Аннотация: Глава из поэмы "Первая баррикада". Публикация - изд. "Советский писатель", 1957 г. П.Г. Антокольский считал что "Первая баррикада" обречена на успех. В.Н. Голицина называла "Первую баррикаду" поэмой-воспоминанием.
Петербург - Париж. Никандр Алексеев. Предпоследняя глава поэмы "Первая баррикада". Петербург не старинный Париж, Где узки переулки и кривы. Захламился хламьем и пылишь, Украшаясь улыбкой игривой.
Чтобы сбить сотню смертных грехов, Нужен меткий свинец аркебуза... Иноверца пролитая кровь Не смутит, иноверца-француза.
Там стояли за власть королей И святые... И были жестоки: Лишь один только Варфоломей В ночь одну пролил крови потоки.
А позднее, веками тремя, С переулков и улиц, как надо, Их крепя, "Марсельезой гремя", Стал рабочий грозить с баррикады.
Этих улиц, кривых и косых Не любили владыки Парижа - Тот страшнее небесной грозы, Кто судьбой обделен и обижен.
Переулки палят с баррикад, Переулкам легко укрепиться. Потому-то Луи Бонапарт Сотни улиц расширил столицы.
Пользы мало! Услышал Монмартр Треск сухой с баррикад коммунаров, И, хотя холодил месяц март, Шла весна по каштанам бульваров.
По-французски ты не говоришь, Петербург трудовых улиц людных. Но с тобой породнился Париж, Нам родня баррикады коммуны.
По прямому колену родня, Отзовись, встань, Париж, с нами рядом! Неужель, дар свободы ценя, Петербургским не рад баррикадам?
Нам крепить бы такую родню: Пули пели... Борьбы песни петы... И с каштановыми авеню Петербургские схожи проспекты.
Широка, многолюдна Нева, Многолюден, торжественен Невский. Он прямее стрелы и едва ль Не прямее Полей Елисейских.
Облакам любо лоно озер - Зеркала средь Булонского леса. В зеркала наших Невок-сестер Загляделось свое поднебесье.
Как в Париже не каждый нам друг, Как вы сами не каждому рады, Так у нас есть другой Петербург, На другой стороне баррикады.
Всех душителей наших свобод Церковь мажет одним тем же миром... Мажет лоб Петербургу господ Точно так Как Парижу банкиров.