Ну не люблю я наши средства массовой профанации, не доверяю. Даже телевизор - и тот по исключительным случаям только смотрю. Вроде мультфильмов. Но происходит это не чаще, чем луна падает на землю: 4 раза в неделю. То есть это мультфильм так называется - Сейлормун.
Зато сам я то по радио что-нибудь умное скажу, то в газете появлюсь в виде фотографии. А то ещё телевидение Турции мою физиономию как-то демонстрировало - с комментариями на иностранном языке. Вот такой вот я звездец. Причём полный.
Так что когда в октябре Сергей Петров меня на ток-шоу пригласил, я даже не удивился.
- Куда ехать-то надо? - спросил только. - Чай, не в Турции живём: Чувашская Республика, как-никак.
- Это, - говорит, - просто. Выходишь на Николаева и прёшь до телевышки. А условие такое: цветные одежды и широкие улыбки.
- Будь спок, - отвечаю, - я и сам перед телекамерой стэдапиться умею.
Хотя про себя засомневался, конечно, насчет ток-шоу. Зато как в назначенный день голову помыл - так и вдарила мне фикса на телевидение ехать. А то что же это, думаю, - у меня, может, голова чистая, а этого и не увидит никто. Специально самую цветную одежду надел и поехал.
Место нужное нашёл я, можно сказать, сразу. Если кафе какое-то и Дом Радио не считать. Как на телевышку начал взбираться, так мне техники помогли.
- Иди, - говорят, - следопыт ты наш, к ... вон тем дверям.
Смотрю - а там уж все наши стоят. Успел, значит.
- А долго, - спрашиваю, - съёмка-то длится? А то у меня на сегодня дело государственной важности имеется.
А сам думаю: если к 4 часам не отпустят - пропущу свои мультфильмы.
- Если повезёт, - отвечают, - как раз к 4 часам уложимся. Хотя людям особой занятости можно и в перерыве уйти.
Вскоре внутрь запускать стали. Организованно - по списку. А кого в списке не оказалось, те и так прошли.
В раздевалке Сергей Петров на меня внимательно так посмотрел.
- Что ж это ты, - говорит, - не мог что-нибудь поцветастее надеть?
- А что, - спрашиваю, - нормальный джемпер. Коричневый - это тебе не какой-нибудь там серый.
На это он мне ничего не сказал, потому что все на съёмочную площадку пошли. Сел я с краю и вижу - по бокам камеры стоят, а в центре парень с девушкой. В джинсах - ведущие, значит. Как представились - начали нас в премудрости поведения перед камерой посвящать.
Только я до конца всё не понял, потому что вдруг голос громкий раздался. Из ниоткуда. Заставил всех в ладоши хлопать, друг на друга глядя. Оказалось - режиссер. Ему так и положено говорить - из ниоткуда. Чтоб ему понравиться, я специально хлопать старался. И улыбаться широко.
Так что передача скоро началась. Не больше, чем через час. Ведущий наш с мыслями собрался и говорит в камеру:
- Итак, снова в прямом эфире ток-шоу "По-нашему"!
Замечательно так произнес, с чувством. Даже режиссеру понравилось.
- Ты, - говорит, - молодец. Вот только текстуарий из рук убери. И шепчи, - говорит, - громче.
Заставил, в общем, ещё раз то же самое сказать.
Раза где-то после четвертого и до аудитории дело дошло. Вопрос нам задали: чем, мол, студент от простых смертных отличается.
Тут-то я и решил себя проявить: руку выше всех поднял, и всё улыбаюсь. Пока микрофон передадут - и то еле дождался.
- Студент, - начинаю, - это совсем особая птица. Он не пашет, не сеет, не строит, как лесник там какой-нибудь. Или, к примеру, пчеловод.
- Стоп, - режиссёр говорит, - отставить. А теперь то же самое, но только когда на камере красная лампочка загорится. А то тебя и в кадр-то ещё не засекли.
Расстроился я, конечно, и говорю:
- Ну, студент, значит - он тоже человек. Гордо звучит, то есть - как классик сказал. Не помню как зовут.
От такого огорчения я аж до самого перерыва слова не брал. Но на него не сразу пустили: с ведущих наших джинсу снимать начали. Кто не знает - это сюжет такой рекламный. Про джинсы. Больше всех парню досталось: раз шесть какому-то магазину в любви признавался.
На перерыве спросил я у специалиста одного - скоро ль нас по телевизору показывать будут.
- Да скоро, - отвечает, - ближе к новому году. Прямой эфир, как никак.
По такому праздничному случаю решил я остаться. К тому же и до мультфильмов целых два часа было.
После перерыва нам сюжет показали. Про студентов. Для этого ради режиссёр даже мотнаж-бондаж какой-то хитроумный устроить грозился.
Получилось это у него или нет - науке пока не известно. Только после сюжета ведущая сразу на меня внимание обратила.
- Дадим, - говорит, - микрофон тому парню в серой водолазке. А то уж больно он улыбается широко.
- Да какая же это водолазка, - ведущий ей отвечает, - Это скорее куртка. Бордовая, при чем.
Тут даже режиссёр вмешался.
- Оставьте, - говорит, - это явление природы в покое. А то у него и лицо-то под цвет свитера стало - такое же зелёное.
От такого к моему костюму пренебрежения растерялся я, конечно, немного. Про цвета жизни что-то сказал. А больше мне микрофон не давали, как я ни улыбался.
Передача ровно в 4 часа закончилась. Сначала хотели, чтоб мы ещё для титров сплясали. Под рэп - "Остров невезения" называется. Но потом сжалились всё-таки. Отпустили. Минут двадцать только ещё перед выходом подержали - для порядку.
Как я тогда на свои мультфильмы успел - сам удивляюсь. Со скоростью света бежал, должно быть. Но телевизор включил как раз вовремя. Смотрю я на Сейлормун, а самого сомнения обуревают. Насчет, значит, ток-шоу. И решил никому про него не говорить.
- И чёрт с ним, - думаю, -с джемпером. Зато хоть голова чистая была.
Всё бы хорошо, вот только как-то через месяц пошёл я в Интернет. А на встречу мне оператор известная - Красавина Надежда Вячеславовна. Меня с полдороги приветствует:
- Ну здравствуй, - говорит, - телевизионщик ты наш. Звезда. Когда следующее ток-шоу будет?
Я ей ничего не ответил. За компьютер сел, а самого аж пот холодный прошиб. Один час кое-как посидел, а потом делать нечего - на пару поехал. В аудиторию зашёл, сижу тихо, никого не трогаю. Только думал - пронесло, а тут Лёша Яровицкий ко мне тихонько так присаживается.
- Ну, рассказывай, - говорит, - как ты до такой жизни дошёл. В телевизоре мы тебя видели.
У меня чуть сердце не остановилось.
- А в каком же это контексте? - чуть дыша спрашиваю.
- Так ведь это ты вчера в лотерею три тысячи выиграл. Не так, что ли?
Тут-то я и вспомнил: на награждении-то тоже телекамеры присутствовали.
- Это ещё что, - говорю, - Вы бы ток-шоу с моим участием посмотрели. Я там всем нос утер свею образованностью.
Но только передачу эту из наших никто не видел. И стал я поэтому у нас очень знаменитым человеком. А Лёша Яровицкий меня даже по имени-отчеству называть стал.
- Ну и везёт же, - говорит, - таким людям, как наш Евгений Владимирович.