом. Часть всегда стремится вернуться в цельное состояние. Но из одной воли полноценной Личности не получится - слишком мало начальных составляющих. Душа, когда разделена - имеет в своих обрывках память и частички полного набора качеств, а одно-единственное качество, коим воля является - основой для полноценной души быть не сможет, не хватит материала для надстройки. Да даже хотя бы для запуска самого процесса - и то, не хватит. Хотя уловить общие с Личностью черты можно будет, при условии длительного и тесного взаимодействия. Потому я и присмотрелась к тем, что поначалу пошёл на сушу за Задирой и Лаской. Они, находящиеся всегда рядом, стали самыми выдающимися среди собратьев по среде и в то же время, составляли компанию нашим Личностям. И, наконец, обрели зачатки разумной деятельности. Вот я и обратилась к ним, указав, что они упустили, уйдя с твёрдого. А такое упущение есть - неконкурентная пища, отсутствие опасности со стороны других умельцев и больший простор. Уж что-что, а последнее обстоятельство телам, пережившим ужас тесноты первого опыта жизни, должно было быть самым привлекательным. Моё вдохновенное воззвание не осталось неуслышанным - они вернулись. Вернулись и, осмотревшись, поняли мою правоту и кинулись на просторы свободных площадей. Задира, обрадованный появившейся компанией, кинулся вместе с ними, на ходу изменяя и подстраивая своё тело под новые условия. Теперь тело его имело шесть ног, а внутренняя беззащитная часть была надёжно защищена внешней твёрдой структурой. Чтобы ориентироваться, Задира приоткрывал внешние оболочки и сканировал на излучение тепла местность. В жидкой среде это было потрясающее средство ориентации. Здесь же, где все просторы были покрыты организмами, излучающими тепло, его способ ориентации давал сбой - вся доступная для перемещёния поверхность была съедобной - то есть - излучала тепло. Пока его спасала реакция и отсутствие явных конкурентов, да ещё то, что предполагаемая еда была легкодоступна и не требовала усилий. Как он будет ориентироваться дальше, вызывало во мне всё нарастающий интерес. Может, он сменит тип ориентации, может, усовершенствует тот, что есть, может, добавит к существующему способу что-то ещё... Интересно. Ласка же изначально пошла по пути ускользания и тело её было сформировано иначе. Гибкая, ловкая, скользкая - она так и продолжала уворачиваться и обгонять. Даже её способ ориентации был другим - она ориентировалась на вибрацию, что давало ей преимущество перед Задирой, потому что вибрация была ощущаема и на твёрдом. Ласка, кстати, после некоторого раздумья, тоже решила присоединиться к этой шумной компании. И они снова стайкой носились по просторам, сменив только среду.

Глава 8. Задачи материального

Наблюдая за ними я поймала себя на мысли, что и мне бы стоило сделать себе тело - так, чтобы понимать ощущения, испытываемые нашими творениями. Этим, кстати, я и занялась. По гибкости и вёрткости мне больше понравилась придумка Ласки, я, в силу своей привычки к изменчивости, не могла привыкнуть к зажатой во внешней оболочке структуре, как у Задиры. Поэтому, забравшись на наиболее толстый слой не потерявших способность изменяться организмов, рассыпанных по твёрдой поверхности, я сгребла их усилием воли и придала форму длинного гибкого тела, как у Ласки. Тело было беззащитным и мягким, а я не обладала навыками Ласки ускользать, поэтому для защиты я взяла придумку Задиры, ведь его панцирь -замечательная броня. Единственное - она сковывала движения, то есть причиняла мне неудобства. Поэтому я пошла другим путём. Взяв за основу твёрдость этой брони, я уменьшила площадь и размножила такие маленькие механизмы защиты, усеяв ими своё тело внахлёст. Так тело весьма незначительно потеряло в гибкости, но заметно прибавило в защищённости. Итак, тело есть - попробуем этим телом воспользоваться. Последовательно или волнообразно перемещая части своего тела я успешно преодолевала пространства. Но мне все равно было некомфортно. Я чувствовала себя, словно в коконе, мне катастрофически не хватало свободы движения в разные стороны. И тогда я нарастила себе отростки - пока по одному с обеих сторон тела. Повращала ими в разные стороны, наслаждаясь вновь обретённой свободой передвижения в нескольких осях. Чувство стеснённости стало меньше. Отрастила ещё одну пару отростков - теперь я могла выбирать - передвигаться ли мне всем телом или используя только эти самые отростки. Пространство вокруг меня стало голым, первозданным - используя организмы для создания своего тела, я просто вычистила всё вокруг.
Охватила взглядом опустошённое пространство, вздохнула. Выскользнула из тела и посмотрела на происходящее. Наши Личности носились в компании по просторам твёрдого, организмы на суше все наращивали конкуренцию, в некоторых местах уже достигая изощрённости, прежде видимой только в жидкой среде. Там же, где все начиналось, происходила вакханалия способов и средств существования. Уже были поделены зоны проживания - кто-то обосновался на мелководье, не в силах определиться со средой обитания, кто-то избрал средой тонкую прослойку жидкости, хорошо освещаемую светилом, некоторые ушли туда, куда свет не достигал вообще, основная же часть моталась где-то посередине - и там была самая-самая большая конкуренция. С уходом оттуда Личностей скорость изменений резко упала, но набранный ритм жизни не позволял резко остановиться и охота продолжалась. Все-таки здорово, что мне пришло в голову такое простое решение - иначе бы масса организмов нарастала бы бесконечно, увеличивая массу материального объекта и размеры его. Хотя, с другой стороны - и это было бы интересно, с исследовательской точки зрения. Но я уже выбрала путь вмешательства, глупо сожалеть о неслучившемся.
Вопрос в другом - если я буду узнавать то, что чувствуют тела в материальном мире, используя их же средства ощущений - я увлекусь. Я всегда увлекаюсь, познавая что-то новое, погружаюсь в это что-то с головой - до меня просто не достучаться, Гнев пробовал. Да и событий происходит всё больше - раньше только жидкость была наполнена жизнью, теперь уже две среды могут этим похвастаться, да и интенсивность процессов жизнедеятельности множится и нарастает. Я просто могу что-то пропустить. За чем-то не уследить, что-то не проанализировать. А мне ведь всё интересно. И, к тому же, нужно быть постоянно начеку - ведь нашим... моим... Личностям угрожает опасность. А если я не буду везде - я могу просто не успеть их спасти. Пожалуй, я разделю своё сознание на части, обволоку им всё пространство вокруг материального объекта, где ...мои... Личности познаЮт материальное.
И я медленно разделяюсь, сохраняя, однако, связь между всеми частями и удерживая волей всё своё существо единым. Напоследок я выделяю ядро своей Личности в отдельную структуру, оставляя наблюдать и анализировать лишённую самосознания и воли суть, сохраняя с ней непрерывную связь. Теперь все знания будут собираться и копиться, я же буду иметь к ним постоянный доступ, в то же время оставаясь свободной в действии и сиюминутном внимании. В случае же какой-нибудь острой ситуации - я запросто могу объединить свою суть обратно, ведь воля-то, нужная для самостоятельных решений - едина и сосредоточена вся там, где находится деятельная и активная часть. Созерцательная и анализирующая часть, щитом окутывающая материальное тело, в непосредственном управлении волей не нуждается, ей вполне хватит удалённого, опосредованного. Так что я вполне спокойно оставила свою пассивную часть и устремилась обратно к мной же созданному телу.
Тело, лишённое направляющей силы Личности, дремало. Я скользнула туда, беря управление в свои руки и, проснувшись, задумалась - чего бы мне ещё сделать? Пока я лежала, размышляя, ко мне подкрадывался какой-то обитатель сухопутный - с намерением мной подкрепиться. Я раздражённо вильнула телом, на ходу выращивая в ближней к обитателю части острые шипы и буквально насадила его на них с размаху. Чем и подкрепилась, впитывая его всей поверхностью, поставив броню торчком и открывая внутренние части, способные к такому действию. Как раз восстановила внутренний баланс структуры после его расходования на эти самые шипы. Часть с шипами я решила считать своей задней частью, перед же был ничем не защищён и я, теперь имея опыт нападения, глубоко над этим вопросом задумалась. Так же я задумалась над тем, что мой способ поглощения выставляет меня уязвимой в момент трапезы - и это тоже стоит решить. Может, стоит сделать часть для поглощения всегда готовой к такому, само-собой её предварительно защитив? Часть с шипами мне очень понравилась, поэтому её я трогать не стала, но у меня ведь два конца и я обратила своё пристальное внимание на свободную от изменений пока площадь. Шипы - вещь хорошая, удобная. Пожалуй, здесь я тоже сделаю шипы, только расположение их изменю - пусть они обрамляют часть, всегда готовую к поглощению. А ведь ещё мне надо позаботиться о видоизменённых частях, у тех, которые непосредственно поглощать не могли. Им же нужно как-то питание доставлять? Воссоздала вид организмов, подсмотренный у тех, кто передавал жидкость с глубины на поверхность - такой же пограничный, имеющий структуры для взаимодействия как с поглощающими частями, так и с другими. Более того, пошла дальше и сделала структуру не статичной, как у подсмотренных организмов, а двигающейся, циркулирующей - ведь моя организация тела иная, чем у них. Интересно, а Задира как из этой ситуации вышел? Ой, совсем иначе. Его внешние оболочки образовывались, твердея, из внутренних при переходе какого-то порога израсходованности ресурсов и после полного истощения энергии - слущались, освобождая пусть следующим.
Итак, теперь тело было защищено, способно конкурировать за среду и перемещаться. Чем я с удовольствием и занялась, пробуя разные способы перемещёния, взбегая и скатываясь, скача и скользя, резко меняя направление движения и несясь по прямой. Я узнавала возможности тела и балдела от самого факта того, что я нахожусь в материальном, как и на... мои... Личности. Таким образом я достигла границы между жидким и твёрдым, которая здесь была приподнята - и с разбегу плюхнулась в жидкое. О, здесь была куда большая свобода передвижения! Правда, это тело было всё же не столь маневренно, как создаваемое специально под эту среду, но и то, я получала полнейшее удовольствие от возможности направляться в любую сторону, как привыкла. Здесь, в прибрежных водах, я была вне конкуренции, взяв всё самое лучшее, что подсмотрела и преобразовав под свои понятия манёвренности и безопасности. Нагулявшись, наигравшись и наевшись, я снова выскочила на твёрдую поверхность. И огорчённо вздохнула по былой вольности передвижения. Нет, так я не согласная! Я хочу покорить не только горизонтальный способ передвижения, но и вертикальный. Что для этого нужно? Так, что мне помогает передвигаться в жидком? Снова плюхнулась туда, изучая. Плотность среды - вот ответ. Жидкость разреженнее, чем твёрдое, на котором (а не в котором) стоишь, но плотнее газа, который занял всё не занятое другими средами пространство. А если проверить различные характеристики тела - которые из них делают его манёвреннее в среде, а которые замедляют? Выяснилось, что при неизменной плотности организма на манёвренность влияет поверхность организма - чем она больше, тем больше сопротивление среды. Вернула все характеристики к прежней форме и выбралась на сушу, где тут же и решила испробовать результаты наблюдений. Как увеличить поверхность тела? Растянула его, сделав плоским - поверхность увеличилась, но мне нужно была заново приспосабливаться передвигаться, да и так я была более уязвима, чем в компактной форме. Не пойдёт. А если сделать это качество изменяемым? Ну - нужно, появилось, не нужно - убрал. Но как бы это реализовать? Протянула тонкую плёнку между конечностями по обеим сторонам тела. Уже лучше- но передвижение опять оставляет желать лучшего, тем более, непонятно, куда и как эту плёнку убирать. На всякий случай, попробовала и так - вдруг я двигаюсь в неправильном направлении? С того же самого возвышения я прыгнула в жидкое. И - не упала! Я мягко спланировала вниз.
