|
|
||
В 2021 году опрос американского Survey Center on American Life опубликовал цифры, которые обошли мировые СМИ: доля мужчин, имеющих хотя бы одного близкого друга, упала с 55 процентов в 1990 году до 27 процентов в 2021-м. Пятнадцать процентов мужчин заявили, что у них вообще нет близких друзей. Тридцать лет назад таких было три процента.
Эти цифры описывают явление, которое социологи уже окрестили "рецессией дружбы". Кризис не у всех полов одинаков: у женщин количество близких подруг тоже снизилось, но заметно мягче. Мужская дружба распадается быстрее, и у этого есть свои, вполне биологические и культурные причины.
Казалось бы, что страшного в отсутствии приятелей, если есть семья и работа? Оказывается, страшного очень много. Метаанализ Хольт-Лунстад и коллег, опубликованный в 2010 году в PLoS Medicine, показал: люди с крепкими социальными связями живут заметно дольше, а одиночество влияет на смертность сопоставимо с курением и алкоголизмом.
Мужчина без друзей - это неудобная тема. Ему не положено жаловаться, он "сам справится", дружба мужская - "плечом к плечу", и вообще всё в порядке. Но данные говорят обратное. Разберём, как именно устроена мужская дружба, почему она вымирает и чем это кончается.
Исследование Survey Center on American Life (2021) показало не только падение доли мужчин с близкими друзьями с 55 до 27 процентов. Оно выявило и глубину проблемы: каждый седьмой мужчина сообщил, что у него нет ни одного близкого друга, с которым он мог бы поговорить о личном.
Ещё раньше, в 2006 году, социолог Миллер Макферсон из Гарварда опубликовал исследование, которое назвали "изоляция в Америке". Средний размер "ядра обсуждения" - круга людей, с которыми человек обсуждает важные вопросы, - сократился с 2,94 человека в 1985 году до 2,08 в 2004-м. А доля людей, у которых такого круга нет вообще, выросла с 10 до 24,6 процента.
Тенденция не ограничивается США. Аналогичные данные публиковались в Великобритании, Австралии, Японии. Японское понятие "hikikomori" - люди, полностью отказавшиеся от социальных контактов, - стало почти официальным диагнозом. В Китае мужчины всё чаще сообщают об отсутствии близких друзей среди ровесников.
Важно понимать: речь не о том, что мужчины перестали общаться совсем. Контактов стало больше - мессенджеры, рабочие чаты, соцсети. Но глубина контактов упала. У среднего мужчины теперь десятки "знакомых" и ни одного человека, которому он мог бы позвонить в три часа ночи в кризисный момент.
Самое тревожное - это поколенческий сдвиг. Молодые мужчины 18-29 лет по данным тех же опросов имеют друзей реже, чем их отцы в этом возрасте. Дружба, которая раньше строилась на годы и десятилетия, превращается в ситуативные приятельства, исчезающие со сменой работы или города.
Мужская и женская дружба отличаются не только социально, но и биологически. Антрополог Робин Данбар, изучавший социальные сети человека, выделяет два типа дружбы: "лицом к лицу" и "плечом к плечу". Женская дружба - это преимущественно первый тип: разговоры, обмен эмоциями, поддержка взглядом в глаза. Мужская - второй: совместная деятельность, решение задач, молчаливое присутствие рядом.
Это различие заложено в эволюции. Для предков-охотников доверие строилось не на словах, а на действиях: вместе выследили зверя, вместе вернулись, вместе поделили добычу. Доверие мужчины к мужчине проверялось риском, а не исповедью. Поэтому мужская дружба и сегодня проще всего возникает в совместной деятельности - спорт, работа, хобби, ремонт.
Данбар подсчитал и "число Данбара" - около 150 человек, которых человек может удерживать в социальной сети. Но внутри этого числа есть слои. Близких друзей, с которыми поддерживается глубокий эмоциональный контакт, у человека в среднем не больше пяти. У мужчин, по данным опросов, этот верхний слой заполняется вдвое реже, чем у женщин.
Эволюционное наследие имеет оборотную сторону. Дружба "плечом к плечу" отлично работает, когда есть общая задача, и рассыпается, когда задача исчезает. Мужчины теряют друзей при смене работы, переезде, выходе на пенсию быстрее, чем женщины, потому что их связи были привязаны к месту и делу, а не к разговорам.
