|
|
||
Загородный отель "Сосновый берег" под Рузой, моросящий ноябрьский вторник, корпоратив холдинга. Маша едет одна - Соня болеет, Андрей остался в Москве. Три месяца назад она нашла переписку и с тех пор ни разу не плакала. Из шести человек, которых Андрей по-настоящему уважает, она долго выбирала - и остановилась на Косте, седеющем директоре по развитию в кашемировой водолазке. Первая часть; полный текст - на adultstory.cc | ||
Я начала готовиться к этому корпоративу за три месяца. Не к корпоративу, конечно - к тому, что должно было там случиться. Корпоратив был просто поводом, как окно, через которое можно вылезти, не оставляя ключей.
Три месяца назад я нашла переписку. Не буду рассказывать ни как нашла, ни что там было - это не важно для истории. Важно то, что в тот вечер я не разбила ему телефон, не разбудила его и не подняла крик. Я положила телефон точно туда, где он лежал, перевернула экраном вниз, как было, отошла на кухню и включила чайник. Помню, что смотрела на воду внутри чайника, как она нагревается, и не плакала. Что-то во мне в тот момент стало очень тихим и очень внимательным. Как будто внутри меня кто-то отжал звук на телевизоре, чтобы лучше слышать дверной замок.
С того вечера я перестала плакать вообще. Это было странное ощущение - как будто потерять одно из чувств, которое ты не замечал, пока оно было. Я ходила на работу, забирала Соню из садика, мы с Андреем смотрели по вечерам сериал и ели мою тушёную капусту с курицей, я отвечала на его шутки, я даже смеялась. Я ни разу не намекнула. Внутри меня сидел такой холодный, очень спокойный человек, который смотрел на нас с Андреем со стороны и не торопился.
Я выбирала долго. У Андрея есть человек шесть, кого он по-настоящему уважает - это не друзья, друзей у него нет, у него вокруг сетка коллег, с которыми он то ходит в баню, то пьёт в субботу коньяк, то ездит на охоту. Из этих шести я подумала про каждого. Не как женщина - как переговорщик, который ищет точку максимального давления. Двое отпали сразу - слишком далеко, в Москве не бывают. Один из оставшихся был старым другом ещё с университета, и я понимала, что Андрей это вынесет: он скажет себе, что это давно было и они оба ничего не могли. Двое других занимали в Андреевой иерархии нижние позиции, и я понимала, что Андрей это переживёт как "жена прошла мимо лужи", без серьёзного ущерба.
Оставался Костя.
Косте сорок один, на семь лет старше Андрея, директор по развитию большого холдинга. Андрей в нём видит то, что хотел бы видеть в себе через десять лет: спокойствие, дорогую куртку, ровную седину на висках, дочь в швейцарской школе, жену-юриста, которая ездит на "Лексусе" и не задаёт вопросов. Костя ему позвонил два года назад и вытащил на сложную сделку, на которой Андрей вырос вдвое в зарплате. С тех пор Костя для Андрея был не друг, не партнёр, а тихая категория "человек, перед которым нельзя выглядеть слабым". Они вместе сидят в сауне, иногда ездят в Карелию на машинах с прицепами и катерами, и Андрей рассказывает мне об этих поездках с интонацией, которой не рассказывает больше ни о ком.
Корпоратив был костин. Точнее, костиного холдинга, в который входит контора Андрея. Андрей в этот год не поехал - Соня болела ангиной, и он, к моему удивлению, сам сказал, что останется. Меня позвали как старшего PR-менеджера, и я сказала, что поеду. Андрей даже погладил меня по плечу и сказал - поедь, ты заслужила, иначе ты с этой Соней свихнёшься.
Я улыбнулась и поцеловала его в висок. У него на виске тоже уже начинала пробиваться седина - мелкая, мужская. Я подумала - не сейчас, но скоро Соня будет в школе, а ты, Андрюша, будешь смотреть на себя в зеркало и видеть кого-то, кто перестал тебе нравиться. А я буду рядом и буду смотреть тоже. Только смотреть я уже буду по-другому.
Загородный отель называется "Сосновый берег". Это бывшая обкомовская дача под Рузой, в начале ноября, в моросящий вторник. Дорога заняла два с половиной часа, водитель служебного "Фольксвагена" молчал почти всю дорогу, только включил в какой-то момент Сюткина. Я смотрела в окно - мокрый лес, мокрые поля, мокрые столбы линий электропередач, чёрные деревенские дома. Внутри меня было ровно, как перед собеседованием, к которому ты долго готовилась и знаешь каждую возможную вилку.
