В одиннадцать вечера в офисе пахнет остывшим кофе и работающими серверами. Это особый запах - тёплая электроника, синтетика ковролина, чуть-чуть моего парфюма, который держится с утра. Я люблю это время. Когда в опенспейсе остаются двое-трое, и можно наконец перестать делать вид, что ты "менеджер по продукту, и у меня всё под контролем".

Я не под контролем. У меня дедлайн в девять утра, презентация на тридцать слайдов и кофейный стакан, в котором уже неделю стоит ложка из столовой. И ещё в трёх метрах от меня - Артём.

Артём - наш аналитик. Высокий, сутулится за монитором, рукава рубашки всегда закатаны до локтей. У него тихий голос и привычка смеяться так, будто извиняется. Мы знакомы восемь месяцев. За эти восемь месяцев мы пили кофе вместе, наверное, раз двести. Обсуждали воронки конверсии, плохой Wi-Fi на четвёртом этаже, его кота, моего бывшего, сериалы, кризис в SaaS-индустрии. Один раз он подвозил меня до дома, потому что лил дождь, и в машине пахло жвачкой со вкусом мяты и его одеколоном.

Между нами ничего нет. Просто рабочая дружба. Я повторяю это себе каждое утро, когда захожу в кухню, и он стоит у кофемашины, и оборачивается.

Сегодня мы оба остались. Он - переделывает дашборд для совета директоров, я - добиваю презентацию. Мы поужинали в семь, разогрев в микроволновке остатки чьей-то пиццы. В восемь он принёс мне ещё кофе, и сказал: "У тебя такие синяки под глазами, что мне страшно". Я ответила: "Спасибо, ты тоже сегодня очень секси, Артём". Мы посмеялись, и я снова уткнулась в Figma.

Сейчас одиннадцать. На моём экране - тридцать второй слайд. Я понимаю, что писала последний абзац про юнит-экономику минут пятнадцать, и так и не дописала. Я тру глаза. Поднимаю голову. Артём сидит за своим столом по диагонали от меня, в свете лампы видно, что он тоже смотрит не в монитор, а куда-то перед собой.

- Эй, - говорю я тихо, чтобы не спугнуть тишину.

Он поворачивается. Улыбается. Той самой улыбкой - извиняющейся, как будто его поймали.

- Я думаю, мы оба сейчас здесь умрём.

- Возможно, - соглашается он. - Какие у тебя планы на смерть?

- Бросить ноутбук в окно и пойти пешком домой через всю Москву.

- Это план. - Он откидывается на спинку. - У меня скромнее. Сначала чай. Потом окно.

- Заваришь?

Он встаёт. Идёт на кухню. Я смотрю ему вслед - на спину под белой рубашкой, на то, как он чуть прихрамывает после долгого сидения. Чувствую, как у меня в животе что-то тихо переворачивается, и тут же говорю себе: всё, хватит, ты устала, ты бредишь, иди работай.

Я встаю тоже. Мне просто надо размяться. Просто пройтись.

Кухня в нашем офисе - стеклянная коробка с одной стороны, с другой - стена и большое окно во весь рост. Из окна видно ночную Москву: подсветка башен, красные хвосты машин на Третьем кольце, какая-то реклама на крыше дома напротив, которая бесконечно меняется между банком и доставкой суши. Артём стоит у чайника, спиной ко мне. Я заходу, и он, не оборачиваясь, говорит:

- Тебе с молоком?

- С молоком.

- Я помню. Спросил из вежливости.

- Это очень галантно с твоей стороны.

Он смеётся. Наливает воду в две чашки. Я подхожу к окну. Облокачиваюсь лбом о холодное стекло. Двадцать с лишним градусов разницы между офисом и улицей - стекло почти ледяное, и это так приятно, что я закрываю глаза.

Слышу его шаги. Он подходит сзади, ставит кружку на подоконник рядом со мной. Не уходит.

- Аня, - говорит он, и от того, как он произносит моё имя - тише и серьёзнее обычного - я открываю глаза. - Если я сейчас скажу одну глупость, ты обещай не уволиться.

Я медленно поворачиваюсь. Он стоит близко. Ближе, чем стоят коллеги. Не вплотную, но я чувствую, что если шагну вперёд, упрусь в его рубашку.

- Какую глупость?

Он молчит секунду. Потом, очень аккуратно, как будто боится, что я отшатнусь, заправляет мне за ухо прядь волос, выбившуюся из пучка. Его пальцы прохладные. Касаются скулы - едва-едва.

- Вот эту, - говорит он.

Я не отшатываюсь. Я не делаю вообще ничего. Стою и смотрю ему в глаза, и понимаю, что восемь месяцев - это очень долго, и что эта прядь - не случайность, и что в моей голове сейчас одновременно работают три голоса. Один говорит: "Это плохая идея, у тебя завтра презентация, и он коллега, и вообще". Второй говорит: "Это очень хорошая идея, иди уже сюда". Третий - самый громкий - вообще ничего не говорит. Он только дышит.

- Артём, - выдыхаю я.

- Да.

- У меня дедлайн в девять.

- У меня тоже.

- Это очень плохая идея.

- Я знаю.

Он не убирает руку. Его ладонь теперь у меня на щеке, и я чувствую, как меня медленно ведёт - голова сама ложится ему в ладонь, как будто всё это решилось без меня, давно, ещё в марте, когда он первый раз спросил, как мне кофе.

Я кладу руку ему на грудь. Чувствую под рубашкой ровный, частый пульс. Не такой ровный, как кажется снаружи.

- Ты сейчас меня поцелуешь? - спрашиваю я. Голос ниже обычного, и мне самой странно его слышать.

- Если ты не против.

- А если я против?

- Тогда я заварил тебе чай зря, но мы оба сделаем вид, что ничего не было, и я буду жить с этим до пенсии.

Я смеюсь. Совсем тихо, ему в подбородок. И вместо ответа поднимаюсь на цыпочки.

Он целует меня медленно. Так, как целуют, когда долго думали, а не когда сорвало крышу. Сначала просто касается губ, как будто проверяет - точно ли можно. Я отвечаю. И только тогда он притягивает меня к себе - одной рукой за поясницу, второй так и держит мою щёку, и я между его ладонью и его телом, и я понимаю, что чай мне уже не нужен.

Это первая часть рассказа. Целиком - на adultstory.cc, там же остальные рассказы: adultstory.cc. Читать можно свободно, регистрации нет.