Акимов Никита
Кривое зеркало

- Эй вы, волосатые и мохноногие! - закричал Готмаг, вызывая хоббитов на расправу. - Колбасы нет!  - Нет, есть, - возразил невидимый Фродо Беггинс, заслоняя своим телом окорок.  - Это только кажется, - забормотал садовник Сэм.  - Нету, нету, - продолжал упорный орк, - и никогда не было. Это уличная магия.  - Я считаю этот разговор неуместным, - сердито заявил Сэм.  - А холодец тырить - это уместно? - закричал облезлый Горлум. - Боромир! Они просто хотят сожрать холодец.  Услышав это, гондорец поднял голову и вопросительно посмотрел на хоббитов. Хоббиты зачавкали и, обливаясь липкими слюнями, принялись глотать ветчину синхронно. Но окорок вонял.  - Как же все-таки быть с колбасой? - настаивал хитрый орк. Исходный текст

Гендальф слез со своего орла и встал, прислонившись спиной к скале. Элронд подошел к нему и взял под руку. За гранью мира непроглядный мрак, казалось, поджидал их, как Глаурунг жертву. А радом стояли два низкорослых гнома, скрытые в темноте. Только отсвечивающие ярким белым светом боевые секиры опирались на плечи - холодные, обоюдоострые, смертоносные.  Смертоносные! такие же, как и все это загадочное средиземье - маленькое, но непознаваемое.  Элронд услышал тихий голос Гендальфа:  - Теперь запоминай. Начнем с трех главных колец стихий, - трех колец, которые намертво вплавлены в события эпохи. - В темноте он начал загибать пальцы. - Первое. Огонь не может послужить злу или своей мощью способствовать, чтобы невинным был причинен вред.  - Правильно.  - Второе, - продолжал Гендальф. - Вода всегда повинуется чистому сердцу, если оно не осквернено злом.  - Верно.  - И третье. Воздух должен заботиться о душевной чистоте, поскольку она не подвержена разложению и тлену.  - Верно. Ну и что?  - Так это же наша стратегия. Когда эти кольца вступят в битву все вместе, исход решит мощность вложенных стихий и заклинаний. Исходный текст

Ответы. Для тех, кто не узнал :)

И. Ильф и Е. Петров "Золотой теленок"  - Эй вы, херувимы и серафимы! - сказал Остап, вызывая врагов на диспут. - Бога нет!  - Нет, есть, - возразил ксендз Алоизий Морошек, заслоняя своим телом Козлевича.  - Это просто хулиганство, - забормотал ксендз Кушаковский.  - Нету, нету, - продолжал великий комбинатор, - и никогда не было. Это медицинский факт.  - Я считаю этот разговор неуместным, - сердито заявил Кушаковский.  - А машину забирать - это уместно? - закричал нетактичный Балаганов. - Адам! Они просто хотят забрать "Антилопу".  Услышав это, шофер поднял голову и вопросительно посмотрел на ксендзов. Ксендзы заметались и, свистя шелковыми сутанами, попробовали увести Козлевича назад. Но он уперся.  - Как же все-таки будет с богом? - настаивал великий комбинатор. Назад

А. Азимов "Хоровод"  Он слез со своего робота и сел, прислонившись спиной к скале. Донован, подсел к нему и взял под руку. За гранью тени слепящее солнце, казалось, поджидало их как кошка мышь. А рядом стояли два гигантских робота, невидимые в темноте. Только светившиеся тусклым красным светом фотоэлектрические глаза смотрели на них - немигающие, неподвижные, равнодушные.  Равнодушные! Такие же, как и весь этот гибельный Меркурий - маленький, но коварный.  Донован услышал напряженный голое Пауэлла:  - Теперь слушай. Начнем с трех основных законов роботехники, - трех правил, которые прочно закреплены в позитронном мозгу. - В темноте он начал загибать пальцы. - Первое. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.  - Правильно.  - Второе, - продолжал Пауэлл. - Робот должен повиноваться командам человека, если эти команды не противоречат Первому Закону.  - Верно.  - И третье. Робот должен заботиться о своей безопасности, поскольку это не противоречит Первому и Второму Законам.  - Верно. Ну и что?  - Так это же все объясняет. Когда эти законы вступают в противоречие между собой, дело решает разность позитронных потенциалов в мозгу. Назад