Вечер. Конец рабочего дня. Рабочие давно покинули пыльные цеха шумных заводов. Разошлись кто куда: кто домой, кто посидеть в беседке с товарищами, а кто направился за выпивкой. Но одно существо, уже пьяное в доску, одиноко брело в сторону кладбища. Пока ещё оно держалось на ногах. Пока ещё...
Добравшись до входа в кладбище, пьяный мужик, пожилого возраста, отворил ворота и вошёл вовнутрь. Замок с ключами остался висеть на кольце половинки ворот. Шатаясь из стороны в сторону, он куда-то передвигался. Время от времени из его нутра были слышны глубокие стоны и хрипение его прокуренных лёгких.
Однако, добрался он лишь до середины пути, остановился, вынул бутылку и, распечатав, в одиночку опустошил содержимое наполовину.
- О-о! - радостно произнёс он, но дальше уже никуда-никуда не пошёл, а присел на скамейку, обнял столик руками и уснул.
Как-то находясь в глубоком сне, он не заметил, как плюхнулся на землю и ударился об заграждение на соседнем участке. Ушибленные места сразу заболели. Приходя в себя, он заметил, что стало темно, и сон как-то быстро улетучился. Он поднялся на ноги и неровной походкой заковылял прочь из кладбища.
Оставив открытым вход на кладбище, мужик вновь пошёл бродить по городу. Проще говоря - отправился туда, куда глаза глядят.
Когда часы на башне пробили полночь, а люди ещё крепко спали в своих мягких постелях, и видели "девятый" сон, на кладбище, на одной из могил, медленно сползала в сторону тяжёлая и массивная плита...
Вот плита, наконец, отъехала в сторону, и наружу вылез первый покойник. Им, как ни странно, оказался - я. Моя одежда ещё не истлела. Скорее наоборот, выглядела лучше меня самого.
Я протяжно зевнул, подтянулся, и не спеша направился по узкой улочке в соседний сектор, где давным-давно был похоронен мой друг.
По дороге, то тут, то там, то и дело был слышен почти непрерывный шелест и скрежетание сдвигаемых надгробных плит, из-под которых вылизали всё новые и новые покойники, знакомые и незнакомые мне люди. Мы, молча, приветствовали друг друга, кого знали.
Те из нас, что были похоронены недавно, могли даже говорить.
Полная Луна находилась в самом зените.
Кладбище оживало.
И вот мы, покойники, покинув свою тесную и никчемную обитель, продолжали жить своей прежней загробной жизнью.
Пройдя несколько секторов, я был остановлен, малознакомым седым человеком, с морщинистым лицом. Однако, он меня, по-видимому, очень хорошо знал, и от того пригласил поиграть с ним.
- Иван Иваныч, сыграем партейку?! - позвал он меня, когда я проходил мимо него.
Я махнул рукой - а... давай! Была, не была.
И мы оба расселись на скамейки, по обе стороны одной из плит, на которой была изображена шахматная доска. Но вместо шахматных фигур были расставлены шашки...
- Поддавки или шашки? - спросил я.
- В Чапаева.
Мы начали играть.
- Белые бьют первыми!
Белыми ходил мой соперник. Из восьми шашек были удачно удалены все восемь, одна из которых была удалена очень красочно (угодив, аккурат, мне меж рёбер).
Я подобрал все, кроме одной и расставил на прежнее место. Потом полез под скамейку в поисках последней шашки. И пока искал последнюю шашку, мой соперник выставил шашки на второй ряд, и молча стал меня ждать.
Я облазил всё вокруг, но последнюю шашку так и не нашёл.... Уселся снова на своё место и тяжело "вздохнул".
Тут шашка выпала, и плюхнулась мне под ноги.
Я заметил её и вернул на доску, в пустующее место выстроенного ряда чёрных шашек. Игра продолжается.
Соперник бил шашки так же интенсивно (и довольно таки резво, даже для покойника), как и в первый раз. На этот раз я прикрывался.
Когда белые фигуры продвинулись на шестой ряд, их владелец стал прицеливаться более тщательно. Но тщётно... его пальцы и суставы начали давать сбой...
