Аксёненко Сергей Иванович
Культ безличности (заметки о массовой культуре)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:

Культ безличности (заметки о массовой культуре)

(статья написана в соавторстве с Сергеем Куриём)


    

"Бараний жир

Зальет весь мир..."

(П. Мамонов)


    
     Помнится, знаменитый "массовик-затейник" Сальвадор Дали проводил один любопытный "перфоманс". На сцену выставлялся бюст Вольтера, а после на него сверху опускался носорог. Вольтер погибал под тушей толстокожего создания, а Дали изрекал слоган: "НОСОРОГ СИЛЬНЕЕ РАЗУМА!"...
    
     Данная статья не претендует на доскональное научное исследование феномена массовой культуры. Во-первых, подобные исследования ведутся уже давно, но, к сожалению, часто представляют собой противоречивые и маловразумительные для большинства читателей объемные трактаты. Тем более, что противники маскультуры, любят рассматривать ее отстраненно, как брезгливый ученый колонию тлей. Однако, жить в нынешнем обществе и не подвергаться при этом влиянию маскультуры, можно, разве что, за стенами монастыря, да и то вряд ли. Явление это сложное, многоплановое и находящееся во взаимодействии с таким множеством пластов жизни, что избегнуть его полностью невозможно.
     Сам термин "массовая культура" как бы автоматически подразумевает, что, критикуя ее, ты сразу же, с одной стороны -- возвышаешься над "толпой" эдаким гордым "кукишем", а с другой -- как бы "отрываешься от масс", оказываясь в явно проигрышном меньшинстве. На самом деле, вопрос -- нужна ли маскультура обществу -- некорректен по сути. Она -- есть, она -- эффективна, появление ее на данном этапе развития цивилизации вполне закономерно, следовательно, она будет существовать, и плевать ей с высоты голограммы Манхэттена на негодование отдельных "высоколобых интеллектуалов". Не могут массы читающих рабочих после тяжелого трудового дня углубляться в изучение "Махабхараты", Достоевского или оксфордского курса биологии. Да и на новогоднем празднике вряд ли все захотят слушать "Pink Floyd" или пассажи Стравинского, смотреть балет или оперу, а за столом петь григорианские хоралы.
     Стоит также учесть, что даже "культурно развитые" личности не могут быть одновременно глубоко развиты во всех направлениях искусства. Живописец, способный в своем ремесле отличить "истинное" от "суррогата", не всегда может сделать то же самое в области музыки. Мы наблюдаем это сплошь и рядом.
     Маскультура могла бы оставаться для "высоколобых" всего лишь пищей для иронии, если бы не та опасность, которую она стала представлять для всей культуры за последние 50 лет. Массовая культура подобна колобку из мультфильма "Страсти-мордасти", который, пожирая по очереди рахитичных зайца, волка и лису, в итоге разрастается в гигантский ком, готовый проглотить всю Землю.
     Именно эта "плотоядность" маскультуры и станет темой наших заметок.
    
    
     "Высокое" и "низкое"
    
     Зарождение массовой культуры неразрывно связано с укреплением позиций буржуазии, ставшей в начале XIX века господствующим классом.1 Демократизация общественных отношений и расширение сферы образования привели к зарождению так называемого "среднего класса", появлению типа "обывателя", "мещанина". Большинство представителей этого класса желали быть также приобщенными к "прекрасному и высокому", но приобщенными, не тратя сил и времени на глубокое проникновение в суть предмета. Это не могло не вызвать появления профессионалов от искусства, призванных ублажать потребности именно этой прослойки.
    

     Цитата в тему:
     "...Это была гравюра, и изображала она писателя Гете, своенравного, гениально причесанного старика с красиво вылепленным лицом, где, как положено, были и знаменитый огненный глаз, и налет слегка сглаженных вельможностью одиночества и трагизма, на которые художник затратил особенно много усилий. Ему удалось придать этому демоническому старцу, без ущерба для его глубины, какое-то не то профессорское, не то актерское выражение сдержанности и добропорядочности и сделать из него в общем-то действительно красивого старого господина, способного украсить любой мещанский дом. Картинка эта, вероятно, была не глупей, чем все картинки такого рода, чем все эти милые спасители, апостолы, герои, титаны духа и государственные мужи, изготовляемые прилежными ремесленниками, взвинтила она меня, вероятно, лишь известной виртуозностью мастерства; как бы то ни было, это тщеславное и самодовольное изображение старого Гете сразу же резануло меня отвратительным диссонансом -- а я был уже достаточно раздражен и настропален -- и показало мне, что я попал не туда. Здесь были на месте красиво стилизованные основоположники и национальные знаменитости, а не степные волки....
     -- Будем надеяться, -- сказал я, -- что у Гете в действительности был не такой вид! Это тщеславие, эта благородная поза, это достоинство, кокетничающее с уважаемыми зрителями, этот мир прелестнейшей сентиментальности под покровом мужественности! Можно, разумеется, очень его недолюбливать, я тоже часто очень недолюбливаю этого старого зазнайку, но изображать его так -- нет, это уж чересчур".

(Г. Гессе "Степной волк")


    
     Именно в XIX веке окончательно формируется такое явление, как "бульварная" литература. Внешне она как бы подражала "высокой" литературе, но упрощала ее приемы, утрировала, приноравливала к уровню образованности обывателя. Литература становилась товаром, ставилась на конвейер. Ее "производители" жаждали уже не только славы, но и денег. Правда, долгое время этим ее притязания и ограничивались. "Бульварное" искусство не претендовало на соперничество с "высоким". Они существовали порознь (не без взаимовлияния, конечно), и обыватель знал (или, хотя бы, догадывался), что рядом с "литературным продуктом", который он ежедневно потреблял, присутствует и нечто качественно иное, некий эталон и образец "подлинности". Хороший вкус в то время определяла творческая элита, критики и частично аристократия. И так же, как мещанин стремился "во дворянство", он тянулся и к подлинному искусству, уже "заочно" его уважая.
    

