Аннотация: Наверное, все-таки можно ни о чем не жалеть...
На самом деле любопытства, конечно, не было. И страха тоже. Было уверенное - я все равно смогу! Я справлюсь, одной даже лучше - потому что я сильнее, потому что все всегда держалось на мне, а теперь просто... Вега стиснула зубы и на всякий случай еще раз проверила, насколько крепко держится шлем.
...а теперь просто нужно доказать себе, что я по-прежнему чего-то стою. Несмотря ни на что. Неважно, чего мне наговорили. Неважно, правда. Где-то в нижних слоях сознания билось усталое - черт, я даже с парнями проще расставалась! А это ведь - просто подруга. И не единственная... Но мне все равно нужно доказать - всем! - что и без нее я справлюсь. Со всем справлюсь. Сама. Хотя какое кому дело. Но я справлюсь. Я так решила. Поудобнее перехватив старенький лазер, Вега нырнула в узкий проход, чтобы оказаться по ту сторону Купола.
Ветер едва не сбил с ног, на щиток шлема мгновенно опустилась мутная пелена, а линия горизонта вдруг оказалась совсем близко - как будто еще несколько секунд бега, и свалишься за край...
Два неуклюжих шага-падения вбок. Только бы не упасть.
Купол окружают цепочки звериных следов, стремительно заметаемых ветром. Еще немного, и ее учуют, придут.
Старики часто говорили, что раньше, когда они "еще жили на другой планете", за животными приходилось гнаться - они почему-то считали человека опасным; но к байкам про голубое небо и облавы на зверей никто особо не прислушивался. Пусть себе бормочут - какая разница, теперь-то мы здесь.
А уж здесь никогда заранее не известно, кто кого.
Почти занесенный колким песком извилистый след - змейка, кажется, еще совсем молодая самочка, пока что не научившаяся летать; эти особенно опасны, лучше и вовсе не связываться. Глубокие отпечатки трехпалых крошечных лапок - крыцапля, видимо, в возрасте: напасть можно. Едва заметный след мягкой подушечки с единственным широким когтем, больше похожим на лопатку - обычный крюконог, роющий тоннели; значит, есть риск невовремя провалиться в его нору.
Несколько группок небольших круглых ямок - шупало; ветер посыпает песком мелкие черные капельки: зверь ранен. Самое то.
Вега закинула лазер на плечо и побежала по следу. Где-то за спиной раздался первый призывающий вой - черт, сигнальщик! Да еще и, похоже, взрослый, уже не раз поднимавшийся за пределы облачного слоя - вон, голос совсем не искаженный гелием...
Добытчица прибавила шагу, внимательно глядя себе под ноги: мутная пелена размывала рельеф почвы, а нужно было следить - как бы не провалиться; след становился все четче, а сигнальщик за спиной заливался, надрываясь, выдавал сложные мелодии - заслушаешься!
Воздуха в баллоне ровно на пятнадцать минут.
Если успеют отрезать путь к Куполу - конец.
Из-за обманчиво близкого горизонта показалась неповоротливая округлая туша, оплетенная щупальцами. В нежно-розовом боку зияла глубокая рана, истекающая блестящей черной жижей.
Увидев Вегу, шупало повернулся и угрожающе вздыбил шипы.
Сигнальщик вдруг замолчал, и сквозь вой ветра стал слышен мягкий вкрадчивый шелест.
Змейка!
Вега прыгнула, разворачиваясь спиной к Куполу и боком к обоим нападающим; и в тот же миг шупало выстрелил шипом в то место, где только что стояла застигнутая врасплох добытчица - шип воткнулся в песок, окрасив его в грязно-серый цвет.
Только не показывать испуг, только не показывать! Черт! И ведь прикончат ни за что - сожрать и то не смогут! Впустую все! Если начать пятиться, нападет змейка. Если не двигаться - шупало. Рвануться вперед? Тогда придется убивать обоих, иначе в город не проберешься.
А, какая теперь разница? Кому я теперь нужна? Еще один прыжок - вперед. Змейка следит невидящими серебристыми глазами - светлая чешуя, темные узоры. Красавица...
Шип вонзается в песок совсем рядом с тяжелым скафандром. Испуганно отшатнуться, не думать, не думать, не думать - если что и спасет, так это рефлексы, инстинкты, не думать...