Интересно, что тестостерон тоже участвует в этой истории. Исследования показывают: мужчины в компании других мужчин с соревновательным уклоном испытывают всплеск тестостерона, а в поддерживающей, кооперативной атмосфере уровень гормона снижается. Умение переключаться между этими режимами - часть мужской социальности, которая в современном мире всё меньше тренируется.
Историки дружбы связывают обвал мужских связей с несколькими волнами социальных изменений. Первая - урбанизация: мужчины массово переехали в города, где соседские и общинные связи, веками державшие мужскую сеть, были разрушены. Вторая - автоматизация труда: мужчины перестали работать в группах, где их физическое сотрудничество само по себе рождало дружбу.
Третья волна - интернет. Парадокс в том, что сеть должна была сблизить людей, а на практике заменила глубокие связи поверхностными. Мужчина, который раньше встречался с друзьями за пивом или в гараже, теперь переписывается с ними в чатах. Контакт сохраняется, глубина исчезает.
Добавим сюда культуру "взрослости". Современный мужчина после тридцати живёт по схеме "работа - дом - семья". Времени на друзей нет, и это социально одобряется: "у него семья, ему не до друзей". Дружба воспринимается как подростковая роскошь, от которой полагается отказаться ради серьёзной жизни.
Отдельно стоит сказать о браке. Данные показывают, что женитьба у мужчин сопровождается резким сокращением дружеских контактов. Женщины после замужества, наоборот, часто сохраняют и даже укрепляют связи с подругами. Мужчина, вступивший в брак, нередко теряет свою социальную сеть почти целиком и становится зависим от единственного человека - жены.
Экономический фактор тоже работает. Дружба требует времени и денег: встречи, совместные поездки, хотя бы регулярное пиво. Сверхурочные, подработки, две работы - типичная картина современного мужчины среднего возраста. На друзей в его расписании просто не остаётся ячеек.
Есть и культурный сдвиг, о котором говорят реже. В прошлом веке существовали устойчивые мужские институты, которые автоматически поддерживали дружбу: армия, трудовые коллективы, профсоюзы, спортивные секции для взрослых, дворовые компании. Политик и писатель Роберт Патнэм в книге "Боулинг в одиночку" (2000) показал, как эти институты рушатся: люди перестают состоять в организациях, ходить на собрания, даже играть в боулинг лигами - теперь они катают шары в одиночку. Патнэм назвал это падением "социального капитала" - сети связей, которая когда-то держала общество вместе.
Мужчины оказались главными проигравшими от этой деградации. Женщины частично заместили утраченные институты дружескими ритуалами: регулярные встречи, совместные чаепития, разговоры по телефону. У мужчин такого замещающего механизма не возникло - мужская дружба была построена на институтах, а институты исчезли. Когда рухнул внешний каркас, оказалось, что под ним не было ничего, что мужчины умели поддерживать сами.
Самый мощный аргумент в пользу того, что мужская дружба - не блажь, а вопрос выживания, даёт метаанализ Хольт-Лунстад. Исследователи проанализировали 148 исследований с участием более 308 тысяч человек и обнаружили: люди с сильными социальными связями имели на 50 процентов больше шансов дожить до конца периода наблюдения, чем социально изолированные.
Показатель относительного риска составил 1,5. Для сравнения: это сопоставимо с известным влиянием курения или ожирения на смертность. Одиночество, по выражению авторов, следует рассматривать как фактор риска, сопоставимый с классическими "убийцами" здоровья, - а в публичном дискурсе оно таковым не считается.
У мужчин эффект одиночества проявляется агрессивнее. Мужчины реже обращаются за медицинской помощью вообще, а социально изолированные - особенно. Друг - это часто единственный человек, который замечает, что с мужчиной что-то не так, и толкает его к врачу. Лишившись друзей, мужчина теряет и этот ранний сигнал тревоги.
Эпидемиологические данные подтверждают: одинокие мужчины чаще страдают от сердечно-сосудистых заболеваний, гипертонии, депрессии, когнитивного упадка. Исследование, проследившее за пожилыми мужчинами в течение нескольких лет, показало: те, у кого были друзья, имели заметно более низкий риск смерти, чем одинокие сверстники, - при прочих равных.
Специфическая трагедия мужского одиночества - в том, что мужчина чаще всего осознаёт проблему слишком поздно. Друзья, потерянные в двадцать лет из-за работы и брака, не возвращаются в пятьдесят. Построить с нуля глубокую мужскую дружбу в пожилом возрасте - задача, с которой справляются немногие. Одиночество, таким образом, накапливается десятилетиями.