Я не мог этим не воспользоваться и пошёл в атаку... я разнёс все чёрные шашки так, что их пришлось искать едва ли, не в соседнем секторе...
И как заключительный аккорд - чёрная шашка плотно засевшая в правой глазнице противника, вытеснила из глазницы и без того протухший глаз...
Разбив соперника начисто, в игре и буквально, я решил "размять мышцы": пройтись по территории - людей посмотреть и себя показать.
Соперник же, проиграв всю игру и оставшись без глаза, уха и пары пальцев на каждой фаланге, остался наедине сам с собой. Он склонился над доской и впал в глубокое "раздумье!"...
Вволю нагулявшись по "парку" (как его теперь стали называть местные), я решил выйти за его пределы, но у ворот повстречал алкаша, невесть что, забывшего на кладбище ночью.
- Далеко, голубчик, собрался? - спросил его я.
- Я... просто иду... ИК! иду до... домой... ИК!
- Поворачивай обратно! Сейчас здесь будет очень холодно...
Но ночной гость не собирался сворачивать. А тут, на его беду, явилась сама Смерть...
- Ну, уж нет! Он пойдёт со мной. Этой ночью я с ним оттянусь по полной программе...
И с этими словами Смерть повязала на шее алкоголика шипастый ошейник, с длинным поводком на золотом карабине.
- Но он, ведь, пока, ни на что не способен...? - удивился я.
- А мне этого и не надо вовсе! - возразила Смерть. - Однако вид его меня не устраивает. Пожалуй, я его одену во что-то другое. А пока... раздевайся, красавчик! - Смерть подождала, пока мужик не снимет с себя всю одежду, и только потом повела за собой, потянув за поводок. Алкаш покорно повёлся, тем более что расценил случившееся как игру...
Я хмыкнул и побрёл своей дорогой. Но прошёл всего ничего, несколько метров, как снова произошла встреча. На этот раз мне попалась взволнованная женщина, ещё далеко не старая. Она разыскивала своего пьяного мужика.
- Простите, - обратилась она ко мне, - вы не видели пьяного мужчину? Он был одет...
- Во-первых, он уже не одет! А во-вторых, он ушёл с другой... - объяснил я ей.
- А-а... я не ослышалась? Он действительно был с другой...?!
- Женщина, поверьте - я был единственным свидетелем! - как можно искренней, признался я.
Женщина, рыдая и вглядываясь в неразличимое в темноте лицо, пыталась разглядеть его глаза. Но тщётно - давно остекленевшие глаза уже ничем не могли ей помочь. Да и само лицо ничего не могло выразить...
Тогда она пошла искать правды сама.
Горе будет ему! - подумалось мне, насколько ещё хватало, под черепом, истлевающего серого вещества...
И пошёл дальше.
Нет, похоже, это беспокойство никогда не кончится...
Проходя мимо подъезда одного из многоэтажных домов, я был остановлен подростками. Подростков было пятеро, и всё были веселы, и никому не хотелось сидеть дома. Один из них подошёл ко мне, якобы "стрельнуть" сигарету, со скрытым поводом подколоть неизвестного прохожего, чтоб разогнать тоску.
- Не курю и в ближайшем будущем не собираюсь! - сказал я, как отрезал.
Ближайшее будущее... - хорошо я придумал! - подумалось мне. - Только сколько мне осталось лет полураспада...?
- А вы закурите, попробуйте! - не отставал тот же парень.
Кто-то из толпы ребят подал мне сигарету.
- Ну ладно! - с прищуром произнёс я, протягивая ему навстречу руку. - Только потом, чтоб не было больных дурацких вопросов, договорились?
- Хорошо! - пообещали подростки, и я прикурил от зажигалки.
Хватило одного вздоха никотиновой гадости, чтоб показать ребятишкам "фокус".
- Ого!!! - удивились они и мигом облепили меня со всех сторон.
- Ни фига себе?! А ну ещё раз!
Я сделал ещё затяжку - дым снова повалил из рёбер...
- В чём секрет? Можно там потрогать...?
- Трогайте... - разрешил я.