     Цитата в тему:
     "Подчиняясь фантазии Юрия Андреевича, она отправлялась с ним по дворам на заработки. Оба сдельно пилили дрова проживающим в разных этажах квартирантам. Некоторые, в особенности разбогатевшие в начале НЭПа спекулянты и стоявшие близко к правительству люди науки и искусства, стали обстраиваться и обзаводиться обстановкой. Однажды Марина с Юрием Андреевичем, осторожно ступая по коврам валенками, чтобы не натащить с улицы опилок, нанашивала запас дров в кабинет квартирохозяину, оскорбительно погруженному в какое-то чтение и не удостоивавшему пильщика и пильщицу даже взглядом. С ними договаривалась, распоряжалась и расплачивалась хозяйка.
     "К чему эта свинья так прикована?" -- полюбопытствовал доктор. -- "Что размечает он карандашом так яростно?".
     Обходя с дровами письменный стол, он заглянул вниз из-за плеча читающего. На столе лежали книжечки Юрия Андреевича в Васином раннем Вхутемасовском издании".

(Б. Пастернак "Доктор Живаго")


    
    
     Пуритане, "американская мечта" и "золотой телец"
    
    
     ...Но Моисей сказал: это не крик побеждаемых и не
     вопль поражаемых; я слышу голос поющих.
     Когда же он приблизился к стану и увидел тельца и
     пляски, тогда он воспламенился гневом и бросил
     из рук своих скрижали и разбил их под горой".
     (Исход, 32, 18-19)
    
     "Удобнее верблюду пройти сквозь игольное ушко,
     нежели богатому войти в Царствие Божие".
     (Евангелие от Луки, 12, 19-20)
    
     "Если ты такой умный, почему же ты такой бедный?".
     (современный коан)
    
     Неудивительно, что феномен массовой культуры окончательно сформировался в Соединенных Штатах. Именно там переселенцы (в основном протестанты) с лицемерной легкостью соединили пуританскую строгость нравов с проповедью "накопления и приумножения благ земных". Евангельский сюжет о верблюде и игольном ушке был забыт как крайне неактуальный. Справедливости ради, стоит сказать, что на первых порах поклонение "золотому тельцу" было запрещено, но сам он активно откармливался "во славу Божью". И вскоре стал настолько могуч, что подмял под себя "агнца". Попытки сгладить это вопиющее противоречие и привели к появлению политкорректности и прочих демократических "общечеловеческих" ценностей.
     Однако, не стоит забывать, что буржуазное лицемерие лишь ответ на лицемерие аристократическое, долгое время господствовавшее в Европе. Вот почему и в буржуазную эпоху мещане так рвались во "дворянство", да и ныне жизнь аристократов -- лакомый кусочек для "желтой" прессы. Но Америка жестоко отомстила самовлюбленным аристократам, мнящим себя хранителями культуры. В пику "светскому" культу она выпестовала свой культ -- культ "звезд", подменив понятие "благородства крови" понятием "успеха". Массе, безусловно, было более приятно слышать о "простом парне", достигшим высот, нежели о презрительных блистательных снобах.
     Массовая культура начала свою экспансию из США (где-то в 1940-х годах) под лейблом "American dream", что подразумевало распространение "американских ценностей", "американского образа жизни" по всему миру.
    
    
     Вся власть домохозяйкам!
    
    
     "Любовь пройдет. Обманет страсть.
     Но лишена обмана
     Волшебная структура таракана".
     (Н. Олейников "Служение науке")
    
     Кто бы мог подумать, что ленинское выражение о "кухарке, которая будет управлять государством" воплотится в жизнь именно в США. Когда сила буржуа и численность обывателей выросла, их роль в демократическом обществе стала окончательно доминирующей (расширившийся "средний класс" был уже не только "голосами" на выборах, но и главным потребителем продукции), деньги и товары стали общепризнанными ценностями. Искусство стало оцениваться по коммерческому критерию, по критерию успеха и сопутствующей ему прибыли. То есть, главным "критиком" как бы стал обыватель, та самая "американская домохозяйка", под вкус которой и подстраивается массовая культура. Домохозяйка потому, что именно эта категория людей проводит большую часть жизни возле телевизора (ТВ -- ударный "таран" маскультуры), а так как домохозяек очень много, то совокупно они владеют большим количеством денег, чем представители многих других категорий населения, а значит -- являются основным заказчиком "духовной" продукции. И создатели произведений маскультуры стараются угодить вкусам домохозяек. Именно угодить вкусам, а не развить эти вкусы. Потому что если ты вздумаешь их развивать, найдется кто-то другой, кто "сварганит произведение", которое домохозяйка хочет видеть именно в эту минуту и ты потеряешь своих клиентов. Конкуренция, понимаешь...
     Хотя все это довольно сложный и двусторонний процесс. Ведь прежде чем выпустить "культурный товар" огромная группа профессиональных экспертов изучает спрос, а точнее -- "уязвимые места" потребителя, чтобы как можно быстрее и проще "втюхать" ему результат и отбить деньги. Зритель, читатель, слушатель превращался в некое пассивное существо, реагирующее лишь на привычные и элементарные раздражители. Появление подобного маркетинга и группы высокообразованных специалистов, в сочетании с развитием средств массовой коммуникации, означало, что маскультура стала окончательно сформировавшимся явлением.
    