Опять-же, в жидком, моё передвижение тоже резко замедлилось. То есть - двигаюсь я правильно. А если создать ещё одну дублирующую связку конечностей? Где бы их только поместить? Прямо над первой связкой? Тогда они будут друг другу мешаться. Попробуем сверху. Снова выбравшись на сушу, где легко было сразу же проверить результаты эксперимента, я вырастила задуманные конечности и снова натянула плёнку. Опять-таки встал вопрос с компактностью. Но без поддержки эти плёнки не будут расправлены - это я поняла, убрав одну пару конечностей. О! А если закрепить один конец к телу, а другой вынести подальше? Тогда и будет необходимый тонус плёнки. И компактность будет - я просто буду прижимать вынесенные конечности к туловищу! Я подпрыгнула и снова мягко спланировала, подпрыгнула и взмахнула конечностями - и моя внешняя оболочка затрещала от напряжения свалившейся на неё нагрузки. Нужен дополнительный запас прочности сделанной конструкции. И я снова погрузилась в раздумья. Внешняя оболочка окутывает весь мой внутренний однородный состав. Ну, почти однородный - всё же изменения есть - это те конструкции, что переносят питательные вещёства от способных к поглощению частей до неспособных - это те, что нужны для нападения и защиты. Другими словами, вся нагрузка, получаемая моим организмом, ложится на внешнюю оболочку, не задевая внутреннюю. Чтобы разбавить нагрузку, нужно распределить её или усилить. Но распределение у меня и так - на весь организм в целом. А если я усилю внешнюю конструкцию - то сделаюсь менее манёвренной, как Задира. Вот подумать если - коли есть внешний каркас, может быть состряпать внутренний? Переместилась на ещё не выеденную моими метаморфозами поверхность и снова взялась за изменения. Представила прочную, гибкую и лёгкую конструкцию, проложенную от одного конца моего тела, до другого, удерживаемую сверху и снизу толщей способных к поглощению частей. Проложила подобные конструкции до всех имеющихся конечностей. Непорядок - так я стала совсем неспособной двигаться. Либо нужно менять гибкость конструкции - и тогда она станет пластичной, но нетвёрдой, либо оставить, как есть - способной выдерживать нагрузки, но тогда нагрузок и не будет, ввиду неспособности вообще шевелиться. А если разделить на сообщающиеся части эту конструкцию? Мысль верная, но как определить количество таких частей? Самая гибкость нужна основной оси моего тела - там нужно сделать как можно больше частей, для плёнки важно натяжение, а оно как раз нуждается в жёсткости - тут нужен минимум частей, конечностям же хватает того запаса прочности, что есть у внешней оболочки- их тоже особо укреплять не надо - тоже частей мало - а там посмотрим, как оно будет по использованию удобно. Теперь вопрос - как удержать эти сообщающиеся части вместе? Мне нужно что-то гибкое, эластичное - ведь части будут двигающиеся. Для пробы создала в каждой сообщающейся части разные виды возможных соединений - посмотрим, где и что будет удобно. И, уже наученная опытом, провела к каждой части новых структур организма питающие части. И снова подпрыгнула, взмахивая конечностями, снабжёнными плёнкой. Плёнка дрожала от натуги и провисала, дрожала и провисала - на ходу добавила туда каркасных частей, разделив плёнку на сектора, чтобы уменьшить нагрузку на единицу площади. Так же, по ходу первого полёта изменяла сообщающиеся части, замечая, где что приходится лучше. Организмы, попавшие в соединения, поняли, что от них требуется и уже сами изменяли свою структуру, что-то уплотняя и как-то перегруппировывая внутреннее содержание. Незаметно, я оказалась высоко- так высоко, где раньше была только нематериальной. И мне понравилось. Единственное, я не могла полностью погрузиться в тело, так как имеющиеся способы ориентации в пространстве меня не устраивали, я слишком хорошо помнила, как я воспринимаю его обычно. Способные к поглощению клетки - самые изменяемые, первоначальные - они опять мне нужны. Я изменю их так, чтобы реагировали на свет и воспринимали цвет и вынесу их куда-нибудь на поверхность. Куда вот только? По всему телу их распределить? Тогда броня моя станет в этих частях уязвимой. Попробую в двух местах - на обеих концах тела. Возник вопрос - а в какую сторону двигаться? Будучи нематериальной, этот вопрос меня не волновал - я могла моментально сменить вектор движения. Но это тело так не может, это его травмирует. Значит, нужно приоритетное направление, за которым двигается всё тело. Естественно, что такое направление задаёт часть, способная к поглощению, поэтому со второго конца тела зрительные части я убрала. Ну, и чтобы жидкость так быстро не испарялась с открытых первоначальных клеток - я проложила тонкий слой такой же плёнки, как и та, что была мне средством передвижения.
Теперь я обладала всеми качествами, что хотела видеть и тело мне очень даже нравилось. Оставалось удивляться тому, как сильно видоизменились организмы с момента первого сделанного. Сейчас они умели гораздо больше, чем я закладывала в них изначально - они развивались! Развивались сами - и это было так же удивительно, как и новые границы, которые искала Любопытство. Только она искала их снаружи, а я находила или становилась причиной их стирания внутри. Всё же интересно, почему мы такие разные? Что послужило причиной моего отличия от них? - ведь ими всеми, кроме меня, управляет одна цель. Почему у меня иначе? И - действительно ли я отличаюсь от них? На миг мне вспомнилось Сомнение - и наше мимолётное касание. Интересно, не будь его - и я бы пошла по тому же пути?
Встряхнув головой, я взмахнула обретёнными крыльями и взлетела, выискивая мои творения. Всё-таки, пора бы уже браться за обустройство материального, чем я и предложу им заняться. Нашла я их на мелководье. Ласка грелась на солнышке, вольготно развалившись на камнях чуть в отдалении от прибоя, Задира же угрюмо перемещался по самой кромке и набрасывался на рискнувших показаться на его глаза обитателей прибрежной полосы. Развлекался. Приземлялась я ещё неумело, тормозя всеми конечностями и вихляя хвостом от ошалелости, поэтому площадку для приземления выбрала поодаль от них, чтоб не сшибить ненароком. Ну, и чтоб мне перед ними стыдно не было - они-то своим телом управляли мастерски - оборжут и будут правы. А я сгорю со стыда. Я оказалась права - по окончании приземления я лежала носом в песке, а позади меня тянулась полоса снесённой среды. Нужно будет ещё укрепить свои оболочки - этак недолго их повредить. Крылья, кстати, поломались при приземлении, пришлось и здесь подчистить внешний слой организмов, восстанавливая свою целостность. Походила, встряхнула обновлёнными летательными конечностями, сложила - и, довольная удавшейся компактностью, прокралась тихонечко на наблюдательный пункт за моими новосозданными Личностями. Удалось! Даже Ласка меня не заметила - она по-прежнему вольготно расположилась на солнышке. Задира насытился и наразвлекался и теперь, нахохлившись, сидел, глядя на свою родную среду. Кажется, решал - возвращаться или нет. Опять затопила нежность и, словно чуя её, моментально отреагировали оба, безошибочно развернувшись в мою сторону. Значит, всё-таки, видят мои чувства. Унаследовали-таки от нас, полностью или же нет, нашу сенсорную систему. Вот уж не думала. Уже не скрываясь, подошла к ним. Чувствуя меня сутью, но видя впервые материально - они растерялись. Я была привычна им невидимой - а сейчас обладала телом, которое можно было распознать имеющимися у них органами - и они решали - я это или не я. Победила суть - Задира осторожно, бочком, приблизился ко мне, исследовал, одновременно сравнивая то, что чувствовал, с тем, что понимало его тело. Тело ведь тоже было непривычным - до меня ему такие не встречались. Кажется, это сыграло основную роль в том, что он меня признал. Я как была загадкой для сути, так и осталась ею для органов чувств - и это для него стало подтверждением того, что я - это я. Он радостно кинулся ко мне и был встречен объятиями. Я впервые могла обнять его, а он - меня! Ласка настороженно наблюдала. Если Задира признал меня и успокоился, то она всё ходила кругами, ища подвох. Я её не торопила, в свою очередь наблюдая за ней и восхищаясь её умением управляться со своим телом - куда мне до неё?! Наконец, признала меня и она, но не кинулась, подобно Задире, в объятия. Нет, степенно подошла и просто уткнулась, затихнув и не шевелясь. Всё же, насколько они разные!
Выждав, когда они чуть привыкнут ко мне, я озвучила им причину своего появления рядом:
"В-общем, я хотела сделать ваш мир интересным для вас. Что могла - я сделала - вас теперь окружает много-много разнообразнейших форм жизни. Но материальный мир - ваша вотчина, не моя - и для чего нужны все эти формы - решать вам, ведь вам с ними жить. Я здесь буду только временами, моя среда обитания иная, мне просто нет причины обустраивать тут всё под свой вкус. А вот вам это - надо, сколько вы тут пробудете - неизвестно. Так что - вперёд, решайте, чего вы хотите и от кого!"
И, к тому же, это даст вам толчок к развитию вашей души. Может, даже сформируется второй полноценный слой поверх сути. Первые их шаги в материальном и развитие эмоциональной сферы во время великой охоты, да ещё первые осознанные мысленные цепочки - и суть уже покрылась первым лепестком индивидуальности. Личности. И, самое главное - это научит вас ответственности и хоть чуть приблизит вас к пониманию ваших сил. А то первый ваш опыт и на меня произвёл сильное впечатление. До сих пор помню разговор с Озарением и своё понимание тогда, что вы можете всё уничтожить, даже не поняв, что сделали. Возможности-то вам даны наши, а вот развитие - только-только началось. Всё же, какая была я, когда только училась управлять собой? Похожа ли?
Отвлёкшись от собственных мыслей, посмотрела на наш.. моих Личностей. Они сидели вокруг и в их мыслительных цепочках царил полный ступор. Заинтересовалась - а если бы я получила такое задание? Осознала, что и я впадаю в такой же ступор. Чего и от кого я бы хотела? Во время движения мне думается легче и я взлетела, оставив даже не заметивших в своём ступоре моего ухода Задиру и Ласку. Я наворачивала круги в небе и на земле и пыталась сформулировать ответ на мной же заданную задачу. Хоть один пример. Что мне надо от окружающего меня разнообразия жизни? Сейчас они имеют для себя общие задачи - заложенное ещё моими Личностями стремление множиться, заложенное мной стремление питаться для продолжения жизни, ещё где-то в уголках их памяти лежит задание перерабатывать газ в другую среду - это остатки решения проблемы, созданной первым опытом деятельности Задиры и Ласки. Остальное было только изменением структуры, а не задач, заданных извне. Задачи, обусловленные выживанием, я не считала - они были следствием заложенного стремления продолжать жизнь. И - всё. Все изменения, всё, что было вокруг - всё это подчинялось трём простейшим задачам, больше ничего от окружающего не требовалось. Задира и Ласка могли ещё предъявить требование - играть. Требование быть съедобными даже озвучивать не надо было - это условие пока было выполнено по умолчанию - из-за принципа подобия. Что вообще может быть нужно от окружающего?
Окружающее. Я новыми глазами смотрела на то, что было вокруг меня. Ковёр вышедших на сушу проводников жидкости, сухопутные обитатели, прибрежные и водные организмы. Они ведь все менялись и меняются. Уже почти ничего не напоминало то, с чего всё начиналось. Но с другой стороны - если что-то было поглощено - оно исчезало. Весь материальный объект был покрыт уникальными формами жизни - и если форма не выдерживала конкуренцию за энергию, она исчезала, так как была единственной в своём роде, по своему развитию. Это не есть хорошо. Потому что вместе с поглощённой формой исчезал опыт, ею накопленный в развитии. Нужно как-то закрепить уже раз пройденные этапы, иначе рано или поздно первоначальные клетки даже не смогут начать развиваться, ибо их будут съедать уже на этапе первых шагов, а сформированные формы достигнут таких высот развития, что победит сильнейший и останется только такая, единственная, самая удачливая форма - и больше никого. Всё сведётся к одному экземпляру. Или - к одной форме экземпляров, при более благоприятном стечении обстоятельств. Ну и что в этом хорошего? Нужно дать возможность закреплять удачные находки и отбраковывать не перспективные. Угум. И как? Тут надо (как всегда) решить целый комплекс вопросов:

Итак, можно попробовать совместить процесс передачи такой информации с поглощением. Но так опять придём к единственному экземпляру. Значит, отпадает. То есть - нужно разделять врагов - тех, кто хочет поглотить и друзей - тех, кому хочешь передать. Пожалуй, третий вопрос - самый лёгкий. Это всё, что помогает выживать - будь то броня, ускользание, смена состояний или среды - вообще, всё, что позволяет быть непоглощённым. Но тут проявляет себя четвёртый вопрос - как отследить? От чего отталкиваться, когда наблюдаешь? Относительно чего можно сказать, что один удачливее другого? Мне катастрофически не хватает параметров наблюдения. Шкал оценки. Вот! Что сделать шкалой оценки? Вероятность поглощения - вот нужный мне критерий. Но таких вероятностей даже от одного организма отходит просто масса и они нерегулируемы. Нужен регулятор. Связь, которая эти вероятности выстроит в цепочки, на которых будет видна эффективность принятых решений. Я залезаю в структуру материального и сплетаю новое условие, захватывающее вероятности - время. Но откуда поставить отсчёт? С момента принятия решения? - нет, сейчас таких вероятностей слишком много, они просто образуют клубок, а мне нужна структура. С момента начала охоты и связанных с этим изменений? - нет, так выпадут из структуры уже имеющиеся к тому моменту задачи и условия их выполнения. Может, с начала образования материального, как такового? - и это нет, потому что я сама этого момента не знаю, никто из нас не помнит, как образовалось материальное, мы знаем только его структуру и что мы как-то к этому причастны. Привяжу-ка я начало связи вероятностей с момента создания материального тела для моих Личностей - всё, что было до того, к вероятностям отношения не имеет. Материальное тогда было пусто и все вероятности укладывались в структуру наших взаимодействий. Пожалуй, самый скачок нерегулируемых вероятностей произошёл именно когда я выпустила Личности развиваться в материальное. С их пробуждением вероятности стали неуправляемы.
