Надоело.
Ругаться матом.
Спорить до хрипоты,
До слез и крика.
Надоело
Ждать и плакать.
Уходить с полубезумной улыбкой.
Надоело ждать.
Тебя.
У дома.
Ну или у моря погоды.
Это сложно - выжить в твоей неволе,
Это страшно - быть.
С тобой - тем более.
Надоела боль,
Надоели падения.
Секс, измены, слова, цветы...
Мне надоели твои извинения.
Мне надоел -
Ты.
(с)
"Мы" складываемся из мелочей, знаешь. Мы - это три пары тапочек в коридоре вместо двух: для гостей, мои и твои. Это две кружки на столе на кухне.
Мы - это две пачки сигарет на прикроватном столике.
Мне надоели "мы".
Зайка, "я" - это не местоимение. Место имения - это, извини, койка. Или стол. Иногда душевая кабинка, туалет клуба, ближайшая горизонтально-вертикальная поверхность, в конце концов. А "я" - это, черт возьми, личность.
Я - это брызги из-под каблуков весной, когда бежишь по лужам, это маленькие черные платья и аромат дорогих духов, смешанный с запахом табака. Иногда тоже дорогого - иногда не очень. Это неважно, на самом деле. Я - это смех и слезы по настроению, это медляки в клубах и менестрельские под гитару. Я - это я. А ты - это ты. И мы с тобой, как параллельные прямые: пересекаемся только в пространстве по Лобачевскому. А на плоскости не пересекаемся. Это Евклид доказал, был такой умный мужик. Понимаешь?
Есть я. Допустим, что прямая. И есть точка. На плоскости.
В этой точке нет меня. Но в ней может быть только одна допустим_прямая параллельная мне. И смешно, но эта прямая - ты.
Как-то путано я объясняю.
Мы можем быть вместе по жизни. Сколько угодно, на самом деле, мне не жалко. Но в своей плоскости я с тобой не пересекусь. Не хочу пересекаться. Потому что это моя плоскость, моя песочница, моя игрушка. И пусть я буду для тебя ребенком, но вот как-то так оно и есть.
"Мы" - действительно множество мелочей, из которых складывается образ. Образ - не жизнь. По этому образу мы вместе и мы счастливы. "Мы" есть, в общем. Зрители рукоплещут, режиссеры утирают слезы радости. Вот такая постановочная жизнь.
А тех мелочей, которые складывают тебя и меня по отдельности - они предпочитают не замечать. Их замечают критики. И мы с тобой. То есть, не так: их замечаем я и ты.
Нас двое. Двое, черт возьми. Быть одним целым - это только звучит красиво. Как и "слиться воедино", "жить одной жизнью на двоих". Мне кричать хочется, зайка, когда я это слышу...
Вы сами-то пробовали, мать вашу? Пробовали разломать свою жизнь на две половины и одну из них выбросить, потому что она не стыкуется с такой же куцей и убогой половинкой жизни того, кто твой типа_любимый. Это новая мода - разрушать жизнь тех, кого любишь?
Это мода - жить вполсилы? Когда не вдох, а половина вдоха? Не счастье, а его огрызок?
Это - ваша жизнь на двоих. Это - ваше уебищное "мы".
А я, пожалуй, останусь при своем "я". Мне и так неплохо.
Будет две зубных щетки, зайка, будут тапочки и сигареты. Почему бы и нет?
Это всего лишь пространство, в конце концов. Не плоскость.
А в моей плоскости будут карандаши для глаз и уголь для рисования. Плотная бумага, которая для акварели, но на которую так красиво ложится графика. Там нет тебя. Там я. Вся. Целиком.
Там одна затяжка - это не "после секса", а полмгновения чистого удовольствия.
В моей плоскости девушки, которые для тебя слишком девушки и слишком мои. В моей плоскости мужчины, которые слишком мужчины, чтобы ты мог видеть их между нами. В моей плоскости тени Givenchy, белье CK и мужские рубашки вместо халатов - и не потому, что секси. Просто это мое, зайка. До конца мое - как вьющиеся после душа волосы. Хотя, ты этого не знаешь. Потому что я всегда их вытягиваю. Всегда.
Мне идут прямые, правда?
"Мы" - это два отца и две матери на двоих. Но у меня уже есть свои родители, зайка, и мне ни другие не нужны, ни своими я делиться не желаю. "Мы" - это слишком много для меня.
Так что пусть будут "я" и "ты".
И на плоскости и в пространстве. В идеале.
Ведь одна пачка сигарет на прикроватной тумбочке - это тоже неплохо.