     Дальше -- больше. Сперва за подделками/поделками маскультуры признали равное достоинство с "высоким" искусством.2 Затем сама маскультура стала уже выдавать отдельные свои произведения за "высокое" искусство.3 "Жульничеством" занимались специалисты, не понаслышке знакомые с сокровищами культуры. Однако, именно они превратили суть "высокого" искусства в детали, этакие декоративные элементы, подобно портрету Эйнштейна или кубической картине Пикассо на стене буржуа, далекого как от физики, так и от понимания кубизма. Подобная претензия на "интеллектуальность" вызывала у потребителя ощущение "чего-то эдакого" и не давала заметить, что "король-то -- голый" и ничего, кроме претензий, у него за душой нет. Хотя не совсем так -- за душой, под налетом "чего-то эдакого", у него была типичная маскультурная схема со всеми ее атрибутами.
    
    
     "Мы знаем, чего вы хотите!"
    
     "...и понял я, что все роскошно,
     но пакостно, тоскливо, тошно..."
     (А. Введенский "Значенье моря")
    
     Производители масскульт-продукции очень любят повторять известный афоризм: "Все жанры хороши, кроме скучного". Но именно все эти сериалы, боевики, эротические фильмы, любовные мелодрамы воистину скучны своим бесконечным однообразием. Нетрудно заметить, как часто невыносимо тоскует зритель, перещелкивая каналы. Тоскует, но продолжает смотреть это мелькание затасканных образов. Ведь эти образы создаются не дураками, они так же выверены и просчитаны, как и методы наркодиллеров, вовлекающих в свою сеть новых и новых клиентов.
     Кажущееся разнообразие массовой культуры на самом деле не качественное разнообразие. Подход остается тот же, только, допустим, "футбол" меняется на "бейсбол", или на "альпинизм", или на "терроризм" -- тема может быть любой. А дальше по проверенной схеме: герой-одиночка, "поверь в себя!", "нас не догонят!", "любовь-морковь", боевые искусства Востока, кровь, пот и слезы, семейные ценности и дружба всех народов (друг-негр, полицейский-эскимос, добрый начальник-японец).4 Качество фильмов напрямую связано с тем бюджетом, который вложили в фильм. Бюджет определяет сложность спецэффектов, количество знаменитых актеров, рекламу и т.п. Есть и исключения, но их мало.
    

     Цитата в тему:
     "Музыка размеренная, словно пульс, а с нею слова -- что-то вроде "Ложка-ножка-мошка-крошка" или "Мамми-мамми-мамми-мамми", или "Ты-мечты-цветы". Поначалу ему эти песни нравились, особенно про "Вновь-кровь-любовь", пока он не обнаружил, что они не меняются. Едва закончившись, они начинались сызнова. Через час-другой ему уже казалось, что он вот-вот завоет от них".

(Т. Х. Уайт "Меч в камне")


    
     Рассуждая на тему "зритель видит то, что хочет", коснемся самого механизма маскультуры. Думаем, что нормальный человек не будет спорить, что взаимоотношения мужчины и женщины сложны и многоплановы. Здесь включены множество факторов: и сексуальные, и психологические, и социальные. А что делает работник маскультуры, когда эти взаимоотношения затрагивает? Он спрашивает себя: как мне их изобразить, чтобы произведенный товар быстрее окупился? Ясно, что наиболее быстрая ответная реакция (правда, и самая короткая) будет, если сделать упор на сексуальность. Поэтому из всего спектра взаимоотношений полов доминирует лишь один -- соблазнение: большая грудь, крутые бедра, длинные ноги, томный взгляд и т.д. Нет, слово "любовь", конечно, будет многократно произноситься, но наш взгляд будет прикован преимущественно ко вторичным половым признакам. Вот и докажи после этого -- естественно это или искусственно...
     Вывод ясен: конечно же, после изучения спроса работники маскультуры берут за основу реальные потребности людей, но из всего их разнообразия выделяют и делают объектами маскультуры лишь самые простые, сильные и быстродействующие: секс, насилие, страх, смех и т.п.
    
    
     Мимикрия
    
     "Nos nihil magni fecisse, sed tantum ea,
     quae pro magnis habentur, minoris fecisse".5
    
     Однако, упор на "основные инстинкты" нужно делать не слишком прямолинейно, чтобы не вызвать отвращение или пресыщение зрителя. Ведь человек -- существо культурное,6 а культура всегда подразумевает определенные табу. Поэтому свои "грубые", по сути, приемы маскультура старательно и искусно "камуфлирует".
     Недаром же даже порнофильмы обязательно имеют сюжет, а в некоторых случаях и некое подобие "идеи". Казалось бы, зачем? Ведь порно смотрят с вполне конкретной целью -- увидеть разнообразные половые акты и обнаженную натуру, и какие-либо иные отступления здесь вроде бы излишни. Ан, нет! Производители знают, что большинство зрителей будут ощущать себя некомфортно, если в подобных произведениях не будет естественности, схожести с обычным фильмом. Вспомним, "глубочайшие" (до идиотизма) диалоги в знаменитой "Эммануэль", призванные "идейно" оправдать сексуальные похождения героини.
     Повторимся, нет ничего плохого в искусстве, призванном развлекать. Ужасно, когда подобная цель искусства становится главной, а все "выходящее за рамки" либо перерабатывается по рецепту маскультуры, либо остается уделом кучки маргиналов, так и не выходя на публику. Ужасно, когда подделки маскультуры выдаются за глубочайшие, чуть ли не философские, произведения.7 Претензии на "интеллектуальность" однако, по определению, не должны быть слишком завышены, чтобы не напрягать жующую поп-корн домохозяйку, которая лучше переключится на "надцатый" канал, нежели хоть немного наморщит свой лоб, смазанный кремом против морщин.8
     И, наконец, о самом ужасном. Большинство творческой элиты и критиков теперь обслуживают массовую культуру. Они могут даже двурушничать: утром писать боевик или хвалебную рецензию о "срывающем табу фильме" (читай, порнушке) для миллионов, а вечером -- интеллектуальный роман для кучки себе подобных. Подобное двурушничество нередко приводит к тому, что автор уже перестает понимать разницу между "творчеством" и "производством". Даже российский производитель "попсового фэнтези" Ник Перумов говорил, что невозможно с удовольствием писать книги, когда от тебя требуют не меньше трех романов в год. А тем, кому и есть что сказать, приходится "аранжировать" свои произведения в угоду маскультуре (вносить в сюжет, порой и ненужные, криминал, нецензурщину, нарочитые физиологизмы или мистику на уровне "восставших из ада"). В такой ситуации и опытному взгляду трудно отличить подделку от шедевра, а ремесленничество от таланта.9
    
