Ambarmetta
Кубок яда

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    По сериалу "Кольца власти" и книгам о Средиземье. 1 Эпоха, начало Войны Гнева. Адар отправляется в крепость айнуров расследовать кражи секретных документов. Но когда он прибывает туда, оказывается, что ему придется расследовать убийство. Типичный детектив с логическим вычислением убийцы среди подозреваемых и стратегическим замыслом.
  Воинство светлых валар следовало через Белерианд. В рядах темной крепости царило смятение, которое еще увеличивалось от того, что в тактически важной лесной крепости происходили диверсии в виде кражи секретных бумаг и карт. Когда Адар явился к трону Моргота после срочного письма, он догадывался, о чем пойдет речь.
  - Для тебя есть новая возможность показать, как ты умеешь находить отгадки тайн, - сказал тот. - Сейчас ты будешь искать предателя среди высоких чинов Ангбанда. О кражах секретных документов ты, конечно, знаешь?
  Адар ответил утвердительно. О кражах знали, по-видимому, все высокие чины, а младшие если и не знали, то все равно догадывались и сплетничали.
  Местом кражи была крепость, где собралось много лордов айнуров для подготовки обороны этого рубежа. Как раз поэтому события и спровоцировали столько шума, потому что в этих диверсиях подозревали кого-то среди лордов. Диверсии происходили несколько месяцев тому как, но комендант, Роунир, до последнего придерживал сведения об этом, видимо, полагая справиться самостоятельно, и доложил в Ангбанд только теперь.
  На фоне приближающейся войны, а точнее, уже и идущей, вычислить и казнить диверсанта необходимо было как можно быстрее. И чтобы остановить кражи, и чтобы для остальных не было "неправильного" примера.
  Однако стандартные методы Ангбанда (запугивания и истязания) не были применимы для столь высоких и знатных чинов. Поэтому владыка Ангбанда, как нередко в затруднительных обстоятельствах, обратился за расследованием к Адару.
  Но для него не было секретом, что Адар мог применить полномочия вмешиваться в дела лордов айнуров ради своих целей, чтобы расправиться с кем-то среди политических противников, поэтому сразу добавил,
  - Ты обязан будешь найти бесспорные доказательства вины предателя. И не пытаться добиться какой-то своей выгоды. Я не забыл эту историю с Ламмогом.
  - Но разве я был не прав, что он погубит проект, - возразил Адар.
  - Была ли это преднамеренность или его оплошность, теперь не узнать, - молвил Моргот, глядя в его сторону своим горящим взглядом.
  Адар, который отлично знал, как погиб Ламмог, разумеется, промолчал.
  Моргот помолчал тоже, а потом добавил,
  - Если ты добудешь доказательства и остановишь диверсии, я подумаю о том, чтобы рассмотреть твое ходатайство о помиловании этих урук браконьеров.
  Адар сжал кулак в перчатке.
  Несколько дней тому как урук были пойманы в заповедных лесах айнуров, где охотились без позволения, и приговорены к казни. Браконьерство вовсе не было столь тяжким преступлением, чтобы казнить виновных, но перед грядущей войной Моргот словно помешался о дисциплине еще хлеще, чем прежде. Нужно было показательно казнить хоть кого-то, и вот не вовремя попались эти браконьеры.
  Адар пробовал было заступиться за этих урук, обещая даже лично приглядывать за ними, но ни к какому результату это не привело. И вот Моргот сообразил, что могло бы стать для него наградой при удачном окончании расследования. То, что Моргот через несколько веков все-таки понял, что постоянная забота лорда отца об урук игрой не была, совсем не радовало Адара, потому что теперь Моргот понял, в чем его уязвимость, и жизни урук превратились для него в инструмент угрозы.
  Но он обязан был спасти этих браконьеров. А вот что делать с этим делом о диверсанте, это еще вопрос. Не в интересах Адара и урук было бы, чтобы Ангбанд выиграл эту войну, поэтому Адар и сам был бы не прочь стать диверсантом. Но колдовской контроль и постоянная необходимость уберегать его урук от беды не позволяли ему полностью действовать так, как он хотел.