Психиатры давно заметили, что мужская депрессия выглядит иначе, чем женская: раздражительность, гнев, агрессия, злоупотребление алкоголем вместо классической тоски и плача. Такую депрессию называют "маскированной". И одним из ранних её маркеров часто становится разрыв дружеских связей.
Мужчина, впадающий в депрессию, первым делом "отключает" друзей: не отвечает на звонки, отменяет встречи, замыкается. Друзья, получив сигнал, что им не рады, отступают. Круг замыкается: изоляция усиливает депрессию, депрессия усиливает изоляцию. Без третьей стороны - друга, который продолжает звонить, - этот спиральный механизм не остановить.
Статистика самоубийств - самая мрачная глава. Мужчины совершают самоубийства в несколько раз чаще женщин в большинстве стран мира. В России разрыв особенно велик. И исследования показывают: среди предшественников мужских самоубийств - развод, потеря работы и, что важно, разрыв социальных связей.
Парадокс в том, что мужчина, которому хуже всего, именно в этот момент отказывается от помощи. Обратиться к психологу - признать слабость. Позвонить другу - нагрузить его своими проблемами. Выпить в одиночестве - социально приемлемо. Так мужская депрессия протекает незаметно и часто фатально.
Психотерапевты, работающие с мужчинами, едины во мнении: восстановление дружбы - часть терапии. Мужчине в кризисе нужен не только специалист, но и сеть мужчин, с которыми он может быть собой без маски "всё под контролем". Группы поддержки, мужские клубы, сообщества по интересам работают именно потому, что возвращают мужчине утраченный "плечом к плечу" формат.
Антрополог Данбар отмечает: мужская дружба живёт в действии. Двое мужчин, чинящих машину, играющих в футбол или стоящих на рыбалке в молчании, - это дружба, даже если они не произносят задушевных речей. Разговоры о личном у мужчин чаще возникают "по касательной", в процессе совместного дела.
Отсюда практический вывод: мужская дружба умирает не от недостатка эмоций, а от недостатка общего дела. Мужчинам сложно "просто созвониться поболтать" - этот формат им не родной. Им нужен повод: спортзал, гараж, охота, настолки, ремонт, поход. Убрать общее дело - и связь, какой бы тёплой она ни была, рассыпается.
Исследования подтверждают: мужчины, состоящие в клубах, спортивных командах, профессиональных сообществах, имеют более широкую сеть друзей и реже страдают от одиночества. Неформальная обязательность - "мы собираемся каждую субботу" - работает для мужчин лучше, чем абстрактные призывы "поддерживать связь".
Что спасает мужскую дружбу в современном мире? Во-первых, регулярность: фиксированное время встреч, не зависящее от настроения. Во-вторых, общее дело или хобби. В-третьих, готовность разговаривать не только о футболе. Исследователи дружбы подчёркивают: мужчины, которые научились обсуждать с друзьями не только дела, но и чувства, выигрывают в долгосрочной перспективе и в здоровье, и в отношениях.
Смена формата возможна. Поколение тридцатилетних мужчин уже иначе относится к дружбе, чем их отцы: появились мужские разговорные кружки, "мен'с группы", открытые сообщества. Данные показывают, что мужчины, выросшие в культуре эмоциональной открытости, сохраняют друзей лучше. Проблема не в мужчинах - в институтах, которые дружбу не поддерживают.
Социолог Энн Кейс и нобелевский лауреат Ангус Дитон ввели в оборот понятие "deaths of despair" - "смерти от отчаяния": самоубийства, отравления наркотиками и алкогольные смерти, которые растут в США среди белых мужчин среднего возраста с начала 2000-х. Причина, по мнению авторов, не только в экономике, но и в распаде социальных связей.
Мужчина среднего возраста - ядро этой статистики. У него может быть работа, дом, семья - и при этом полный социальный вакуум вокруг. Друзья растворились ещё в двадцать пять, круг общения сузился до коллег, а коллеги - это не друзья, их связи рвутся вместе с трудовым договором. Отчаяние рождается не из бедности, а из изоляции.
Исследования одиночества показывают парадоксальную закономерность: объективно изолированный мужчина часто субъективно не чувствует себя одиноким. Ему кажется, что всё в порядке: есть семья, есть работа, есть соседи. Отсутствие близких друзей он не регистрирует как проблему, пока не наступает кризис - болезнь, увольнение, развод. И тогда выясняется, что ему некому позвонить.
Этот сдвиг опаснее простого одиночества. Осознанная изоляция хотя бы понятна человеку, и он может искать выход. Нераспознанная изоляция - когда мужчина считает нормальным не иметь друзей - лишает его даже мотивации что-то менять. Данные опросов подтверждают: мужчины значительно реже женщин называют одиночество своей проблемой, хотя объективные показатели изоляции у них хуже.