    
     Разрушение табу
    
     "Сытые и обеспеченные любили читать книги и смотреть фильмы
     о бедных, умирающих от голода, угнетенных и униженных,
     чтобы сильнее прочувствовать свою обеспеченную и спокойную жизнь".
     (И. Ефремов "Час Быка")
    
     Удерживать внимание ленивого "пассивного" зрителя/читателя/слушателя -- задача не из легких. Тут уж работникам маскультуры приходится попотеть.
     Известно, что даже самые яркие образы и удачные приемы не способны "работать" бесконечно долго, если за ними нет глубокого содержания. Как обстоят дела с содержательностью в маскультуре, мы знаем. К тому же, любая "находка" или новаторство в этой области тут же многомиллионно тиражируется,10 поэтому и приедается очень быстро. Вот и приходится все время изобретать новые "раздражители" для пресытившегося потребителя. Поэтому маскультура постоянно подпитывает "нездоровый интерес" к разнообразным отклонениям от нормы. Книги и фильмы заполняют разнообразные физические, психические, моральные и сексуальные уроды,11 чудовища, опасные животные, людей помещают в экстремальные ситуации, тщательно эксплуатируется мистика (правда, исключительно на уровне примитивных "страшилок").
     Так как подобные "раздражители" чаще всего апеллируют к низменным сторонам человеческой личности, мораль в маскультуре обычно упрощена и не слишком убедительна. Ведь мораль -- это сдерживающий фактор, поэтому-то ее в первую очередь и пытаются "размыть" или разрушить.
    
     "Пуританское" прошлое заставляет американское общество противиться "растлевающим" тенденциям маскультуры. Однако, цель этого неравного сопротивления -- не изменить существующее положение вещей, а только ограничить, удержать в рамках "приличия", смягчить, сделать "пригляднее". Избыток крови и жестокости на экранах пытаются объяснить "правым делом", за которое бьется герой, обилие "обнаженки" -- сексуальным воспитанием, а изображение отвратительных, жутких вещей оправдать психологической разрядкой, которую, якобы, получает зритель, а то и вообще объявить "неприглядной правдой жизни".
     При этом, сдерживающие "рамки" постоянно расширяются. Сохранить мораль в обществе, в котором прибыль определяет все, ужасно трудно. Маскультура постоянно опережает нравственное развитие общества и во многом его определяет. Наивные мечты Оскара Уайльда о том, чтобы "жизнь копировала искусство", воплотились в совершенно искаженной форме.12 Поэтому то, что получает "добро" на экране, постепенно становится нормой. Так, в течение жизни даже одного поколения моральные нормы могут измениться "энное" количество раз. Человек психологически привыкает к убийствам, детской проституции, тому, что "темные силы" правят миром (не только извне, но и изнутри самого человека). А победа Добра над Злом (которое оно в итоге ставит на колени и зверски убивает)13 настолько сказочна и натянута (повезло!), что ей не очень-то и веришь.
     Да и положительные герои-одиночки14 всегда слегка аморальны -- утилитарно относятся к женщинам, превыше всего ценят деньги, бывают безжалостны, грубы, страдают алкоголизмом и т.д. А их настоящим "подвигом" являются вроде бы нормальные человеческие ценности -- любовь, взаимовыручка, они даже деньгами жертвуют (правда, скрепя сердце).15 В общем, под "грубой личиной скрывается нежная ранимая душа". То есть, положительные герои аморальны именно в "рамках дозволенного".
     Другое дело -- злодеи, которые эти рамки нарушают. От "добряков" они, правда, отличаются лишь излишней жестокостью (убивают детей, например),16 вероломством (предают даже "своих") и угрожают гибелью всему человечеству. Но даже это -- уже пройденный этап. Последнее время нас заставляют еще и отдельным злодеям сочувствовать ("Бонни и Клайд", "Криминальное чтиво", "Прирожденные убийцы", "Молчание ягнят" и т.п.). Мол, "животинка, а ведь тоже чувствует". И ведь злодеев этих теперь даже не стараются оправдывать, как Робин Гуда, который "отбирал у богатых и раздавал бедным". Нет, они далеко не защитники "угнетенных" или люди, доведенные до отчаяния. Трогательные злодеи -- злодеи настоящие, но чтобы зритель им сопереживал, необходимо "оттенить" их еще более мерзкими личностями -- людоеду Ганнибалу Лектору противопоставить, например,"садиста-полицейского". Ну а профессиональные киллеры на экране -- вообще "высокоразвитые и культурные" люди: выполнят работу и -- в театр, или Толстого читать (а то и девочку обогреть своим "душевным теплом"). Куда там до них Родиону Раскольникову: тот двух старушек зарубил, а потом на протяжении всего романа в горячке валялся и каялся.
    