  Моргот смотрел в его сторону в полумраке. Тусклые огни отражались от эльфийского доспеха, лицо Адара было едва видно. И Моргот почему-то поймал себя на мысли, что он совсем не знает, что в голове у этого эльфа, и от этого ему немного тревожно. Но через секунду он рассердился сам на себя. Еще не хватало тревожиться о том, что в головах у урук, когда они должны всего лишь исполнять приказы.
  Адар некоторое время подумал, подбирая слова, потом сказал,
  - Я хотел бы точнее узнать, в чем состоит мое задание.
  - Разумеется, узнаешь, - сказал владыка Ангбанда. - В крепости комендант Роунир. Лорды Маррагот, Дагратт , Кел-Дориэн и Куллун остаются там как помощники. Чтобы похитить документы, нужно владеть высшей магией айнур, поэтому диверсант, вероятно, один среди них. И тебе нужно узнать, кто. Все подробности в докладе Роунира, который тебе сейчас предоставят. Прочти его и отправляйся в крепость немедленно.
  Он махнул ладонью, и один помощник торопливо подбежал и протянул Адару свиток пергамента.
  Адар, все так же тщательно выбирая слова, продолжил,
  - Если виновник айнур, владеющий высшими чарами, я не исключаю, что для его ареста понадобится тоже владеть высшими чарами, которые есть только у айнуров, но не у меня.
  - Я не приказываю тебе сразиться с ним и захватить, - сказал Моргот. - Это должны сделать остальные лорды. Твое дело вычислить, кто он. И как можно скорее.
  Адар промолчал с тайным удовлетворением. Именно это он и хотел услышать, что он отвечает только за поиск, а не арест.
  Он покинул тронный чертог с докладом в руках и остановился, вспоминая все, что знал о своих грядущих противниках. Он был немного знаком со всеми 5 айнурами, о которых была речь, и все они были крайне антипатичны ему.
  Роунира, коменданта крепости, он видел всего раза три за все века, но слыхал о нем достаточно. Маг, способный сжигать разум и память, жестокий, высокомерный, как и остальные четверо, впрочем, часто истязал многочисленных рабов, как эльфов, так и людей, и рабы боялись его, как огня.
  Маррагот, дух мглы и дыма, сам порой казавшийся бледным и призрачным, был второй по знатности среди них.
  Дагратт, дух палящего зноя, плотный, с зычным голосом, самый человекоподобный среди этих 5.
  Кел-Дориэн, дух ураганных ветров, длинный и прямой, как палка, высокомерный щеголь, всегда в перчатках с какими-то вензелями, и с постоянной фляжкой при себе, в которой он держал пряный эль.
  И Куллун, один среди многочисленных огненных духов Ангбанда, демон, отдаленно схожий обликом с балрогом, но гораздо меньше ростом и без рогов, злобный и ядовитый.
  Все они так вписывались в темные ряды Ангбанда, что нереально было вообразить кого-то среди них помогающим воинству запада. Если только дело не в каких-то личных интересах.
  Адар не знал, что следующей ночью, когда он с небольшим отрядом урук будет приближаться к этой крепости, вскоре после полуночи гвардейцы, дежурившие у двери кабинета Роунира, услышат звук падения тяжелого тела. Они ворвутся в кабинет и увидят только мертвое тело, что осталось от айнура-коменданта, и поднимут тревогу и зазвонят в колокол, и отправят посланников за остальными четверыми лордами айнур. И когда отряд урук подъезжал к воротам, все знатные обитатели крепости собрались в кабинете, решая удивительную загадку, как и отчего внезапно погиб мощный айнур в запертой и охраняемой комнате.
  
  Маррагот, Дагратт, Кел-Дориэн и Куллун явились почти одновременно. Миновав перепуганных гвардейцев у двери, они приблизились к мертвому телу Роунира.
  - Не понимаю, что происходит, - удивленно сказал Маррагот. Он стоял, запахнув плащ, и оглядывал мертвого коменданта. - Никаких ран не видно. Он как будто решил просто сбросить физический облик и пройтись в Незримом мире.
  - Это едва ли, - Кел-Дориэн, как всегда, щегольски одетый и в своих тонких перчатках, несмотря на позднее время и переполох, поднял валяющийся на резном столе кубок и понюхал его. - Взгляните. Ничего не ощущаете?