На стойке регистрации я расписалась за ключ - двести семнадцатый, второй этаж, окно на пруд. Девушка-администратор зачем-то сказала: "На балконе у нас можно курить, но вид лучше с третьего этажа". Я спросила, кто на третьем. Она посмотрела в журнал и сказала - "Константин Олегович и команда из юридического". Я кивнула и пошла к лифту.
Костя стоял у дальнего конца стойки, разговаривал с кем-то из своих по телефону, увидел меня - кивнул, поднял свободную руку в приветствии, не прерывая разговора. На нём была серая водолазка под коричневый пиджак, очень хороший, и я сразу прикинула, что пиджак тысяч на сто. Меня кольнуло коротко - не желанием, а узнаванием: я нашла правильного. Андрей про эту его водолазку рассказывал. "У Кости такая водолазка - кашемир, мне бы такую, но я в ней буду как мальчик в отцовском, понимаешь". Я тогда сказала - глупый ты, иди купи. Он не пошёл.
В номере я выложила вещи - деловой костюм для завтрашней пленарной, на сегодня платье. Чёрное, длинное, не вечернее - деловое, с длинным рукавом, открытое только в одном месте, на ключицах. У платья нет ничего, что говорило бы "обрати на меня внимание", и в этом был расчёт. Я хотела быть единственной женщиной в зале, которую невозможно отнести к "эта пришла за вниманием". Это работает на мужчин Костиного типа гораздо лучше, чем декольте.
Перед ужином я вышла на крыльцо покурить. Морось перешла в почти дождь, на ступеньках мокро, в воздухе пахло так, как пахнет только в подмосковном сосновом лесу осенью - смолой, грибами и водой. Я набрала тяжёлый, влажный воздух - и у меня внутри что-то расслабилось. Не страх ушёл, нет, страха и не было. Расслабилось - как мышца, которая долго ждала, что её начнут использовать.
Из дверей вышел Костя. Он не курит, я знала. Он вышел просто постоять. Увидел меня, сказал - Маш, ну и погода, и встал рядом, чуть отступив, чтобы дым не шёл на него.
- Андрей не поехал? - спросил он.
- Соня болеет.
- Жалко. Я ему говорил - поехали, у вас отдел, ты должна знать своих людей, не только цифры.
Я выпустила дым, посмотрела на него снизу - он на голову выше - и сказала:
- Знаешь, Кость, я в последнее время начинаю думать, что Андрей не очень-то любит знать. Ему удобнее не знать.
Костя посмотрел на меня внимательно. Я выдержала взгляд, не моргнула, добавила - извини, я устала с дороги, не обращай внимания, и затушила сигарету о мокрую жестянку. Когда я заходила обратно в дверь, я знала, что он остался стоять и смотрит мне в спину.
Это была точка входа.
Ужин был длинный и плохой. Не еда плохая - еда как раз была неожиданно приличная, фуагра с грушей на закуску, потом рибай, потом сырная тарелка с медом. Плохое было - всё остальное. Двадцать человек за длинным столом, конферансье из своих с бородой и неудачными шутками, генеральный произнёс речь про "семью компании", все хлопали. Я сидела по правую руку от своего непосредственного, через два места от Кости. Костя сидел во главе, рядом с генеральным. Я не смотрела на него специально, но видела его периферийно всё время - как он наливает соседу слева вино, как держит вилку, как наклоняет голову, когда слушает.
Где-то на середине ужина в моей сумочке завибрировал телефон. Я достала - Андрей. Я подняла глаза на Костю, дождалась пока он посмотрит на меня - он посмотрел, - и подняла телефон, показывая ему экран издалека, как бы извиняясь. Он кивнул. Я вышла в холл.
- Привет, как вы там? - голос мой нормальный, мягкий, домашний.
- Привет. Соня уснула, я тут картошку доел. Как там у вас? Кость кошмарит?
- Ты знаешь, как-то неожиданно ничего себе ужин. Рибай нормальный. Кость нормально, передаёт привет.
- Ну, скажи ему, что я после Сониных соплей доеду по работе на той неделе, обнимемся.
- Скажу. Целую вас. Спи.
Я положила трубку, постояла секунду в холле, перед зеркалом. Поправила волосы. В зеркале на меня смотрела женщина, на которую я бы три месяца назад не была способна. Что-то в выражении глаз - спокойное, почти ленивое. Я ей улыбнулась. Она улыбнулась мне обратно, чуть кривее, чем я хотела бы, но это было её правом - кривее.
Когда я вернулась за стол, я первым делом нашла глазами Костю и одними губами сказала: "Андрей". Костя кивнул, и в его глазах было ровно то, чего я добивалась - он понял, что я при муже сказала ему ровно столько, чтобы он услышал, что я при муже не сказала ему ничего.
Это первая часть рассказа. Целиком - на adultstory.cc, там же остальные рассказы: adultstory.cc. Читать можно свободно, регистрации нет.
|