     Перескочив "красные флажки", американская маскультура на этом не успокаивается. Теперь победу надо "закрепить". Поднимут впервые в фильме тему: "гомосексуалисты -- тоже люди" и вскоре огромные массы "голубых" и трансвеститов заполонят экраны, как будто их не пять процентов от населения земли, а все пятьдесят! Понравится зрителю, как женщина бьет мужчину в челюсть, и вот уже героини раздают хуки "сильному полу" направо и налево. "Сильный пол" на телеэкранах не сдается и также безжалостно избивает женщин.
    

     Цитата в тему:
     "...желание (американцев) сделать все, что не запрещено, достоянием как можно большего числа людей -- и при этом заработать...
     Недаром именно в Америке впервые появился "Плейбой" -- попытка свести порнографию к той мере цензурной дозволенности, которая позволила бы иметь массовый тираж. Ведь то же самое происходит и в современном кино, и в рекламе, где есть сексуальный контекст. Эффект такого массового подхода куда сильнее, чем эффект ничем цензурно не ограниченной, но малотиражной европейской порнографии".

(В. Ошеров "О пользе науки", журнал "Новый мир", N9, 2001г.)


    
    
     Популяризация знаний
    
     "Если не ручаешься за слог, бей на
     сафьяновый переплет с золотыми пряжками!".
     (Козьма Прутков "Плоды раздумья")
    
     Оставим на время область искусства, чтобы в контексте данной статьи не пройти мимо такого любопытного явления как научная популяризация. Ведь и это направление давно уже "приватизировала" все та же маскультура.
     Не секрет, что прошли времена, когда человек был способен вмещать в своей голове значительную часть всего научного и культурного богатства (вспомним "универсального" древнегреческого Учителя -- Аристотеля, или "мастера на все руки" Леонардо да Винчи). Информационный "вал" вместе с узкоспециальным образованием (характерным для западной системы) вызывает у человека комплекс "ограниченности", оторванности от всего "массива" науки и культуры. Этот комплекс и пытается компенсировать научно-популярная литература, на которую нынче большой спрос.
     В популяризации знаний для широких масс нет ничего зазорного или, тем более, опасного (как считали некоторые представители элиты, говоря о "черни", поглотившей "высокую" культуру), если знания поданы компетентно, а "облегчены" они лишь за счет более внятного языка, занимательности и обилия примеров из жизни, показательных схем и иллюстраций. Особенно важны такие издания для детей как подготовка и стимуляция их к дальнейшим познаниям.
     Однако, за редким исключением, масса популярных изданий сейчас не дает никаких реальных знаний, или дает их только лишь как набор интересных фактов, вырванных из общего контекста в угоду моде. То есть, в изложении информации нет последовательности, она фрагментарна17 и не претендует на то, чтобы дилетант или ребенок стремился учиться и расширять свои познания.18 От читателя/зрителя требуется лишь восклицание "Waw!" и больше ничего. Например, количество популярных книг про динозавров занимает "львиную долю" общего количества подобных изданий про весь животный мир.19 И в большинстве своем они не вызывают у читателя желания познакомиться поподробнее с биологией, зоологией, геологией. Они лишь призваны потешить его любопытство, порадовать глаз, развлечь. То же мы видим и на экранах ТВ, транслирующих нам западные научно-популярные передачи. То, что в них подразумевается под популяризацией, на самом деле напоминает изложение несмышленому младенцу доводов для поедания кашки: "За папу, за маму, смотри, зайчик тоже кашку ест...". Но ведь мы (да и школьники) уже далеко не младенцы.
     Вот, к примеру, идет по ТВ передача про акул. На фоне превосходных съемок (картинка для ТВ обязательно должна быть качественной, без этого нельзя) ведущий в течение 10 минут преподносит зрителям следующие познавательные сведения: "Возле нас плавает акула... Смотрите, какая она большая... Когда находишься с ней рядом, чувствуешь себя неуютно... Она вполне способна перевернуть нашу лодку... Это действительно страшно... Обратите внимание, какая она большая, какие у нее острые зубы...". Одним словом: "Пиф-паф, ой-ой-ой!". Из подобного текста ничего содержательного об акулах узнать нельзя (кроме того, что они опасны, в чем, собственно, никто и не сомневался).
     Конечно же, есть и вполне достойные передачи, но и их подход чаще всего базируется на том, чтобы любой ценой удержать зрителя у экрана. Цена же эта может оказаться слишком высока, и в научно-популярных передачах становится все больше "популяризации" и все меньше науки, которая превращается в обрывочные, ни к чему не обязующие, знания, годящиеся лишь для разгадывания кроссвордов и голой эрудиции.20
    
    
     Манипуляция
    
     "-- Бандар-Логи, -- наконец послышался голос Каа, -- можете вы
     шевельнуть рукой или ногой без моего приказа? Говорите.
     -- Без твоего слова мы не можем шевельнуть ни рукой, ни ногой, о Каа!
     -- Хорошо! Подойдите на один шаг ближе ко мне!
     Ряды обезьян беспомощно качнулись вперед, и Балу с
     Багирой невольно сделали шаг вперед вместе с ними.
     -- Ближе! -- прошипел Каа.
     И обезьяны шагнули еще раз".
     (Р. Киплинг "Маугли")
    
     "Мир желает быть обманутым,
     пусть же его обманывают".
     (Павел IV, папа римский)
    
     Можно услышать мнение о том, что манипуляция сознанием посредством массовой культуры не в пример гуманнее прямого давления и насильственного принуждения. Мол, жертва манипуляции даже не осознает, где и когда на него "повлияли", и выполнит "установку" с радостью как собственный выбор. Несмотря на то, что скрытую манипуляцию открыто никто не одобряет, в целом ее действительно считают неплохой альтернативой "тоталитаризму".
     Беда лишь в том, что, находясь в тоталитарной системе, вам достаточно "прозрения", чтобы мгновенно избавиться от наваждения, в то время как в "гуманном" обществе даже осознание факта манипуляции не приносит быстрых результатов. Ведь эта система действует изнутри глубочайших слоев психологии, действует скрытно и главное -- в ней заранее запланирована ваша возможность "бунта". Мало того, образ "бунтаря-одиночки" так же популярен в маскультуре, как и образы "исполнителей долга" или "общественных героев". Так что и представления о "бунте" у вас будут маскультурные -- бессмысленные и нереальные: или террористический акт совершить, или прохожих с крыши дома расстрелять, или витрины побить, или в религиозную секту вступить, или вообще уехать на воображаемый "необитаемый остров" (варианты: буддийский монастырь, избушка лесника, заброшенное ранчо и т.п.). То есть, ваш "бунт" не будет иметь никаких конструктивных результатов.
    

