Акрит Дигенис
Длинные тени забытых грехов

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    32-е место на весенней "Грелке" 2022 г.


 Ярмарка висела прямо в безвоздушном пространстве на орбите огромного газового гиганта. Деревянные дорожки и прилавки, круглые желтые фонарики для иллюминации, и человекоподобные куклы-продавцы придавали ей некоторый шарм аутентичности. Не чрезмерно, но достаточно, чтобы это винтажное зрелище выглядело забавно. А бурлящая планета на фоне и полупрозрачные фигуры посетителей добавляли сюрреалистичности.
 
 - Человеческие лица недорого! Не проходим, а подходим! - надрывалась ближайшая ко мне кукла. - В этом секторе галактики лучше не найдете! Отличное качество, доступные цены!
 
 Она умело пародировала человеческую манеру выражаться и это выглядело забавно. Я решил подойти. Просто из любопытства. Разве не для того мы приходим на ярмарку, чтобы отвлечься от работы, поглазев на всякие диковинки?
 
 Лица были аккуратно выложены в несколько рядов на прилавке. Большинство женских, что неудивительно - они, как правило, красивее. Если молодые. Мужские тоже имелись, разных возрастов. И даже пару детских. Они были в стазисе, как живые - хоть сейчас надевай и носи.
 
 - Интересует что-то конкретное? - кукла переключилась на меня. - Спрашивайте, на витрине представлен не весь ассортимент.
 
 - Спасибо, я пока ограничусь тем, что вижу.
 
 Все лица были расслабленно-спокойные, с закрытыми глазами. Лица девушек при внимательном рассмотрении не впечатлили. Издалека вроде симпатичные, а стоило подлететь и присмотреться, как сразу бросалась в глаза какая-то неестественность. Возможно, продавцы переборщили с макияжем. Ну, или сами девушки. Только одно девичье лицо выглядело очень естественно и красиво, но при этом стоило невероятно дорого.
 
 Я переключился на мужской ассортимент. Тут, конечно, выделялись старые лица. Все эти очаровательные морщины, в которых светятся опыт и мудрость прожитых лет... Либо же тень совершенных грехов и чувства вины. Среди молодых было пару красавцев и целый ряд невзрачных. Что-то заставило меня остановиться у одного из них.
 
 Белый мужчина за сорок, усы, волосы с проседью, нахмуренные брови, стадальчески сжатые губы... Ничего особенного, но почему-то я замер, вглядываясь. Оно казалось знакомым. Несколько мгновений спустя меня вдруг озарило и я удивленно спросил:
 
 - Откуда у вас мое лицо?
 
 - Ну почему сразу ваше? - встревожилась кукла. - Вам показалось. У нас надежный поставщик, все чисто, никто никогда не жаловался!
 
 - Да я не жалуюсь. Просто стало интересно.
 
 Какое-то время я вглядывался в лицо перед собою, а потом сказал:
 
 - Заверните мне его. Беру.
 
 - Вы уверены? - кукла колебалась. - Человеческие лица должны развлекать, но если это лицо кажется похожим на то, что было у вас на Земле, то не вызовет ли оно какие-то печальные воспоминания или чувства? Возьмите другое.
 
 - Не вызовет. Я беру это.
 
 
 Мы висели с Другом в безвоздушном пространстве, наблюдая за событием приливного разрушения. Сверхмассивная черная дыра готовилась поглотить ближайшую звезду.
 
 - Смотрю, ты себе человеческое лицо купил? - заметил Друг.
 
 - Ага, на ярмарке. Забавно, да?
 
 - Наверное. Хорошо, если тебе нравится.
 
 - Это мое лицо.
 
 - Конечно твое, раз ты купил его и носишь.
 
 Заурядная желтая звезда обреченно приближалась к огромному сгустку беспроглядной тьмы.
 
 - Я не в этом смысле. Оно было моим до Перехода.
 
