Аннотация: "Почему, когда любишь, всё нравится, даже яичница?"
"Почему, когда любишь, всё нравится, даже яичница?
Степа, 2 кл."
Из книги Дымина "Дети пишут Богу"
Алису Вермишелину стали дразнить сразу, как только её перевели в четвёртом классе в нашу школу по причине получения новой квартиры. Самый бойкий из нас, Петрушка Зацепин, сходу придумал сногсшибательную, по его скромному мнению, дразнилку:
"Вермишель, Вермишель!
Ты зачем в наш класс пришель!"
Народ с радостью подхватил. С тех самых пор до самого десятого класса каждое появление Алисы в школе сопровождал этот шедевр поэтического искусства, исполняемый нашим слаженным хором. А Вика, классная красавица, после исполнения обычно добавляла: "Это мы любя, Лис-Кис!"
Вермишелина не обижалась. У неё без того была куча проблем: сложные отношения с родственниками, переходный возраст, родители в разводе и пренеприятнейший отчим. Ей оставалось только как можно лучше учиться и, засыпая, мечтать о другой жизни, которой нет, но которая обязательно будет.
В десятом классе случилось непоправимое. Увидев Алису первого сентября, мы не смогли выдавить дежурную дразнилку. Накануне летом Вермишелина превратилась в настоящую женщину - с плавными округлостями фигуры, мягким голосом и лучистым взглядом. После уроков балагур Петруша принародно упал перед ней на колени и строго сказал:
- Мишель, вы самая искусительная девушка в этом районе! Поедемте в номера!
Окружающие загоготали, а Вермишелина, ставшая теперь Мишелью, размышляла над тем, что дать этому обаятельному хаму пощёчину будет не только не гуманно, но и не оригинально. Поэтому она просто показала Петруше язык и гордо удалилась под восхищённое перешёптывание мужской половины класса.
Вечером ей позвонила лучшая подруга Надин.
- Мишка, ты произвела фурор. По-моему, Петя в тебя влюбился, и я считаю это поводом для дуэли, - весело тараторила она.
Алиса томно закатила глаза и пару раз стукнула блестящими ноготками по поверхности стола:
- Ах, Надька, не сочти меня трусихой, но от дуэли я отказываюсь. Твой Петрушка чертовски хорош, но "я другому отдана, и буду век ему верна".
- Это кто же? Кому же? - насторожилась Надин. Эта любознательная девушка обожала быть в курсе всего: любовных дел подруги, сплетен на переменах и политической ситуации в мире.
Алиса вызвала Надю на закрытую конференцию в ближайшую кофейню, поскольку для телефона её рассказ был слишком интимен. Летом она познакомилась с юношей, о котором теперь грезила дни и ночи напролёт. А первый раз оказался совсем не таким, как люди рассказывают - напротив, было невероятно приятно.
От Нади, которая была и моей вроде-как-подругой, я узнала все захватывающие подробности этой занимательной истории. Хотя мне было откровенно скучно и грустно, Надя грузила меня целых четыре часа, после чего ушла, обидевшись на мою задумчивость.
Меня не интересовали амурные похождения Алисы Вермишелиной. В данный момент меня не интересовали даже собственные амурные похождения.
Я стояла у окна и тупо смотрела во двор. Понемногу вид двора и стекло стали расплываться. Когда из глаз выкатились две солёные капли, всё снова прояснилось. Потом я ходила из угла в угол. Надо было срочно что-то придумать, что-то делать, иначе беда. Мне надоело чувствовать себя старше своего безответственного отца. Он не оплачивал квартирные счета, доводя суммы до ужасающих размеров. Он был открыт всем и каждому, кроме меня и Светки. Помогал даже приюту бездомных животных. Он выпивал, и мы с сестрой были уверены, что рано или поздно он сопьётся окончательно. И он никогда, никогда с нами не разговаривал по-человечески. Или сюсюкал, или грубил. Я устала.
- Да ничего ты не можешь сделать! - вызывающе сказала я зеркалу. - Малявка ты. Расслабься и учись. А после школы в Москву поступать. И по барабану всё!
Отражение посмотрело на меня спокойно и с пониманием. Я расслабилась. Надо будет поближе пообщаться с Вермишелиной. В общем-то, неплохая девчонка. И, что самое главное, целеустремлённая. Мне сейчас непременно нужно с такими общаться. А то папа со своим "какая же ты бестолковая" совсем из меня сделал ходячий комплекс неполноценности. Будто бы сам толковый!
Если бы не Лёнька и сеструха, я бы... Я бы... Ну вот страшное что-нибудь бы я бы! Лёнька говорит, что я умница, и красавица, и всё у меня получится. А сеструха вообще считает пророком, и на все глобальные темы со мной консультируется.
"Ах ты па-адла! Тебя я ненавижу! Платок оренбургский, подарок мой, давеча Петровичу отдала?! Шуры-муры у тя с Петровичем?!" - заревел дядя Вася и придушил тётю Люсю.
