Аннотация: По дороге в Париж Шевретта рассказывает о своем знакомстве с сыном герцога Бекингема.
Глава 4. Виллье Бекингем. -А молодой Бекингем?
-Молодой Бекингем нанес мне визит, как только приехал в Париж. Я тогда поджидала Рауля - был день когда, по моим расчетам, принцесса с посольством должны были вернуться из Гавра. Но Рауля опередил милорд Бекингем. И - представь себе, мой дорогой, милорд произнес почти те же слова, что и ты, когда мы с тобой встретились вновь.... в сорок восьмом.
-Ты даже помнишь, что я сказал тогда?
-Я все помню, Атос. А Бекингем сказал вот что: "Прекрасная герцогиня, простите за дерзость, что я явился к вам, не будучи вам представленным, но я надеюсь, что дерзость моя увенчается успехом, и вы меня не прогоните".
-Не прогоню, если вы сами представитесь, сударь.
-Мое имя Виллье Бекингем! - гордо сказал молодой человек.
-Прекрасно, милорд Виллье Бекингем, я очень рада видеть сына моего старинного друга.
-И я рад видеть союзницу и приятельницу моего отца, герцогиня. Я был ребенком, когда он погиб и сохранил об отце смутные воспоминания.
Я кивнула, хотя очень сомневалась, чтобы малыш, которому и года не было, мог сохранить хоть какие-то воспоминания о Джордже Вильерсе Бекингеме. Да и женился-то милорд, чтобы отвести подозрения от королевы. Хотя очень уважительно относился к супруге и обожал своих малышей.... И малыша Виллье, крестника Карла Первого, как и всех своих детишек, очень любил и надеялся воспитать джентльменом.
-...Но вы, поверенная его сердца, - продолжал Виллье Бекингем, - Вы, кому он доверял все свои тайны и любил как сестру, вам ведь есть что поведать мне, сыну герцога Бекингема, Джорджа Вилльерса?
-Есть, милорд. Я расскажу вам все, что вас интересует. Все, что всплывет в памяти.
И я начала свой рассказ. О приезде Бекингема в Париж, о начале его любви с Анной Австрийской, о знаменитом приеме, где Бекингем "растерял" жемчуга, которыми был унизан его светло-серый плащ, о страстном объяснении в амьенском саду и бегстве королевы,
перепуганной этой страстью, обо всех ухищрениях, уловках и переодеваниях, на которые пускался фаворит Карла Стюарта, чтобы увидеть так страстно любимую им королеву. Бекингем-младший весь обратился в слух. Он боялся, казалось, упустить хоть слово из моего рассказа. Я говорила долго и остановилась, чтобы перевести дух.
Бекингем смутился.
-Боюсь, герцогиня, вы сочтете меня наглецом.
-Наглецом? Почему же? Милорд, объяснитесь!
-Явился нежданно-негаданно, выпытывает тайны королевского двора, докучает прекрасной даме....
-Милорд, успокойтесь! Я люблю неожиданных визитеров!
Излишне говорить, Атос, что я думала о тебе в эту минуту.
Он опять сжал ее пальцы.
-Я готова продолжать, милорд.
И я продолжила свой рассказ.
-Но, позволь, продолжение твоего рассказа - история с подвесками.
-Ну да! - сказала Шевретта.
-И ты ВСЕ ЭТО ему рассказала?!
-Я была раздражена приемом Анны Австрийской. И, на мой взгляд, герцог имеет право знать о своем отце все!
-Герцог пытался узнать эту историю еще в Англии от Д'Артаньяна.
-И Д'Артаньян, конечно, ничего не сказал?
-Ни слова.
-Ну, а я рассказала все! И назвала имена всех участников истории с подвесками. И вымышленные и настоящие. Я рассказала об интригах Ришелье и осаде Ла-Рошели. Мы уже подошли к очень грустному моменту.... И я опять остановилась.
Бекингем побледнел, но не решился просить, чтобы я продолжила.
-Ты укротила Виллье Бекингема? - спросил Атос, - Потрясающе!
