Аннотация: "Первое апреля". Часть 3."Бастилия, конечно, дура". Глава 5. "Приговор".
Глава 5. Приговор. Солдат было больше чем обычно. Они окружили узника и повели уже привычной дорогой в зал. Стараясь казаться спокойным, Бражелон подошел в окружении стражи к столу, за которым восседали судьи. Секретарь развернул свиток.
-Преклоните колени,-сказал председатель, и Рауль, предупрежденный Фрике, все понял. Он взглянул на большое Распятие на стене и сказал громко и отчетливо:
-Перед Иисусом, не перед вами!
Что-то вроде эха откликнулось под сводами мрачного зала.
-Как вам угодно, - промолвил председатель, отводя глаза. Не отводя взора от Распятия, Рауль опустился на колени. Секретарь, который так нелюбезно встретил Бражелона в Бастилии, читал громко, торжественно, с каким-то затаенным злорадством и явным торжеством. Председатель пытался сделать безучастную мину, но концы его пальцев дрожали. Прокурор не скрывал усмешку. Фрике отсутствовал. Солдаты притихли и казались подавленными.
Все это Рауль воспринимал издалека, он сосредоточил внимание на Распятии. Удивленные его отрешенным взглядом и грустной улыбкой, судьи переглядывались... А Раулю начало казаться, что от Распятия притягиваются золотые лучи, оно окружено сиянием, и это сияние озаряет мрачный зал, где замухрышка-секретарь, пыжась изо всех сил, зачитывает ему смертный приговор. Лучи, окружавшие
Иисуса, становились все ярче и гуще. Значило ли это, что он прощен? ...Там, на Небесах, его простили... И Бог, и нечаянно убитый де Сент-Эньян, с которым он встретится...
-Завтра, в десять часов утра, на Гревской площади... Секретарь остановился. Тишина. И в тишине прозвучал скрипучий голос прокурора:
-Зачитайте еще раз последний абзац. Молодой человек, кажется, плохо понял...
-Я все понял, - спокойно сказал Рауль, - Завтра, в десять утра, на Гревской площади. Куда понятнее!
А сам сжал кулаки под длинными кружевными манжетами - он мог себе позволить это движение. Но по непроницаемому лицу узника судьи не могли догадаться, как отчаянно бьется его сердце.
-Вы еще можете написать прошение Его Величеству о помиловании, - сказал председатель, - Я говорил с Его Величеством. Подписывая вам смертный приговор, Его Величество что-то промолвил о праве помилования. Я не обещаю. Шансов мало, но, быть может... Подумайте, виконт, вы еще так молоды. Многие просили за вас короля. Но король поставил одно условие - прошение должны написать вы сами. Мы заверим, как свидетели и пошлем солдата к королю.
-Я не буду писать прошение о помиловании, - сказал Рауль, - Мне можно встать?
-Оставайтесь на месте, - сказал председатель, - Мы еще не закончили с вами, молодой человек.
-Что вы еще хотите от меня? - устало спросил Рауль.
-Вы обратили внимание, что суд к вам отнесся очень... снисходительно.
-Да, и я благодарю суд за такой мягкий приговор. -У нас есть сведения, что завтра могут быть беспорядки. Поклянитесь, что не окажете сопротивления, если хотите, чтобы вам, вопреки обычаю, оставили руки свободными... до самого конца.
-Кому я обязан такой любезностью? Полагаю, не королю? - спросил Рауль.
-Его высочеству принцу Конде, - сказал председатель, сдерживая вздох, - Итак, господин виконт, вы клянетесь?
-Клянусь, что не окажу сопротивления.
-Вам больше нечего добавить? - спросил председатель.
-Нет. Я вам больше не нужен?
-Подумайте. Сейчас без десяти десять. Подумайте хотя бы десять минут. Повторяю, может быть, Его Величество смягчит приговор... Вот бумага, вот перо. Садитесь и пишите.
-Благодарю вас, но я уже все решил.
-И все-таки подумайте. Еще не поздно. После десяти уже будет поздно.
Когда десять минут прошло, и Рауль все так же отрицательно ответил на предложение председателя, раздался бой часов, и зал суда потряс отчаянный голос:
-Рауль!!!
Он вскочил на ноги. Солдаты, спохватившись, окружила Рауля, загородив от него... Луизу де Лавальер.
-Я... опоздала? - спросила она.
-Увы, мадемуазель, - развел руками председатель, - Вы опоздали.
-Вы должны меня выслушать! Я во всем виновата! Вы ничего не знаете!
-Мы все знаем, мадемуазель. Разве вы убили господина де Сент-Эньяна?
-Это ошибка! Призываю Бога в свидетели - это ошибка! - она протянула руки к Распятию, - Рауль не мог, клянусь вам спасением моей души! Разберитесь хорошенько, тут что-то не так! Ну, скажи же им!
-Мадемуазель! Мы достаточно разбирались с делом господина де Бражелона. Попрощайтесь с ним и покиньте зал. А молодому человеку пора подумать о спасении души.
-Ему еще рано думать об этом!
-Самое время, мадемуазель, так как жить ему осталось каких-то двенадцать часов.
-Но это убийство! - вскричала Луиза, - Тогда убейте и меня! Все это из-за меня!
-Мадемуазель, не плачьте, - мягко сказал председатель, - Мы все знаем. Это несчастный молодой человек любил вас. Из уважения к вам мы не поднимали на процессе истинную причину дуэли виконта с господином де Сент-Эньяном... и по приказу свыше.
-Да вы правы, сударь. Причина дуэли - я. Рауль любит меня. -Я?! - закричал Рауль, -Я тебя ненавижу!!! Луиза сделала насколько шагов в его сторону.
-Не подходите к преступнику, мадемуазель! - предупредил офицер. Но Луиза не послушалась, подошла совсем близко и сказала:
-А я тебя люблю... Небесной любовью.
-Утешила! - пробормотал председатель, - Этого-то я и боялся.
-Чего вы боялись? - спросила Луиза.
-Вашего визита, мадемуазель. Виконт, часы, кажется, отстают. Если хотите, поговорите с девушкой. Это единственное свидание, которое я могу вам разрешить - раз уж так сложились обстоятельства. Будем считать, что еще не пробило десять. Может, она убедит вас.
-Мне нечего сказать этой девушке, - сказал Рауль, отворачиваясь.
-Тогда не будем затягивать эту печальную сцену.
Председатель велел увести осужденного. У двери Рауль не удержался и обернулся. Луиза протягивала председателю какую-то бумагу. "Только этого не хватало, - подумал Рауль, - Что она затеяла?"