     Цитата в тему:
     "-- Только что это такое -- альтернативная музыка? Какой музыкант альтернативный, а какой -- попсовый? Как ты это определяешь?
     -- Не знаю, -- ответил Татарский. -- По ощущению.
     -- Есть четкая дефиниция, -- сказал Морковин назидательно. -- Альтернативная музыка -- это такая музыка, коммерческой эссенцией которой является ее предельно антикоммерческая направленность. Так сказать, антипопсовость. Поэтому, чтобы правильно просечь фишку, альтернативный музыкант должен прежде всего быть очень хорошим поп-коммерсантом, а хорошие коммерсанты в музыкальный бизнес идут редко. То есть идут, конечно, но не исполнителями, а управляющими...".

(В. Пелевин "Generation "П"")


    
     При тоталитарной системе "прозревший", но не героический человек может хотя бы "обмануть" общество, ведя "двойную" жизнь: быть с виду благопристойным членом системы, а в глубине души вольно "диссиденствовать" или иметь свою независимую "Внутреннюю Монголию". Массовую культуру нельзя даже "обмануть" -- "Внутренняя Монголия" будет до боли напоминать тот же штамп маскультуры.
     Как мы уже отмечали, маскультуру в плане "манипулятивности" нередко сравнивают с тоталитарной пропагандой и воспитанием. Но тоталитаризм не скрытничает, его идеи и лозунги выражаются весьма четко -- "Бей жидов, спасай Россию", "Один народ, одна страна, один фюрер" и т.д. К тому же, в тоталитарной системе культурные ценности не являются товарным продуктом, они -- только верные "слуги" господствующей системы и идеологии.
    
    
     Творец и толпа
    
     "Литература есть самый отвратительный вид торга.
     И потому удвоенно-отвратительный, что тут
     замешивается несколько таланта. И что "торгуемые
     вещи" суть действительно духовные ценности".
     (В. Розанов "Уединенное")
    
     Многие "высоколобые" исследователи маскультуры часто изображают ее как наступление "человека толпы", "массового потребителя" на бастион "элитного" ("подлинного", "высокого") искусства, охраняемого отдельными независимыми "посвященными" творцами, гордо возвышающимися над безликой толпой. Подобный снобизм приводит лишь к обособлению этих "творцов" и "хранителей" от всех "прочих", что а) превращает их в замкнутую неразвивающуюся касту, обреченную на бесплодие и вырождение и б) вызывает вполне понятную ненависть людей как ответ на презрение. А вообще, во всем этом "аристократизме духа" немало лицемерия.
     И оставим разговоры о "среднем" вкусе и "среднем" читателе! Нет такого и никогда не было. Как не было никогда и "высокого", постоянно "воспаряющего мыслью за облаце". Какой читатель не желает порой поглазеть на красивых женщин, посмеяться над анекдотами, узнать цены на недвижимость, да и, чего греха таить, узнать сплетни про знаменитостей. Проблема лишь в том, что для дальнейшего духовного и интеллектуального саморазвития человека этого далеко не достаточно, а массовая культура, при ее неуемной жажде пожрать и приручить все и вся, проникает , как плесень своей грибницей, во все сферы человеческой жизни. А как мы уже говорили, превалирование "усреднённых" ценностей (особенно когда они выдаются за базисные) делает людей ограниченными, посредственными и, соответственно, -- легко управляемыми теми, кто этими ценностями "заведует".
    
     А разве есть критерии, позволяющие безошибочно отличить "подлинное" искусство от коммерческой подделки? Главное отличие -- довольно простое, но известно оно только самому творцу (слово "творец" здесь включает, естественно, и определенный уровень профессиональной подготовки). Если прерогативой творца являются деньги -- это маскультура. Если же он с вдохновением пишет, потому что не может не писать -- это подлинное.21 Такое творение может иметь разную судьбу: оно может быть принято публикой, может быть отвергнуто, может быть принято небольшой группой "ценителей", может быть понято лишь через много лет, а может быть -- и не оценено никогда. Но оно подлинно, в отличие от вещей, созданных для рынка. Последние также могут быть приняты или не приняты публикой. Но причина их неудачи -- всего лишь просчет создателей, неверно оценивших конъюнктуру рынка, или же следствие конкуренции с более "везучими" или богатыми коллегами. Принятие же или непринятие подлинных произведений искусства зависит от того, созрела ли публика (или хотя бы творческая элита) для их восприятия.
    
