Акиёси Осаму
0 ⇋ ∞ - "белая запись": Эпизод 4 - Девяносто восемь и семь десятых процента

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В тёмном вагоне метро Рэн находит аномалию в логах доступа: кто‑то открыл засекреченные материалы об аварии в Арктике 2134 года. А в старых кадрах - девочка, чьё лицо на 98,7 % совпадает с лицом Мирей. Пока город рушится, Рэн пытается понять: это совпадение, манипуляция или ключ к разгадке кризиса?


 Глава 4. Девяносто восемь и семь десятых процента
 
 Поезд въехал в подземный участок, и за окнами стало совсем темно.
 
 Освещение в вагоне было приглушено. Лица пассажиров освещались лишь тусклым светом личных терминалов.
 
 Рэн глубже откинулся на сиденье и открыл свой терминал.
 
 - Минато.
 
 - Да.
 
 - Покажи логи доступа сразу после введения ограничений на соединения.
 
 - Какой диапазон?
 
 - Кризисная база данных Бюро дипломатического анализа. Период с 23:40 до 00:10.
 
 - В выборке будут записи, выходящие за пределы ваших обычных полномочий.
 
 - Я понимаю.
 
 Минато ненадолго замолчал.
 
 - Подтверждены ваши текущие полномочия для экстренного анализа. Отображаю данные в ограниченном режиме.
 
 На экране терминала появились тонкие строки текста.
 
 Первые минуты после начала ограничений международной связи. За считаные мгновения были зафиксированы несколько аномальных обращений: записи о сохранности логистической сети, экстренные протоколы медицинского ИИ, старые журналы аутентификации военных спутников наблюдения.
 
 И среди них - единственная строка, которая приковала взгляд Рэна.
 
 [2134_ARC-07]
 
 Авария в Арктической совместной наблюдательной сети / материалы, связанные с Седьмой наблюдательной станцией
 
 Факт просмотра: подтверждён
 Пользователь: не установлен
 Путь аутентификации: фрагментирован
 
 Рэн нахмурился.
 
 - Этот архив никто не должен был запрашивать.
 
 Он не собирался произносить это вслух, но слова тихо прозвучали в полутёмном вагоне.
 
 2134 год. Авария в Арктической наблюдательной программе.
 
 Фрагменты видеоматериалов под грифом "секретно". Журналы наблюдений, составленные в момент аварии. Записки исследователей и сотрудников на месте.
 
 И - записи решений, исключённые из официального отчёта.
 
 Даже внутренние документы Бюро дипломатического анализа не предполагали регулярного обращения к этим данным. К ним полагалось обращаться только при проверке кризисной истории или в рамках узкоспециализированного аудита.
 
 - Кто был пользователем?
 
 - Установить невозможно.
 
 - Какие терминалы?
 
 - Несколько. Но ни один из сеансов не зафиксирован как полноценное действие.
 
 - Что это значит?
 
 Минато расширил представление пути доступа.
 
 На экране появились десятки мелких записей об операциях: открытие экрана, закрытие экрана, ввод одного символа в строку поиска, переключение на другой экран, едва заметное касание края терминала.
 
 Каждое действие само по себе не имело смысла: ни поиска, ни просмотра, ни попытки взлома.
 
 - Паттерн близок к неосознанным действиям, - сказал Минато. - Похоже, на нескольких терминалах подряд происходили случайные касания. Однако вероятность того, что исключительно случайные действия приведут к доступу именно к этому хранилищу, крайне мала.
 
 - Значит, кто-то направлял их туда?
 
 - Такая возможность существует.
 
 - ИИ?
 
 - Это мог быть как человек, так и ИИ.
 
 Рэн смотрел на экран.
 
 Метро покачивалось. Где-то тихо скрипнули поручни. Ребёнок начал плакать и тут же был прижат к груди родителя.
 
 В ночь, когда мир начал рушиться, кто-то открывал записи об аварии в Арктике, произошедшей почти два с половиной века назад.
 
 - Можешь воспроизвести последнее открытое окно?
 
 - Какое именно?
 
 - То, которое открывали последним.
 
 Минато несколько секунд обрабатывал запрос.
 
 - Полное воспроизведение невозможно. Часть записей повреждена.
 
 - Покажи то, что сохранилось.
 
 Изображение на экране сменилось.
 
 Это было старое видео с низким разрешением. Похоже, его снимали в метель.
 
