Аннотация: Пародия написана от лица иммигранта, уехавшего в США.
Сижу в кафе, точнее, на террасе,
На рю де*... я уверен, пeдeраста.
Вкушаю благ. Зачем слова?
Достаточно и жестов,
Улыбок, выражения блаженства
Закатом глаз.
Молчу вполне интернационально.
Акцент в кивке официант узнал, но
Со мной на "ву*".
A трезвый вид и глаженые брюки
Не скроют, что страною правил Рюрик
- Где я живу.
Поди, праправнук русских иммигрантов,
Не росший под романсы на веранде,
Где шёлк и тюль,
Он и хотел бы высказать обиды
В плевках-глаголах совершенных видом
С "туа**" и "тю***".
Официанты - физиономисты.
Они распознают во мне туриста,
Кому Париж
Наносит унизительные раны.
Казалось бы, и дома рестораны,
А вот поди ж!
Гарсон уже представил счёт на блюде.
Мне кажется, что он меня не любит.
Но боже мой,
На чаевых замешана греховность
- Я нелюбим, поскольку я духовней.
Хочу домой.
Домой - в петровскую карикатуру,
Где бóроды, обрезанные сдуру,
Растут опять.
Где оплевать Париж с Европой - радость,
Где я уже молчать не собираюсь,
Япона мать!
Алексей Козлов.
ПАРОДИЯ.
В кафешке-забегаловке на рю де Риволи
Я сэндвич съел, чайком его залил.
Но боже мой!
Желудок не принял сухую корку,
В закате глаз я вспомнил об икорке.
Хочу домой!
Домой - в карикатуру не в России,
(Свалил оттуда) я теперь мессия,
Чес. слово, я - пиндос!
И мне плевать на Рашку будет в радость,
В Америке молчать не собираюсь,
Со Статуей в засос!
Гарсона в забегаловке не видел,
На Тюильри открылись виды,
Я разомлел,
Клонило в сон и в toilettes хотелось,
Подумал я про жизненную бренность,
Живот болел.
Какие, вашу мать, вам чаевые,
Плевки мои - патроны холостые.
Япона мать!
Чипок я вспомнил с горькою слезою,
На рупь - до верха с миской жестяною!
Хочу кричать!
И только в Рашке был я сыт, скажу я честно,
Поджарка, борщ, друзья любезно
Нальют сто грамм!
В Париже - двадцать евро, а в тарелке
Три фиги покрошили мелко-мелко.
Ко всем чертям!
А цены в евро - унизительная рана,
И в том кафе, не то что в ресторане,
Но был Париж
И Сена недалёкая под Башней.
Скучал я, правда, по овсяной каше,
И вот поди ж!
Праправнуки российских иммигрантов
Сновали тут и там, но мне до лампы,
Плевал на них
И на Париж с Европою мне в радость
Плевать на всех и вся, на Рашку к ряду
От сих до сих.