  Дагратт, взъерошенный и одетый в какой-то балахон, с недоумением забрал кубок и понюхал тоже.
  - Хм, запах горечи. Неужто...? - его глаза расширились.
  - Вот-вот, - кивнул Кел-Дориэн. - Яд эрракот!
  - О, - вкрадчиво и злобно сказал Куллун, сжимая свои длинные когтистые пальцы, и его глаза вспыхнули ярким пламенем. - Не самое подходящее средство для променада в Незримом мире.
  - Нужно узнать, откуда это, - Маррагот властно обернулся к гвардейцам. Те забормотали,
  - Должно быть, это тот травяной отвар, что приносит ему этот эльф раб. Эльтэрион или как там его звать. Комендант пьет этот отвар каждый вечер. Больше никто не приходил, караул не смыкал глаз!
  - Позвать сюда этого эльфа, - властно приказал Маррагот.
  Он был самым старшим по рангу среди них, и теперь, когда комендант был мертв, автоматически стал командиром.
  В ожидании айнуры угрюмо бродили по комнате.
  - Если эльфы рабы стали убивать господ, и еще этим ядом, это куда ж все катится, - фыркал Дагратт.
  Эльтэрион был Серым эльфом, никогда не видевшим света Валинора. Давно попав пленником в Ангбанд, а затем рабом в эту крепость, к тираническому Роуниру, он, казалось, и вовсе забыл о своей прежней эльфийской жизни и проводил все дни в постоянном страхе, как и прочие рабы здесь. Единственным более-менее довольным своей участью был повар человек, который, хоть и числился в рабах, поддерживал темных айнуров добровольно, и хотя ему порой и доставалось плетью по спине, неустанно поклонялся им как богам, а кроме того, повар он был весьма неплохой, и поэтому он обрел снисходительность и даже и некоторое доверие со стороны коменданта.
  Когда Эльтэрион осознал серьезность обвинения, то как и следовало ожидать, в ужасе запротестовал,
  - Да, я принес этот отвар, как и каждый вечер до этого, но я клянусь вам, повелители, я никакого яда туда не подсыпал, и у меня нет никакого яда!
  - Запах горечи идет от этого кубка, - Маррагот обвиняюще указал пальцем.
  - Нужно бы проверить, чтобы убедиться, - пробурчал Дагратт. - Если там что-то осталось, пусть раб выпьет.
  - Но там почти ничего не осталось, только осадок, - Маррагот заглянул в кубок. - Пить нечего.
  - И осадок, наверно, хранит следы яда. Если он действительно там. - Дагратт схватил со стола ложку и попытался подцепить оставшуюся гущу, но ему удалось зацепить только несколько крох. - Э, так ничего не выйдет, - с досадой констатировал он. - Вот если бы осталось хоть немного жидкости!
  - Эх, делать нечего, - картинно вздохнул Кел-Дориэн. Он вытащил с кармана свою постоянную фляжку с пряным элем. - Не хочется переводить столь ценный напиток, но я думаю, в нем как раз растворятся те крохи, что там остались. Эрракот очень мощный яд, так что мой эль станет ядовитым от него, и можно будет напоить им раба.
  Они беседовали об этом так, словно собирались провести химический опыт в лаборатории, а не отравить живое и разумное создание ради проверки.
  Кел-Дориэн аккуратно влил эль в кубок, ровно столько, чтобы хватило для одного-двух глотков. И поболтал, чтобы осадок растворился. При этом запах горечи заметно увеличился.
  - Ну вот, зелье готово, - констатировал он. И перевел зловещий взгляд в сторону Эльтэриона. - Пей!
  - Постойте-ка, - вмешался Куллун, сверкая глазами. - Если там и правда яд, эльф понадобится живым для допроса. Не сам ведь он добыл где-то эрракот. Он не валяется под ногами. Кто-то приказал ему. Интересно, кто.
  - Ты прав, - Маррагот хмуро погладил свой узкий подбородок. - Ладно. Здесь есть еще эльфы рабы. Да вот хоть этот, Илунир. - Он обратился к гвардейцам. - Приведите его.
  Илунир был совсем юн. Он дрожал от страха, когда его вынудили пить этот кубок. Но отказаться он не мог, тогда он был бы точно убит сразу.