 - Серьезно? - Друг отвлекся от гибели звезды и пристально посмотрел на меня. - Не думал, что ты выглядел так. Занятно.
 
 По мере приближения к горизонту событий светило начало деформироваться, а тонкие нити звездного материала потянулись прямиком в черную дыру.
 
 - Теперь вот хочу еще свое имя поискать, - осторожно сказал я.
 
 - У тебя есть имя.
 
 - Я имею в виду свое прежнее имя. Из тех времен, когда носил это лицо в первый раз.
 
 - Зачем тебе это?
 
 - Просто интересно. Мы ведь почти ничего не помним.
 
 Сгусток тьмы пожирал сгусток света - просто потому, что оказался в миллион раз тяжелее и ни на что другое не был способен. Начался грандиозный процесс разрушения, сопровождаемый выбросом космической пыли и мусора.
 
 - Память отсеивает ненужное, - ответил Друг. - Мы помним немногое потому что лишь немногое из той жизни достойно сохранения. Впрочем, мне и это немногое уже давно неинтересно.
 
 Процесс спагеттификации вошел в финальную стадию. Разрываемая черной дырой звезда озарила нас яркой вспышкой на прощание, и в этом было что-то величественно-трагичное. Словно то, что могло дарить тепло и свет, в последний раз пыталось поделиться этим с равнодушной вселенной.
 
 - Я вспомнил нечто, когда надел лицо, - признался я.
 
 - Какие-то события? Близких?
 
 - Скорее ощущение. Каково это было - иметь смысл.
 
 - Ты имеешь смысл.
 
 - Да, но в рамках общего. А тогда я как будто имел свой собственный смысл.
 
 Друг замолчал на какое-то время, наблюдая гаснущие фрагменты погибшей звезды. Очень скоро черная сфера поглотит и их.
 
 Затем он внезапно сказал:
 
 - Ты пришел не для того, чтобы увидеться со мной или полюбоваться редким зрелищем, а чтобы получить через меня информацию о своем имени.
 
 Это открытие удивило и расстроило его.
 
 - Ну, одно другому не мешает, - заметил я, но отчего-то почувствовал себя неловко. - Ты ведь имеешь доступ к этим данным через своего работодателя?
 
 Друг опять молчал. Затем сказал:
 
 - Тебя звали Константин.
 
 Дрожь пробежала по мне, когда я узнал это имя. Хор голосов эхом повторил его в моей памяти - нежный зов матери, окрик отца, шепот возлюбленной, укор учительницы и еще множество других, смутно знакомых. Мое старое имя! Оно взволновало меня куда больше, чем гибель звезды.
 
 В тот момент на ее месте осталось лишь облако пыли и непроницаемая черная дыра. Когда-то эта ненасытная тьма тоже была звездой. Большой. Дарила свет и тепло вселенной, пока гравитационный коллапс не превратил ее в беспощадного пожирателя пространства...
 
 - Ты поступил не прямо, - задумчиво сказал Друг. - Не откровенно. Скрыл мотив. Так делали на Земле, когда мы жили там и носили лица. Это я помню.
 
 - Я не хотел тебя огорчать.
 
 - Ты не огорчил. Я лишь беспокоюсь, что эти вещи - лицо, имя, воспоминания, - сделают тебя таким, как прежде. Будучи людьми, мы походили на черные дыры. Поглощали все, до чего могли дотянуться, используя для собственной выгоды предметы и людей...
 
 - А мне кажется, что мы были как звезды. Старались осветить мир насколько это было в наших слабых силах. По крайней мере, некоторые из нас.
 
 - Красиво звучит. Но лучше не будить воспоминания о прежней жизни. Они разрушат это идеалистичное представление. А в каких-то случаях даже могут дать новую жизнь старому злу. Не стоит позволять прошлому отравлять настоящее и лишать нас будущего.
 
 Я считал, что Друг излишне драматизирует, но не стал спорить.
 
