Абрамова Татьяна Евгеньевна
Но что-то я обрёл на свете оном. (Венок сонетов)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:

 Но что-то я обрёл на свете оном...
 
 
  ВСЕМ ЖЕРТВАМ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ
  ПОСВЯЩАЮ ВЕНОК СОНЕТОВ.
 
 
 
 О, пыль миров! О, рой священных пчел!
 Я исследил, измерил, взвесил, счел...
 М. Волошин.
 
 Но он еще тоскливей и грустнее,
 Наш горький дух... И память нас томит.
 М. Волошин.
 
 
 
 Как безнадёжны ветви кровотока,
 Стареют и уходят на покой,
 А ведь до звёзд подать рукой?
 Движения медлительного рока!
 
 Но отрываться на орбитах слога,
 Жужжать же мухой на пчелиный рой,
 Не петь свои псалмы за упокой,
 Велит ли день? и стелется дорога.
 
 Но безвозвратно старятся пружины,
 И видно дно заржавленное жизни,
 Но я скриплю, как буфер у вагона.
 
 Орбиту мне отмерив безвозмездно,
 Мне бог сказал, тщета ведь бесполезна,
 Но что-то я обрёл на свете оном...
 
 * * *
 
 Но что-то я обрёл на свете оном...
 Как на подошве пыль ничто не значит,
 И радуясь, я почему-то плачу,
 Сгорели искры, мне дарованные богом.
 
 И битой картой я иду же кон за коном,
 Молюсь я, стоя под стенАми плача,
 Молва же на скамейках зло судачит
 И над рекой встают туманы сонма.
 
 Здесь нет орбит, и нет давно покоя,
 И не в чести все праведности Ноя
 У края зла всемирного потопа.
 
 И живы ведь всегда Содом, Гоморра,
 Обманчивы у сцены, бутафорно
 Краснеют рукоятки автостопа.
 
 * * *
 
 
 Краснеют рукоятки автостопа,
 И нежная нас мАнит Персефона:
  - Еловая тебя укроет крона,
 И прошлого забудутся ведь стоны.
 
 Нет ничего... есть вымысел наград,
 Рекордов, незаслуженных медалей:
  - Персей! Горгоны голову украли!
 У края жизни щерится вновь ад.
 
 На теле беззакония коросты,
 И как же тленны наши кости,
 А в этих строчках нету прока.
 
 Орфей, не возвративший Эвридику,
 И в скорбном пламени гвоздики.
 И видит око, но неймёт же око.
 
 * * *
 
 И видит око, но неймёт же око:
 Презумпция земных грехов,
 И глупость мудрецов, и дураков,
 Сальери - вечный дух порока.
 
 Ещё... младенец, и ещё немного,
 Не вспомнит век твоих оков,
 Морфей погрузит в вечность снов,
 А душу заберёт небес дорога.
 
 И охладить бы жаркий пыл молитв,
 Всегда ведь самый бедный будет бит,
 И разобьются на ухабах дроги.
 
 А нищему всегда - клеймо, ярлык,
 Звон золота, не твой печальный крик,
 Иди вперёд, куда ведёт дорога...
 
 
 * * *
 
 Иди вперёд, куда ведёт дорога,
 У каждого есть посох и сума,
 А у богов полны ведь закрома,
 Дарующие нам не вечность слога.
 
 Глумление оков и смрады смога,
 И беспощадностью изъела моль тома,
 И руку занесла ведь смерть сама,
 Последняя любовь и недотрога.
 
 Неси огонь, смелее Прометей,
 В стенании тел, в мерцании огней,
 В картинах вечных аполога.
 
 Ты стой, прикованный к скале навечно,
 Или иди, по чести - быстротечно,
 Не верь предначертаниям порока.
 
 
 * * *
 
 Не верь предначертаниям порока,
 Живи, молись, люби и ешь,
 А ржа и моль съедает вещь,
 Но вечность есть, наверно, лишь у бога.
 
 Рассматривая в линзы астроскопа
 Далёкую и сумрачную брешь
 Дыр космоса, но разум не утешь
 Всезнанием изысканного сноба.
 
 НЕ ДОБИВАЙТЕ ЖЕРТВУ, О ПАЛАЧ,
 ПОМИЛОСЕРДСТВУЙ, БОГ ДАЁТ ВСЕМ ШАНС,
 А у судьбы есть только ноты.
 
 А жизнь пусть песню льёт,
 И на земле пусть криво всё,
 Но бог направит твои стопы.
 
 
 * * *
 
 
 Но бог направит твои стопы,
 В туманы, в темноту - ни зги,
 А главное, вперёд иди,
 Аллюром по неверным тропам.
 
 И шагом, рысью и галопом,
 Ищи - найдёшь, себя найди,
 Есть некрещёные пути,
 И неожиданный акрополь.
 
 Не в затхлости мышиных нор,
 Не в жадности крысиных свор,
 Где не хватает кислорода.
 
 Унылость не бери в друзья,
 И светит пусть звезда твоя,
 Возьми своё, зачем тебе так много?
 
 
 * * *
 
 Возьми своё, зачем тебе так много?
 Галлоны нефти на кровавых трупах,
 Как тщетна и порочна твоя скупость,
 Забыта и скамья у отчего порога.
 
