Дверь упала с петель. Ведь он сказал " Да", а кусочки металла его послушались.
Ударил свет в глаза. Там - зима, пахнет снегом.
Она выступила за порог, по привычке приподнимая кончиками пальцев полы длинной юбки.
"Как высоко!"-произнесла она глядя на амфитеатр.
"О, это делает такие залы только прекраснее. И дальше я не могу тебя вести, ты теперь сама." И исчез в своём бездонном плаще, который заполнил весь проём.
"Так. Теперь я не " она, а "я". Как кружится голова. Надо держаться...Надо... да, вот за эти поручни! Надо бы свернуть плащ в дорожную сумку."
И кладёт не кончики пальцев, а целую ладонь. В карман джинсов.
За спиной дорожный рюкзак, в нем не украшения, не друзы, а книги и халат, - тот самый плащ.
Голова кружится, потому что не спала. Держалась за сосновые парты.
Аудитория гремит.
За кафедрой - признанные волшебники, организаторы действа.
Один из молодых людей в камзолах, наставник одной из обучающихся леди, вчера мыл со мной грязные пробирки, стоя под тягой с хлором.
И вот, их речи прерываются неловкими паузами, кафтаны рассыпаются, остаются костюмы.
Тот, кто объявляет, обычно щёлкает меня по носу за слишком хитрые ответы. А слева тот, с кем мы кололи лежанку дров. Какие же они волшебники? Досягаемые. Протянешь руку - можно потрогать.
А остальные? Дрожат от волнения. Грустно ,когда знаешь тайны.
Мастеру ларцов тоже не интересно искать второе дно.