Аннотация: Мужчина просыпается на скамейке в парке. Он не помнит, кто он такой. Со временем он замечает, что способен творить удивительные вещи.
Он проснулся на холодной скамейке.
Он не помнил, кто он такой. Не мог вспомнить ни имени, ни своего прошлого. Он сел, потер виски и огляделся. Люди шли мимо: кто-то с кофе, кто-то вывел на прогулку собаку, другие просто таращились в свои телефоны.
Никто не обращал на него внимания.
- Извините, - обратился он к первой прохожей на улице, даме с собачкой. - Вы меня не знаете? Я... я... кажется, потерял память.
Одна старушка сунула ему сто рублей "на еду". Еще один прохожий, мужчина в деловом костюме, буркнул: "Отвяжись, придурок! Совсем уже обнаглели. С утра бухают". И скрылся за углом.
У киоска с мороженым он встретил полицейского.
- Парень, ты в порядке?
Он не знал, в порядке ли он. Он пошел дальше, спрашивая каждого второго. Все отмахивались от него, как от сумасшедшего.
Но старик с мороженым выслушал его внимательно, вздохнул и сказал:
- Сынок, я своих внуков иногда не узнаю. Иди в поликлинику, там терапевт, он поможет. Наверное, у тебя сотрясение.
- Точно, - улыбнулся мужчина, поблагодарив старика, - как это я сразу не вспомнил. Поликлиника. Благодарю Вас.
Он пожал руку старику, и тот сразу же почувствовал облегчение. Он снова мог дышать как прежде. Дедушка страдал раком легких уже три года, харкал кровью. Каждый день был для него мучением.
Но в тот миг он впервые почувствовал облегчение.
Старик выронил мороженое из рук, и еще долго смотрел вслед незнакомцу.
А на следующий день онколог сообщил ему, что он полностью выздоровел.
***
В конце концов, он дошел до больницы. Доктор выслушал его, посветил фонариком в глаза, сделал томографию и развел руками.
- Классическая диссоциативная амнезия, - сказал он равнодушно, - полная потеря автобиографической памяти. Но никаких травм нет. Не волнуйтесь, иногда такое бывает. Побольше отдыхайте. Через пару недель, память, может, вернется.
- А если нет?
Доктор поднял на него взгляд.
- Тогда придется начать заново.
- С чего?
- С имени, например.
Он долго смотрел в окно на облака, которые складывались в причудливые узоры. Почему-то на ум пришло только одно слово: "Артур".
- Меня зовут Артур, - сказал он.
Доктор кивнул.
- Хорошо, Артур.
***
Первые дни он жил на пособие и спал в хостеле. Работал грузчиком в супермаркете. Его тело было сильным, будто привыкло к тяжестям. Но однажды вечером он нечаянно задел рукой о ржавый угол ящика. Кровь потекла обильно, боль была острой. Артур выругался, прижал к ране тряпку... а через десять секунд посмотрел: кожа была гладкой, как будто ничего и не было. Ни шрама, ни следов крови.
- Адреналин, - сказал он себе. - Наверное, адреналин.
***
Вскоре он снял крошечную квартиру на окраине. Это была клетушка с облупленными стенами и ужасно скрипучим полом. А окно выходило во двор, где по утрам ругались дворники. Но вот удивительно, ему здесь даже нравилось. Все было таким... настоящим. Хозяйка почти не задавала вопросов, только попросила платить вовремя. Это его устраивало. Артур быстро привык к рутине: вставать рано, кипятить воду в чайнике. Ему нравилось смотреть, как пар поднимается к потолку, будто в этом есть какой-то скрытый смысл.
Правда, его кое-что настораживало. Он помнил, что должен есть. Ведь все люди испытывают голод. Но ему совсем не хотелось.
Так или иначе, он покупал хлеб, сыр, молоко, даже полюбил варить куриный суп. Это занятие успокаивало его. Во время готовки проходили все дурные мысли.
Вскоре Артур устроился на работу в небольшой книжный магазин - "Лис и Фолиант".
