Аннотация: Первое апреля. Часть 1.Всадники Венсенского леса.Глава 9.
9. ДУЭЛЬ В ДЕНЬ ДУРАКОВ.
Де Гиш и де Сент-Эньян привязали своих лошадей к высокому дереву на поляне. Они прислушались. Вдали раздался топот лошадей.
-Едут, - заметил де Сент-Эньян.
-Через пять минут будут здесь, - сказал де Гиш.
И тут отважному де Гишу изменило его обычное мужество.
-О Боже, что будет...- прошептал он.
-Не нервничайте, де Гиш.
-Что я наделал!
-Вы опять? Сколько можно! Ну и фрукт этот ваш Бражелон, все мы сошли с ума из-за его разбитой иллюзии! И все казним себе, и считаем себя виновниками его тоски. И король, и Луиза, и Д'Артаньян, и граф де Ла Фер.
-Я места себе найти не могу, я, я во всем виноват!
-То же самое говорит себе любой из перечисленных мной господ. Полно, Гиш! То, что вы вчера сказали королю - ваша, мол, была идея о героический смерти под вражескими пулями - ну кому только такой вздор не приходит в голову!
-Многим, вы правы. Включая даже самого Конде. Великий Конде как-то нам поведал о том, что любви придает остроту, если женщина испытывает страх за любимого человека. И тогда, сказал принц Конде, мы побеждаем под Рокруа, вот и все.
-Так при чем здесь вы? Может, Конде в ответе за эту идею Рауля.
-Может, и Конде. Но моя личная вина не только в этом. Я же пристроил Лавальер ко Двору. Сидела бы в своем Блуа, и не было бы таких напастей.
-Да бросьте, вы только оказали любезность господину Маликорну. Я же знаю все подноготную - как Луиза попала в число фрейлин герцогини Орлеанской. Сами же говорили... А вот Маликорн... Граф, вы доверяте Маликорну?
-Вполне. Он добрый малый.
-Де Гиш, де Гиш, вы не новичок при Дворе, но все же - да не обидят вас мои слова - несколько наивны, благородны и доверчивы. Вам, равно как и вашему милейшему Бражелону не мешает иметь чуть побольше коварства. Сейчас, здесь, на этой поляне, должен бы быть на моем месте Маликорн, раз уж на то пошло.
-Я вас не понял.
-Вся интрига с "конспиративной квартирой" задумана Маликорном. Я только реализовал его замыслы. Идея созрела в его голове.
-Негодяй! - прошептал изумленный де Гиш, - Небо! Граф, это не первоапрельская шутка?
-Мне не до шуток.
-Вот мерзавец! А сам-то набивался к нам в друзья, и мы приняли его в нашу компанию, и даже постарались загладить бестактность де Варда, который попрекнул Маликорна не дворянским происхождением.
-Де Вард только и умеет говорить бестактности, - сказал де Сент-Эньян презрительно, - Но Маликорну не доверяйте, де Гиш.
-Вот он-то и есть предатель. Вы что - вы, собственно с Бражелоном почти не общались, вам он посторонний человек.
-Ну, не совсем. Я в то время считал Рауля идеальным аристократом, воспитанным, сдержанным, учтивым. Таких безумств я от него не ожидал. Но ни слова Маликорну!
-Вот и делай людям добро после этого, - вздохнул де Гиш, - А я-то из-за этого поганца ругался с де Лорреном, место при Дворе принца ему выпрашивал. Подлый предатель!
-Я надеюсь, вы не подадите виду...
-Не беспокойтесь, Сент-Эньян, я вас не выдам... А впрочем, чернь есть чернь. Вы тоже ему не доверяйте.
-Как можно ему доверять? Этот молодчик перешагнет ради своих интересов через любого.
-Вот дерьмо! - выругался де Гиш.
-Тс! - остановил его де Сент-Эньян, - Они подъезжают.
-Вот и мы, - сказал Маникан, - Привет вам, господа!
Рауль соскочил с лошади, Маникан тоже спешился.
-Все в порядке? - спросил де Гиш, - Вы не заметили ничего подозрительного?
-Вроде все тихо, - сказал Рауль.
-И я не заметил ничего, - сказал Маникан.
-Но дорогу надо держать под наблюдением, - заметил де Сент-Эньян, - С некоторых пор это место время от времени контролируют отряды королевской полиции.
При этих словах Бражелон иронически усмехнулся и спросил не без язвительности в голосе:
-Вы не соблаговолите уточнить, любезнейший господин де Сент-Эньян, с каких пор? -Уточню, милейший господин де Бражелон, - так же язвительно ответил де Сент-Эньян, - С тех самых пор, как вы меня сюда изволили пригласить. Я явился. С опозданием, но все же явился.