 Белая снежная равнина.
 
 Накренившаяся наблюдательная башня.
 
 Вдали - здание, наполовину занесённое снегом.
 
 В углу экрана появилось маленькое фото человека - портрет объекта наблюдения. Девочка лет четырнадцати. Глубоко надвинутая шапка, длинные волосы, падающие на щёки. Из‑за освещения цвет волос казался то серым, то белым.
 
 Девочка склонила голову, словно стараясь спрятать лицо. Но очертания глаз всё же можно было разглядеть.
 
 У Рэна перехватило дыхание.
 
 - ...Мирей.
 
 Минато ответил не сразу.
 
 - Это человек, которого вы знаете?
 - Знаю.
 
 Рэн увеличил изображение. Картинка была зернистой, контуры расплывались, детали растворялись в шуме снежных частиц. Но кое‑что оставалось узнаваемым.
 
 Форма, в которой была надета шапка. То, как падали пряди волос. Лёгкий угол у внешних уголков глаз. И привычная поза - чуть ссутулиться, будто стараясь не привлекать к себе внимания, потому что ей неприятно, когда на неё смотрят.
 
 - Она просто похожа, да?
 - Выглядит идентично, - спокойно ответил Минато.
 
 На экран наложился старый отчёт системы распознавания лиц.
 
 Объект сравнения: Эштон Мирей
 Эталонное изображение: запись из реестра защищаемых лиц на момент регистрации
 Степень схожести по распознаванию лиц: 98,7 %
 Вывод: решение отложено
 Причина: значительный временной разрыв и несоответствие биометрических данных
 
 Рэн не отрываясь смотрел на цифры.
 
 Девяносто восемь и семь десятых процента.
 Слишком много, чтобы списать на случайность.
 Но слишком много времени прошло, чтобы утверждать, что это один и тот же человек.
 
 2134 год - почти двести пятьдесят лет назад.
 
 - Где сейчас Мирей?
 - Из‑за текущих ограничений связи невозможно запросить данные о местоположении защищаемого лица.
 - Последняя запись?
 - 23:46. Образовательное и наблюдательное учреждение под надзором правительства.
 - За две минуты до открытия арктических записей?
 - Да.
 
 Рэн закрыл глаза и вспомнил Мирей.
 Она всегда носила с собой скетчбук. Если к ней обращались, она не отвечала сразу.
 А когда отвечала, смотрела не в лицо собеседнику, а чуть в сторону.
 Глубоко надвигала шапку или опускала вперёд серые волосы, скрывая половину лица.
 Ей было невыносимо, когда на неё смотрели.
 
 На видеосвязи она всегда отключала камеру.
 
 "Лицо само по себе обретает смысл, который ему придают".
 Однажды она сказала это.
 "Когда говорят, что ты на кого‑то похожа или отличаешься - кажется, что ты становишься тоньше, теряешь себя".
 
 Тогда Рэн не нашёл, что ответить. Он просто смотрел на её скетчбук.
 На бумаге были нарисованы многочисленные линии, похожие на карту.
 Это не была карта города и не схема морских течений. Маленькие точки, от которых тянулись линии. Они обрывались и снова начинались в другом месте.
 
 - Могла ли Мирей открыть эти записи? - спросил Рэн.
 - Паттерн действий не совпадает.
 - Значит, кто‑то использовал её данные?
 - Такая вероятность существует.
 - Зачем?
 - На данный момент сделать вывод невозможно.
 
 Поезд начал замедляться. На табло в вагоне появилось название следующей станции:
 
 "Перед Департаментом внешнеполитического анализа".
 
 Рэн потянулся закрыть терминал, но замер. Ему казалось, что девочка на экране всё ещё смотрит на него.
 Из записи двухсотпятидесятилетней давности.
 Так же, как и нынешняя Мирей, пряча лицо.
 Кто она была?
 Почему она так держала голову?
 И почему именно сейчас, в этот момент, открыли эти данные?
 
 - Рэн.
 
 Голос Минато прозвучал мягко, но твёрдо.
 
 - Сейчас нужно сосредоточиться на другом.
 Рэн медленно выдохнул.
 - Понимаю.
 - Сначала нужно остановить этот кризис.
 - Понимаю.
 
 Но даже после того, как он закрыл терминал, в голове продолжали звучать одни и те же цифры.
 
 Девяносто восемь и семь десятых процента.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"