Он выбрал это место, потому что там было тихо. И ему это нравилось.
А еще здесь жил рыжий кот, который спал на кассовом аппарате. Артур любил животных.
Директриса, пожилая женщина по имени Зинаида Сергеевна, взяла его без документов. Она просто посмотрела в глаза и сказала: "Похож на книжного червя. А если воруешь, то лично прибью". Артур кивнул и рассмеялся.
Он учился улыбаться. Поначалу улыбка выходила кривой, деревянной, мышцы забыли, как это делается. Но к третьей неделе у него получалось очень даже естественно. Только поводов для радости было не так уж и много.
Артур учился советовать покупателям книги, для этого пришлось прочитать штук тридцать, просто чтобы понимать, о чем говорят люди. Хотя... когда он читал, все время было ощущение, что он где-то об этом слышал. Наверное, в прошлой жизни он прочитал не одну сотню книг. Только вот забыл об этом.
А ещё он учился пробивать покупки на старом кассовом аппарате, который щелкал как пулемет и иногда выдавал чеки с иероглифами вместо цифр.
Иногда, когда в магазине не было ни души, Артур открывал случайный том и читал несколько страниц. Надеясь, что слова зацепят в нем что-то знакомое. Пытался найти хоть какую-то крупицу информации, что поможет ему вспомнить, кто же он такой.
Но чаще оставалось ощущение, будто он смотрит на чужую жизнь сквозь стекло. Герои страдали, любили, умирали и воскресали на бумаге, а он оставался по ту сторону. Одинокий и чистый, как белый лист. У него не было своего прошлого.
Однажды, ближе к вечеру, в магазин зашел мужчина в коричневом пальто. Он долго бродил между стеллажами, вздыхал, перебирал корешки. Артур уже хотел предложить помощь, но покупатель опередил. Он подошел к стойке и положил перед ним тонкую потрепанную книгу.
- Камю, - прочитал Артур. - "Посторонний".
- Так точно. Моя любимая, хочу еще раз пробежаться по тексту. А Вы читали? - спросил мужчина.
- Да. - Артур провел пальцем по обложке. - Главный герой не чувствует связи с миром. Его мать умирает в самом начале книги, но он даже не плачет. Он как будто... живет не свою жизнь.
Мужчина прищурился.
- А Вы, я смотрю, знаете толк в книгах. Многие думают, что Мерсо - чудовище. А он просто честен с самим собой. Он не притворяется.
Артур поднял глаза.
- Я тоже не притворяюсь, - Прошептал он. - Я не знаю, что такое боль. Не помню. Может, я и есть Мерсо.
Мужчина хмыкнул, достал мятую купюру.
- Держите, сдачи не надо. И знаете что? Прочитайте "Миф о Сизифе". Того же автора. Там он объясняет, зачем жить, когда смысла нет. Спойлер: сам тащишь камень в гору, и это уже подвиг.
Артур упаковал книгу в бумажный пакет. Когда покупатель ушел, кот на кассе открыл один глаз, зевнул и снова уснул. Артур остался сидеть, глядя в окно на вечерний город.
"Миф о Сизифе, - повторил он про себя, - завтра поищу на полках".
Вечерами он возвращался домой пешком. Иногда он садился на лавку и наблюдал за людьми. Одни вечно куда-то спешили, другие были просто безмятежны, смеялись и радовались жизни. А иные и вовсе - болтали по телефону с близкими, и этого было достаточно для счастья. У всех была своя цель в жизни.
А у Артура ничего этого не было.
Какова была его цель в жизни?
Он пытался создать себе прошлое. Записывал в блокнот: "Меня зовут Артур. Мне нравится капучино. Я живу вот здесь". Но эти слова казались совершенно бессмысленными и пустыми. Дурацкая чепуха, как если бы он переписывал чужую анкету. Иногда он задерживал взгляд на своем отражении в стекле витрины, и пытался представить, каким был этот человек раньше.