-Лучше поздно, чем никогда, - холодно ответил Рауль.
-Господа, господа, довольно! - тревожно сказал Маникан, - Не горячитесь, давайте решим, что будем делать, если явится полиция?
-Вступим в бой и прогоним полицейских! - фанфаронским тоном заявил Рауль, задрал нос и уперся кудаком в бедро.
-Мой милый, ты говоришь глу-пос-ти, - возразил де Гиш, дернув его по-дружески за шляпу, - Если только завидим полицейских - садимся на коней и удираем! Во весь опор, господа!
-Мушкетеры так не действовали!
-Мой милый! - опять возразил де Гиш, - На то они и мушкетеры. Времена меняются. Сейчас не 1626 год. Я знаю, на что ты намекаешь. Но, кроме безграничной храбрости, надо и соображать хоть чуть-чуть.
-То-то Д'Артаньян и ворчит, что наше поколение никуда не годится.
-И потом - мушкетеры - герои, а мы кто? Придворные Короля-Солнца, золотая молодежь, мальчики из высшего света. Нам ли связываться с полицией? - сказал Маникан.
-А! Делайте, как хотите! - махнул рукой Рауль.
-Давайте поскорее, тут опасно задерживаться, - предложил Маникан.
-Поскольку я зачинщик дуэли, я вызвал вас, виконт, в ответ на оскорбление, которое вы мне нанесли, я прошу принять мои условия.
-Вообще-то условия диктует тот, кого вызвали, - заикнулся де Гиш.
-Согласен на любые условия этого господина, - самоуверенно заявил Рауль.
-Постойте! - вскричал Маникан, - Не по правилам! Мы забыли предложить противникам помириться.
-В самом деле, господа, - сказал де Гиш, - Может, уладим дело миром?
-Если виконт извинится, я готов сказать, что патент у меня украли.
-Нет, - отрезал Рауль, - Не дождетесь моих извинений. И не нужен мне предательский патент!
Де Гиш вздохнул. Маникан сжал губы.
-Что ж, - сказал де Сент-Эньян, - В таком случае мое условие... драться до...
-... до первой крови, - шевельнулись губы Маникана.
-Не подсказывайте, господин де Маникан. Драться до... - тут де Сент-Эньян сделал эффектную паузу и произнес: до первой серьезной раны, нанесенной одному из нас. Выбитое оружие не считается. Если вы, сударь, допустим, выбьете у меня шпагу захватом клинка и круговым движением, вы должны позволить мне поднять оружие.
-Даже де Рец в таких случаях прекращал поединок, - заметил де Гиш, - Выбитая шпага - и кончим дело!
-А я настаиваю на своем условии, поскольку я оскорбленная сторона! - заупрямился фаворит, - Вы принимаете мои условия, господин де Бражелон?
-Да.
-Не пора ли начать? - спросил де Сент-Эньян, - Если, конечно, у вас нет своих предложений, господин де Бражелон. Это ваше право, но вы любезно предоставили мне инициативу.
-Есть, - сказал Рауль насмешливо, - Вы поэт, граф?
-К чему этот вопрос, виконт?
-Сейчас поймете. Сегодня День Дураков, не так ли? Сочиним балладу во время дуэли.
-Балладу?
-Ну да, балладу. Вот небезызвестный вам господин Портос забалтывал своих противников, но стихов, насколько я знаю, не сочинял.
-Куда ему, этому буйволу, - пробормотал придворный поэт Короля-Солнца.
-Вы, конечно, знаете строение баллады, раз вы поэт? - спросил Рауль.
-Конечно, знаю. Три строфы плюс посылка. А какой рефрен?
-Вот вам дуэль в День Дураков. -Додумался! - всплеснул руками Маникан, - Сочинять баллады во время дуэли!
-Уже было, - ответил Рауль, - Сирано де Бержерак, например.
-Сирано де Бержерак, Портос, де Рец - мы тут собрались обсуждать чужие дуэли или сами драться? Черт возьми, здесь же опасно!
-Вот вам дуэль в День Дураков, - задумчиво промолвил де Сент-Эньян, - Та-та, та-та, та-та, та-та. Попробуем!
-А что если ограничить время поединка четвертью часа, как это делается в немецких университетах? - предложил де Гиш.
-Дорогой граф, это несерьезно, - возразил де Сент-Эньян.
Дуэлянты обменялись поклонами, сбросили плащи и камзолы.
Секунданты еще раз сверили длину шпаг.
-Тридцать два дюйма* примерно, - сказал де Гиш.
.....................................................................................................................
*80 см.
....................................................................................................................
Маникан взял шпагу Рауля.
-Английская шпага Елизаветинской эпохи. Ажурная чашка и дужка. Загнутые концы крестовины. Двояковыпуклый клинок. На внутренней части надпись "For my Christ resolved to dy"*, снаружи
"Who hates me let him wareme"**.