"Любовь моя, давай! Поженимся-быстрее-так-и-знай!" - сказал 17-летний прыщавый Ромка 16-летней однокласснице Юльке и да-вай на ней жениться.
"Не оставляй меня, Хуан-Игнасио! Я ж помру без тебя, негодяй! Злодей! Кобелино!" - обливалась горючими слезами Глория-Росария. Кобелино хлопнул дверью, и она померла.
"Show me love!" - кричали двум девочкам толпы восторженных людей. Сердца толп были наполнены нежностью, граничащей с экстазом. Девочки целовались, усердно работая языками. А потом одну и них тошнило в ванной комнате, а другая поцарапала губы, вытирая их вафельным полотенцем.
"Совсем взрослая стала", - говорил мне дядя в день моего 12-летия, и будто случайно дотрагивался до моей груди. Я боялась шелохнуться, понимая, что что-то здесь не так, но не понимая, что именно. А потом плакала в подушку, и за три квартала обходила район, где живёт любящий дядя.
"Бьёт - значит, любит", - цокали языками подруги, успокаивая плачущую Марину. Марина послушно успокаивалась и даже начинала гордиться, осторожно трогая свежий синяк под глазом.
Я вспоминала и вспоминала, никак не находя ответа на вопрос, только что заданный младшей сестрой:
- Ань, как понять, что любовь - настоящая?
- Я что тебе, пифия?! - решилась я признать свою некомпетентность в этом вопросе. - Я об этой штуке не больше знаю, чем ты. Скорее, сильно меньше. По планете не ходит ни одного индивидуума, которого я могу назвать "бывшим", а ты уже с четвёртым встречаешься.
- С третьим! - надулась Светка, нарочно гремя ложечкой при помешивании сахара. - Это всё фигня. Это дань моде, - хихикнула она через минуту. Она у меня не обидчивая.
- Все спаренные ходють! - посочувствовала я.
- Ну да. А я что, рыжая? - Светка почесала действительно рыжий загривок.
Коротко стриженная. Вся в пирсинге. От татуировок живого интимного места не осталось. А туда же! Любовь настоящую хочет.
- Ты не рыжая. Ты хуже. Ты стр-рашная! - хоррорным голосом заметила я.
Все удивляются, что мы сёстры, да ещё я - старшая, такая я девочка-одуванчик рядом с этим ходячим металлоломом.
- Нет, ну ты же любишь Лёньку. - Светка была в настроении и чувствовала, что истина где-то рядом. - Это настоящая любовь или где?
- Это в Караганде. Люблю... М-м. Да. - При слове "Лёнька" воздух приобрёл какой-то хрустальный звук и стал немного переливаться зелёно-жёлто-оранжевым. А перед внутренним моим взором возникла сначала улыбка "чеширского" Лёньки, а потом и он сам.
Нет, Лёнька на принца не тянет. Хотя бы потому, что у него нет белого внедорожника. Тьфу, белый не хочу! Пусть будет более практичного цвета. В общем, что и говорить, нет его у Лёньки. А ещё у Лёньки отсутствуют Лыцарские манеры. Принцы ведь не пьют пиво и не ругаются матом. И вообще он весь очень земной. Настоящая ли Лёнька любовь моя?
Больше пятнадцати минут в моём дне без мысли о нём не проходит. Он мальчик заводной и весёлый, и когда ему всё-таки грустно - это страшно. Значит, повод более чем серьёзный. В такие дни я хожу сама не своя, и готова сделать харакири (или хачапури?) - только бы он засмеялся. Мне вообще нравится делать что-то приятное для него. Как-то он, будучи у меня дома, испачкал джемом рубашку. Сложно описать, какое удовольствие я испытывала во время её стирки. Должно быть, это же чувство переполняло мать Терезу, когда она творила свои благодеяния. Я очень люблю его имя, хотя до нашего знакомства не могла терпеть. Признаться, я довольно часто шепчу в неизъяснимом восторге: "Лёня... Лёнька... Леонид..." Удивительно. Влюбленные все такие долбанутые, или я одна?
- Не знаю, Светик-семицветик, - всё ещё купаясь в цветном воздухе, нечаянно нежно обратилась я к сеструхе. - Не может же быть, что у меня настоящая, а у Ромео и Джульетты фуфло? Если я так скажу, я буду чересчур субъективна, - добавила я, совершенно бессмысленно улыбаясь в пространство.
Светка ушла гулять неудовлетворённая. А у меня улыбка сползла с лица только в момент окончательного погружения в сон. Правда, я в этом не уверена.
Утро выдалось неприятным. Хмурым. Мокрым. Поэтому на школу я забила. Всё равно я буду художником, а у нас сегодня только точные предметы. Сами пусть косинусами занимаются. И трёхчленами тоже.