В такие моменты тут же накатывала сильная головная боль. И он сразу отказывался от этой затеи. Просто продолжал жить, не оглядываясь на прошлое.
***
"Миф о Сизифе" Артур нашел на нижней полке, в разделе "философия", который никто не трогал месяцами. Книга была старой, с пожелтевшими страницами и библиотечным штампом какого-то института, которого уже не существовало. Он взял её в субботу вечером, когда магазин закрылся, Зинаида Сергеевна ушла кормить своих кошек.
Артур сел в продавленное кресло за стойкой, включил настольную лампу, и начал читать.
Сначала текст шел туго. Камю писал так, будто спорил с невидимым оппонентом. Некоторые фразы требовали перечитывать их по три раза. Но Артур не сдавался. Перечитывал вновь и вновь.
"Человека делает человеком в большей мере то, о чём он умалчивает, нежели то, что он говорит", - прочитал он и отложил книгу на минуту. В пустом магазине было тихо, только рыжий кот посапывал на подоконнике.
Артур тяжко вздохнул. Он думал о том, зачем вообще просыпаться каждое утро, если ты не помнишь, кто ты.
Он читал дальше. О том, что человек, как Сизиф, который вечно толкает камень в гору, смотрит, как тот скатывается вниз, и снова берется за дело. Бесконечно и бессмысленно. Но Камю в конце заявлял: "Сизифа следует представлять себе счастливым".
Артур закрыл книгу. Посидел. Потом открыл снова, перечитал последние страницы.
- Счастливым, - произнес он вслух. Кот дернул ухом. - Как можно быть счастливым, занимаясь бессмысленной работой?
Он встал, прошелся между стеллажами. Лампочка под потолком едва мигала. Артур машинально щелкнул пальцами, и она загорелась ярче прежнего. Он даже не заметил этого.
Он думал о наказании Сизифа.
Что это вообще такое - толкать камень вверх, видеть, как он падает, и снова толкать? Зачем? Но Камю утверждал: когда Сизиф идет вниз за камнем - он свободен. В этот момент он выше своей судьбы. Он смотрит на бессмысленность и смеется.
- Вот оно, - прошептал Артур, останавливаясь у полки с детективами. - Неужели, я - это он? Неужели, я и есть Сизиф?
***
Через неделю Артур проснулся от нестерпимой головной боли. Никакие таблетки не помогали.
В его голове закопошились чужие мысли. Настолько громкие, будто бы прямо в его мозгу кто-то на полную катушку включил радиоприемник.
Старуха снизу: "Эх, если бы не больное сердце, я бы ещё пожила".
Подросток за стеной: "Пусть она напишет первой. Ну, пожалуйста!"
Кот в подвале: голод, тепло, смутные образы мыши.
"Только бы не уволили... дети голодные...", - женщина в соседней квартире.
"Если она ещё раз напишет этому придурку...", - парень этажом выше.
"Хочу, чтобы он умер. Просто взял и умер", - кто-то совсем далеко, полный ненависти.
Девушка с третьего этажа думала о том, что тест положительный, а отец ребенка ушел к другой. И она вдруг разрыдалась.
Артур сел на кровати, хватая ртом воздух. Он слышал всех. Одновременно. Все их мысли, страхи, грязные тайны и самые сокровенные желания. Артур зажал уши ладонями, но мысли были внутри. Миллионы голосов. Он кричал в подушку несколько часов.
Со временем он научился делать внутри себя некую глушилку. Но осадочек остался.
Самым показательным стал случай на бульваре.
День был солнечным. Артур шел домой после очередного бесполезного сеанса у психотерапевта, который разводил руками и советовал "принимать глицин". Внезапно его накрыла тоска. Глубокая печаль. Будто он ждал встречи, которая никогда не случится.
И в тот же миг небо над городом почернело.
Обрушился ливень. Люди с визгом разбегались, а Артур стоял под этим дождем и чувствовал, как капли разбиваются об его лицо. Ему стало стыдно. Он подумал: "Хватит". И дождь кончился. Ровно в ту же секунду.