......................................................................................................................
*"Готов умереть за Христа" (англ.).
**"Пусть бережется тот, кто ненавидит меня"( староангл.).
......................................................................................................................
Де Гиш взял шпагу де Сент-Эньяна.
-Венецианская шпага с испанским клинком, подписанным "Un Dios una Ley y un Rey"* Конец шестнадцатого века. Концы крестовины загнуты в противоположные стороны, дужка, симметричные щитки, соединенные контргардами с дужкой.
......................................................................................................................
*"Бог, Закон, Король" (исп.).
......................................................................................................................
Дуэлянты взяли шпаги.
-Начинайте, - сказал Рауль.
Салют - и де Сент-Эньян проговорил:
-Венсенский лес шумит листвой. Клинки скрестились. Де Гиш пожирал дуэлянтов глазами. Маникан то и дело поглядывал на дорогу.
-А на поляне жаркий бой. Из ножен выхватив клинки, Дерутся нынче дураки, - ответил Рауль, отпарировал его выпал и перешел в наступление. Де Сент-Эньян ударил его по клинку.
-Вы дураком назвать посмели... - он попробовал прием Рауля с захватом клинка, но Рауль увернулся, высвободил шпагу, и, делая угрожающие движения, заставил Сент-Эньяна отступить на несколько шагов.
-Себя, - сказал Рауль насмешливо, - В день первого апреля! И, ловко увернувшись от переходящего в наступление Сент-Эньяна, сделал жест левой рукой в сторону улыбающихся во весь рот секундантов.
-И всех участников дуэли! Последовал иронический поклон в сторону противника. Де Сент-Эньян смеясь, продолжил:
-Виконт, вы правы! В самом деле... Он отвел клинком шпагу Рауля и указал концом шпаги на порхающую возле них бабочку:
-Пьет бабочка нектар с цветов... Рауль обернулся к секундантам, взмахнул шпагой, словно дирижерской палочкой, и вся компания заорала:
-Вот вам дуэль в День Дураков! Де Гиш и Маникан забыли о дороге, забыли о полиции, они созерцали дуэль как завороженные. Рауль показывал высший класс фехтования. Несмотря на советы де Гиша, де Сент-Эньян то и дело переходил к защите. Но секунданты уже начинали считать происходящее шуткой - на такой лад их настроила пародийная легкомысленная баллада, которую импровизировали противники.
-Великолепно! - сказал де Гиш.
-Потрясающе! - воскликнул Маникан.
х х х
А Рауль вовсе не считал дуэль шуткой - Сент-Эньян предложил суровые условия. И противник оказался сильнее, чем он думал. Он понимал, чего добивается противник, но тянул время, чтобы не дать себя ранить и то и дело переходил в наступление, немного позируя перед друзьями. Вспомнив увещевания Маникана, Рауль решил, что не будет не то что убивать фаворита, а даже не нанесет ему серьезной раны, чтобы прекратить дуэль.
Но условия приняты: дуэль до серьезной раны любого из них. Значит, надо тянуть время до появления полиции... Появляется полиция - и они всей гурьбой удирают. А пока нет полиции - он готов драться хоть до вечера. В конце концов, когда-нибудь де Сент-Эньян выдохнется. Он скорее устанет. Он и по комплекции слегка полноват, отъелся при Дворе Людовика.
-Поведать ли, какое зло Нас на поляну привело? Тут нужен Жорж де Сюдери! - продолжил балладу де Сент-Эньян. Клинки скрестились у рукояток.
-Об этом всем не говори! Сент-Эньян сделал выпад.
-Итак, мы перешли на "ты"? Рауль парировал выпад и указал клинком на одуванчик:
-Валяйте дальше - про цветы! Де Сент-Эньян срезал желтый одуванчик.
-Черт! В этом есть какой-то шик! Их схватка приняла более живой характер. Противники прыгали, перебегали с места на место, не забывая о балладе. Но быстрый темп дуэли, разумеется, повлиял на стихи. Они уже говорили что на ум придет, лишь бы четырехстопным ямбом:
-Я изъясняюсь как мужик! Мужлан, пейзан, болван, виллан! - говорил де Сент-Эньян,
срезая одуванчики, и, подняв на клинок, швырял в противника. Рауль успел сорвать одуванчик и, дунув на него, перешел в наступление:
-А я дерусь как Д'Артаньян! Сент-Эньян отбежал на несколько шагов в сторону и, театральным жестом воздев руки, провозгласил:
-А все проклятая любовь! Рауль почти выбил шпагу противника, но Сент-Эньян перехватил ее на лету и воскликнул вместе с виконтом и секундантами:
-Вот вам дуэль в День Дураков! Строка о "проклятой любви" загнала дуэлянтов на середину поляны. Сент-Эньян сделал ложный выпад.
