- Расскажи мне про Проню, - попросил я Сашу.
- Зачем? - удивился Миша, - вот же она, Пьоня!
Мише четыре года, и он выговаривает не все буквы. А Саше уже шесть, он учится в первом классе, выговаривает все буквы и умеет считать до тысяча одного.
Саша закатил глаза, покусал палец, а потом рассказал про Проню:
- Проня - это собака.
- Так, - подбодрил я.
- Она серая, похожа на колли, только немножко поменьше. И без хвоста.
- Ей фвост бегемот откусий! - сделав страшные глаза, поведал Миша.
- Ну тебя, Мишан! - отмахнулся Саша. - Она такой родилась. Уже родилась без хвоста, понимаешь? - спросил он меня.
- Понимаю, - ответил я. Мама у Саши с Мишей ветеринар, и поэтому они хорошо разбираются в собачьей анатомии. Папа у них тоже ветеринар, и я подозреваю, что про бегемота Мише рассказал именно он.
Проня, конечно, сообразила, что разговор идет про нее, и помахала хвостиком, который у нее не больше заячьего. Саша продолжил:
- Когда Проня родилась, то была совсем слабенькой. И мама с папой забрали ее из деревни в город, чтобы она не умерла. Мама с папой лечили ее два дня, даже по ночам лечили, она выжила и стала большой и красивой. Папа ее теперь не Проней, а коровой называет.
Миша радостно засмеялся, а Проня неодобрительно покосилась на Сашу одним глазом, но спорить не стала: чего с ребенком спорить?
- Проня родилась в селе Алексеевка. Там у нее мама живет, ее зовут Муха. Только Муха маленькая совсем, а Проня вон какая вымахала! А еще у нас дом есть в соседней деревне, в Гороховке, и мы с Проней каждый год летом туда приезжаем!
- Как интересно! И что же вы с Проней делаете в Гороховке? - спросил я.
И Саша рассказал.
Как Проня попала под суд
Напекла как-то мама блинов. Блинов мно-о-ого получилась: мама их с обеда и до самого вечера делала. Села семья ужинать. Папа возьмет блин, макнет в варенье и кусает. Мама оторвет кусочек, окунет в сметану, съест и чаем запивает. Саша возьмет блин, рассмотрит его со всех сторон, отложит в сторонку и другой берет, покрасивее. Миша один блин зажмет в правой руке, другой блин - в левой руке и смотрит, как другие едят. Весь вечер ели блины, ели, старались изо всех сил, но так и не смогли всё съесть. Папа отдувается, мама отворачивается, Саша дуется, а Миша пыхтит.
Легли спасть, а мама перед этим сложила оставшиеся блины в большую миску и накрыла крышкой, чтобы мыши ночью не погрызли. "Блинов еще много осталось, будет что мужчинам завтра поесть, а значит, мне с утра можно встать попозже, потому что завтрак готовить не надо," - так думала мама, укладываясь спать. Престал ворочаться Миша, зарылся в одеяло Саша, начал похрапывать папа. Мама полежала-полежала и тоже заснула.
В ночной тиши медленно-медленно приоткрылась дверь, и из сеней в дом проскользнула серая тень. Это была Проня. Она поужинала два часа назад и уже успела проголодаться. Ее чуткий нос сообщал, что на столе остались блины. И не просто блины, а МНОГО БЛИНОВ. Проня встала передними лапами на стол и внимательно обследовала миску. Потом села подумать.
"Собственно говоря, - рассуждала Проня, - они должны были поделиться со мной. Наверняка даже хотели поделиться, просто я задремала и не слышала, как они меня зовут. А они переживали, что я осталась без блинов. И спать легли в плохом настроении. Надо восстановить справедливость. Съем-ка я один блин, их там много, никто и не заметит".
Проня снова встала передними лапами на стол, осторожно-осторожно носом сдвинула крышку с миски, взяла один блин и задвинула крышку обратно. "Чавк!" - и блин исчез в ее пасти. Всё было проделано бесшумно: в самом деле, совсем не нужно, чтобы кто-нибудь проснулся.