Ребята, в попытках раскрыть секрет "фокуса", стали ощупывать руками мёртвого человека, пока ещё ни о чём не догадываясь.
- Ого! А это что у вас? Типа, рёбра?
- Да, типа рёбра - подыгрывал я.
- А ну, присвети кто-нибудь! - просил кто-то из ребят.
Вспыхнувшая зажигалка осветила моё нутро, раскрыв секрет, но теперь подростков мучили сомнения - насколько сильно их пытаются "развести"...?
- О, а это что? Типа сердце...?
- Типа, да.
- А чего оно не колотится?
- А почему оно должно колотиться, если уже две недели не работает...?
- Да ну, дядя! Вы гоните! - рассердились ребята.
- Смотрите сами - сказал я и, просунув правую руку под рёбра, просто-напросто вырвал у себя сердце...
Мальчишки почесали затылки, но и сейчас до них не всё дошло, раз не разбежались.
- Нате, смотрите, щупайте! - я протянул сердце в руки ребятам и стал наблюдать их реакцию.
- Хм... почти как настоящее!
Они начали мять моё сердце, крутить в руках, заглядывать в аорту.
И тут, неожиданно для всех, проев клапан, из аорты выполз здоровенный, белый и жирный червь, и лихо начал прокладывать свой путь, от сердца до локтевого сустава одного из ребят, что держал в руках это самое сердце...
- Фу-у! - воскликнули все разом. А тот, что держал сердце, свободной рукой щёлкнул по тошнотворному созданию, выронил сердце из рук и повалился в обморок.
- Вопросы есть? - выждав случай, спросил я, но ответа не дождался. Ребят как ветром сдуло. - Извини, приятель! Искусственное дыхание, рот в рот, я тебе делать не стану. Сам придёшь в себя.
Оставив парня наедине с самим собой, я подобрал своё сердце с асфальта и положил в карман. Продолжил шествие.
Темный подъезд. Рядышком, на лавочке, сидит парочка и тихо "воркует".
- Я подарю тебе, вон эту звезду - парень указывал девушке куда-то в небо.
- А я бы хотела, чтобы ты подарил мне своё храброе и доброе сердце - сказала девушка.
- Вот... сейчас... я тебе его достану... - и парень стал воображать, как он вынимает своё сердце и дарит девушке.
- Не трудись! - сказал случайный прохожий и подкинул парню что-то мягкое, но в тоже время холодное...
Через миг, спокойную ночь спального микрорайона прорезал душераздирающий истерический визг, и сработало около десятка авто-сигнализаций, в разных местах двора...
Я долго гулял по ночному городу, но, как ни странно, после встречи с шумными и неугомонными юнцами, и истерически визжащей девки, от которой у меня едва не "заложило" уши, мне почти никто больше не попадался. Лишь изредка, когда проходил мимо ярко освещённых витрин магазинов, какой-нибудь незадачливый прохожий шарахался от меня, как от чумного. Хотя я ещё не проявлял к ним никакого внимания...
Да, надо отметить, что бродячих животных тоже хватает в городе, но я пока ещё никого не встретил из них. Может я чутьё потерял? Ведь я так люблю всех этих зверюшек. А ведь, совсем-совсем недавно, эти прекрасные создания, наши братья меньшие, души во мне не чаяли! Я готов был каждого дворнягу взять с собой и пригреть, да накормить. Я брал их на руки и тискал, или просто игрался с ними. И вот тебе награда - полнейшее безразличие...
Сделав большое кольцо, я возвращался к подъезду того дома, где в первый и последний раз повстречал трусливую парочку.
Начало светлеть. Я заметил на асфальте обронённое (уже в другой раз) собственное сердце, и вернул его в карман. И очень вовремя! Потому что, едва успев скрыться за углом следующего дома, смог избежать неприятной встречи с милицией, прибывшей по вызову.
Как-то не хотелось попадаться им на глаза. Даже тогда, когда мне и терять, собственно, уже нечего. Я просто испытывал к ним патологическое отвращение.