    
     "Скажи, Америка, родная мать"
    
     "Среди рассуждений Анаксимена он стал показывать его слушателям
     соленую рыбу и этим отвлек их внимание. Ритор возмутился, а Диоген
     сказал: "Грошовая соленая рыбка опрокинула рассуждения Анаксимена".
     (Диоген Лаэртский "О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов")
    
     "Обличать капитализм с мыслительным багажом и словарем, возросшим
     на почве этого самого капитализма, означает попусту тратить время".
     (Х. Кортасар "Игра в классики")
    
     Помните, как в повести Ф. М. Достоевского "Село Степанчиково и его обитатели" мужичок, "пригретый" мягкосердечными помещиками, зная их "слабые места", вовсю издевался над "господами" и практически подчинил их своему влиянию?
     То же происходит и с маскультурой. Она необходима и закономерна, когда занимает свое место в ряду товаров супермаркета, служа своеобразным облегченным "йогуртом" -- легко употребляемым, но отнюдь не насыщающим. Массовая культура -- "служанка" подлинной культуры и, популяризируя (наряду с ширпотребом) отдельные талантливые произведения,22 она бы даже несла ей определенное благо. Но она решила "сама всем править". Это произошло не злонамеренно, т.е. это не было частью чьего-то тщательно разработанного плана. Просто капиталистическое общество закономерно добавило в "тесто" культуры "дрожжи" -- стремление к прибыли. А дальше тесто начало расти, захватывая все новые и новые горизонты. То, что этот процесс пошел из Америки также закономерно.
    

     Цитата в тему:
     "На любой обитаемой планете возникает множество культур, и побеждает та, что первой овладеет материальной мощью и универсальной идеей... Они должны появиться вместе, как два обличья одного и того же... Победившая идея своим успехом обязана не завоеваниям, а благу, которое она будто бы с собой несет".

(С. Лем "Осмотр на месте")


    
     Сейчас стало модным надсмехаться над американской политкорректностью, злорадствовать по поводу разрушенных небоскребов, обсуждать низкий IQ президента Буша, возмущаться агрессивной внешней политикой, крутить пальцем у виска, читая, как американец подал в суд за то, что его сосед не стрижет лужайку... Мол, крах обнаглевшей сверхдержавы близок.
     Действительно, похоже на то, что Америка роет себе яму. Но разделять по этому поводу оголтелый оптимизм --извольте! В вырытую яму могут угодить не только США. Ведь эта страна сильна не только оружием и экономикой. Ее щупальцы проникли в самое сердце большинства культур. Ведь арабы сильны и непобедимы именно тем, что американская маскультурная "грибница" так и не смогла разъесть изнутри бастион мусульманской культуры (что ей, кстати, удается даже в такой самобытной стране, как Япония).
     Чего уж говорить о странах СНГ, на просторы которого американская маскультура ворвалась с яростью "беспредельщика".23 Попытка скрестить советскую "душевную" ментальность с западными "шоу-технологиями" выдала на поверхность совершенно отвратительные "гибриды". То, на чем Америка уже "хот-дог" съела, у нас копируется так мерзопакостно, что хочется иной раз лучше посмотреть американский боевик, чем отечественный сериал, где три матерящихся бандита будут в заблеванном туалете насиловать наивную дурочку.
     И пока мы будем во всех сферах жизни (от духовных приоритетов до искусства) оставаться "данниками" американской маскультуры -- глотать по телеку тупые боевики, восхищаться образом удачливого бизнесмена и мечтать о том же, о чем мечтает средний американец (гигантский дом, забитый барахлом, силиконовая верная жена и завистливые взгляды соседей), -- то все наши насмешки не будут стоить и ломаного гроша. Это будет всего лишь смех инфицированного над микробом.
    
    
     ++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
     Примечания:
    
     1 -- До окончательной победы в обществе буржуазных ценностей массовой культуры как явления и не могло быть. Культура существовала как совокупность нескольких культур -- культур определенных классов и каст. У дворянства была своя культура, у духовенства -- своя, у крестьян -- своя (которую почему-то некорректно, исходя лишь из ее древности и массовости, окрестили "народной"). Границы между ними были достаточно четкими, хотя и избирательно проницаемыми (фольклор подпитывал "высокую" культуру, проповеди католических священников популяризировали недоступную тогда для масс "Библию", а дворянская культура пародировалась или "приручалась" народной).
    
     2 --- Иногда это делалось сознательно и специально, когда основная масса творческой элиты становилась уж слишком скучной и непонятной, увлеченной сплошным "формализмом". В такие времена Г. К. Честертон, выступая против "педагогической унылости", призывал терпимее относиться к дешевым книгам ужасов или Повести о Билли Буйволе, видя в них простоту и человечность, утерянные самовлюбленной богемой. Или У. Эко, вносящий в текст романов, "коммерческие" и даже пародийные приемы, мечтал с их помощью увлечь читателя и привести его к более глубоким вещам.
    
     3 -- "Домохозяйки" почувствовали свою силу и стали диктовать условия. Им больше не хотелось, чтобы желанный "маскультпродукт" (а соответственно, и они сами) высмеивался "интеллектуальными выскочками". Равенство, так равенство!
    
     4 -- Сами создатели этой схемы, как мы уже писали, далеко не кретины. Это видно уже по талантливым пародиям на собственный коммерческий "продукт" ("Горячие головы", "Молчание ветчины", "Очень страшное кино" и т.п.).
    
     5 -- лат. "Мы ничего не сделали великого, но только обесценили то, что считалось великим".
    
     6 -- В данном случае, это не означает, что он обязательно кидает окурки в урну. Имеется в виду то, что человек не способен оставаться вне культуры (так же, как вне общества), не преставая при этом быть человеком.
    
     7 -- Иногда это доходит до абсурда. Показателен пример с возрожденными "Звездными войнами" -- обычной примитивной фантастик-сказкой, которую напичкали спецэффектами и "глубокомысленными" фразами про "духовное самоусовершенствование" с помощью некой Силы. Если раньше к этому фильму относились либо с иронией, либо как к обычной "развлекухе", то теперь в Америке даже зарегистрирована новая религия "рыцарей-джедаев, поклоняющихся Силе".
    