  Не успев сделать второй глоток, он схватился за горло и повалился мертвым рядом с телом Роунира.
  - Теперь все ясно, - по-прежнему зловеще сказал Кел-Дориэн. Дагратт, зафыркав, отбросил ложку, как будто опасаясь прикоснуться ненароком и к крупинкам отравы, так что ложка перекатилась через стол и упала у стены. Маррагот пинком отправил кубок под стол. Лицо Куллуна превратилось в жестокую маску.
  Когда Илунир упал мертвым, Эльтэрион, до этого хранивший сравнительное самообладание, словно обезумел. Он с потрясением и ужасом, словно не веря своим глазам, уставился на товарища, потом рухнул, словно у него ноги подкосились, рядом с его мертвым телом, и казалось, не мог поверить, что он правда мертв. А потом он посмотрел на айнуров и вскричал,
  - Нет, нет, я не травил коменданта! У меня нет никакого яда! Я не мог! Поверьте мне!
  - Бесполезно отрицать очевидное, - Маррагот приблизился к нему с безжалостным взглядом. - Откуда у тебя этот яд? Кто приказал тебе сделать это? Отвечай!
   - Разве так допрашивают это эльфийское отродье? - зашелестел голос Куллуна, и сам он шагнул к рабу. - Отвести его в допросную. Я сам с ним побеседую.
  Он улыбнулся, обнажая клыки.
  - Нет, лорд Куллун! - воскликнул Эльтэрион, дрожа. - Я ничего не делал! Я не знаю ничего!
  - Забыл, кто тебе приказал? - процедил Кел-Дориэн. - Ничего, быстро вспомнишь, отродье.
  Эльф в отчаянии переводил взгляд с одного лица на второе, но лица всех четверых айнуров выражали только приговор, а некоторые еще и злобное предвкушение допроса. И выражение его лица неуловимо поменялось, выразив вместе с отчаянием и древнюю, затаенную, но никогда не угасающую ненависть.
  - Подождите, - холодный голос от двери словно окатил их ушатом ледяной воды. - В этой крепости теперь допрашиваю я.
  Адар в своем дорожном плаще стоял в дверях, не обращая внимания на робкие попытки гвардейцев преградить ему путь. Он оглядывал лица всех айнуров, а потом перевел взгляд на Эльтэриона.
  Рядом с лордом отцом стояло несколько урук, которые прибыли вместе с ним как помощники.
  - Мориондор, - молвил Маррагот после некоторого смятенного молчания. - Это не твое дело. Не вмешивайся в это.
  - Не мое? - все так же холодно переспросил Адар, подняв бровь. Он протянул айнуру свиток с ангбандской печатью. - Владыка Ангбанда прислал меня сюда с особыми полномочиями расследовать диверсии в виде кражи секретных документов. Разве вы не получали предупреждающего письма об этом? И как я вижу, дела здесь еще серьезнее, чем казалось в Ангбанде. Убийство коменданта, не так ли?
  Маррагот неохотно коснулся пергамента и открыл его только для вида. Они все знали о грядущем прибытии Мориондора для расследования, и хоть и крайне не одобряли, что орк будет вмешиваться в дела айнуров, заявить претензию владыке Ангбанда не посмели.
  - Тебя прислали расследовать кражу документов, - неодобрительно хмурясь, сказал Дагратт. - Вот этим и занимайся. А когда эльф раб травит коменданта, это здесь ни при чем. Этим мы займемся сами.
  - А я думаю, что как раз очень при чем, - Адар прищурился. - Тем более что это убийство удивительно совпало по времени с тем, как владыка Ангбанда решил уделить событиям в этой крепости особенное внимание.
  Айнуры переглядывались, но не знали, что сказать. Адар шагнул в комнату и быстро оглядел обстановку: мертвые тела, валяющийся под столом кубок, растерянные лица айнуров и побелевшее лицо эльфа, который так и сидел на полу.
  - Итак, - промолвил лорд отец урук деловитым тоном, - что здесь происходит?
  Айнуры помолчали еще немного, потом Маррагот все-таки сказал,
  - Этот вот эльф раб, Эльтэрион, подсыпал яд коменданту в травяной отвар, который приносил ему каждый вечер. Яд эрракот. Очень редкий и мощный.