-Не отступлю я ни на шаг, - начал Рауль третью строфу.
Сент-Эньян ответил:
-Виконт! Я вам отнюдь не враг. Рауль опять погнал Сент-Эньяна к деревьям.
-О сударь! Кто бы говорил! Дуэлянты забрели в лес, и теперь уже дрались среди деревьев.
-О юноша! Умерьте пыл! - сказал де Сент-Эньян, приглашая противника выбраться из зарослей. Они опять вылезли на поляну.
-Полиции дождемся мы, - вздохнул де Сент-Эньян. Рауль ответил посмеиваясь:
-Не зарекайтесь от тюрьмы. -Мы сочинили ерунду, - пробормотал де Сент-Эньян, начиная уставать. И Рауль устал, но не подал виду.
-Ну, наступайте же! Я жду! - продолжал он своим фанфаронским тоном. Де Сент-Эньян тоже решил попозировать. Он успел сорвать одуванчик, отражая удары шпаги Рауля, понюхал цветок и заметил:
-Какой красивый одуванчик! Рауль срезал цветок у самой руки де Сеннт-Эньяна. Де Гиш и Маникан вскрикнули. Рауль успел сделать им успокаивающий жест - мол, видите, если бы я захотел, досталось бы не цветку, а господину де Сент-Эньяну.
-А ну-ка, не зевай, дворянчик! Де Гиш и Маникан зааплодировали и закричали: "Браво!" Эта выходка укрепила их уверенность в том, что дуэль закончится благополучно. Рауль успел поклониться.
-Теперь не до красивых слов, - закончил строфу де Сент-Эньян.
-Вот вам дуэль в День Дураков! Третья строфа закончилась под аплодисменты секундантов. Они даже шляпами замахали.
-Давайте посылку! - смеясь, крикнул де Гиш, как если бы находился в театре. Но придворный поэт молчал. Молчал и его противник. Сент-Эньян пятился к противоположному краю поляны. Рауль - за ним. Отойдя на значительное расстояние от секундантов и выждав момент, когда клинки скрестились у рукояток - уже не в первый раз! - фаворит прошептал:
-Виконт, шутка затянулась, вы не находите?
-Вы нарушаете условия, граф, - ответил Рауль, и Сент-Эньян после его удара отлетел в стлрону. Де Сент-Эньян вновь набросился на него и шепнул:
-Оставьте эту игру и слушайте...
/Шпаги вновь скрестились у рукояток./
-Граф де Ла Фер ошибся, назвав Луизу королевской шлюхой. Она невинна. Рауль широко раскрыл глаза.
-Что?! - прошептал он, забыв обо всем на свете, - Что вы сказали?
-То, что вы слышали. Луиза не спит с королем. Рауль растерянно опустил шпагу, все еще пребывая в шоке. Де Сент-Эньян воспользовался замешательством противника и с размаху нанес удар по руке. Рауль вскрикнул. Де Гиш и Маникан вздрогнули.
-Рауль ранен! - тревожно закричал Маникан, - Глазам не верю! Этого не может быть, Гиш!
-Так было задумано, - тихо ответил де Гиш, - Прекращаем дуэль!
Они побежали к центру поляны, махая шляпами. Условие было выполнено.
-Предатель, - прошептал Рауль, - Такие удары наносили в начале века.*
......................................................................................................................
* Во второй половине XVII века дуэлянты почти отказались от рубящих ударов и на поединках наносили колющие удары.
......................................................................................................................
Он едва не выронил шпагу. Но не выронил. Удержал из последних сил. Схватил шпагу в левую руку. Сент-Эньян, уверенный, что противник вот-вот свалится и выронит оружие, бросился к нему. То ли он хотел нанести удар в корпус, то ли хотел прикончить его, то ли, наоборот, поддержать - Рауль не понял, но успел занять оборонительную позицию.
Не ожидавший этого де Сент-Эньян с размаху напоролся на шпагу Бражелона. Секунданты замерли на месте. Рауль сразу же выхватил клинок из тела противника, ужасаясь случившемуся.
-Вот вам и посылка, - прошептал де Сент-Эньян, - Его Величеству Королю:
О Сир! Виконт не виноват. Своей победе он не рад. Прошу я из последних сил, Чтоб мой король его простил. Простите пролитую кровь...- и совсем уже тихо произнес:
-Вот вам дуэль в День Дураков. Закончив балладу, де Сент-Эньян рухнул в траву. Рауль, бросив оружие, метнулся к поверженному противнику, пытаясь оказать помощь.
-Полиция! Нас окружают! - закричал Маникан.
-Доигрались, - прошептал де Гиш.