>Певица к сорока пяти
>подходит к пику высшей формы,
>и голос птицею летит,
>в нем шторм, в нем ласковые волны.
>
>Вобрав в себя весь край родной,
>все горести его и клады,
>он силой полнится грудной,
>в нем женской мудрости рулады.
>
>И это твой, родная, срок.
>Срок женской стадии коронной,
>где начинается исток
>любви неистовой, упорной.
>
>И высший чувственности пик,
>пик женской нежности без края.
>К рыжце волос твоих приник,
>родной вдыхая запах рая.
М. Гарцев.
* * *
Вдыхай, певец, коварства запах
Рыжеволосых Афродит,
Увидишь когти ты на лапах
У подлой мстительной Лилит.
Поэт доверчив, источает
Рулад пленительных напев.
Его изгонит бог из рая
С той, самой рыжею из дев.
Вкусив из рук жены послушно
Запретный плод, узнает он,
Как горек хлеб его насущный,
Пандоры ящик отворен.
И змей в раю - не искуситель,
И бога вспомнив на краю,
Кричит: - Где ангел мой хранитель?
Спаси! Цирцею я люблю...
Она недрогнувшей рукою
Поэту зелье подала,
Чтоб стать царицей над землёю.
В тот час она была мила.
2020.
Цирцея приглашала
путников в свой дворец,
там угощала их
заколдованным напитком,
после которого моряки
превращались в свиней.
Только Одиссею удалось
устоять перед чарами
коварной отравительницы.
Но она отравительницей не
была, она провоцировала
моряков на неблаговидные
поступки, поэтому они
теряли свои человеческие
лица и опускались до
свинства. Всё зависело от
самих моряков, кем
остаться свиньей или
человеком.
Брайтон Ривьер, "Цирцея со свиньями".
![[]](/img/a/abramowa_t/12032020-53/6639501.jpg)
Брайтон Ривьер, "Цирцея со свиньями".