Я не сразу её узнал. Это, наверное, и злит больше всего, когда вспоминаю - что мы простояли пятнадцать лет рядом в одном внутреннем кадре, а в дверях кафе у меня ушли две секунды, чтобы понять, что Маша Костромина.

Кафе "Корса" - это второй этаж над набережной у Красной пристани, узкое окно во всю стену, через стекло видно стрелу Северной Двины и огоньки Соломбалы за рекой. К одиннадцати вечера за окном висело молочное небо - июнь, белая ночь, тот час, когда у света нет тени, и кажется, что в воздухе разбавили эмалевую краску.

Мы договорились на пятнадцать лет с выпуска - наша школа на Воскресенской, девяносто третий, выпускались все вместе в две тысячи одиннадцатом. Сейчас 2026, июнь, как раз пятнадцать. Из тридцати двух пришло одиннадцать. Двое - приехавшие из Москвы. Один - из Калининграда. Остальные местные, из тех, кто остался в городе, кто так и не собрался ехать дальше Северодвинска. Я в их числе. Работаю в порту, инженер-механик в управлении трального флота, тридцать три года, не женат, живу один на Поморской.

Маша вошла последняя. На ней было простое тёмно-синее платье до колена, тёмные волосы убраны на затылок, в руке плащ. Она сказала всем "привет", и две девочки - Лена и Танька - кинулись к ней с возгласами. Я остался у окна, держал в руке пиво, смотрел в стекло и видел в нём её отражение. Она наклонилась обняться, и я заметил у неё на безымянном тонкое золотое кольцо.

Подошла она ко мне последняя.

- Игнат, - сказала. - Тебя я узнаю сразу. Ты так и стоишь у окна, как в одиннадцатом классе.

- Привет, Маш.

Она посмотрела на меня снизу вверх - мы и в школе так стояли, она едва доставала мне до плеча. Глаза у неё были те же: серо-зелёные, с прозрачным светом, какой бывает в северной воде, когда смотришь с пристани вниз. Только в углах появились мелкие складки, и это шло ей больше, чем не шло.

- Расскажешь, как ты тут? - спросила. - После всего.

- После всего расскажу, - ответил я. - Сначала ты.

Она засмеялась. У неё всегда был странный смех - короткий, в полтона, как будто она досмеивает что-то, что началось у неё внутри пять минут назад.

К полуночи всех потянуло на улицу. Стеклянные двери "Корсы" открылись на тёплый воздух, и мы вывалились на набережную - одиннадцать человек, по двое-трое. Лена с мужем пошли ловить такси. Серёга с женой - к машине у драмтеатра. Танька с Колей - пешком на Чумбаровку. Маша осталась стоять у перил, лицом к воде.

Я подошёл. Двина шла серой полированной плитой, без волны, с одинаковым отражением неба сверху и внизу. У другого берега подмигивал зелёный буй. Через белую ночь идущий с моря танкер казался стоящим - он не двигался, потому что не за что было зацепить взгляд.

- Я пешком, - сказала она. - Хочу пройтись. Не помню Архангельск летом, в Москве забыла, что бывает такое небо. Проводишь?

- Тебя где остановили?

- У отца. Поморская, восемнадцать.

- Я на Поморской, двадцать два.

Она повернулась.

- Серьёзно?

- Серьёзно.

- Удобно.

Это слово она сказала не двусмысленно. Просто констатация. Я кивнул и пошёл рядом с ней по набережной в сторону морского вокзала.

Шли молча первые минут пять. У меня в голове складывался разговор, который я не вёл вслух - все "как ты", "расскажи", "помнишь". Они казались мелкими рядом с тем, что я просто шёл рядом с ней по набережной в час, когда город спал, а небо было серое-перламутровое, и от Двины несло мокрой галькой и солёным холодом, который идёт сюда с Белого моря.

- Я переводчица, - сказала она наконец. - С английского и норвежского. В основном - техническая документация, иногда литература. Москва, Чистые пруды.

- Замужем?

Она помолчала.

- Развожусь, - сказала. - Уже год тянется. Бумаги в среду.

Я посмотрел на её безымянный.

- А кольцо?

- Привычка. Сниму после среды.

Я кивнул и больше не спрашивал. У меня не было нужды.

- А ты, - спросила она. - Как ты?

- Я в порту. На судоремонте. Зарабатываю нормально, живу один, не женат. Был с одной два года, разошлись прошлой осенью. Без скандала, просто кончилось.

- Кончилось, - повторила она. - Хорошее слово. У меня не кончилось, у меня разбилось.

Я ничего не ответил. Под ногами скрипел мелкий гранит набережной, и где-то у морвокзала глухо стучала по железу швартовая цепь.

Это первая часть рассказа. Целиком - на adultstory.cc, там же остальные рассказы: adultstory.cc. Читать можно свободно, регистрации нет.