-Это было не так-то сложно. Мальчуган сгорал от желания узнать хоть что-то из жизни своего знаменитого родителя. Было бы жестоко отделаться лицемерными любезностями. А ты, я вижу, недоволен, что милорд все узнал?
-Мы столько лет хранили эту тайну... - вздохнул Атос.
-Вы мужчины. А женщины не всегда такие скрытные!
-Я знаю, что обыкновенные женщины болтливы как сороки. Но тебя я считал женщиной необыкновенной!
-Теперь не считаешь?
-Считаю и теперь, - вздохнул Атос и отвернулся к окну.
-Вот как! Вы опять становитесь женоненавистником, господин де Ла Фер? И меня теперь считаете болтливой сорокой?
-Что теперь говорить, - опять вздохнул Атос, - Сделанного не исправишь. Не будем ссориться по пустякам.
-"Алмазные подвески" - пустяки? Вы рисковали жизнью и свободой, вы вступили в борьбу с Ришелье!
-Это было так давно. И мы молчали, ради чести королевы, а ты все разболтала.
-Разболтала не кому-нибудь, а сыну главного действующего лица! Хотя Виллье Бекингем вырос без отца, джентльмен из него получился, и он не воспользуется этой тайной во вред королеве.
Есть вещи, которые наши дети должны знать о нас.
-Наши дети? - переспросил Атос, - Ты хочешь сказать, что и Рауль...
-Да, Рауль все знал давным-давно. От меня. Кроме тайны о втором сыне королевы, несчастном принце, которого сейчас называют человеком в железной маске. Но в эту тайну вы, к моему величайшему сожалению, проникли самостоятельно. Так я продолжу о Бекингеме?
-Продолжай, - сказал Атос.
-Может быть, тебе что-то пригодится для "Мемуаров". Итак, слушай. "А дальше, милорд, отложим до следующего раза", - сказала я Бекингему. Потому что надо было все хорошенько обдумать не раз и не два...
-Как хотите, герцогиня, - тихо сказал Виллье Бекингем, - Меьше всего я хотел бы показаться вам назойливым.
В это время доложили о Рауле.
Бекингем искренне, я сказала бы, по-мальчишески улыбнулся, услышав его имя, и я поняла, что они успели подружиться. За эту приветливую улыбку я еще больше полюбила милорда Бекингема-младшего. Они встретились как друзья. Рауль, как мне показалось, был удивлен, встретив милорда у меня, но не подал виду.
Увы! Мы так и не успели поговорить с Раулем с глазу на глаз. По его лицу я поняла, что у него какие-то новости... И еще он показался мне немного расстроенным. Я решила, что ему жаль юную принцессу.
"Уж не влюбился ли и наш мальчик в Генриетту?" - подумалось мне. Но, когда я заговорила о принцессе, о посольстве, я поняла, что в принцессу влюблен Бекингем, а с нашим мальчиком во время путешествия произошла какая-то неприятность. Все это я, можно сказать, предугадала, и мы прошли в столовую, а во время обеда беседа приняла легкий, непринужденный характер.
Полагаю, молодой Бекингем уже тогда обо всем догадался. Скажи, милый мой, ведь Рауль действительно очень похож на меня?
-Я тебе говорил это миллион раз!
Она улыбнулась.
-А мне кажется, он чертовски похож на тебя! И я очень люблю его еще и за это!
-Он похож на нас. На тебя и на меня. Д'Артаньян когда-то сразу заметил сходство со мной, а Виллье Бекингем - те черты, которые делают Рауля похожим на тебя. Но в тот день, о котором ты говоришь, Рауль не задержался у тебя?
-Нет. Он ушел вместе с милордом Бекингемом.
-И о стычке с де Вардом ты узнала от меня?
-Нет-нет. Тебя опять же опередил Виллье Бекингем. Вы привыкли ко мне! Отсутствие опасностей, спокойная мирная жизнь... Я всегда жду - и вы не очень-то торопитесь, мои дорогие мужчины! И - увы! Делаете глупости, о которых я узнаю уже постфактум.
-После такого выговора, милая, мне остается смиренно умолять....
-О, не лицемерь! Атос и смирение - это несовместимо!