 И поле... ситцем выцвела дорога,
 И помнится ли мать-старуха,
 Слезу смахнувшая, и скупо:
  - Дров нарубила... вот, немного...
 
 Но крепко правишь ты словцом,
 Хотя слывёшь в народе подлецом,
 Но сердце сложено чешуями, как бронь.
 
 Исчезнет жизнь ведь и твоя,
 Удар и месть? Ради чего живу и для?
 Немного ведь вместит твоя ладонь.
 
 * * *
 
 Немного ведь вместит твоя ладонь,
 А жизнь с тобой, и ты не третий лишний,
 Но канонады страсти в сердце тише,
 Она проходит, оставляя боль.
 
 Не сыпь на свежесть ран ты соль,
 Невечный мой манок поёт и пишет,
 Про шелест трав. Там он, на крышах,
 На небесах латает с ветром толь.
 
 Ты дай нам, бог, немного и немало,
 С чужих столов, чтоб нам не перепало,
 Пропеть и нам, искрит огонь.
 
 Но не понять словесный лепет,
 Понять бы нам душевный трепет,
 Куда спешит мой бодрый конь?
 
 
 * * *
 
 Куда спешит мой бодрый конь?
 Страдаю я от жажды у ручья?
 И бог нас зрит, его не вижу я,
 Держу открытой я ладонь.
 
 Чтоб не погас в ночи огонь,
 Пишу, листаю Лету бытия,
 Ращу траву я белого былья,
 Играет пусть печальная гармонь.
 
 Душа иконою на аналой,
 Поют за здравие, за упокой
 И пух кидает в небо тополь.
 
 И праздник масла и блина,
 И кладбищ грустная стена,
 В забвеньи плит седой некрополь.
 
 
 * * *
 
 В забвеньи плит седой некрополь,
 И бледный паутины волос,
 И старых плит охрипший голос,
 И лики фотографий блёклых.
 
 А птицы все, трудясь, замолкли
 Над крошками поминовений дола,
 А рядом за стеной в ромашках поле,
 Где пели песни мы негромко.
 
 Цепочкой повилика у ограды
 Сплелась причудливой наградой,
 И сорняки рубашкою одежд.
 
 Улыбка тихая заутреннего солнца,
 И вечное глумление потомков,
 Улыбки горькие насмешливых невежд.
 
 * * *
 
 Улыбки горькие насмешливых невежд,
 И оскорбительны язвительные взгляды,
 По-русски матом выразиться рады,
 Фемиды вздохи - цирковой манеж.
 
 Из тверди адаманта сделает Гефест
 И вереницею покоев анфилады,
 Пусть сторожат нас верные булаты,
 Напевных рифм хорей и анапест.
 
 Не разбуди меня, мирская суета,
 Здесь нет меня, я - дальняя верста,
 Не подниму своих закрытых вежд.
 
 И ветром не поднимутся гардины,
 Мазками на холсты не пишутся картины.
 И мир весь у могил моих надежд.
 
 
 
 * * *
 
 И мир весь у могил твоих надежд,
 Звезда твоя на россыпях комет,
 Склевали птицы жадно звёздный хлеб,
 Тень в рубище разорванных одежд.
 
 А соль опухших и тяжёлых вежд
 Разъела и размыла пятна неб,
 И солнца нет над темнотой Эреб,
 И грубый крик погонщиков-невежд.
 
 А камень преткновения во дне,
 И кто-то режет твой канат во сне,
 Кровавой пищей тешится не сокол.
 
 Бродячий цирк, а путь его так долог,
 А небо в памяти набрасывает полог,
 И время, и палач твой проклят.
 
 
 * * *
 
 
 И время, и палач твой проклят,
 Кровавые ремни мне будто режут кожу,
 Но солнце достаёт свой луч из ножен,
 И неожиданно светло, но блёкло...
 
 И я считаю, измеряю на раскопках,
 На эксгумации своей души, быть может,
 Лик на кресте вдруг проступил, о боже,
 В исчадьи гари паровозной топки.
 
 Но бредом назовёт все размышления
 Палач не знает жертвенных томлений,
 И в этих изъяснениях нету прока.
 
 Листы уносят медленные слоги,
 За горизонтом умирают и дороги,
 Как безнадёжны ветви кровотока.
 
 * * *
 
 Как безнадёжны ветви кровотока,
 Но что-то я нашёл на свете оном...
 Краснеет рукоятка автостопа,
 Но видит око, но неймёт же око.
 
 Иди вперёд, куда ведёт дорога,
 Не верь предначертаниям порока,
 А бог направит твои стопы,
 Возьми своё, зачем тебе так много?
 
 Немного ведь вместит твоя ладонь,
 Куда спешит твой бодрый конь?
 В забвеньи плит - седой некрополь.
 
 Улыбки горькие насмешливых невежд,
 И мир весь у могил твоих надежд,
 И время, и палач твой проклят.
 
 2017.09.17.
 
  Здесь "дыры космоса" - Чёрная дыра́ - область пространства-времени, гравитационное притяжение которой настолько велико, что покинуть её не могут даже объекты, движущиеся со скоростью света, в том числе кванты самого света.(Википедия)
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"