Последние два вопроса решены. Остались первые два. При ближайшем рассмотрении они тоже требуют более детального изучения. Во-первых, куда поместить информацию для передачи? Во-вторых, что нужно передавать? И кому? Сейчас есть фактически два вида организации - начальные организмы, которые по-прежнему предпочитают одиночное существование и комплексы организмов, которые стремительно изменяются, ища новые способы защиты и нападения, используя в качестве ресурса друг друга или тех самых одиночек. Размножаются организмы поштучно - то есть, одиночки так и множатся, а в комплексе каждый организм всё равно копирует только себя самого, механизм един для всех - то есть, целиком комплекс не копируется, его части связаны однажды и в единственном экземпляре. Вот тут-то и самая задача, что комплекс организмов - это и есть какой-то пройденный опыт развития, который уникальный и который нужно сохранить. Те самые решения, которые заново проходить не надо. Что бы взять за основу опыта? - все пройденные метаморфозы? Боюсь, с развитием комплекса организмов таких метаморфоз будет всё больше - это просто невероятное количество информации, а мне ведь ещё придумать надо, как её хранить. Тогда, может, не все, а лишь те, которые продержались достаточное время для того, чтобы считаться удачным решением? Но какой промежуток времени считать необходимым? Фиксированный он должен быть или индивидуальный для каждого комплекса? Думаю, индивидуальный предполагает большее разнообразие. Но всё равно - какой отрезок времени определённой формы считать удачным решением? М-м-м, если она изменилась снова, а её так и не поглотили. Вот как раз результат перед новым изменением и будет считаться законченным опытом и подлежать передаче в качестве удачного решения. Просто и изящно.
Теперь к тому - где хранить информацию? И какую часть комплекса считать подлежащей передаче, а какую - несущественной? Есть нехорошее подозрение - что важен весь комплекс взаимосвязанных между собой организмов. А потому - нужно сохранять информацию целиком. Думаю, что каждый организм в комплексе знает, что от него требуется - именно для того он свою структуру и менял. Самое удивительное, что выполняющие определённые функции организмы - схожи между собой. Они могут располагаться в разных частях комплексов, но выполняют удивительно похожие функции. То есть - отталкиваться нужно не от положения организмов в комплексе, а от их функциональности. С положением пусть определяются сами, относительно выбранной формы совместного существования, а вот информацию о функциональности передавать нужно. И пусть её знает каждый организм в комплексе - это лучшая защита от потери информации. Но, с другой стороны, если не передавать информацию об общем строении комплекса, как будут понимать пройденный опыт организмы, получившие информацию о копмлексе? И ещё для передачи информации - тоже нужна энергия. Откуда её взять? Сейчас она используется только для поддержания жизнедеятельности и изменения своей формы. Может, нужно откладывать по чуть-чуть, накопить этой энергии для момента передачи её? А с какого момента откладывать и в какой момент передавать? Пожалуй, в какой момент передавать - это просто - когда происходит размножение организмов. Но сейчас этот процесс индивидуален и не затрагивает весь комплекс. Пожалуй, этот механизм нужно модернизировать. Точнее, сделать ещё один, не затрагивая первый. Видимо, потребуется таки отдельное пространство под накопленный опыт - для сохранения опыта всего материального тела. Но нужно будет защитить информацию, чтоб по неосторожности её однажды не потерять. Я думаю, стоит сделать эту информацию возобновляемой. Накопил энергии в этом отдельном пространстве, аккумулировал опыт ото всех своих частей - размножайся целиком. И снова - живи дальше. Другое дело, что чем больше тело, тем больших энергозатрат потребуется для размножения. Соответственно, дольше будет копиться энергия без нанесения ущерба телу, которое всё это время будет подвергаться опасности. Не исчезнут ли так самые огромные формы, вытесненные формами поменьше? Не знаю, это одна из вероятностей, которые как раз требует изучения. А шкала у меня уже есть - вот и посмотрим. В конце концов, можно зарезервировать по экземпляру для увеличения вероятностных путей - это уж сделать проще простого. А теперь - самый главный вопрос! Куда деть весь этот накопленный опыт? В структуре организма уже есть механизмы, заложенные мной раньше, для сохранения задач, им предъявляемых. Пожалуй, их я и использую, адаптировав под свои нужды... снова. Взяла созданный механизм и вложила в него опыт, пройденный своим телом, для примера. Задумалась. Своё тело я создавала быстро и у меня почти нет как раз таки опытных точек запоминания. Хотя нет, есть - тело без конечностей, тело с конечностями, тело, с крыльями, тело, адаптированное к крыльям. Четыре точки опыта. Как связать их между собой? Изначальное предположение, что нужные точки просто будут отмечаться в механизме сохранения, оказалось... неустойчивым. Потеря одного участка влекла за собой полный сбой в передаче опыта. Видимо, придётся информацию дублировать. Каждый новый опыт будет содержать в себе информацию о всех предыдущих этапах. Линейность передачи превратится в накопительную систему цепочкой от самого простого к сложному, от самого простого к сложному и усложнённому, от самого простого к сложному-усложенному-самому сложному... Информация будет расти прогрессивно, зато защищённость ее повысится в разы. Стоит, я думаю, ее уложить компактно, но тут уж она пусть укладывается сама, в зависимости от этапов и продолжительности получаемого опыта. Добавим и это стремление в создаваемую структуру. Пожалуй, опытные организмы, согласно тому же закону подобия, который негаданно стал лейтмотивом жизни, стоит сделать похожими на души. Ядро, содержащее основную информацию - и материя, это ядро окружающая. Когда информация в организме перестанет укладываться в механизм, заложенный в самую её основу - тогда и вступят в силу новые связи кодирования информации и упаковки её компактно в ядро. Для облегчения же процесса передачи информации, я думаю, подойдут первоначальные организмы. Они чисты в информационном плане и способны стать тем, информацию о чем получают. Нужно просто ввести их в тела в качестве обязательных компонентов и тогда они будут готовы в выбранный телом момент принять информацию и собираться вместе для образования новой формы законченной структуры. Просто и изящно.
Последнее, что тревожит - это усвояемость тел для поддержания жизнедеятельности. Чем дальше - тем сильнее они будут различны и уже не уверена я, что информация, поглощённая телом, сможет им адекватно усвоиться. Ведь, чем сильнее различны опыты двух тел, тем больше различаются базовые изменения, используемые ими для выживания. Смогут ли тела вообще при этом быть взаимопоглощаемыми? Не нарушит ли это всю структуру взаимодействия, мной для них прописанную? Если они не смогут поглощать друг друга, то цикл их жизни будет зависеть только от того запаса, что был в них изначально. Даже не уверена, что их размножение продолжится, ведь они крепко подсели на эту базовую теперь необходимость и их тела не могут выработать больше энергии, чем нужно для жизни. Для своей, одной жизни, куда уж там продолжение рода. А если вернуть им свободу излучения этой энергии - то снова повторится ситуация с кошмарным комом биомассы, размножение которой не остановить. Пожалуй, всё же стоит оставить взаимопоглощаемость, как регуляторный механизм. Нужно только озаботиться, чтобы он по-прежнему был доступен, вне зависимости от структурных различий. И, пожалуй, я знаю, как это сделать. Нужно всего лишь расщеплять поглощаемые структуры до того уровня насыщенности информацией, который организм способен воспринять. При расщеплении наверняка останутся неиспользуемые остатки - но это уж пусть тела сами для себя решают - перекомпилируют ли на свой лад, избавятся ли от них, может, изменят свою структуру, получив новый опыт... Пусть решают сами. Я только дам им возможность, заложу в их организацию зачатки возможных решений. И не забыть оставить пространство для будущих возможных изменений. Кто знает, может, моим Личностям ещё что в голову придёт?
Разобравшись с новыми изменениями материального, я снова вернулась к насущному вопросу: "чего бы я хотела и от кого, если бы жила тут постоянно?" Скользя над просторами твёрдого, я наблюдала картины всё изменяющейся жизни. Здесь уже тоже была конкуренция за еду и различные способы защиты и нападения. Проводники жидкости, благодаря всё тем же позванным когда-то друзьям моих Личностей, получили толчок к развитию не только от таких же, как они, но и от других форм. Что очень положительно сказалось на их выживаемости. Они научились защищаться. Но их защита была большей частью пассивной - не причиняющей вред, а защищающей носителя. Хотя нет - уже появились и причиняющие вред. Я упустила за размышлениями момент, когда проводники жидкости осознали, что нападающие на них - тоже еда. Но это не страшно. Ещё до начала погружения в размышления я знала, что я натура увлекающаяся и приняла меры. Та моя пассивная, безвольная анализирующая часть, конечно, за всем проследила и я могу в любой момент узнать - что происходило и как. В любой части материального объекта. Но сейчас у меня были другие интересы. Я поняла, какой пример можно привести моим Личностям. Я сама когда-то попросила организмы об услуге - и они изменились и стали такими, как нужно. Как раз те самые проводники жидкости - они изменили свою структуру и взялись за выполнение задания. То же самое - дать задание окружающему - нужно сделать и моим Личностям, в соответствии со своими предпочтениями. А это, пожалуй, самое сложное и есть - понять, чего хочешь. С этими невесёлыми мыслями я вернулась к по-прежнему ошеломлённым Ласке и Задире. Поняв приведенный пример, они оживились и их мыслительные цепочки начали свой разбег, разлетаясь вихрем в попытках захотеть чего-нибудь. Меня же отвлекло осторожное касание.
Кто-то касался моей пассивной части, пытаясь разобраться - что это и зачем? Моментально я оказалась рядом. И увидела Личность, недоуменно смотрящую на меня. После того, как меня отпугнули, я стала сторониться большей части Личностей - слишком неприятные воспоминания. А они могли читать только то, что я изменяла в общей структуре мироздания. Маленький полигон, где росли Ласка и Задира был закрыт от их взора. Мной же и закрыт. Когда я обтекла материальное тело пассивной своей частью, он перестал быть доступен для прямого взгляда. Да и внутрь я не пускала. А ведь их творения тоже развивались и с их развитием возникало всё больше вопросов, которые нужно было решать. А подсмотреть уже не получилось. Тех, кто тогда оттолкнул меня, я запомнила крепко и почувствовала бы заранее. Они нашли того, кого я не почувствую. Нейтрального ко мне и для меня. Невидимого для моих чувств. Вот и почуяла я его лишь тогда, когда он коснулся меня, узнавая. На меня недоуменно смотрел Рвение.
"Что ты здесь делаешь?" - я отстранённо смотрела на него
"Ты надеешься скрыть свои решения от нас?" - потерянно и удручённо прозвучал вопрос
"Я больше не доверяю вам. И боюсь, если честно"
"Всё равно мы, рано или поздно, найдём лазейку к твоим изменениям"
"Конечно, найдёте - ведь вы такие же, как я. Я только постараюсь, чтоб искали вы подольше"
"Мне жаль, что нас разделило непонимание" - Рвение сокрушённо качал головой
Я опустила глаза. Мне тоже было жаль, но возвращаться к тем, кто меня прогонял, я не стану. Рвение ведь не сам пришёл- его попросили. Те, кто так же, как и я, задавались вопросом о будущем ими сотворённого. Они ведь проходят те же уроки, что и я - различия только в деталях.
