Всей Дворово-скамеешной Партии Совкового Союза и персонально её японскому активисту Сукасиме посвящается
Действующие лица:
Белая ворона (БВ) - белая, молодая, не местная.
Старая ворона (СВ) - чёрная, пожилая, коренная жительница, пенсионерка
Председатель (П) - тоже чёрный, скоро на пенсию, в здешних краях давно, председатель ВорСовета (Вороньего Совета).
Действие первое
Еловый лес, погожий день, ласково греет солнышко.
СВ: Эй, красуля, чой-то ты всё по етой ёлке скачешь? Никак гнездо вить собралась?
БВ: Собралась, бабушка, собралась.
СВ: А чой-то я тебе здесь раньше не видала...
БВ: А я не здешняя.
СВ: И из каких-таких африк ты к нам пожаловала?
БВ: Да не из Африки я , бабушка, а из соседнего леса.
СВ: А кто ж ты такая будешь-то?
БВ: Ворона.
СВ: А чо белая?
БВ: Родилась такой. Папка с мамкой - как все, чёрные, братья-сёстры - чёрные. одна я вот такая белая.
СВ: Не дело ето. Вороне положено чёрной быть...
Действие второе
Тот же лес, несколькими днями позже, слегка припекает.БВ, пролетая мимо, замечает на ветке СВ.
БВ: Здравствуйте, бабушка.
СВ: Здравствуй, здравствуй. Слухай, дева, я всё ж-ки никак в толк не возьму, как это ворона может быть белой. не бывает так. У нас тут пару лет назад ошивалси один залётный, так тот хоть попугаем себе называл. Весь из себе не то што белый - разноцветный, аж смотреть тошно. Сказывал, што от людей улетел - в клетке яво, вишь, держали, так он воли захотел...Ну полетал тут немного...
БВ: А потом?
СВ: А што потом?! Подох потом. Замёрз под зиму. И поделом, неча тут таким пёстрым летать, от их в глазах рябит.
БВ: Жалко его, живая душа ведь...
СВ: Нас никому не жалко, а ничего - живём... А ты чо сюда прилетела? Чо в том лесу не жилось? там лес-то поболе! Ай прогнали за что?
БВ: Да нет, бабушка, не прогнали. Там люди повадились ездить, пьянки-гулянки устраивать: шум-гам, костры, банки-склянки, иной раз забавы ради по нам из ружей палить начинают... Совсем родной лес испакостили. Вот я и решила перебраться сюда.
СВ: Ну-ну...
Действие третье
Тот же лес, прошло ещё несколько дней, припекает.
БВ: Здравствуйте, бабушка.
СВ: Здравствуй, здравствуй. Слухай, девка, ты сказывала родной лес твой испакостили... А чо ж тогда другие вороны оттеда к нам не летят?...
БВ: Кто знает? Может им не надоело так, как мне?!
СВ: Всем, вишь, не надоело, а ей надоело... Чем же ты такая особенная-то, што всем не надоело, а тебе надоело? Глаза там всем, небось, намозолила, белая такая, вот тебе и попёрли...
БВ: Да нет же, бабушка, самой тошно стало, во что родной лес превратили.
СВ: Штой-то не очень верится... Подозрительно всё ето...
Действие четвёртое
Всё тот же лес и ещё несколько дней, жарко
СВ: Ты чё там делаешь?
БВ: Да вот хочу эти ветки в гнездо унести.
СВ: А ну положь, где взяла!
БВ: А что такое?
СВ: Положь, коли сказала!
БВ: Да объясните же, в чём дело.
СВ: Ишь ты, какая выискалась, я ей ишшо объяснять должна...
БВ: Хорошо, я положу. Только объясните, пожалуйста, почему их нельзя брать. Их вон целая куча под деревом валяется.
СВ: Не валяется, а лежит. И не куча, а складень. Ентот складень Черныш собрал в позапрошлом годе на ремонт гнезда.
БВ: Так это когда было-то. Может она ему уже и не нужна...
СВ: Нужна, нужна! Он ешшо ремонт не делал...
БВ: А может он его передумал делать?
СВ: Ничего он не передумал. Он бы давно ентот ремонт сделал, да запил беспробудно. По трезвянке-то он добрый да работящий...
БВ: Так что же, он с тех пор так и пьёт, не просыхая?
СВ: Не твоё ет дело. Сказано - не хапай, стал быть не хапай!...
Действие пятое
Опять тот же лес, на следующий день после 4 действия, очень жарко
СВ: Здравствуй, Воронович!
П: Здравствуй, Чернявая. Как здоровьице?
СВ: Да так себе... Хворь одолела. Головушка болит частенько.
П: Давление, поди, сказывается. Погода-то вон какая. У меня самого левое крыло иной раз так ломит...
СВ: Да не давления ето. Вертится тут одна... Оченно подозрительная. Сказывает, што ворона, а сама белая. Во как! Где ж такое видано, штоб ворона да белой была.
П: Да, Чернявая, непорядок это.
СВ: Вот я и говорю, неча ей тут делать!
П: Слушай, а может её того ... перекрасить.
СВ: Да што её перекрашивать. Ну перекрасишь и што... Цветом будет как все, а всё одно она какая-то не наша... Вызови на Вороний Совет и пропесочьте как следовает, штоб нормальным воронам глаза не мозолила.
П: А за что песочить-то?
СВ: Ты преседатиль, ты и придумай за што... Только надоела она мне. Иль ты што, хошь, чтоб я, вся такая заслуженная-перезаслуженная, из-за ней совсем расхворалась? Так ты о ветеранах заботиссьси?! На выборах што говорил? Да я за ветеранов горой... Вот те и гора - куча навоза.
П: Да нет, Чернявая, бог с тобой. Ты погоди ругаться да выводы делать. Я пока ещё ничего не решал, а только кумекаю. Для меня спокойствие наших ветеранов дороже всего. А то что же получится, если ветеранов побоку?! Так нельзя!!! Но мне же надо придать делу законный вид...
СВ: Вот и придавай. И не один, Совет твой на што?! Вместе и думайти!
П: Да что-нибудь придумаем, раз такое дело
СВ: Такое, такое! Пока вы там думать будете, я из-за ей сдохну.
П: Да нет, чернявая, мы быстренько...
СВ: Знаю я твоё быстренько. Только имей в виду, што рядом нам не жить. Или она, или я. Выбирай!
П: Ну, раз такое дело, то выбирать тут нечего. Только не знаю вот ... Ну вызовем, ну пропесочим, а какое решение вынести по её персональному делу - ума не приложу.
СВ: Было б чево прикладывать. Да заклюйте вы её на совете к такой-то матери и вся недолга. А то думать ешшо собрался!
П: Да ты что, чернявая! Как так заклевать? За это же под суд угодить можно!
СВ: Какой суд, Воронович! Опомнись - ты ж власть! Хто ж власть-то судить будет! А ежли кто попробует - всем миром заклюём!
П: Правильно, чернявая! Совет - власть народная, если кто против народа пойдёт - тот враг тому народу. Будь по твоему, заклюём эту смутьянку.