     8 -- Например, нашумевший в свое время фильм "Матрица" взял на вооружение интересную, хотя, и не очень свежую (см. повесть С. Лема "Футурологический конгресс"), идею. Однако, многообещающая завязка закономерно выродилась в туповатую театральную потасовку, а сам фильм стал очередным патроном в обойме так называемого "дизайнерского" кино. Ну, а "Матрица-2" (о, эти бесконечные продолжения, призванные выкачать из успеха как можно больше денег!) уже была чистым торжеством спецэффектов над разумом.
    
     9 -- Любому мало-мальски внимательному читателю должен быть непонятен не так уж давно отшумевший бум вокруг детективов Б. Акунина. Вернее, бум-то сам понятен. На фоне саг Марининой, эпопей про Бешенного или какую-нибудь "Королеву отморозков" публика изголодалась по добротному классическому детективу с легким налетом "интеллектуальности" и исторической экзотики. Не отказывая книгам про Фандорина или монашку Пелагею в увлекательности и складности изложения, трудно понять почему так билась в радостном пароксизме интеллигентская критика, пророча Акунину лавры "интеллектуала", а в середнячковых (с ляпусами и милыми банальностями) детективах узревала некую глубину. Детективы-то эти и стали широко популярными, потому что их "глубина" не требует особого мастерства по "нырянию".
    
     10 -- Вспомним, как идея о монстрах, созревающих в человеческом теле из фильма "Чужой" была растиражирована в кино, практически, без изменений (тут же вспомнается фильм "Тварь", десятки других "подражаний" просто вылетели из головы).
    
     11 -- Если судить по американским фильмам, создается впечатление, что население США состоит исключительно из полицейских, маньяков и их жертв.
    
     12 -- Уайльд-то под этим подразумевал, что из искусства в жизнь перейдет "прекрасное".
    
     13 -- Обязательно зверски - либо бензопилой перепилят злодея, либо на высоковольтную сетку бросят, либо в серной кислоте утопят.
    
     14 -- Культ одиночки неразрывно связан с "идивидуализацией" жизни на Западе. Как в еврейском анекдоте: "мы ни к кому не ходим, к нам никто не ходит").
    
     15 -- Но "добрые" масскультработники, чтобы не разрывать сердца жадным американцам, всегда эти деньги либо возвращают героям в конце сюжета, либо частично компенсируют нанесенный ущерб (то бриллиант в декольте закатится, то где-то ящик с золотыми слитками заваляется).
    
     16 -- Хотя убить ребенка, при необходимости, может даже положительный герой. Например, в известном фильме "Омен. Предзнаменование" главный герой кладет плачущее дитя на алтарь, чтобы пронзить его кинжалом. А ребенок провинился лишь тем, что у него на затылке три шестерки и он, по фантазии автора фильма, -- детеныш Сатаны. Получается, что если вы решите, что ваше четырехлетнее дитя "одержимо" Сатаной, то убивайте его не задумываясь (может, святыми как Авраам станете)! И не в Сатане здесь дело, а в самом факте дозволенного отнятия жизни у ребенка -- символа чистоты и невинности в любой культуре. Достоевский с его "слезинкой" для американцев явно и безнадежно устарел. Таким образом, у зрителя подсознательно разрушают один из основных запретов любой культуры -- запрет на убийство детей.
    
     17 -- Принцип "фрагментарности" и стремительной непрерывной смены образов --характерная черта маскультуры. По сути дела, произведения искусства копируют рекламу, с которой у маскультуры давние и родственные связи. Цель этого -- воздействовать на подсознание и не дать зрителю "опомниться" или заскучать. Яркой иллюстрацией этого в мире литературы есть комиксы, а в мире музыки -- видеоклип. Недаром наши клипмейкеры довольно быстро научились снимать технически качественные клипы, чего не скажешь о музыке (ведь музыка -- это "всего лишь" искусство, а клип - рекламный ролик).
    
     18 -- В отличие, кстати, от научно-популярных изданий советского времени. Вообще, советская система образования (несмотря на засилье идеологии) ставила целью не только воспитание "будущего строителя коммунизма", но и воспитание "всесторонне развитой личности". Научно-популярные издания (часто мало зависящие от идеологии) делались на компетентном глубоком уровне как "мостик" в мир серьезной науки. Возможно им и не хватало добротной полиграфии и качественных иллюстраций, но в остальном все было безупречно.
    
     19 -- Не секрет, что "бум" вокруг доисторических ящеров был во многом вызван голливудским блокбастером "Парк Юрского периода".
    
     20 -- Вот еще один забавный феномен, родственный маскультуре. Замечено, что в разгадывании кроссвордов преуспевает не самый умный, и даже не самый эрудированный человек, а тот, кто просто чаще других предается этому занятию (высмеянному еще Г. Гессе на первых страницах "Игры в бисер"). Этот человек знает, что одногорбого верблюда зовут "нар" (так как он попадается в половине скандинавских кроссвордов), а опера Бизе -- "Кармен", но при этом, скорее всего, не знает, как зовут верблюда двугорбого, а оперу вообще никогда не слушает.
    
     21 -- Поэтому в сферу маскультуры обязательно попадают и талантливые произведения (с них ведь тоже надо "накачать" денег). Да и в самой сфере маскультуры порой проявляются таланты (скажем, Фредди Меркюри, положивший всего себя на алтарь шоу-бизнеса, несмотря ни на что, писал замечательные песни, ибо его вдохновение было подлинным).
    
     22 -- Соотношение "шедевров" и "подделок" всегда будет неравным, ведь слуг больше, чем господ.
    
     23 -- "Неискушенные, они называли культурностью то, что было началом порабощения".
     (Тацит об усвоении британцами римского уклада жизни)
    
    

Сергей Курий, Сергей Аксёненко

Статья опубликована в журнале "Твое Время" N2-3/2003

www.ytime.com.ua


    
 
 
 
 
  1
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"