"Так нечестно, - подумала Проня, - блин был не целый. Можно сказать, почти половинка блина. Я даже не успела распробовать, не пересолен ли он случайно." Мысль о том, что блины пересолены, заставила Проню вздрогнуть. "Не может быть, - ужаснулась она, - но на всякий случай надо проверить".
"Ням!" - операция по извлечению следующего блина была повторена буквально за пару секунд. Вот что значит тренировка!
"Нет, с солью все в порядке, - решила Проня. - только непонятно, почему чем больше я ем, тем больше хочется? Неужели блины такие несытные? Это ведь значит, что хозяева не наелись и легли спать голодные. Надо срочно проверить!"
Проня снова сдвинула крышку. "Чавк! Ням! Ням! Чавк-чавк-чавк-чавк-чавк!"
"Уф! - довольная Проня села на пол. - Все-таки сытные блины, зря я беспокоилась. Как хозяевам повезло, что у них есть собака, которая всегда о них заботится. Только, по-моему, блины немножко тонковаты."
Проня снова полезла в миску, чтобы проверить, но та была пуста.
"Как же так, - расстроилась она, - их же было так много! А что теперь будет? Хозяева проснутся, решат позавтракать, откроют крышку, а миска пуста? Ой, что будет! Убьют! Точно убьют!" Поискав наиболее защищенное укрытие, Проня забралась в пластмассовую ванную, в которой обычно купали Мишу, накрыла голову газетой и стала ждать справедливого возмездия.
Утром ее разбудил громкий голос папы.
- Жена! Ты посмотри, что натворила эта собака!
Послышалась возня, Проня зажмурилась и попыталась стать маленькой-маленькой, чтобы ее не было видно из-под газеты.
- Ничего себе! - сказала мама. - Все блины исчезли.
На шум из спальни вышли заспанные Саша и Миша.
- Она украла все блины! - возмутился папа. - Ее надо наказать! - Папа был разгневан и похож на прокурора.
- Ужасное преступление! - поддержала мама, взявшая на себя обязанности судьи.
- Не надо Пьоню наказывать! - заступился за собаку Миша. Он решил быть адвокатом.
- Может, и не надо, - согласилась мама. - А что скажет Саша?
Все посмотрели на Сашу, которому выпало быть свидетелем. Саша ответственно подошел к поручению, напряг память и сообщил:
- А Мишан вчера суп пролил! И не вытер потом.
Все задумались, можно ли считать эти сведения отягчающим обстоятельством. Чувствуя, что процесс отклонился от темы, прокурор заявил:
- Ее надо выпороть!
- Хорошая мысль, - одобрила мама-судья.
- Не надо Пьоню выпалывать! - гнул свою линию защиты адвокат.
- А Мишан ночью ругался! Он сказал "кашка-какашка", - вставил слово свидетель. Потом подумал и добавил: - Правда, я спал и ничего не слышал.
Процесс все больше запутывался. Каждая из сторон настаивала на своем. В этот нелегкий момент мама-судья взяла на себя ответственность и огласила решение:
- Значит, так. Миша вытирает суп со стола. Саша моет посуду. Папа давно обещал в саду натянуть веревки для белья. Я готовлю поесть.
- А Проня? - спросили присутствующие. Проня высунула голову из-под газеты. Решалась ее судьба.
- А Проня сегодня останется без завтрака. Всё, суд окончен.
Члены суда и свидетели разошлись выполнять свои поручения, а Проня осторожно вылезла из ванной и бочком-бочком выбралась на улицу.
"Ну и где логика? - рассуждала она, переживая из-за несправедливого решения судьи. - Раз мне пришлось съесть все блины, значит, я не наедаюсь. Если я не наедаюсь, значит, меня надо кормить побольше. Вместо этого меня лишают завтрака. Где логика, я вас спрашиваю?"
Проня горько вздохнула и пошла откапывать спрятанную в саду косточку.