***
Я воскресил и убил поэзию...
И я танцую на ее костях (за пазухой запрятана книга по некромантии).
Ночью, пытаясь заснуть, я закричал, хотя всегда никого не было рядом: 'Куда же способно завести безумие, кроме рифмов погибели?'.
***
Ну от чего так плохо?
Ночь наглая, незвано лезет с потных окон,
Улыбка брезгует до моего лица...
Игра
- и мое па
- спошлое лицемерзство.
Что выбрать - жизнь иль смерть?
Жизнь за меня,
А смерть -
Та не прислушается...
Освободился, чтобы приковаться.
Отшельничать,
Копить на обретенье братства.
***
Страх смерти калечит вера в трупную вонь,
Вонь трупов уничтожает жизнь всея.
Не это ли то самое пресловутое мученичество?
Никто не возьмет без страха,
Сколько б не сеял...
***
Я давно не ищу лиц,
Простых и понятных на улицах,
Где всем куда-то нужно спешить,
Даже птицам и псам ссутулившимся...
Я давно не видел улыбок,
И глаз сверкающих, свежих,
Не развешивающих ценники,
На каждую промежность.
Я выпустел и осунулся,
Давно пришло все равно.
Лишь усталость по телу кружится,
Да разум ждет одного...
***
Депрессия...
Кому слово, кому жизни сессия.
Кто из рoжденных хотел стать миссией
И не узнал
В рожу?
***
Сегодня сбегает...
Жалко?
Не знаю.
Жалко ли, а с похмелья жарко...
И на мели.
Накутишь, намелишь,
Языком веселью песнь постелишь.
Беги, на насест, беги.
Слова как боги,
И только словами рождаются боги,
От мыслей ненавистных, или от тоски,
Круговерть.
Порви
Надувные улыбки, чтобы убить время.
Всем смешно.
Обезьянка на шарманке тащит случаем каждому свой крест.
Занавес.
***
Чтоб высказать душу достаточно звука.
Разговоры любой откровенности,
Заборы срисованных слов - тоска и мука,
Заплечник наполненных мысл+ей нести.
***
Я строил замок на дождливом перепутье,
Изрезал пальцы, вывалял шмотье,
С сочувствием от чувств желали 'Будьте',
'Что ж, будем' - отвечал, и вот оно - будьё,
К себе и та уже исчезла жалость,
И мыслей радостных и страстных,
Осталась исчезающая малость...
***
И будут истоптаны строки насмешкой,
Робщащей работницей старости - спешкой.
Прижмись жадно к жизни,
Прижги ее жало.
Жалость кругом,
А нежданность желалась...
Но все предсказуемо,
Просто и пусто,
Постные мысли,
Пустяшные чувства.
***
Шерсть дыбом,
Дымом табака ожоги потрошу души,
Был простодушен,
Распорол вам уши
кляпанные ложью,
А вы глупцы, все умоляли: попляши.
***
Мечта по почте и мычанье сточных,
Безмысленных затисканных серьезностью заик,
Пусть речь сорвется нервом в крик,
И покраснеют лица.
Чего?! На них молиться?!
Рабы манерно разбивают лбы,
Их рты немы и содержимым несочны,
А я свободы выведал оскалы,
Им бесконечно много, мне все мало...
Их вечно веселят ослы,
Неспешно волокущие колодезя водицу.
***
Небо.
Небо. Осень.
Небо осенью рыдает,
Небо осенью страдает и никто не пожалеет,
Не узнает.
Серо.
Серо. И ничто.
Серо и ничто не внушает больше веры.
Небо мерзнет,
Хочет жить, но традиции стары.
Мы искали знаки свыше
В небесах.
И мы мертвы.
***
Когда все слова распадутся на звуки
Не станут слетаться навозные мухи
На выкрики разума.
Вопли прилипли
На память,
Мы так долго выкли.
***
Опьянение скользью на грязной дороге,
Мало кто выжил из многих кто взял
Песней безумия душу и чувства.
Кто
Сказал,
Что умерли боги?
Есть ли, кто верил и не распял?
Вечность - пайщик ложа прокрустова.
***
Забыл причесаться - загрызли вши,
Но вши не мыши, не пугают женщин,
Гнидой каждой трещины души
Закалываю
И с каждой
Всё -
Мельче, меньше...
Бежать! Да некуда,
Страдать! Да не за что,
Нельзя быть всегда и точным.
Вечность безумием тащит ключи
Из скважин замочных.
***
И дома пусто и в душе пустынно,
И мысли грязны, словно простыня.
К чему я каждый день иду сюда?
Лишь мучаться бессонницей,
Вымучивать тебя...
Дрожащей ночью в небе пляшут звезды,
И я смеюсь над слабостью души.
Бездыханно от свежести,
От мыслей безысходно.
Лишь боги могут слышать мои стоны
Лишь завтрашнее ничего страшит.