Алина спустилась по лестнице старой пожарной части, держась за чугунные перила. На улице Карла Маркса с утра шла оттепель, и в подвале студии "Sur" пахло мокрым кирпичом - апрель в Ижевске всегда так начинался. Она переобулась у входа, поставила ботинки в общий ряд и достала из чехла тангерос на низком каблуке.

Вита, которая держала студию шестой год, сидела на стуле у стены и пересчитывала по списку.

- Андрей не придёт, - сказала она, не поднимая головы. - Звонил утром, у него тридцать восемь и два, и не падает.

Алина выпрямилась. Андрей был её регулярным партнёром полгода - единственным мужчиной в группе, с кем у неё получалось закрытое объятие без взаимной зажатости. На интенсив она шла именно с ним.

- И что мне делать?

- Я тебя ставлю с Тарасом. - Вита наконец подняла глаза. - Он приехал из Минска вчера, ведёт интенсив этим уикендом. Опытный преподаватель, тебе с ним будет проще, чем самой искать сменщика.

Алина кивнула. У неё на секунду стянуло между лопаток - короткое неудобство, которое она знала по другим ситуациям, не танцевальным. Она положила сумку на скамью и пошла в зал.

Зал в подвале был узкий, длинный, с белёным сводом и зеркалом во всю торцевую стену. Под потолком тянулись трубы отопления, перемотанные тряпичной изоляцией. С подоконника единственного окна капало на жестяной отлив - оттепель сходила с крыши пожарной части ровной, плотной капелью. Кто-то из ребят сказал "как метроном", и все засмеялись.

Тарас стоял у дальней стены и разговаривал с Витой. Высокий, лет сорока с небольшим, темноволосый, в простой чёрной рубашке без галстука и в брюках, которые сидели на нём так, как сидят на людях, у которых тело - рабочий инструмент. Он повернулся, увидел Алину, кивнул - не как новой партнёрше, а как соседу по очереди в булочной. Это её не задело и не польстило.

Группа собралась - двенадцать человек, шесть пар. Тарас вышел в центр круга и заговорил.

- Меня зовут Тарас, я из Минска. Преподаю там и в Вильнюсе. По выходным езжу с интенсивами по другим городам - у меня жена и сын, жена в курсе всех моих расписаний, мы так договорились, я об этом говорю сразу, чтобы потом не было лишних вопросов. Сегодня и завтра у нас open class по closed embrace. Два часа разбираем основы, час практики. Если кому-то неудобно работать в closed - поднимите руку, поставим в open, без обид.

Никто руки не поднял. Алина отметила, что про жену он сказал так же буднично, как Вита про Андрея с температурой - без вызова, без понижения голоса.

- Abrazo, - сказал Тарас, когда они встали в пары, - это не объятие. Объятие - это когда вы держитесь друг за друга. Abrazo - это когда вы оба держите общее пространство между собой, а руки - это только стенки этого пространства. Партнёрша, ладонь на правую лопатку партнёра. Партнёр, ладонь на правую лопатку партнёрши. Не на поясницу, не на бок. Лопатка - это карта. По ней вы будете чувствовать вес и направление.

Он подошёл к Алине. Они уже стояли друг напротив друга - она к нему правым плечом, он к ней так же. Он не стал сразу класть руку - сначала показал на её правую лопатку пальцем, через футболку.

- Здесь, - сказал он. - Мне сюда. Можно?

- Можно.

Его ладонь легла на её правую лопатку - широкая, тёплая, без нажима. Алина положила свою на его лопатку - та же высота, плотная мышца под рубашкой. Они сделали полшага друг к другу. Её правая щека оказалась у его шеи, не касаясь, в сантиметре. Запах был - кедровый одеколон, табак не от него самого, а тот, что въедается в куртку у курящих за дверью гостей, и сухой пот человека, который уже двадцать минут разогревался у стены. Запах был не агрессивный. Он был очень определённый, как почерк.

- Шаг назад с левой, - сказал Тарас. - Не отталкиваясь, не выкидывая. Просто отпустить себя в опору, которую я даю.

Они пошли. Первые восемь тактов Алина считала про себя и сбивалась. На девятом сбилась перестать считать. Его ладонь на её лопатке давала ей всё, что нужно: лёгкое давление - в сторону, лёгкое тепло - стоп. Она ловила вес его груди у своей ключицы за полтакта до движения, и тело шло само. Минут через пять она поняла, что её правая щека уже касается его шеи, и она не помнит, в какой момент это случилось.

Он один раз отстранился, посмотрел ей в глаза и сказал негромко:

- Ты хорошо слышишь. С такой партнёршей половина работы преподавателя - стоять и не мешать.

- Спасибо.

Они вернулись в abrazo. Капель с подоконника шла своим ритмом, не в музыку - Пьяццолла из колонки шёл свой, капель свой, и оба ритма сходились в её груди. Через полтора часа у Алины ныли мышцы между лопатками от непривычной нагрузки, и одно место под правой лопаткой, где лежала его ладонь, стало как будто помечено. Она потёрла его пальцами на перерыве и удивилась, что место тёплое - теплее остальной спины.

Это первая часть рассказа. Целиком - на adultstory.cc, там же остальные рассказы: adultstory.cc. Читать можно свободно, регистрации нет.