Огорчённый разговором и чувствами, после него оставшимися, Рвение ушёл. Я проводила его взглядом и увидела находящуюся всё также неподалёку Любовь. Она по-прежнему не хотела отплывать далеко от моих Личностей. Я подплыла ближе
"Их свет теперь почти не виден и не чувствуется под твоей сутью" - пожаловалась она
"Тебя он по-прежнему так привлекает?"
"Да, он тёплый и к нему так хочется прижаться"
Я обняла Любовь. Она, по крайней мере, никогда не хотела зла моим творениям. Что ж, если ей так нравится находиться рядом - может, пустить её? Не моя же они собственность, чтобы решать за них, кто должен быть рядом, а кто - нет. Она не опасна для них. Может, даже чем и поможет...

Глава 9. Перелом

Меня зовут Юля. Родилась я в городе Подольске в 3-50 утра, в ночь с четверга на пятницу. Больше о своём детстве ничего сказать не могу - я не помню, а родители меня не сильно-то и балуют воспоминаниями. Сколько я из них выпытывала время и место моего рождения!!! В шесть лет переехала в Троицк, где поныне и живу. Где-то с этого времени начинаются и мои воспоминания - весьма обрывочные, надо сказать. Моя память меня бережёт. А что помню - приятным не всегда назовёшь. Жизнь моя спокойной не была до последнего времени, так что сейчас - я откровенно наслаждаюсь тишиной! Зато я выжила, а это, как сказал человек, частично узнавший, что происходило - ну, проболталась, болтливая я не в меру - уже подвиг! В конце 2008 года я пошла на первую в своей жизни работу. Там и познакомилась с человеком, с которым проводила длиннющие беседы о жизни. И вот, идя как то с работы до метро, обсуждая свои мысли и вопросы, он задумчиво и произнёс - "а что б тебе книгу не написать?" Я тогда ещё удивлённо на него посмотрела - зачем? "Ну просто так" - ухмыльнулся он. Я сгоряча и брякнула - "А легко". К сожалению, к своим обещаниям я отношусь ответственно, поэтому в тот же вечер, ещё даже не имея никакой идеи, никакой цели, кроме как отдать, наконец, хоть что-то этому настырному человеку - я закрыла глаза и попыталась представить, как писатели придумывают свои миры. Получилось не очень похоже, но не в этом суть, главное, я таки написала то, что обещала и отдала написанное этому настырному человеку. До появления этих книг на "Самиздате" оставалось полгода. Кстати, спасибо все равно говорить этому настырному человеку. Ну, или плеваться в сторону - тоже к нему. Правда, последующие произведения - это уже спасибо/плеваться - ко мне. Но это уже дурноприобретенная привычка. Писателем себя по-прежнему не считаю, потому что выдумывать не умею. Даже солгать не могу - тут же теряется нить повествования (проверяла). Могу умолчать, да, но не солгать - какой уж тут сказочник? Так что это раздел не писателя. А кого? М-м-м... дайте подумать... наверное, человека, возомнившего себя писателем. Ой, моя головушка, куда ж ты меня заносишь!... В общем, наслаждайтесь! Если что понравится, это будет бальзамом на моё большое и трепетное сердце! :)
...
Я никогда не думала, что буду писать. Даже в школе за мои личные сочинения мне всегда ставили тройки. И я честно перешла на сборники сочинений, дабы выправить оценку в четверти, да и в году. Выправила, доучилась и благополучно забыла о том, что когда-то считала нормой. Моё воображение осталось при мне, уж на него никто никогда не мог покуситься, оно внутри и никогда не вырывалось наружу, иначе, чем в отвергнутых когда-то сочинениях. Потерпев неудачу в изложении своих мыслей - я отбросила саму возможность, как таковую. Остались только песни, как средство самовыражения. И я пела. Идя куда - я пела. Оставаясь в одиночестве - я пела. Тихо, чтобы никто не услышал. Не посмеялся, отбирая последнее, чем я могла самовыражаться. С каких-то пор я начала очень чутко относиться к тому, как меня оценивают, принимая их оценку себя важнее, чем мою собственную. Я не помню - почему и как это произошло. Больно это признавать, но, кажется, меня просто сломали. В школе. Во второй, куда я перешла после третьего класса. Восемь лет полнейшего одиночества и отрицания убили во мне способность адекватно воспринимать себя. Меня били в школе и дома, меня игнорировали и обливали презрением, в меня плевали и рвали мои вещи. И мне некуда было пойти. И нечем было защищаться. И от кого? От детей? От мамы? Да это же... невозможно. Невозможно представить, чтобы на них можно было излить ярость, клокотавшую внутри. И я замкнулась. Сломалась. Сдалась. ...Потухла. И никак не могла понять - что же во мне отличного от них, что меня не принимают? "Ты отличаешься от нас" - стало моим проклятием. Даже в училище я не могла понять, почему я не вписываюсь в компании? Нет, там уже было всё дружелюбно и товарищески, но я словно была снаружи компании, независимой единицей. Мы вместе готовились, вместе, помогая друг другу, сдавали экзамены, вместе праздновали - но я чувствовала себя вне компании, я наблюдала за ними и пыталась копировать их поведение. И всё равно - "Ты отличаешься от нас" - стало моим ярлыком. В институте повторилась та же ситуация. И на работе. И - на второй. Даже на улице ко мне боятся подходить парни. Просто за помощью ко мне обращаются все, говоря, что у меня очень открытый вид. Но пустить ближе - не хотят, никто. А с какого-то момента - и я стала бояться пускать в своё сердце что-то. Я легко становлюсь душой любой компании, но стоит компании распасться на отдельные составляющие - я меня обтекают, забывают. Я привыкла быть снаружи любого сообщества, явления, момента. Потому что быть внутри стало для меня непозволительной роскошью. Раньше не хотели пускать меня, теперь - боюсь я. Я боюсь открыться навстречу, боюсь, что по открытой душе пальнут изо всех орудий. Но, думаю, это общая беда современности. Люди, ушедшие в виртуальность, потеряли способность быть открытыми для окружающего. За сверкающим монитором легко спрятать лицо, чувства, привычки и воспитание, да даже образ жизни. Это стало вольницей. Это же сделалось тюрьмой. Кто сможет заглянуть за переплетение слоёв битов и байтов и разглядеть за ними реального человека? Я - точно не смогу.
Такая закрытость ударила по мне с размаху. Как многое другое до того.
Мне 29 лет. Я не замужем, у меня нет детей и нет друзей, кому я могла бы доверять. Даже нет родственников, к которым я могла бы обратиться за помощью. Меня никто никогда не любил. Никогда никого не любила я. Я даже не знаю, что чувствуют, когда ... любят. Что, вообще, такое - Любовь? Интернет пестрит ответами, захлёбываясь валом вариантов, но среди этого вала не разглядеть того, что удерживает до гробовой доски людей, захотевших быть вместе. Загадка. И, как всякая загадка - она меня манила. Но была - недоступна. И самое страшное, что до какого-то времени я смирилась с этим. Я поверила, что это нормально - прожить всю жизнь, так и не узнав, что же это за ощущение. Я находила себе развлечения и хобби. Я занимала своё время книгами, прогулками, увлечениями. Я почти забывала о том, чего хочу. Только парочки, постоянно промелькивающие на границе сознания, раздражали всё больше - они знали это чувство. Они нашли друг друга. А я - по-прежнему ... одна. Осознание этого копилось внутри и требовало выхода бурей эмоций. Это стало буквально навязчивой идеей. Мало того, что общество считает, что в моем возрасте уже пора иметь мужа и двоих детей и всячески меня укоряет за отсутствие оных. Так ещё и постоянно осознавать, что вокруг люди находят друг друга, а я по-прежнему одна- это давило невероятно. В конце-концов, когда-то оно должно было прорваться...
Я ехала в поезде, направляясь в Казань, с начальной точке запланированного круиза. Октябрьская погода хмуро стучалась в окна дождём и сильным ветром. Плацкарт, в котором я ехала, был забит до отказа - вокруг были десятки людей. Поезд ехал, громыхая колёсами на стыках, люди ходили туда-сюда, вздыхали и разговаривали. Я пыталась заснуть. Постепенно разговоры и переходы утихли, свет притушили, а потом и вовсе выключили. Поезд погрузился в тишину. Даже стих дождик и ветер за окном. Я чувствовала вокруг десятки тел, их жизни и причины их нахождения в этом поезде. И всё ворочалась, пытаясь заснуть. Раз за разом я прокручивала в голове события, что произошли в книге. Честно говоря, я ожидала увидеть совсем другое. Непохоже оно на то, что я вижу вокруг себя. Значит, я где-то ошибаюсь. Но где? А самое интересное - я никак не могу себя заставить заглянуть туда дальше, узнать, что было потом. Словно стеной отгородило меня от того, что было дальше. Я ведь плохой писатель, я не могу придумать специально, как люди, в чьи книги я погружаюсь с головой. Я предпочитаю смотреть, позволяя событиям разворачиваться так, как они хотят, никак не вмешиваясь в то, что вижу. Хотя могу и сразу вижу варианты событий после каждого такого вмешательства. Но тем и интересно наблюдение, что никогда заранее не узнаешь, куда кривая событий выведет без участия смотрящего. А я же взялась писать. Даже уже выложила часть. Нельзя так бросать дело на полпути. И я снова и снова кидалась на эту глухую стену, пытаясь пробиться за неё. Мне просто не хватало сил. Каждый раз, налетая всей грудью на стену, я понимала, что не хватает какого-то условия. Что прежние механизмы перестали работать, потому что достигнут предел, который я способна осознать, находясь в том же состоянии, что и в начале путешествия. И каждый раз я спрашивала - "что мне мешает пробиться туда, куда мне нужно?" И слышала ответ - "чего ты хочешь?" Долгие месяцы я бессильно отвечала - "Не знаю". Я действительно не знала - чего же мне хочется, вроде бы, у меня всё есть. Но стена по-прежнему недвижимо стояла между мной и желанным сюжетом, неподкупно требуя ответа. И там, в поезде - я задумалась. А, действительно, есть ли что-то, чего я хочу? Перебирала в уме всё - от путешествий до своего дома. Но это было не критично и не особенно меня беспокоило. И тогда я сунулась в запретную, очень болезненную для меня часть. Я. Хочу. Любви. То, от чего я бежала, встало передо мной в полный рост. И я зажмурилась от открывшейся картины. Привычно было захотела задвинуть несбыточное обратно, но, наконец, решилась признаться себе в очевидном. Мне нужна Любовь. Мысль непредсказуемо скакнула в другом направлении - а где я последний раз видела Любовь? Там, за стеной, в пространстве рядом с моей любимой планетой. Она так близко. Нужно просто попасть туда. И я обессилено положила руку на такую неприступную стену, признавая поражение. Мне так просто её не увидеть.
Под моей рукой на стене расползлись трещины, быстро перерастая в провалы и осыпая стену целыми кусками. Там, за стеной, была привычная темнота и пустота. От неожиданности меня пронесло вперёд инерцией наклона. Я обрадованно подняла голову, встречаясь взглядом с нужной мне Личностью и... Любовь притянуло ко мне силой моего невысказанного желания, того самого, которое требовала от меня стена. Притянуло и поглотило - Любовь растворилась во мне бесследно. Не присоединилась, как, бывало, Озарение или Гнев, сохраняя свою волю и возможность отсоединения в любой момент. А просто поглотило, будто и не заметив, что у Любви тоже была воля. Её воля растворилась в моей, а суть её осела на ядре моей Личности, распустившись лепестком первого слоя сверх моего Я. Первым лепестком, не входящим в мою собственную суть. Я дёрнулась от ужаса, пытаясь извлечь её обратно, но безуспешно. Любовь прочно встала на место, словно влитая, словно всегда там и была. Ужасом меня выбросило обратно в меня и я подскочила, ударившись головой об потолок поезда. Только самоконтроль не позволил закричать - вокруг были люди. Что я наделала? Любовь нужна там! Она была связующим звеном для двух душ! Без неё не возникло той доброй воли, что позволила рождать другие души. Слишком они уравновешенны и сбалансированы. Нет стимула для того, чтобы подтолкнуть их друг к другу. Любовь стала этим стимулом. Она тянула души друг к другу, потому что ей необходимо было их тепло. А при соединении их тепло многократно возрастало. И души притягивались - и доброй волей обоих появлялась новая душа. А теперь этот механизм невозможен будет. И что подтолкнёт души к сотворению - я теперь не знаю. Я нарушила первую причинно-следственную связь того мира, что знаю. Самую первую, основополагающую. И я не знаю замены тому решению!