 
 Лицо и имя. Их сочетание запустило что-то внутри меня. Много обрывочных воспоминаний, словно искорки вспыхивали и гасли. Шорох дождя в лесу, соленый запах моря и крики птиц, белые хлопья снега, кружащиеся в свете фонаря, шум города с гудками машин и неразборчивым бормотанием голосов... Но главное заключалось даже не в самих воспоминаниях, а в том, что я себя чувствовал по-другому благодаря им.
 
 Живым.
 
 И лица. Я вспоминал множество лиц, не зная, чьи они. Одно из них всплывало чаще других и я с удивлением узнал его. Оно было на ярмарке. Единственное лицо девушки, которое мне показалось и красивым и естественным.
 
 Самое дорогое.
 
 
 - Вижу, наш товар вам пришелся по нраву! - довольно заявила кукла, глядя на мое лицо.
 
 Она уже собрала больше половины лиц с прилавка - ярмарка закрывалась.
 
 - Да. Я бы хотел купить еще одно.
 
 - Вы счастливчик! Успели в самый последний момент, когда это можно сделать!
 
 Я уже очень давно - с прежней жизни, - не чувствовал страха, но теперь боялся, что опоздал и нужное лицо уже купили. К счастью, оно по-прежнему лежало на витрине.
 
 - Отличный выбор! - похвалила кукла. - У вас хороший вкус. Многие хотели его купить, но лишь подлинный ценитель может себе это позволить.
 
 - Вижу. Уж слишком оно дорогое.
 
 - Что поделать. Красота требует жертв.
 
 Чтобы расплатиться, мне пришлось пожертвовать почти всем, что я накопил за века работы. Но оно того стоило! Едва прикоснувшись к этому лицу, я вспомнил, кем она была и что нас связывало. Ее улыбка и задорный, любящий взгляд, вкус этих губ во время поцелуя... Меня окатило жаром, когда то чувство воскресло во мне!
 
 Любовь.
 
 - Вы знаете чье это лицо?
 
 - Такую информацию нам не предоставляют.
 
 - Но у вашего работодателя она должна быть! Может быть, вы одним глазком сверились бы с базой? Я доплачу.
 
 - Увы, не могу. Потому-то нас, кукол, и делают продавцами. Мы не можем выйти за пределы своей функции.
 
 - Что ж, тогда я поговорю с работодателем лично.
 
 
 Это заняло много времени. Работодатель куклы лишь перепродавал, нужно было выйти на поставщика, и потом дальше по цепочке. Строго говоря, за исключением памяти о Переходе, никакая информация не была от нас скрыта, но для того, чтобы докопаться до нужной, порой требовалось приложить большие усилия.
 
 А свободного времени у меня было не так уж много. Как и все, подобные мне, я должен был присматривать за тем или иным участком космоса, на который мне укажут. Просто смотреть. Это несложная и однообразная работа, но она значима. Поскольку вселенная, если не наблюдать за ней, начинает вести себя совсем иначе, и не только на квантовом уровне. По крайней мере, так объяснили те, кто нанял нас после Перехода. Иногда мне казалось, что работодатели имели непосредственное отношение к самому нашему Переходу, но воспоминаний об этом не осталось.
 
 Такие события как рождение или гибель звезд выпадали редко, - как правило, наблюдать приходилось за гораздо более тривиальными вещами. Созерцая размеренный бег каменных глыб по орбитам вокруг раскаленных огненных шаров, я предавался воспоминаниям о своей прежней жизни, когда был усатым мужчиной по имени Константин. Время от времени украдкой доставал свою последнюю покупку. Просто чтобы полюбоваться лицом девушки и при виде его во мне расцветало теплое чувство. Словно рой светлячков вспыхивали новые воспоминания о том, как хорошо нам было вместе...
 
 Даже, признаюсь, я прикасался губами своего лица к ее губам. Это, конечно, было совсем не то, что тогда, в прежней жизни, но все равно каждый раз по мне проходила дрожь и охватывало странное томление.
 