  - Я знаю про этот яд, - Адар пресек дальнейшие пояснения в эту сторону. Он и сам ощутил резкий запах характерной горечи, едва зашел в эту комнату.
  - Теперь нам нужно получить признание, откуда у него яд и кто приказал ему, - закончил пояснение Маррагот.
  - Это неправда! - вскричал Эльтэрион, обращаясь теперь к новому прибывшему визитеру, который неожиданно перехватил командование. - Повелитель, я не травил никого!
  Адар смотрел на него оценивающим взглядом, и в этот миг у него в голове вспыхнуло воспоминание - иной эльф раб, единственный подозреваемый там, где, казалось, не могло быть иных подозреваемых, смотрит в его сторону с похожим отчаянием. Адар не забыл, чем закончилась та история.
  - Нужно все выяснить, - повелительным тоном сказал он. Куллун бросил в его сторону злобный взгляд.
  - Я слыхал о тебе, Мориондор. Любитель все усложнять со странными методами расследований. Прежде ты вступался только за орков, ах, урук, а теперь стал покровительствовать и эльфам рабам? Уж не сказывается ли здесь эльфийская солидарность? Темный лорд это определенно не одобрит.
  - Если ты и правда слыхал что-то, Куллун, - тон лорда отца урук был ледяным, - то должен знать, что мои методы всегда были эффективны. Как раз поэтому я и здесь. Чтобы расследовать диверсии. А теперь и убийство коменданта, которое, как я не сомневаюсь, с этим связано.
  Он обернулся к Эльтэриону.
  - Откуда ты принес этот кубок?
  - Я приготовил кувшин с отваром, как и всегда, - объяснил эльф, ломая пальцы. - Потом наполнил один кубок и принес. Как всегда делаю.
  - А где ты оставил кувшин?
  - В подвалах. Отвар нужно хранить в темном и холодном месте. Комендант обычно пил по кубку каждый вечер, и кувшина хватало вечера на три. Потом нужно было готовить новый.
  - Этот ты приготовил сегодня?
  - Да, да, но я ничего....
  - Ты оставлял кувшин без присмотра?
  - Только когда ходил за кубком.
  Адар обернулся к айнурам.
  - Вы утверждаете, что яд был в кубке...
  - Не мы утверждаем, а вот он, - Кел-Дориэн пренебрежительно кивнул в сторону мертвого Илунира. - Мы проверили.
  - А был ли яд в кувшине, вы проверяли? - полюбопытствовал Адар. - Если он оставался без присмотра хоть какое-то время, любой, кто знал об этом обычае коменданта, мог подсыпать яд.
  - Начинается, - Куллун картинно воздел длани к небу. - Как я и сказал. Искать всяких подозреваемых, кроме самых очевидных. Вы еще не поняли, мои уважаемые друзья, что он подозревает НАС?
  - Это что, серьезно? - Маррагот побагровел, а Дагратт зашипел,
  - Неслыханно!
  - Вы сами сказали, что эльф раб не мог так просто достать яд эрракот, - иронично заметил Адар. - Но айнуры могли.
  - Да как ты смеешь, - забормотал было Кел-Дориэн, но Адар прервал его,
  - И в диверсиях Ангбанд подозревает отнюдь не рабов, если для вас это новость.
  Айнуры резко замолчали. А лорд отец урук невозмутимо приказал Эльтэриону,
  - Показывай, где кувшин.
  И обернувшись к молчаливо стоящим рядом урук, добавил,
  - Охраняйте эту дверь, чтобы никто не заходил и ничего здесь не трогал. Позже я тщательно проверю эту комнату. Гвардейцы - свободны.
  Он подумал при этом, однако, что до его прихода в этой комнате многое могли переставить, забрать или наоборот, подбросить, но здесь уж ничего не поделать. Оставаться только полагаться про глаза свидетелей.
  - Но тело коменданта... - яростно постарался возразить Маррагот.
  - Тела можно забрать, оба. Характер яда, которым их отравили, без сомнений очевиден. Но больше не трогать ничего.
  Айнуры заскрипели зубами, но возражать не стали. Полномочия владыки Ангбанда это не игра.