Мысли роились в панике, перебирая вероятности, уходя в какие-то захолустья и становясь сном... Словно навалился громадный, неподъёмный груз и погрёб меня под собой.
Меня растолкали утром - и голова звенела от пустоты шока. Я не могла думать вообще. А потом меня закрутило наше путешествие. Был день, до отказа насыщенный впечатлениями - экскурсии, поездки, фотосьемка. И, наконец, теплоход. Тот самый, который отходил от Казани до Москвы. Я оказалась в каюте одна - все ушли гулять. У меня же не было на это сил и я упала на кровать, чтобы дать отдых неимоверно тяжёлой голове.
Стоило закрыть глаза, как я провалилась в знакомую пустоту. Вот уж на этот раз меня не то, что не задерживали - чуть ли не силой вытолкнули.
Я снова была в пустоте. Земля крутилась подо мной и там что-то происходило, ещё не зная, что будущего у них теперь, моими руками, нет. Я нахожусь вне времени и только волей своей определяю момент, в котором обретаюсь. Вообще, это неотчуждаемое качество любого нематериального существа. Время было сделано шкалой, оценкой изменений, одной из характеристик материального, к нематериальному оно никакого отношения не имеет. Но я смотрела глазами материальной себя, с памятью, возникшей жизнью в материальном. Не просто жизнью, а жизнью, обусловленной последствиями когда-то сделанных решений. Непрерывностью причинно-следственных связей. Непрерывностью, которую я сама разрушила ещё в самом зародыше, даже до совершения причины. Причины появления знакомого и понятного мне, материальной, мира. Который теперь, по законам причин и последствий, существовать не может. Моего мира теперь - нет.
Я плавала в пустоте, смотрела на Землю и в ужасе пыталась что-нибудь придумать. Как-то исправить то, что натворила. Я наматывала круги и лихорадочно металась из стороны в сторону - но в голову ничего не приходило. Когда-то такое метание я уже проходила - стукнулось в мою память воспоминание. Тогда я так же наматывала круги и пыталась что-то придумать. И неприступной скалой спокойствия стоял рядом Гнев, а на помощь мне пришла Озарение...
"Озарение" - так же, в безумной надежде всё исправить, закричала я в пространство
Она появилась почти мгновенно - словно ждала моего зова. Её внимание окутало меня и исследовало. Я словно была для неё незнакомой - так тщательно она меня изучала.
"Ты снова зовёшь меня?" - в её голосе не осталось ни следа от той растерянности и опустошённости, которые я помнила с прошлой встречи
"Да" - я почти неосознанно потянулась к ней - всезнающей и сильной - "Мне, как всегда требуется твоя помощь"
"Ты изменилась" - её голос был задумчивым
"Озарение, ты знаешь больше всех, мне нужны твои знания"
"Да, когда-то так и было. Но сейчас я вижу, что ты знаешь больше, чем я" - она перекатывала этот факт, исследуя и его тоже
Я вспомнила о том, что было в начале моей книги. О том, откуда появилась Озарение. О том, что я, в отличие от неё, вижу картину целиком, а не только отдельные дорожки последовательностей возможных вариантов. И я отвлеклась от терзавшей меня проблемы.
"Я... помнишь, когда-то ты сказала, что видишь множество вариантов развития сотворённых душ? Я увидела, как был пройдён последний возможный из них"
"Пройдены? Но ведь их бесчисленное множество" - изумилась Озарение
"Множество. Великое множество. Но не бесчисленное. Когда-то был выбран путь ...подобия. Для облегчения познания. Один срез на необъятных структурах взаимодействия. Ты помнишь про всевозможные эти вероятности, а ведь только один пласт был взят на вооружение. Всего один пласт с возможными в его пределах вариантами. И вот теперь все варианты этого пласта - исследованы. А на другой они переходить так и не научились. Даже не думают о нём"
"И что теперь?"
"Теперь их путь закончен. А нового они не придумали. И я - я тоже не знаю, что делать. Я думала, ты мне сможешь в этом помочь"
"Я могу знать всё о созданном, но не могу создавать новое - это твой путь, твоя натура"
"Но я боюсь. Я никогда с таким не сталкивалась. Я думала, что это путь души пройдут ...сами"
"Всё, что ты делаешь - всё это происходит впервые. Ты просто не можешь иначе. Не умеешь"
"Озарение! Но ты сильнее меня, умнее, мудрее... Ты знаешь всё" - я затравленно отступала
"Я - знаю. А ты - создаёшь. Мы разные - и я не смогу тебя заменить"
"И что же мне теперь делать?" - я обречённо остановилась
"Ты знаешь, просто всеми силами бежишь от этого знания" - она сочувствующе улыбнулась - "Ты забрала к себе Любовь, теперь - моя очередь"
Она, что же, хочет повторить участь Любви? Но она же это не серьёзно?! Я не хочу лишаться её поддержки и всезнающего совета.
"А тебе... тебе не страшно?" - я посмотрела в её глаза
"Я верю в тебя. И знаю - всё, что делаешь ты - правильно. Другого пути у тебя нет"
"Я не хочу оставаться одна" - жалобно использовала я последний аргумент
"Когда-то ты сказала мне, что среди всех возможных вероятностей может появиться та, что меня пугать не будет - так пусть так и случится. А я помогу тем, что в моих силах"
"Ты уверена в том, что делаешь?" - я выставила вперёд руки, защищаясь
"Я уверена в тебе. Остальное не важно" - с этими словами Озарение, улыбнувшись на прощание, прильнула ко мне. И исчезла, как Личность, став вторым лепестком поверх моей сути. Не слилась, имея свою волю, как раньше, способная в любой момент разъединить слияние, а влилась в меня, исчезнув, как отдельная структура. Мой горестный вскрик потонул в вале информации, что до того была достоянием Озарения. И я захлебнулась в нём.
Меня вытолкнуло в реальность, где я обнаружила себя на кровати в каюте. Голова гудела и меня накрывало волнами слабости. Было полнейшее эмоциональное отупение. Я, как сомнамбула, приподнялась и тупо уселась на кровати. В голове прокручивался настолько большой вал информации, что он просто не фиксировался разумом. Сознанием выхватывались только отдельные мысли, тут же разбегаясь на слои возможных последствий и предпосылок, множась пересечениями с туманно воспринимаемыми другими мыслями, надстраиваясь матрицей многоуровневых вероятностей. Меня просто мутило от одной попытки что-то подумать. Счастье, что я находилась в каюте одна - вид у меня, предполагаю, был тот ещё. Но даже эту гипотезу я не могла проверить - тело просто отказывалось повиноваться, ибо мозг был перегружен информацией и не хотел производить даже привычные действия по управлению конечностями. Первое усилие, чтобы сесть, похоже, было последним перед коллапсом. Я сидела. За окном расцветал потрясающей красоты закат. Красно-фиолетовые отблески его дарили воде, в которой он отражался, несвойственную ей видимую плотность и вещественность. Облака, нежным пухом усмирявшие этот огонь, дарили окружающему лёгкость и налёт волшебности. Вода переливалась бликами и мерцала рябью. Птицы, несущиеся то над самой водой, то почти под облаками, вносили в этот утопический пейзаж движение и жизнь. А я даже не могла этим насладиться. Глаза видели описываемое, мозг же воспринимал картину целиком и, словно компьютер, выдавал ссылки на физические составляющие наблюдаемого пространства. Я видела рентген вместо живого тела. Магнитно-резонансную томографию, послойно выдающую характеристики исследуемого объекта .Это что, так будет всегда? Боже милостивый, спаси меня от этой участи! Ужасаясь своей реакции, я попыталась закрыться - прибегла к однажды уже опробованному приёму, для сохранения главного в себе. Я отказалась думать, вникать в то, что перерабатывалось сейчас моим сознанием, я задремала наяву. Собственное Я стало восприниматься двойственно - бОльшая моя часть по-прежнему была полностью загружена свалившейся базой информации, меньшая часть же осознала себя по-прежнему человеком. Мир сузился до привычных, воспринимаемых без напряжения, границ. Боже, какой это оказался восхитительный мир! Понятный, простой... красивый и... самое главное... привычный. Я судорожно выдохнула. Один только взгляд туда, где перерабатывалась информация - и я снова замирала ступором. Нет-нет-нет, пока я туда даже порываться заглядывать не буду. Круиз шёл своим чередом. Я веселилась, гуляла, ходила на экскурсии, играла в игры. И проваливалась в сон безо всяких сновидений, меняя сон на пробуждение, словно переключая рубильник. Если обычно я сначала осознавала себя, потом мир, в котором проснулась, то теперь у меня было впечатление, что я просто закрывала глаза и терпеливо ждала, когда их можно будет открыть. Словно не спала вовсе, а замирала, притворяясь, ощущая всё, что происходило вокруг. Это состояние меня пугало до дрожи, но что делать, я не знала и покорно ждала, надеясь, что у меня хватит сил осознать всё и уложить по полочкам, чтобы моё восприятие вернулось в нормальное положение. Больше всего хотелось просто сидеть, ничего не делая - но такой роскоши я не могла себе позволить. Вокруг меня были люди, они жаждали общение и ожидали видеть рядом нормального, адекватного человека. И я, сцепив зубы, была таковым. Что бы там не происходило в моём воображении, оно не должно влиять на то, как я живу. Я слишком много отдала за право называться нормальным человеком, чтобы позволить миру виртуальному взять верх над миром материальным.
Прошло три дня. И, наконец, я почувствовала, что дверь, за которой я закрыла бОльшую часть себя, больше не давит, стремясь распахнуться и поглотить меня целиком. Я осторожно приоткрыла её и заглянула внутрь. Передо мной красовалась чётко структурированная, живая и готовая к взаимодействию матрица осознания. Она была большая, красивая и завораживающе сложная. Не стоило даже думать о том, чтобы воспринять её целиком, с размаху, как я привыкла. К пониманию её придётся идти по частям, вытягивая знание по каналу, подключая связанные с ним и увязанные с другими лентами информации связь постепенно, выстраивая в сознании ту же структуру, что умудрилось переработать подсознание. Довольная от того, что больше притворяться не нужно и я могу спокойно вести себя, как обычно - я расслабилась и целых два дня коварно избегала малейшего поползновения к изучению, наслаждаясь лёгкостью и спокойствием восприятия. А потом во мне взыграло любопытство. Которое с кошкой не очень хорошо обошлось. Укладываясь после бурного, наполненного впечатлениями, дня, я решила посмотреть - что изменилось там, где я последний раз видела Любовь и разговаривала с Озарением.

Глава 10. Ответы

Вынырнув в привычном уже пространстве, я охнула от озарения - это я причина того, что Любовь оказалась мной поглощена. Когда я только садилась писать эту книжку - я думать не думала, к чему это приведёт. А ведь намерение у меня было:
"Неужели нельзя выйти за пределы однажды созданного мира? Тогда мы обречены вечно следовать одним и тем же законам. И мы ничем не лучше нами же создаваемых роботов. Совершеннее, адаптивнее, самовоспроизводящиеся, с фантазией - и все равно - роботы. Я не хочу такого. Значит, нужно эту ситуацию... изменить."
И я - изменила. Сама, своими руками. Я не придумывала то, что писала прежде - я это видела. Словно что-то меня вело к определённым событиям, прежде случавшимся, чтобы добиться от меня понимания. Там, в Сказке ("И к чему всё пришло") я сказала Вадиму: ".... Ты для ничто недосягаем, пока энергии твои в балансе. Я слишком много дала миру однажды, больше, чем он оказался способен воспринять, не нарушая целостности своих сил. И через нарушение цельности всегда может просочиться то, что этого хочет..."
А хотело очень многое. От Ничто, жаждавшего вернуть связанное теперь с материальным утраченное, до Личностей, которые просто боялись равных по силе и более способных по структуре душ.