Отец ушёл на работу. Светка честно потопала в школу. Я встала, для приличия кряхтя (типа, простудилась), вышла в прихожую. Убедившись, что никого нет, возрадовалась. Музыку погромче, чайник поставить, пританцовывая, почистить зубы. Этюды на тему "я са-амый больно-ой в мире челове-ек" мне удаются так, что Карлсон отдыхает.
Чайник заволновался, забормотал что-то неразборчивое и выхаркнул струю горячего пара.
Телефон зазвонил, когда я, позавтракав, смотрела тупую американскую комедию, и, разумеется, ухахатывалась. Прямо так: у-ха-ха-ха-ха! Срочно приняв "самый больной в мире" голос и даже вид, я сняла трубку.
- Алло-о, - хрипло, тоном умирающей лебеди.
- Анька, - злой свистящий шёпот Светы, - я сейчас в школе, да?.. А этот индюк, да?.. Блиннн!
Один мусор в голове у этой девчонки. Куда я смотрю?! Сегодня же займусь воспитанием.
- Кто индюк? И не говори "да" после каждой фразы. Лучше говори "ара", как грузины. Это значит "нет", но звучит прикольнее. - Чёрт, забыла, что я Карлсон больной! - Так что-о ты говори-ила?
- Индюк Леня! - Светка и не заметила моего грубого выхода из образа. - Он, прикинь, вот прямо сейчас стоит от меня за десять шагов и целуется с Катькой Пироговой из 10 "Б".
- Вот бля... ин! - Не-е, я матом не ругаюсь.
- Ой, звонок уже! Я погнала. Дома поговорим.
Я положила трубку. Сурово задумалась. Та-ак. Катька Пирогова. Экая же шал... лунья.
Вообще-то мы с Леонидом всего лишь друзья. Очень хорошие друзья, но ничего больше. Так какого рожна мне обидно? Да, немного обидно. Вспомнились слова Остапа: "Увели девушку! Прямо из стойла увели!" Нет, много обидно.
И тут я чихнула. К приходу отца и Светы Карлсон заболел по-настоящему.
Вечером пришёл вероломный Лёнька с апельсинами. Я, разумеется, лежу. В зубах шипучий аспирин, в чашке градусник. Тьфу, наоборот! А во лбу звезда горит. То есть, температура 38 и 8. Это называется бархатный кайф.
Лёнька хочет врачом стать. Сел рядом на стульчик, с серьёзной миной пощупал мой лоб, отобрал градусник и говорит эдак участливо:
- Температуру сбивать не надо, Анют, так что аспирин не пей. Температура означает, что организм борется с простудой.
А я ему не разрешила со мной в доктора играть. Как рявкну:
- Чего пришёл? Катя соскучится!
И закашляла рассерженно. Лёнька блаженно улыбнулся.
- Нюта, жаль, что ты заболела! Мне столько тебе рассказать надо. Я влюбился впервые в жизни. А Катька потрясная - добрая, умная. Смешная.
Притихшая, я разглядывала Лёнькин до боли знакомый и родной "фэйс". Аж светится, бездельник. И вдруг почувствовала себя лучше. Вот он сидит, подлец, и улыбается в пространство, как я вчера.
- Лёнь, - просипела я ласково, - а воздух оранжево-зелёный?
Лёнька оторвался от пространства, рассеянно взглянул на меня и опять расплылся в улыбке:
- Ага... И звенит, как бокалы друг о друга...
- Клё-ёво...
Светка зашла с чаем и дольками лимона на подносе. Остановилась на пороге.
- Чё лыбитесь, как пришибленные! Пингвины!
Мы с Лёнькой переглянулись и немедленно скорчили деловитые физиономии.
- Пойду я, Нютка. Завтра зайду.
Встал и пошёл. Проходя мимо Светки, бросил весело:
- Бармалей ты, Светка! Но я и тебя люблю.
Светка презрительно сморщилась. Она у меня гордая и на провокации не поддающаяся.
Чуть позже Светка сидела на краю кровати и читала мне рассказ Сэлинджера про Зуи. Было очень интересно и здорово. Светка умеет говорить разными голосами и вообще гений. Хоть и Бармалей.
А потом я поняла, что мне очень - ну просто до умопомрачения! - хочется, чтобы Лёнька был счастлив. И если Пирогова составит его счастье, то, так и быть, viva Пирогова. В конце концов, Пироговы тоже люди.
- Светка, - сказала я хрипло, но нежно. - Я, Светка, знаю, как понять, настоящая ли...
Светка очень живо навострила уши и даже разулыбалась.
- Настоящая - когда для тебя важнее всего, чтобы твоему любимому человеку было хорошо, - гордо поделилась я открытием. - А во взаимности необходимость отсутствует.
После этих слов я почувствовала, что окончательно превратилась в Светкиного гуру. Она даже рот приоткрыла от восхищения силой моей мысли. А я, возгордившаяся новоявленная Махатма Ганди, с чистой совестью уснула.