Как по щелчку.
- Не может быть, - прошептал он, оглядывая мокрый асфальт и выглянувшее из-за туч солнце.
После этого случая Артур попытался сделать вид, что ничего не происходит. Он пытался внушить себе - он обычный мужчина с амнезией, который снимает квартиру на окраине, ходит в одних и тех же джинсах и по утрам варит себе растворимый кофе, потому что на зерновой нет денег.
Он изо всех сил пытался себя в этом убедить.
***
Денег от работы в книжном не хватало, так что он устроился курьером.
Дни потянулись однообразной вереницей. Подъем в семь утра, потому что сосед сверху каждый день включал перфоратор ровно в это время. Хотя ремонт, казалось, длился уже несколько лет. Артур умывался холодной водой, ведь горячую отключили за долги предыдущего жильца. Он натягивал куртку с потертыми локтями и выходил на улицу.
Его маршруты были просты: забрать коробку с суши в японском ресторанчике у метро, доставить её в бизнес-центр на набережной. Забрать букет в подвальной флористике, вручить заплаканной девушке в общаге.
Он привык к этому ритму.
На минуту он остановился в том самом парке, где проснулся пару месяцев назад. Заглянул в пруд. Утки плавали по кругу. Артуру казалось, что и его жизнь теперь такой же бесконечный круг.
Память не возвращалась. Врачи разводили руками. Невролог в районной поликлинике, полная женщина с родинкой на щеке, честно сказала: "Молодой человек, у вас на МРТ всё чисто. Ни опухолей, ни инсультов. Вы либо симулируете, либо у Вас.... Ну, в общем, сходите ещё к психиатру".
Психиатр, шестидесятилетний мужчина с красными от недосыпа глазами, делал пометки в блокнот.
- Артур, Вы сказали, что поранились, но рана затянулась за секунды. - Доктор отложил ручку. - Вы уверены, что это не было, скажем так, преувеличением? Иногда сильный стресс может искажать восприятие времени.
- Я видел это своими глазами, доктор. - Артур поставил локоть на подлокотник и продемонстрировал тыльную сторону ладони. - Вот здесь. Не осталось даже шрама.
- Понятно. А другие феномены?
Артур замялся. Стоило ли говорить про голоса? Про то, как он услышал желания соседей? Доктор всё равно решит, что у него шизофрения. Но молчать он больше не мог. Ему нужно было выговориться.
- Я слышу мысли людей, - выдохнул Артур. - Не постоянно. Но если не концентрируюсь на глушилке... они врываются, как радио. Хотят денег, славы, чтобы их любили, чтобы кто-то умер. Это отвратительно.
- Глушилка? - Доктор поднял бровь. - Вы имеете в виду, что сознательно блокируете эти голоса?
- Да. Я как бы строю внутри стену из своих мыслей, и на время заглушаю эти голоса.
Доктор что-то чиркнул в блокноте. Затем поднял глаза.
- Артур, у Вас нет температуры, Вы адекватны, не агрессивны. Но то, что Вы описываете, выходит за рамки классической амнезии. - Он помолчал. - Расскажите про дождь.
Артур вздохнул.
- Шёл я по улице. Было солнечно. Потом мне вдруг стало безумно грустно. Я подумал: "Как же всё бессмысленно". И небо почернело. За секунду. И тут резко хлынул ливень.
- Нет, доктор. - Артур подался вперед. - Я мысленно сказал "хватит", и дождь кончился. Мгновенно. Синоптики потом говорили о "редком атмосферном явлении". Но я-то знаю правду.
Доктор снял очки, протер их краем халата.
- И какую же?
- Погода реагирует на моё настроение. Когда я злюсь, то начинается магнитная буря. Когда радуюсь, распускаются цветы не по сезону. - Артур нервно усмехнулся. - Звучит как бред, да?
- Звучит как... ну, что ж, кхм, звучит необычно. - Доктор был сама дипломатичность. - Допустим, я поверю Вам на слово. Что тогда? Чего Вы хотите от меня?