-Ну вот, ты мне слова не даешь сказать! Так говори сама - о своем юном друге Виллье Бекингеме. Ты знаешь, как я люблю тебя слушать.
-Бекингем во время первого своего визита восторженно отзывался о Франции и своих новых друзьях. Он надеялся побыть здесь подольше, бедный молодой человек! Тогда он был влюблен и полон надежд. Второй раз Бекингем посетил меня накануне своего отъезда. Как раз после разбирательства, которое устроил Д'Артаньян над де Вардом. Милорд был очень печален, даже осунулся. Я не собиралась его расспрашивать, но молодой герцог заговорил сам.
-Увы, герцогиня, мое пребывание во Франции подходит к концу.
-Как?! - я не удержалась от восклицания.
-Вот так - меня прогоняют.
Бекингем вздохнул. Очень тяжело и жалобно.
-Мне очень жаль, милорд, - искренне сказала я.
-Мне тоже.
-Вы пришли, чтобы...
-Попрощаться и узнать конец истории о моем отце и Анне Австрийской, а также о женщине, вложившей кинжал в руку Фельтона? - грустно сказал Бекингем, - Если вам тяжело вспоминать, герцогиня, не утруждайте себя. Я представляю себе финал истории по кратким, но выразительным репликам графа де Ла Фера.
-Граф в Париже? - вот тут, Атос, я не на шутку разозлилась. Мне казалось, ты, прежде всего должен был примчаться ко мне, явившись в Париж!
-Но я вернулся домой на следующее утро, полагая, что ты приедешь. Как только уладил дела...
"Уладил! - подумала Шевретта, - Дров наломал!"
-Что-то случилось, милорд? - мягко спросила я юного герцога, - Вам никак нельзя остаться? Хотите, я поговорю с королевой? За успех не ручаюсь,... Но попытка - не пытка. Из уважения к памяти вашего отца, выдающейся личности той эпохи, из чувства искренней симпатии к вам, я готова попытаться.
В глазах Бекингема блеснула робкая надежда. Но он опустил голову и, справившись с минутным колебанием, ответил, что это бесполезно. И заговорил. И рассказал все - о ревности принца, о попытке затеять дуэль с де Гишем, о трудном разговоре с королевой-матерью и о сцене с де Вардом. Все эти новости меня совершенно ошеломили. И опять я недобрым словом помянула тебя - Атос! - ведь к такой информации я совершенно не была готова!
-Д'Артаньян благородный человек, - прошептала я, когда после этого шока ко мне вернулась способность соображать. А де Вард...
-Де Вард низкий негодяй и трус! - презрительно сказал Бекингем.
-Я не нахожу слов для выражения своего возмущения, милорд!
Вы понимаете, что он косвенным образом, задев Бражелона, назвал меня шлюхой!
Бекингем поцеловал мою руку.
-Я понимаю, герцогиня. Я отомщу ему и за вас, потому что я восхищаюсь вами и бесконечно вас уважаю.
-При чем тут вы, милорд?
-При том, что я уже вызвал его, - ответил Виллье Бекингем.
И, как ты знаешь, Виллье Бекингем сдержал слово.
-Теперь мне все представляется несколько иначе, чем год назад. Тогда я не знал скрытых пружин и тайных мотивов действий противников.
-Теперь знаешь, - улыбнулась Шевретта, - Но, может быть, поговорим о наших планах относительно принца? С чего мы начнем? У тебя есть какие-нибудь идеи?
-У меня много идей, много вариантов. Но выбрать надо лучший.
-Я могу попросить тебя на этот раз обойтись без красивых жестов? Вроде твоего выкрика в суде на процессе Карла Первого и самоубийственной реплики "Называйте его монсеньор" на Сент-Маргерит?! Я восхищаюсь тобой, Атос, но в третий раз тебя это может погубить. Оба раза тебя спасали друзья.
-А сейчас мои друзья далеко, - вздохнул Атос, - Мне иногда кажется, что у меня ничего не получится без моего Д'Артаньяна.
-Я постараюсь заменить тебе Д'Артаньяна в этом деле, - сказала "боевая подруга", - Это же святое дело, Атос!
-А я никогда не брался за грязные дела, - сказал Атос.