Другой аспект спирали - хронический стресс. Социальная изоляция запускает в теле каскад воспалительных процессов; уровень кортизола держится повышенным, что разрушает сердце и иммунитет. Мужчина, лишённый "плеча, к которому можно приложиться", несёт стресс в одиночку, и его организм платит за это десятилетиями. Дружба, с этой точки зрения, - не развлечение, а регулятор физиологии.
Если дружба "плечом к плечу" - базовая модель мужской близости, то рецепт сохранения друзей прост на бумаге и сложен в исполнении: нужна регулярность и нужны дела. Начните с малого - фиксированная встреча раз в две недели с одним человеком. Спорт, поход, настолки, совместный ремонт - неважно, что, важно, что это повторяется.
Второе правило - не обрывать связь после переезда или смены работы. Цифровые контакты не заменяют встреч, но они сохраняют мостик. Отвечайте на сообщения, поздравляйте, звоните по старинке. Исследования показывают: даже редкие, но регулярные контакты удерживают дружбу на плаву годами.
Третье - говорить о личном. Да, мужской формат строится на действии, но без слова глубокий контакт не развивается. Мужчины, которые делятся с друзьями тревогами и планами, имеют более крепкую дружбу и лучшие показатели психического здоровья. Открытость не отменяет мужественности - она её дополняет.
Четвёртое - выходить из дома. Одиночество - это в том числе физическое отсутствие пространств, где мужчины могут встретиться. Качалки, кружки, курсы, волонтёрство, спортивные лиги для любителей. Чем больше у мужчины точек регулярных встреч, тем меньше шансов, что его сеть растворится без следа.
И наконец - перестать считать дружбу роскошью. Метаанализ Хольт-Лунстад говорит прямо: дружба - вопрос выживаемости. Мужчина, который "экономит" на друзьях ради работы, платит за это годами жизни. Инвестиция в дружбу - это инвестиция в собственное долголетие, и по своей отдаче она превосходит большинство других вложений.
Рецессия мужской дружбы - не каприз статистики и не модный термин. Это реальный социальный сдвиг: за тридцать лет доля мужчин с близкими друзьями сократилась вдвое, а доля совсем одиноких выросла в пять раз. Мужчина стал самым одиноким существом в современном обществе, и эта одиночность имеет цену в годах жизни.
Причины сдвига глубокие: урбанизация, интернет, культура "взрослой серьёзности", брак как поглотитель мужской социальной сети. Мужская дружба устроена по модели "плечом к плечу" и требует общего дела - а общество, построившее мир без общих дел, лишило мужчин главного топлива дружбы.
Цена - не только психологический дискомфорт. Одиночество повышает риск смерти сопоставимо с курением. Оно усиливает маскированную депрессию, провоцирует алкоголизм и самоубийства. Мужчина без друга - это человек, у которого в системе раннего предупреждения о беде просто нет датчиков.
Хорошая новость в том, что дружбу можно восстановить. Биология мужской социальности никуда не делась - мужчинам нужны общие дела и регулярность, и оба эти условия доступны. Плохая новость в том, что восстановление требует усилий, а общество не создаёт для этого инфраструктуры.
Так что вопрос не в том, "нужна ли мужчине дружба". Вопрос в том, заметит ли кто-нибудь его исчезновение, когда он решит, что друзья - это то, чем можно пожертвовать ради карьеры. Заметит. В статистике смертности.
Holt-Lunstad J., Smith T. B., Layton J. B. Social Relationships and Mortality Risk: A Meta-analytic Review. PLoS Medicine, 2010 (148 исследований, 308 849 участников, OR = 1,50).
McPherson M., Smith-Lovin L., Brashears M. E. Social Isolation in America: Changes in Core Discussion Networks over Two Decades. American Sociological Review, 2006 (ядро сети: 2,94 в 1985 г., 2,08 в 2004 г.; "нулевые" сети: с 10% до 24,6%).
Cox D. A. The State of American Friendship: Change, Challenges, and Loss. Survey Center on American Life, 2021 (доля мужчин с близким другом: 55% в 1990 г., 27% в 2021 г.; 15% мужчин не имеют близких друзей).
Dunbar R. I. M. The Anatomy of Friendship. Trends in Cognitive Sciences, 2018.
Данные ВОЗ по мужской смертности и самоубийствам (Suicide rates by sex).
|