  
  Кувшин, который хранился в подвале, как и сообщил Эльтэрион, был полон травяным отваром на почти две трети.
  - От кувшина запаха горечи нет, - заметил Маррагот, принюхиваясь. Адар это и сам заметил, но все равно возразил,
  - Нужно проверить. Можно дать этот отвар какому-нибудь животному. Я видел, например, ездового зверя у ворот.
  - Смеешься, что ли? - хмыкнул Дагратт. - Ездовым зверям цены нет, они выращиваются годами. А вот рабов здесь пруд пруди.
  Маррагот небрежно обратился к гвардейцам,
  - Приведите какого-нибудь раба, все равно, кого.
  В этот раз это оказался раб человек. Он был испуган не менее, чем раб эльф, когда от него потребовали почему-то выпить этот травяной отвар, но для него все кончилось благополучно. В кувшине яда не было.
  - Теперь ты убедился? - Куллун был доволен. - Виновник эльф. Нечего и думать. Только он мог подкинуть яд в этот кубок.
  - В допросную его, - велел Маррагот гвардейцам.
  - Напрасно столько времени потеряли, когда так и нужно было делать с самого начала, - бурчал Дагратт.
  Эльтэрион затряс головой и обращаясь к Адару, взмолился,
  - Повелитель, я не подкидывал яд ни в кувшин, ни в кубок! Что я могу сказать, чтобы вы мне поверили???
  - Хватит уже отпираться! - рявкнул в его сторону Кел-Дориэн. - Всем надоело твое бесполезное нытье.
  Прислужники Роунира уже тащили его прочь.
  - Я повторяю, - голос Адара прозвучал эхом. - Допрашивать его буду я, а не вы. Отведите его в соседнюю комнату.
  - Допросная в противоположном крыле здания, - хмуро сказал Маррагот, но лорд отец урук на это ответил,
  - Мне нужна просто любая комната.
  - Это неслыханно, - проворчал Дагратт, глядя им вслед. - Он не успел переступить порог, а держится уже, как хозяин этой крепости, если не сам владыка Ангбанда! Орк какой-то...
  - Не переживай, - медленно сказал Маррагот. - Оставь его допрашивать, как он хочет. Но потом с этим эльфом побеседуем мы.
  В подвале прозвучал злобный смешок Куллуна.
  
  Адар и прислужники Роунира, которые тащили за собой перепуганного, упирающегося Эльтэриона, переступили порог комнаты, немногим менее темной, чем та, где хранился кувшин с травяным отваром. Они подтащили эльфа до тяжелого стула и начали привязывать его запястья к подлокотникам.
  - Ребята сейчас приволокут раскаленное железо с допросной, - сообщил один прислужник.
  - Незачем. Освободите его, и уходите сами, - приказал Адар.
  Прислужники уставились в его сторону в величайшем недоумении.
  - Но рабов, тем более эльфов, полагается допрашивать с железом и дыбой! Иначе он начнет врать. Они лживые и хитрые, эти эльфы.
  - Я сам допрошу его, как буду считать нужным, - холодно промолвил Адар.
  Прислужники обменялись взглядами, пожали плечами и вымелись прочь.
  Но Эльтэрион вместо того чтобы прийти в норму, казалось, перепугался еще больше, ища подвоха и ожидая черной магии вместо дыбы. Он съежился и закрыл ладонями голову.
  - Повелитель, не надо колдовства... Не сжигай мой разум... Я всё скажу! Я не убивал коменданта... Но если нужно сказать, что это я, я признаюсь!
  - Если ты убил коменданта, то где ты достал яд? - тихо спросил Адар, глядя на него.
  - Я... я... а где нужно? - робко спросил эльф, поглядев из-под ладоней. - Запиши что угодно, что нужно, я признаю...
  Адар вздохнул, но его тон был по-прежнему ровным.
  - Прекрати врать и успокойся. Мне нужна правда.
  - Какой в этом смысл, - угрюмо пробормотал эльф. - Меня все равно казнят. Вы не верите мне. Не верите, что я не убивал его и ничего об этом не знаю...