Жестокую сцену насилия увидала женщина, что искала своего пьяного супруга, когда случайно оказалась неподалёку от кладбища: два человека, стоя друг против друга, жонглировали бутылками водки, перекидывая их друг другу, над головой третьего. Но когда женщина подошла ближе и разглядела картину подробнее, то сразу всё поняла - этот третий и есть её муж...
А до других двоих ей и дела теперь нет.
- Ах, ты ж, животное четвероногое! Бесхвостое и бесстыжее! - разразилась она скандалом.
В тот же миг двое "жонглёров", побросав бутылки, быстро ретировались, оставив третьего отдуваться за них...
Разумеется, все бутылки разбились вдребезги... лишь чудом, не угодив по голове третьего.
Мужчина же, всё ещё с ошейником на шее, испуганно замер и осторожно обернулся. Встреча со смертью и та прошла для него менее болезненно...
- Ну, и чего бельма выкатил? Это я. Да. А где же твоя, хм... "любовница"?
- Какая любовница?
- А та, с которой ты гулял этой ночью. Ладно, врать-то! Мне всё о тебе рассказали давным-давно.
- Здесь я! - наконец послышался ответ на вопрос, только за спиной женщины.
Женщина обернулась и увидела какое-то существо, в чёрном балахоне. Голова существа скрыта капюшоном так, что и лица не видно.
- Вы-то - кто? - женщина обратилась к таинственной сопернице.
Но вместо ответа, Смерть откинула капюшон и явилась во всей своей "красе"...
- Ой, мама... - ойкнула женщина и упала навзничь.
- Хм, слабачка... - фыркнула Смерть.
Гордо вскинув подбородок, Смерть велела унести женщину прочь, подальше от кладбища. Потом глянула на башенные часы и тревожно осмотрелась по сторонам. Вокруг всё начинает постепенно светать...
Часы остановились, и в самое неподходящее для этого время...
- Ну вот, мне пора убираться. Моё время уже вышло. Хоть эти часы и остановились, но я и так догадываюсь, который сейчас час. Сейчас завалят сюда могильщики, панику поднимут...
- Хм, а я, между прочим, - могильщик! - отозвался мужик.
- Ты, могильщик?! - произнесла изумлённая Смерть, мигом обернувшись к чуть протрезвевшему мужику. Она уже собралась его хоть как-то наказать, но передумала - что проку...?
Затем где-то вдали пропел петух, затем ещё один.
- Вот что, дорогие мои, у меня по графику ещё столько неотложных дел... а я тут с вами, как с малыми детьми копаюсь. Мне некогда с вами со всеми разбираться. Прощайте!
И Смерть растаяла в воздухе, оставив после себя следы своих стоп, из омертвевшей травы, среди окружающей цветущей кладбищенской зелени...
И сотни покойников стали возвращаться на свои места, в надежде, что в скором времени у них снова появится возможность выйти на волю. Но такой случай ещё не скоро представится. Возможно, не представится уже никогда...
Наконец мой путь подошёл к концу. Вот осталось пройти ещё немного и я "дома".
Подойдя ближе к кладбищенским воротам, я обнаружил комическую картинку - дама, что потеряла нынешней ночью своего суженного, всё ещё находилась на кладбище. Она стаяла и на что-то долго не отрываясь смотрела. Рядом с ней стоял её протрезвевший муж.
Я приблизился к ней и спросил:
- Что здесь произошло?
- Вот, любуюсь - боясь пропустить нечто важное и жизненное, не оборачиваясь ко мне, и даже глаз не отводя, произнесла она. - Никогда в жизни ничего подобного не видела...
Я присмотрелся - всюду, куда не глянь, бродили покойники. Они возвращались, каждый на свои места, в свое каменное или земляное заключение... снова и снова, то тут, то там, слышны шорохи движимых надгробных плит.
- И не увидите! - опрометчиво бросил я.
- ХАМ!!! - взорвалась женщина.
Я обернулся и глянул на неё. Этого было достаточно - женщина снова обмякла и стала валиться на земь. Но на этот раз её подхватил верный муж.
Я же, спокойно дошёл до своего места захоронения и улёгся в могилу, предусмотрительно закрыв за собой "последнюю дверь"...