 Нашим новым телам - полупрозрачным и почти неуничтожимым, - отдых был не нужен, но он был нужен умам. При слишком долгом наблюдении внимание рассеивалось и наблюдатель становился неэффективным. Так что нам давали свободное время, чтобы мы могли переключиться на что-то другое. И я переключался, после каждого окончания смены занимаясь поиском ответа.
 
 А когда, наконец, нашел его, то испытал еще одно забытое чувство: потрясение.
 
 
 - Ты все еще носишь это лицо? - спросил Друг.
 
 Мы летели сквозь плотное межзвездное облако.
 
 - Да. И купил еще одно.
 
 Я протянул лицо девушки. Друг принял и какое-то время разглядывал.
 
 - Красивое.
 
 - Очень.
 
 - Хочешь попросить меня узнать ее имя?
 
 - Я уже знаю. Анна. Вспомнил сам. Я знал ее тогда, до Перехода.
 
 - Вижу, ты все еще увлечен бессмысленными воспоминаниями о прошлом.
 
 Друг протянул мне обратно девичье лицо, но я не принял. Почему-то было очень тяжело произнести следующие три слова:
 
 - Это твое лицо.
 
 - Мое? Не думаю.
 
 - Надень его. Ты вспомнишь.
 
 Он снова разглядывал лицо, а затем сказал:
 
 - То, что прошло, для меня неважно.
 
 - Мы были вместе! Мы любили друг друга! Это важно! Ты пожертвовала собой ради меня - это важно! Я помню, как мы говорили тогда, на Земле, что будем вместе всегда и вот, даже после Перехода, став другими и забыв, кем мы были, мы все равно нашли друг друга и оказались вместе! Я не знаю, как такое возможно... Как будто нечто высшее, чем мы, чем работодатели и даже чем вся вселенная, стоит за этим! Это важно! Очень важно! Неужели ты ничего не чувствуешь, глядя на свое лицо?
 
 - Я чувствую страх, - сказал Друг, а затем, после долгой паузы, рывком надел лицо и оно ожило.
 
 Диффузное облако ионизированного водрода медленно проплывало мимо нас и через нас, когда мы вновь оказались лицом к лицу. Взирая друг на друга как когда-то очень давно. Я устремляюсь к ней, сгорая от желания поцеловать, снова ощутить жар этих губ и наше единение, но она отстраняется.
 
 - Ты был прав, память вернулась, - печально сказала Анна. - Я действительно пожертвовала собой ради тебя. А ты меня предал. Помнишь?
 
 И во мне словно взрывается черная сфера, поглощая все радостные чувства, которые переполняли меня только что. Потому что я вспомнил! Старое зло, совершенное мною, пробивает толщу пространства и времени, заливая меня болью и жгучим чувством вины. Я был черной дырой, а она - звездой... Мы глядим друг на друга сквозь межзвездную пыль и наши лица искажает страдание.
 
 - Прости... прости меня...
 
 - Я же говорила, что воспоминания не принесут ничего хорошо. Только разрушат то, что есть.
 
 - Прости... пожалуйста, прости...
 
 - Ты все испортил! Опять!
 
 Она срывает с себя лицо и отбрасывает его, резко удаляясь. Я остаюсь один, ошеломленный и раздавленный чудовищной правдой. И все же... Подлетев к ее лицу, парящему в безвоздушном пространстве, я беру его и бережно прижимаю к себе.
 
 И все же это важно. Помнить. Через какое-то время новый массив информации от наблюдений вытеснит мои вернувшиеся воспоминания, как уже случалось прежде. Но одно я хочу оставить и усилием воли перемещаю его в неуничтожимую область. В самую сердцевину себя.
 
 
 В этом воспоминании теплая летняя ночь, душистый запах липы и двое, стоящие в обнимку на балконе. Звезды смотрят на них, а они - друг на друга.
 
 - Я хочу, чтобы мы всегда были вместе, - говорит усатый парень.
  - Будем, - отвечает девушка и улыбается.
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"