  - Я не могу ничего обещать тебе, - молвил Адар, пристально глядя на него. - Не я решаю твою участь. Но если ты невиновен, то у тебя есть какой-то шанс, только если настоящий убийца будет найден. Я хочу найти настоящего убийцу. Поэтому успокойся и отвечай про всё, о чем я буду спрашивать тебя.
  - Я действительно ничего не знаю об этом! - воскликнул эльф. - Но если ты думаешь, что я могу знать что-то важное, спрашивай о чем угодно.
  - Хорошо, значит, ты понял. Итак. В какое время ты принес Роуниру этот травяной отвар?
  - Полночь... ровно полночь. В это время звонил колокол. Это было сразу после ужина.
  - Ты всегда доставлял ему отвар в это время?
  - Нет... нет, обычно немного позже. Но сегодня он потребовал раньше. Был особенно зол. Бранился за то, что в комнате не хватает огня, хотя лампы горели, как всегда. Сказал, что повар отвратительно приготовил жаркое за ужином, передержал его, и он хочет поскорее запить эту гарь.
  - Роунир всегда был так вспыльчив? - спросил Адар. - Легко гневался из-за любых незначащих вещей?
  - Нет... то есть, Роунир цеплялся к нам и людям по любым пустякам, это было у него обычаем. Вот и повару было бы несдобровать, если бы иные, гости, не хвалили ужин, и если бы комендант остался жив, конечно, - глаза Эльтэриона блеснули недобро. Он словно специально не назвал бывшего повелителя "лордом". - Но я хочу сказать, он никогда не огорчался по-настоящему. Он просто велел бы бить раба плетьми, а сам безразлично занимался своими делами. Поэтому я и думаю, что он был расстроен чем-то еще, а жаркое или лампы стали просто поводом сорвать злость.
  - У него был конфликт с кем-то? Ссора?
  - Я не знаю, - сказал Эльтэрион. - Он не велел мне появляться до ужина.
  - Ладно. Вернемся к этому отвару. Ты сказал, что готовил его ты, а не повар?
  - Я. Всегда готовил я. Человек не умеет. Но я ничего не делал, кроме того, что обычно! - едва не выкрикнул Эльтэрион. - Заварил травы в кувшине, процедил, перелил в кубок и отнес ему.
  - Ты оставлял где-нибудь кубок по дороге?
  - Нет, - эльф безнадежно покачал головой.
  - Кто-то был рядом с тобой в это время?
  - Нет.
  - Значит, когда ты перелил отвар в кубок, яда там не было, а когда кубок выпил комендант, яд там оказался, сам по себе?
  Эльф закрыл лицо ладонями.
  - Колдовство. Они все колдуны. Они могли отравить его. Но вы все обвините меня, а не их.
  - Кому, по-твоему, было нужно травить коменданта?
  - Не знаю. Но здесь давно творилось что-то странное. Исчезали секретные бумаги. Ключ от кабинета был заколдован, только айнур мог открыть. Это кто-то среди них. Не я. Это какой-то айнур... - эльф в отчаянии сжимал голову.
  - Роунир не боялся, что ты отравишь его? Когда доверял тебе заваривать этот отвар.
  - Он думал, что я не посмею... И у меня не было яда. Но он все равно осторожничал. Иногда, не каждый вечер, но непредсказуемо, он переливал часть отвара и приказывал мне это выпить. Я никогда не должен был знать, прикажет он мне это или нет, поэтому он знал, что я не смогу подсыпать яд, если бы он у меня и был. Но у меня никогда не было яда. И я бы не посмел...
  Адар промолчал. Для него не было секретом, что Эльтэрион люто ненавидел Роунира и охотно убил бы его, если бы мог. Но яд эрракот просто так не добыть. И кроме того, для эльфа было бы крайне глупо убивать его так, чтобы остаться при этом единственным подозреваемым. Он мог бы сделать это импульсивно, но яд указывает на тщательно спланированное преднамеренное убийство.
  А главное, если заявление о проверке отвара было правдой, подсыпать яд туда для эльфа было бы вовсе бессмысленно. Если бы его ненависть и была так велика, что он готов был умереть и сам, но отравить Роунира, то Роунир все равно не стал бы пить отвар, если бы эльф умер у него перед глазами, сделав глоток. Нет, если это правда, то отравить отвар мог только тот, кто не знал об этом обычае проверять.