А за спиной вдруг хищно щелкает клюв сигнальщика - пригнуться, перекатиться, еще прыжок. Змейку можно попытаться быстро обойти сзади - только шансов почти нет, у этих тварей молниеносная реакция. Если только...
Сдернуть с плеча дедов лазер и спустить курок. Как летит тоненький лучик - не видно, мешает вечная туманная дымка; но миниатюрный песчаный смерчик совсем рядом с головным щупальцем шупала означает - мимо, бесполезно...
Змейка зашипела и дернулась всем телом, пытаясь взлететь - нет, пока не получается, хвала тому, кто-возможно-есть/был-на-небесах... испуганный шупало выстрелил шипами во все стороны, оцарапывая шкуру сигнальщика, но тот, вместо того, чтобы броситься на обидчика, потянул когтистые лапки к Веге.
Добытчица отпрыгнула еще дальше от Купола.
Выживу! Все равно выживу! Я не хочу умирать! Не сейчас! И тут это все-таки случилось.
Нога по колено ушла в песок.
Снизу недовольно заворчали - тяжелый сапог застрял прямо в потолке норки крюконога.
Змейка приподнялась и медленно поползла к попавшей в природный капкан добыче.
Сигнальщик взлетел выше, дожидаясь своей очереди.
Сапог ощутимо сдавило - это крюконог попытался отомстить за испорченное жилище, но, по счастью, его зубы не смогли прокусить толстый слой изолятора. А вот змейка вполне на это способна...
Вега рванулась назад - нога чуть поддалась и снова застряла.
Если разорвут скафандр...
Я не хочу умирать!! Становилось душно - значит, воздуха хватит еще минуты на две.
Впрочем, какая разница, если змейка сейчас пробьет изолятор?
Вега отчаянно дернула ногой - без особого результата, только снизу, из-под красного песка, раздалось нарастающее ворчание да крючковатые когти с бессильной яростью заскреблись о слишком толстую для них подошву сапога.
Змейка ползла плавно и грациозно, поигрывая серебряной чешуей и вкрадчиво шелестя - от этого ее неотвратимое приближение казалось насколько омерзительным и несправедливым, что добытчице пришлось зажмуриться и больно укусить себя за губу, чтобы не расплакаться на месте - глупо и по-детски бесполезно.
Нет! Не хочу так!!! Тоненький лучик лазера срикошетил от серебряной чешуи и опалил морду жалобно взвывшего сигнальщика. Вега палила не глядя - от отчаянного желания житьне было никаких сил соображать, целиться и строить заумные стратегии. Но именно этот жалобный вой изуродованного зверя вдруг заставил ее прийти в себя.
Змейка наконец подползла к скафандру и заинтересованно ткнулась острой мордочкой ткнулась в жесткий пояс, когда добытчица выстрелила в песок совсем рядом со своей ногой.
Сапог провалился и - стоило Веге сообразить, что сейчас она окажется под землей, предварительно покалечившись - неожиданно оперся на что-то мягкое и явно живое. Крюконог - а опорой, несомненно, была его голова - тут же зарычал, и добытчица вложила все силы в прыжок.
Челюсти змейки схватили пустоту.
Вега перелетела через серебристое тельце, удачно приземлившись на забытого в ходе стычки шупала. Уже готовясь удирать, она поняла, что зверь под ней не зашевелился.
Ветер заносил песком натекшую из туши черную лужицу.
Вега спрыгнула с трупа, дав ему основательного пинка в бок, отчего тот покатился к Куполу, и тут-то ее и сбил с ног чувствительный тычок в спину. Добытчица перевернулась и застыла.
Над ней зависла наконец поднявшаяся в воздух змейка.
Серебристая голова опускалась плавно - как в "замедленной съемке", говорили старики.
Вега не знала, что такое замедленная съемка. Но теперь, по крайней мере, могла с уверенностью сказать - если там все так же страшно и затянуто, то ее придумали садисты.
У змейки четыреста тридцать два зуба. Каждый похож на крошечную белую иголочку - и каждая такая иголочка способна выстреливать в среднем на десять сантиметров и пробивать даже боевой доспех - чего уж там говорить про разведывательный скафандр?
Вега закричала и выстрелила в разинутую пасть.
Труднее всего было даже не допинать туши до входной арки, хоть одна нога и побаливала, - а набрать на большом циферблате семисимвольный код доступа. Руки тряслись - то ли от пережитого ужаса, то ли от неожиданной жалости к себе.
Я могу? Правда могу? Мне правда никто не нужен?