Души... вообще появились случайно, ошибкой, неправильным пониманием поставленной цели. Теперь, присутствуя в начале и находясь в конце описываемых событий, я видела общую картину. Безрадостная она получилась, если честно. Вся наша жизнь - череда случайностей. Нет никакого высшего умысла, цели, которой непременно нужно достичь, конечного пункта развития... Это всё придумалось позже и не просто так.
Но, по порядку:
".....Ты не должна все время быть в покое" - раздался ласковый голос - "это противоречит твоей сути"
"что? - недоуменное пожимание плечами - "почему?"
"Мы с тобой всегда вместе, но властвую я, а ты - спишь. Ты угасаешь, не давая своей сути раскрыться. Я не хочу твоего угасания. Поэтому я говорю тебе - действуй!" ..." ("И к чему всё пришло")
Так началась вся эта история. Привычно закрыв глаза в реальности, в нереальности я открыла их к моменту пробуждения изначальной сути. И - стала действовать. Потому, что не хотела быть одна. А никого вокруг не видела. Даже не видела, есть ли оно - это "вокруг". Чтобы осознать себя, нужно было иметь ориентир, отличный от себя. Но из ничего чего-то не создашь - и материалом для создания чего-то стала сама эта изначальная суть. "Вокруг" появилось, но суть по-прежнему была одинока, никто не пришёл извне на ориентир. Более того, из-за того, что материалом для "вокруг" была сама суть, она не смогла понять - где же кончается она сама и начинается то, что ею создано. Можно ли отделить это от себя и пойти-таки на поиски кого-нибудь? Но границы было не разглядеть - они с созданным были слишком похожи - оно всё ощущалось родным. Тогда суть решила разделиться и посмотреть на себя со стороны. Хорошее решение, да есть один момент. Недостаточно просто следовать повелению, для такой сложной задачи нужна инициатива и способность самостоятельно мыслить. А для этого требуется воля. Своя воля. Суть изначальная имела очень простое строение - ядро основного характера и наслоения опыта, сформировавшие личностные характеристики. Как лепестки, обрамляющие завязь. И каждый такой лепесток получил задачу - "найти границу между материальным и сутью и распознать, что можно отделять, а что - нет" Вместе с задачей была получена и воля, нужная для её выполнения. Только вот, получив волю, все эти лепестки получили и самостоятельное мышление - стали независимы. Перестали быть удерживаемы одним императивным импульсом, соединявшим все слои в цельную суть. Суть просто распалась на отдельные составляющие. Лепестки отделялись послойно, добираясь до самой сердцевинки, так что угасание было постепенным и потому суть, видя свою ошибку, попыталась донести до нетронутого ещё ядра причину и цель своих действий. Просто не успела. Ядро, оголённое распадающимися слоями - стало тем, чем было до появления многослойной сути, лишилось набранного опыта и приобретённых личностных качеств. И оно проснулось раньше, чем суть успела закончить. По отдельности все составные части распавшейся сути стали тем, кем стали - Личностями, воплощая то качество, которое было в них в общей структуре. Но у них не было памяти первоисточника, ибо это возможно только при наличии всей структуры, что эту память получала. Крик, который слышала Мечта, был криком осиротевшего Ничто, которое уже не могло любоваться тем, кого отпустило на волю.
Собственно вначале было "Ничто" и ... "Что". Ничто и сейчас есть. Я долго думала, как найти понятную аналогию его нахождения, потом плюнула и спросила у него прямо. Ответ поразил и меня. Цитирую: "Меня и нет. По физическим законам. Как темноты. Её ведь тоже - нет. Есть только отсутствие света". "Что", впрочем, тоже сейчас присутствует. Во всём, что вокруг.
Мечта слышала всё, что её успела сказать изначальная суть - только вот сказала та далеко не всё. Суть имела в виду материальное - она хотела, чтобы материальное было самостоятельным, без её участия. Ориентиром. Опираясь на который, суть хотела осознать себя вообще - и отправиться искать таких же, как она. Материальное, не души. Но недостаток информации привёл к непониманию задачи. И Мечта стала сама думать, чего ж от неё хотели. И обдумывала то, что знала, что было перед глазами. А перед глазами были Личности. Так слова сути были поняты неверно и в результате появились души. Они, в отличие от Личностей - имеют ту же структуру, что была у изначальной сути. Точнее, пока - ядро. Они ещё не выросли, обрастая слоями опыта, как первоначальная суть. Мечта, пожалуй, ближе всех к душам, потому что сама является ядром. Правильно заметил Гнев - она отличается от других Личностей, потому что другие Личности - только наслоения на том ядре, нежданно-негаданно получившие волю и возможность самостоятельно жить. Только вот развиться в такую же суть у лепестков (Личностей) не получится, их структура не предполагает развития просто потому, что они - части целого. Именно поэтому души испугали Личностей - они совершенны. Личности - осколки, они способны делать только то, к чему расположена их суть. Души же имеют бОльшую свободу - они цельны и в них заложены все варианты действий и реакций. Более того, они-то к развитию как раз способны. Единственное - им нужно было хоть как-то взаимодействовать с окружающим, чтоб понять, что они есть, научиться своими силами распоряжаться, получать опыт и самим искать возможности своей реализации. А вот со всем этим заминка и вышла. Слишком комфортно, слишком удобно. Зачем ещё что-то делать? Приходя домой, где переделаны все дела и не нужно беспокоиться о завтрашнем дне - многие ли заставят себя что-то делать? Даже не так. Многие ли заставят себя что-то делать, если прямой необходимости в этих действиях нет, если удобно, комфортно - и так будет всегда? Нужен был стимул. И в качестве его послужило как раз имеющееся материальное.
Почему это стало так важно для Мечты? Потому что это было тем, что её попросили сделать - как ей казалось. А уж потом это стало самоцелью. Просто не было других целей у Мечты - всё, чего бы она не похотела внутри себя - она получала. Большего ей до появления душ и не надо было. А материальное с душами в нём - оно имело свои законы воплощения. Всё, что хочу - уже не работало так просто, нужно было подстраиваться под эти законы. Интересно, увлекательно, непохоже на привычное мироощущение.
Казалось бы - идиллия. Да вот незадача - Мечта не единственная Личность. Творение захотели повторить. Вообще - нет плохих или хороших Личностей. Есть разные стороны одной сути. Ярлыком "плохой" или "хороший" мы наделяем в соответствии со своим мнением. По обстоятельствам, по отношению к нам, по тому, чего нам хочется и чего получаем... Личности это знают - потому они не враги друг другу. Вообще. И не смогут быть врагами - они стремятся к взаимодействию - чисто инстинктивное влечение, "генетическая" память о прошлом состоянии единства. Но, как у всех осколков чего-то целого, в этом деле опасны перекосы. Сомнение не желала зла Мечте - она тоже просто хотела взаимодействия, как и все остальные. Никто не виноват, что это действительно опасное взаимодействие. И те Личности, что окружили Мечту, когда она пришла на звон новорожденных душ - тоже зла не желали, хотя со стороны моего повествования так наверняка не скажешь. Ни одна Личность намеренно убивать другую не будет. Насчет случайного стечения обстоятельств - не знаю, лично в подобном не разбиралась. Все мои слова можно проверить в любой момент - мы состоим кусочков Личностей. В нас и сейчас можно разглядеть все их взаимоотношения. Что происходит с мечтой, если начать сомневаться? Творение повторили, используя ту же технологию, что была уже известна. Но неполный набор качеств наложил отпечаток на сотворённое - такой свободы развития сотворённые не имели. Не хватало буквально пары штрихов, чтобы получилась законченная, сбалансированная структура. Во время же творения некоторые Личности настолько тесно взаимодействовали, что привыкли быть в состоянии постоянного контакта. Так появились комплексы чувств. И это тоже легко можно проверить и сейчас.
Это только друг другу Личности не враги. Вреда друг другу они причинять намеренно не будут. Во взаимопонимании же появилась брешь только с приходом душ. Души - вообще стали камнем преткновения с самого момента своего появления. Имея под рукой управляемые, не настолько независимые и своенравные души, некоторые Личности задумались - а нужны ли вообще опасные вольнолюбивые конкуренты? Пока Мечта творит - она ничего не замечает. Вот и воспользовались этим фактом, чтобы по тихому избавиться от сбалансированных общим творением душ. Мы обязаны жизнью Гневу. Уж чем мы ему понравились - не знаю, но наших прародителей он спас. А потом Мечта уже не отходила далеко. Даже облекла собою Землю, чтобы всегда быть начеку.
Нас много сейчас, но механизм нашего появления не менялся с момента создания первой души. Тогда все Личности были согласны и хотели дать часть себя для сотворения. Это стало условием, заложенным в самую основу появления новых душ. Только при согласии и желании обеих участвующих сторон - появляется новая душа. При отсутствии обоюдного согласия и желания душа не зарождается. Тело получает та душа, что уже есть. Ведь для создания тела такого условия не было с момента появления первого организма. И хорошо, что такие разные механизмы для создания душ и создания тел. Ведь будь иначе и имеющиеся уже души не получали бы нового материального тела - оно бы всегда было занято новорождённой душой.
Казалось, Мечта защитила новорожденные души. Но она мыслит только теми категориями, что доступны её Личности - ведь она тоже осколок. Ядро, лишённое памяти и психических надстроек, появившихся с опытом. Она защитила их напрямую. И казалось, этого достаточно. Против неё бы это точно сработало. .. Она забыла обходные пути. И я, видя эти обходные пути с высоты сегодняшнего дня - прихожу в ужас.
Всё те же слова: "Ты недосягаем, пока энергии твои в балансе. И через нарушение цельности всегда может просочиться то, что этого хочет..."
Цельные, уравновешенные в своих желаниях - не было у душ стимула к созданию себе подобных. Зачем? Души были самодостаточны. Единственное, что их тяготило - скука. Но не было примера и толчка, чтобы направить скуку в русло создания других душ. Этим толчком стала Любовь. Она вообще, как оказалось, являлась ключом ко многим дверям, но я буду двигаться постепенно. Любовь слишком слабая Личность. Для современных людей это звучит дико. А часто ли мы испытываем Любовь? Не привязанность, не влечение, не привычку и целесообразность, удобство, в конце-концов? Можно продолжать в соответствии со своим опытом. Так вот, со стороны Личностей - она слабая. И её всегда тянуло к душам, ибо излучали они такой же спектр энергий, какой был у изначальной сути. Как будто встретил родителя, горячо любимого и потерянного. Личности не помнили своего рождения, как и сути, из которой появились - но этот комплекс энергий - тоже записан "генетически". Только обычно Личности и сами излучают, причём в силу своего положения - излучают сильнее, но более узконаправленно. За своим излучением сильные Личности не видели спокойного сбалансированного излучения душ. А Любовь слабо излучала - и потому сразу разглядела знакомый спектр энергий. И потянулась к нему. Ей просто приятно было находиться с чем-то родным и близким.
Как раз тогда возник вопрос о том, как бы подтолкнуть души к сотворению? И Любовь сама вызвалась быть мостиком между душами. Ибо это гарантировало её нахождение рядом, в тепле излучаемой энергии. Не видя другой альтернативы, Мечта согласилась. Так соединились первые души в порыве творения. С тех пор так и образуются новые души. Всё происходящее было внове и только это может оправдывать то, что тогда было пропущено. А пропущен оказался факт, что в через душу можно проникнуть за заслон Мечты. Тот самый обходной путь, который позволил другим Личностям добраться до неугодных творений. Нарушенный Любовью баланс идеально структурированной души стал воротами для остальных. Исподволь, незаметно, они проникали на недосягаемую прежде территорию. Сначала - просто так, подглядывать решения, позволявшие творениям продвигаться в своём развитии.
Потом - настраивая их исподволь против Мечты - а вдруг она, разозлённая или огорчённая, снимет щит? А потом было найдено решение, исключающее полностью усилия Мечты по сохранению душ. Очень изящное, надо признать, решение. Мы состоим из частичек Личностей, что при сотворении поделились своей сутью. Только баланс всего полученного позволяет нам быть собой. Если баланс нарушен , если какая-то часть получает большее развитие, структура души начинает меняться по образу той части, что выбрана доминирующей. Я не знаю, какая Личность додумалась до этого первой. Итог же на сегодняшний день таков: на Земле развернулась борьба за души среди Личностей. Выбирая себе кумира, мы становимся ему подобием. Достигая же определённого порога подобия, душа, как менее опытная, притягивается к выбранной кумиром Личности, становясь ещё одним слоем её сути, усиливая её. Даже Любовь не удержалась от соблазна стать сильнее. Есть религия и её делающая кумиром. Я боюсь даже представить, насколько она стала сильнее благодаря душам, добровольно ушедших к ней. Есть религия и у Рвения, и у Озарения, даже у Азарта. Непривычно такое слышать, верно? Ведь им не поклоняются официально, не строят храмы, за них не было крестовых походов или джихада. Но они - есть - незаметные, но вовсю формирующие свою паству. Достаточно сказать, что все наше общество сейчас построено на как можно большей эксплуатации черт этих личностей, которые борются между собой за наши души. Нормальное состояние души - спокойствие. Не просветление, нет. Ровное, мягкое спокойствие и уверенность. Это то, что называется счастьем. Это нормальное состояние души. Это состояние говорит лишь о том, что все составляющие души человека - и 'плохие', и 'хорошие' - находятся в балансе. Не отвергнуты, будто их нет, не эксплуатируемы насильно, потому что 'правильно' или 'назло', а есть и принимаемы. При этом можно ошибаться, можно быть неправым, но душа - цельна. А если эмоции захлестывают - это прямой показатель того, душа потеряла цельность и уравновешенность. Опять-таки, проявление эмоций - это тоже нормально для души. Разница в силе. Если эмоция 'всепоглощающа' или навязчива - это дисгармония. А просто чувство - оно даже желанно в душе, душа из него состоит - и развивается постоянным использованием. Простым примером будет тело - качать одну мышцу на руке до идеального состояния - заметнее и проще. Но к здоровью тела не ведет. Само же здоровое тело - притягательно своей гармоничностью и красотой. Ведь простая же аналогия? Качая свою навязчивую эмоцию - мы искажаем душу, приближая ее характеристики к чужому лекалу - Личности, в которой эта эмоция - определяющая.
А ведь душа, отдавшая себя Личности - перестаёт существовать. Личности совершили умопомрачительный маркетинговый ход - они запустили веру о том, что итогом развития души является её возвращение в лоно родителя, присоединение к высшей сути! А вот к кому присоединяться- это и есть та борьба между Личностями, что идёт и по сей день. Души сами стремятся к смерти думая, что достигают наивысшей точки развития. Ну разве не изящно?
Я хотела, чтобы души стали полноценными Личностями - с тем же багажом опыта и владения своими силами, что у тех, кто создал их, даже сильнее - ввиду их сбалансированности. Но и последствия этого желания я имела возможность видеть - в заброшенном храме, куда пришла с отрядом Савата ("с чего всё начиналось"):
..."Видимо, не так уж была хороша ваша богиня-мать, если от неё отказались собственные дети" - произнёс задумчиво Керин - "Чему она вас учила?"
"Она ничему не учила. Она лишь только отвечала, если у неё спрашивали. Каждый мог обратиться к ней за помощью, если в какой-то момент стоял перед сложным выбором. Она объясняла последствия каждого возможного выбора с той позиции, какую она видела, а человек уж сам решал, как ему поступать. И если он находил путь, отличный от описанного богиней - она сама радовалась за любимое творение. Несколько раз было и такое. Но в какой-то момент часть людей решила, что богиня-мать навязывает им путь развития, не даёт развиваться самостоятельно и отреклась от неё"
"Да-а? - заинтересованно протянул Сават - "И что же она сделала?"
"Что может сделать любящая мать со своим непослушным ребёнком?" - тихо ответил старичок - она сказала отрёкшимся от неё, что они вольны поступать, как им заблагорассудится, только и ответственность за свои решения теперь будут принимать только они сами. Ей в ответ сказали, что уж они-то как то сами разберутся, как им жить. И тогда она ушла"
"А вы?" - тихо спросила Нелида - "она вас бросила, получается?"
"Она приходила ко всем, кто ещё помнил её и спрашивала, впервые сама спрашивала ответа - как ей поступить? И мы отвечали ей, что пусть она позволит развиваться этому миру самостоятельно. Ребёнка все же стоит отпустить на свободу. И мы примем выбор этого мира"...
Я, похоже, сама того не желая, действительно, навязывала душам путь развития - до становления полноценными Личностями. Но это было моё желание, про их желания я не спросила. Знать бы только - самостоятельное их это решение или навязанное извне Личностями, знавшими итог такого развития? Но это пока для меня - тайна. Души взбунтовались и захотели самостоятельности. И я покорилась. Я ушла, как Личность, не мешая им развиваться так, как того хотят. Я захотела лучше их понять - и осталась с ними человеком. И была свидетелем всего, через что пришлось проходить людям. Я бы не вмешивалась, но каждый раз развитие заходило в тупик, либо скатываясь на повторение уже изученного, либо разрывая саму суть мироздания действиями не осознающих своей силы сотворённых Личностей. У них было много путей. Множество вероятностей развития. Было бы бесконечное множество, не используй я принцип подобия для облегчения восприятия новорождённым душам. Благословлять меня за это или проклинать даже время не позволило разобраться. Все эти вероятности лучше всего представить деревом, где каждое изменение или новое найденное решение добавляет веточку. Как только появилась душа - у дерева образовался ствол. При появлении материального носителя - от ствола отделилась ветка. Функциональное разграничение материальных носителей позволило вырасти ещё одной ветке. И так далее и тому подобное. Веток становилось всё больше, появлялись суки основных выбранных направлений развития и тонкие ветки возможных вероятностей внутри выбранного направления. К началу, к корням души не возвращались ни разу, они всегда выходили на ствол при переключении. Все эти слова - "вернёмся к истокам, там мудрость изначальная" - не более, чем слова. У истоков не было человека. У истоков стоит душа, как таковая, и тело - не человеческое, между прочим. И нет там мудрости - там есть желание познавать, интерес первооткрывателя.
А я была среди людей - сначала постоянно. Но я жила, как и люди - росла, обзаводилась друзьями, любимыми... врагами. Поначалу несущественная часть жизни - жизнь в материальном всё больше захватывала, я всё более серьёзно её воспринимала. И реакция моя на происходящее стала принимать всё более острый характер. То, что ранило - я забывала, закрывалась наглухо, отказывалась от этого. Такой капитальный отказ стал возможным благодаря пассивной аналитической моей части, что когда-то встала щитом между Личностями и душами. Туда переходило то, от чего я отказывалась. Именно с ней я разговаривала в храме в блуждающем городе после того, как меня чуть в жертву не принесли ("с чего всё начиналось") Так активной части, содержащей в себе связующую волю - становилось всё меньше. И я сбежала повторно. От жизни, которая оказалась мне не по зубам - я осколок, не имеющий силы полноценной сбалансированной структуры для выдерживания того, что может предложить реальность руками как раз таки полноценных душ. Я опытнее их, как и любая Личность, но слабее, ввиду несовершенства структуры - ведь когда-то я была частью, основой целого, а теперь все надстройки ушли, оставив ядро оголённым, лишив привычной защиты. Души же не хуже и не лучше Личностей. У одних есть опыт и владение своими силами, у других же полноценная структура. Проще говоря, попробуй сравнить громадный опыт и талант.
Но я не могла заставить себя просто уйти. Я чувствовала ответственность за сотворённое. И я решила приходить - но только тогда, когда иначе будет нельзя, когда без вмешательства моего души просто перестанут воплощаться или ступят на дорожку деградации. Каждая из выбранных веток развития могла стать взлётной полосой для душ, узнавших свои силы и научившихся сотворять новое. Каждая ветка - это всевозможные условия, которые можно освоить и научиться чему-то новому. Чья вина, если в любых условиях души скатывались на привычный круг реакций? Не получая новых знаний и опыта? Отравляя всё вокруг себя и внутри себя? Души ведь могут как развиваться, так и угасать. Ну, и изменяться в сторону выпячивания структуры одной из составляющих своей - чтобы затем стать безвольной частью выбранной в качестве кумира Личности.
И я приходила опять - но только для того, чтобы "переключить" возможный вариант развития с исчерпавшего себя на ещё не познанный. С одной ветки на другую. Иногда моё присутствие и не требовалось - люди сами находили дорожку к новой веточке. Между ветками вероятностей внутри выбранного направления люди переключались чаще всего сами. А вот заход на новое направление был практически всегда делом рук моих. Далеко не всегда он был безболезненным. И для меня, и для душ. Именно в один из таких моментов я встретила предка Альдера. ("с чего всё начиналось... и к чему всё пришло") Но тот случай вообще уникальный. Тогда я поняла, что больше веток - не осталось. Что это - последнее возможное переключение - и если не будет найдено решение, что делать дальше - то всякое возможное развитие остановится. А это прямой путь к Ничто. Нам он, если честно, тоже грозит. Мы не можем развиваться - мы осколки, части, а только сбалансированная структура способна к развитию. Материальное и души стали нашей лазейкой от Ничто. Мы не развиваемся, приобретая новое - но мы познаём, усложняя структуру того, что есть. Фактически, мы очень тесно связаны - пусть и обусловлено это самим фактом создания и рождения.
И я сидела там, в выжженой пустыне - и думала:
"...Снова поверить этому свету? Отстраняюсь и смотрю на него. Он спит и его руки, сомкнутые вокруг меня, бессильно опадают. Перевожу взгляд на девушку рядом с ним. Поверить... Я не знаю, что мне делать. Поворачиваюсь к восходу и смотрю на солнце - непривычное, красное от смога, раздувшееся багровым шаром. Я не могу поверить. Но и уничтожать то, что светится изначальным светом, я не хочу. Чувствуя взгляд, я оборачиваюсь назад и натыкаюсь на синие-синие глаза. Знал бы ты, человек, что ты - решающий аргумент того, что я собираюсь сделать..."
Я заснула, ушла и больше не участвовала вообще в жизни душ, впервые отказавшись помогать им в пути. Впервые я не решала последствия выбранных ими решений, оставив им самим разбираться с тем, причиной чего они были. Впервые они оказались действительно предоставлены сами себе. Может быть, что-то у душ и получилось бы... Но дорогу к ним знали Личности, для которых души - лакомый кусочек. Если бы я знала это тогда... Ни одна душа из существующих сегодня не имеет первоначальной структуры.

Эпилог

Я обернулась и застыла, глядя... на себя. Нет, вернее, на Мечту - такой, какой ей полагается быть. Меня осталось слишком мало, чтобы носить гордое её имя. Она же с тем же любопытством рассматривала меня:
"Что же должно было случиться со мной, чтобы я стала... такой?"
Красивая, сильная, всевластная. Я совсем иная. Я более материальна. И у меня осталось гораздо меньше знаний о своих силах. Как всегда - где-то прибудет, но где-то и убудет. Она живёт здесь, в пустоте, я же имела не одну материальную жизнь, я слишком...очеловечилась. Утратила большую часть себя. Даже порой ловлю себя на мысли, что считаю и себя - душой, ведь я слишком долго была рядом, ассимилировалась. И теперь сама смотрю на Мечту, как на высшее существо. Но я вижу картину целиком, а она идёт путём следования своей сути. У меня слишком мало осталось этой самой сути, чтоб принимать её в расчет при планировании своих действий. Я не стала полноценной душой, но утратила узконаправленность мыслей Личности. "Узко" - это в понятии Личности, когда действия определяются доминирующей чертой.
Окатило страхом понимания: меня осталось слишком мало. Как мне сказала когда-то моя пассивная аналитическая часть в храме блуждающего города:
"Ты уже забыла большую часть себя. Ещё чуть-чуть, и ты перестанешь осознавать самое себя"
Благословенна будь она в своём неведении - не только познания мои утрачивались. Моя активная часть содержит волю, удерживающую всю суть Личности. Если бы я ещё хоть от чего отказалась - меня бы осталось настолько мало, что этого бы не хватило для удержания Личности. Мечта просто бы перестала существовать - как Личность, как сознание, как ядро первоначальной сути. Эта опасность и сейчас висит дамокловым мечом. Я - последнее, что удерживает Личность от развоплощения, первоначальную суть от краха надежды вернуться.
Я забыла средства, которыми Мечта воплощает свои мысли, но приобрела знания, которые не имеет больше ни одна Личность.
"Я рада встретить тебя. Я видела твоё рождение, видела, как ты сотворяла то, что теперь считается само собой разумеющимся. Но ты права: я - уже не ты"
"Я вижу в тебе лепестки развитой структуры. Как у тебя это получилось?"
Я опустила голову. Об этом тоже было больно говорить
"Ты - дитя первоначальной сути - как Гнев, как Озарение... как любая из Личностей. Осколок, оставшийся после распада этой сути. Ядро, с которого эта суть началась. Ты чувствовала дыхание этой сути во время сотворения души, она тогда почти осознала себя заново. Это был ключевой момент - могла либо вернуться к осознанию себя суть, либо появились души. Так получилось, что выбор пал на души. Ты была причиной в форме ядра, так и осталась ею, став самостоятельной Личностью. Причина всего и ответ на всё. То, что ты видишь - лепестки первоначальной сути. Любовь. И Озарение. Они больше не самостоятельные Личности, они - часть меня."
Как вспышка, дала знать о себе Озарение: подобие докатилось и сюда. То, что тянуло Личностей друг к другу и подтолкнуло их к решению, как сделать души своим материалом. Для первоначальной сути - лекарство, для душ - смерть. Впрочем, для Личностей - тоже смерть, ибо они теряют данную им когда-то волю, становясь лепестками когда-то цельной сути. Вот откуда пришла вера про "вернуться в лоно родителя, присоединение к высшей сути" - она всего лишь обусловлена самой природой Личностей! Как всё просто, если знаешь истоки...
Мечта же смотрела на меня теперь иначе - в её глазах уже я была высшим существом. Какая ирония - каждый из нас не может воспринимать другого иначе.
"Теперь и я должна стать частью тебя?" - вопрос был задан без страха, в нём ощущался лишь интерес
"Я боюсь" - честно призналась я - "Я боюсь, что сама в тебе растворюсь и перестану осознавать себя такой, как сейчас - ты сильнее меня, ты можешь полностью меня поглотить"
"Но ты смогла присоединить даже Озарение - а я всегда считала себя слабее её"
"Да, но она по природе своей была лепестком на ядре, которым являюсь я даже в таком урезанном варианте. А ты - это я. Такое же ядро, только более сильное. И я боюсь, что растворяться мне нельзя. Сейчас мне лучше быть именно такой - независимой от природы своей Личности"
"Ты уверена в том, что делаешь?" - какой знакомый вопрос
"Нет, не уверена" - я была абсолютно честна - "То, что я делаю, я делаю впервые. У меня нет готовых решений"
Мечта улыбнулась - а спустя мгновение улыбнулась и я, узнав в своих словах слова Мечты. Всё-таки, мы - одно, пусть и разделены временем, властным над материальным, которое для меня тоже стало родиной и решениями, в этом материальном принимаемыми.
Я с высоты сегодняшнего дня вижу больше, чем всесильная и полная Мечта. Все пути развития сохранены для меня Озарением - все те, что пугали её когда-то. Я могу присоединить к себе все остальные Личности, вернув первоначальную суть.
И снова улыбкой Озарение: эти же лепестки есть и у душ, причём они обрастают ими в том же порядке, как они были у первоначальной сути. Сначала ими была познана любовь - не как принесённая извне Личность - они полюбили сами и первым объектом их любви стала я. Почему это не распространилось до сотворения новых душ - я не знаю. Видимо, сказалась сила чувства, ведь привнесенная извне эмоция вспыхнула ярче, чем то, что было в самой структуре. Она выбилась из баланса. А потом пришло озарение - как добиться от мира вокруг них желаемого. Тогда, когда они поняли - чего я от них хочу. Всё повторяется, даже если начало забыто.
Любовь - самая слабая из Личностей. Незаметная, тихая, неинтересная. И - ключ. Второй ключевой момент - она стала пропуском в души для Личностей, и она же - толчок к восстановлению первоначальной сути.
До каких глубин отчаяния нужно было опуститься мне тогда, ко времени встречи предка Альдера, что я увидела этот ключевой момент? А я увидела. И направила будущую себя по пути познания. Не решения, как прежде, а познания. Познания себя, в первую очередь. Я отказалась от значительной части себя, чтобы перестать подчиняться своей же сути. Я забыла всё, что знала - чтобы захотеть это снова узнать. Я направила себя к той жизни, что привела к сегодняшнему пониманию. То, как я жила - было необходимо, чтобы я возжаждала любви - до потери сознания, до умопомрачения, до крика. И я тогдашняя добилась своего - сегодняшняя я уже окупила старания меня прошлой. "Что же должно было случиться со мной, чтобы я стала... такой?" - очень просто. И очень тяжело.
Я уже нацелилась было присоединить оставшиеся Личности, как передо мной снова стеной встал вопрос: "Ты уверена, что это сейчас необходимо?" Наличие Озарения в структуре очень упрощает понимание подоплёки вопросов. Я сразу увидела все варианты развитий тех действий, что я способна предпринять, исходя из сегодняшнего знания. А этого мало. Все действия, направленные прошлой мной, имели своей целью не вернуть первоначальную суть, а дать мне свободу размышления. Вернуться я всегда смогу, а вот решить, что делать дальше в сегодняшнем моменте - такой роскоши уже может и не быть. Ведь сейчас я уникальная единица - не душа и не Личность. Мои мысли не определены ни сутью, ни балансом. Зато есть Озарение. И есть знание о ключевых моментах.
Так что бы сделали вы, зная всё то же, что и я?

Постскриптум, спустя годы

Столкнулась с мыслью, что очевидное кажется очевидным только тому, кто это очевидное считает таковым. Для других это самое очевидное может быть тайной за семью печатями или вообще неизведанной далью, чего в-принципе не понять тому, кто очевидное таковым считает. Эта часть текста появилась благодаря ...жизни, с её опытом и уроками. Имея в виду, что всему началом служат чувства, я никоим образом не думала, что это можно воспринять, как призыв свои чувства не сдерживать и всячески им поддаваться. Такая постановка вопроса ведет к тому. что разбушевавшиеся чувства уничтожают всё на своём пути, включая носителя. Как с электричеством - управляемое, оно приносит пользу, дикое же, природное - убивает. Или калечит, но это вряд ли кого-то успокоит. Познанное чувство, то, что присоединяется к сути и служит ей - это чувство, которым овладели, научились управлять. Существо, владеющее одним чувством - уже выделяется, хоть и не всегда выгодно, перекосы вообще никогда выгодными не бывают. Существо, владеющее всеми чувствами - может существовать, ммм, в кавычках - в ничто. Сама структура уравновешенных чувств является каркасом, противостоящим ничто. Ничто давит на каркас и если он неуравновешен - он продавливается, соответственно, разрывается. Если ткнуть мыльный шарик - он лопнет. То же самое ждет и незрелую душу в ничто. А зрелая душа, Личность - она уже имеет стенки без деформаций, что становится, пусть и тонким, но непробиваемым барьером для ничто, потому что ничто давит равномерно и это давление так же равномерно распределяется. Ну, "давит"- это тоже не совсем правильное определение, там давить нечему, но в качестве аналогии - самое то. Каждое чувство - важно и нужно, нет незначимых чувств. По крайней мере, на этапе роста души. Душа - это ж малёк, малая особь Личности. Если это не очевидно, то вот я говорю прямо словами. Душа - сильна, как и Личность, потому что они - одного вида. Возраст разный. Возраст, умение владеть собой (соответственно, структура) и память. Потому мы все и являемся по образу и подобию Бога. Только маленькие. Незрелые. А чувства нужны не только, чтобы существовать за пределами материального. Чувства - это инструменты. Инструменты создания и управления реальностью. Хотя смысл этого как-то незаметно становится очевидным сразу, как только учишься управлять ими, хоть одним. Ну очевидно же. Потому что сам используешь. К примеру, Любовь - ключ, она способна соединять несоединимое. Это не делает её главнее остальных, это просто её свойство. Знаая это свойство, понимаешь, где её использовать. Гнев - всесокрушающее пламя, он позволяет преодолевать любые границы, стены и барьеры. Озарение - банк данных, библиотекарь, без нее не найдешь ничего в своих глубинах, объемы которых не исчисляются математически. Рвение - без него невозможно делать монотонную работу. Терпение - это часть рвения, малая, причем. Благодаря рвению упав, поднимаешься снова, потому что упрямство - тоже часть рвения. В соединении же с гневом - оба они усиливаются. Ну очевидно же. Соединения чувств часто дают бОльшую силу. Та же мечта - она, помимо того, что ядро, движущая сила, мозговой центр и ...причина. Дай мечте рвение - и она сможет продраться через ошибки. Соедини с гневом - и она сделает невозможное. Гнев вообще - первый защитник мечты. В силу своей мощи. Он, как таранное орудие в руках мечты там, где сил остальных не хватит. Ну что я только о так называемых, нейтральных или положительных чувствах? А, к примеру, злорадство? Оно нужно? Или стоит его в себе искоренять? Становиться духовно богаче? (сарказм) Нужно, и еще как. Как адреналин при клинической смерти, оно может оживлять, забирая энергию у других. Оно может дать почувствовать себя на месте другого, не забирая силы, а давая их. Оно, в противовес сочувствию, что как раз, с радостью делится энергией с окружающими. Иссушая себя. Друг без друга они ущербны, вместе - как система противовесов - позволяют осуществлять энергообмен. А он ой, как важен. Все так называемые "добрые" чувства в разы слабее так называемых "злых" чувств. Ну очевидно же. Радуемся мы быстро и редко, а, к примеру, ненавидеть способны до глубины души, непрерывно и всю жизнь. Энергетическая ценность чувств уменьшается от "злое чувство", к "нейтральному" и до "доброе чувство". Без обмена меж ними, даже если этот обмен разрушителен, многое было бы недоступно. Можно описывать каждое чувство - для чего оно, как взаимодействует с другими, что умеет, но это сухое знание, бессмысленное. Оно становится совершенно очевидным просто по мере развития. Можно прочитать десятки книг, как научиться кататься на велосипеде и все они будут бесполезны для того, кто на этот велосипед сел. Потому что знание, как крутить педали становится проводником к знанию очевидной вещи, как держать равновесие. Бессмысленно объяснять это человеку без велосипеда. Это я так борюсь с графоманством. Я не вижу смысла писать много, потому что оно всё - очевидно само по себе. Чувствами владеть надо, а не познавать, куда они могут тебя занести. Хотя и знание об этом не помогает ими управлять. Ими вообще ничего не помогает управлять, кроме разума и силы воли. А это, как ни крути, только практика и опыт. Так ребенок становится взрослым. Так душа становится Личностью. Ну, или не становится, тоже имеет право. Никаких экзаменов нет, время не поджимает, награды не будет. Просто можно отсюда выйти. Но кому надо, те выйдут. А уж там, в ничто, и будет понятно - Личность ты или так, душа. Безо всякого суда, учета грехов и поправки на добрые дела. Просто силой самого ничто. Выдержишь - жить будешь, нет - жалеть будет нечему и некому. Просто, рационально, безнравственно. Потому что правил нет. Есть "что" и "ничто". И "что" - это творение Личности, тело Личности, как мамино пузико. Дозрел - выживешь, родившись. Не дозрел - извини, но именно незрелость твоего организма, а вовсе не жестокая природа или суд свыше не дадут тебе жить в мире вне мамы. Ну разве не очевидно?!!!

Оставить комментарий © Copyright Абрамова Юлия Александровна (I-Shaki1@yandex.ru) Размещен: 06/11/2013, изменен: 16/01/2021. 239k. Статистика. Роман: Фэнтези Скитания души неприкаянной Иллюстрации/приложения: 5 шт. Скачать:		Ваша оценка:
Аннотация: Приквел к книге первой. Мы привыкли наш мир видеть, трогать, обонять. Чувствовать вибрацию, притяжение, жар и холод. Шершавое, круглое, прозрачное - всему этому уже есть определения... Мы привыкли знать, что видим и чувствуем. Беря в руки предмет, мы тут же идентифицируем его, соотносим с огромнейшей базой данных в наших мозгах, где четко прописано - что и как должно выглядеть. Мы не замечаем того, чего не знаем. Пока не заинтересуемся этим, пока оно само не покажет себя. ...А как выглядел мир до того, как кто-то составил о нем самое первое впечатление?

Абрамова Юлия Александровна Были небыли. Мечта

Абрамова Юлия Александровна
Были небыли. Мечта