  Иное дело, правда ли это. Единственное, что подтверждает слова раба, это только логическое соображение, что пить отвар без проверки опасно. Но айнуры вовсе не всегда логичны, а порой бывают и просто глупы. Роунир мог действительно верить, что этот запуганный раб никогда не посмеет причинить ему вред.
  - Значит, сегодня проверки отвара не было? - уточнил Адар. Это было больше утверждение, чем вопрос.
  - Да... конечно. Иначе, я был бы мертв, а не он. - Эльф тревожно сцепил пальцы. - Но я действительно не представляю, как яд мог попасть в кубок!
  - Откуда ты взял этот кубок? Могло быть так, что ты не заметил, что яд в нем уж есть, когда наливал отвар? Достаточно совсем немного, ты мог не заметить.
  Глаза эльфа вспыхнули было надеждой, но сразу угасли. Нет, отверг он и эту теорию. Кубок он принес, ополоснув его в кухне перед глазами у повара и кухонных помощников. Отрицать это было бессмысленно. В кубке не было яда, и вовсе ничего там не было.
  Адар продолжал думать. Логически получалось так, что отравить отвар в кубке могли только двое - или эльф, или сам комендант.
  Убил ли комендант сам себя? Возможно ли это? Тревожное состояние духа, его злость. Если за исчезновением секретных бумаг стоял он сам, могло ли прибытие посланника Ангбанда с особыми полномочиями расследовать это испугать его так, что он предпочел умереть, только бы не угодить в Ангбанд как виновник?
  Но и это никак не совпадало с фактами. Для начала, все, что Адар слыхал о Роунире, характеризовало его как самонадеянного. И главное, ни один айнур не станет травиться ядом эрракот, который не только убивает физическое тело, но и ослабляет дух до неспособности воплотиться очень долго. Он мог бы попытаться скинуть физическое тело и сбежать, затеряться в Незримом мире, если бы был так уж перепуган, но ослабленный дух айнура затягивает сразу в чертоги Мандоса. А это вряд ли та встреча, куда хочет попасть прислужник Ангбанда.
  Зато очень удобно для убийцы, что никому (кроме разве только повелителя Мандоса) айнур не сможет рассказать, что происходило. Это особенно важно, если мотивом убийства была попытка что-то скрыть.
  Предположим, Роунир догадался, кто стоит за кражей секретных бумаг. Но тогда почему он не доложил в Ангбанд сразу?
  Вся история казалась просто бессмысленной, но у нее должен быть смысл.
  Адар продолжил допрос эльфа.
  - Что было после того как ты узнал, что Роунир мертв? Расскажи мне о действиях всех до моего прихода.
  Эльтэрион передернулся.
  - Когда гвардейцы привели меня туда, там были все лорды айнуры, которые гостили в крепости, они все твердили, что отвар был отравлен. Запах горечи был от кубка. Лорд Дагратт сказал, что нужно проверить. Но лорд Маррагот заметил, что отвара в кубке почти не осталось, только осадок. Когда я процеживаю отвар, часть трав и листьев и специй все равно остается, немного, самые крохотные. Специи не все растворяются. Лорд Дагратт попытался соскрести это ложкой, но по-видимому, больше рассыпал. Тогда лорд Кел-Дориэн придумал, как проверить. Он достал фляжку с пряным элем, с которой он ходит, ты знаешь, он пьет этот эль все время. Сказал, что ему не хотелось бы жертвовать этим напитком, но что поделать. Перелил с фляжки немного в кубок и поболтал там, чтобы осадок растворился. Потом... - голос Эльтэриона начал дрожать. - Они хотели, чтобы это выпил я, но лорд Куллун заявил, что я понадоблюсь живым для допроса, и тогда... они позвали Илунира, это мой помощник, тоже эльф, и дали ему этот кубок... он был совсем юн, почти ребенок, я должен был помешать! Должен был... но тогда я не верил, что яд окажется в кубке, потому что он никак не мог там оказаться. И я все равно ничего не мог бы сделать...
  - Как я понимаю, - молвил Адар, - Илунир выпил это и сразу умер?
  Эльтэрион кивнул, глядя в сторону.
  - Это должно быть, ужасно мощный яд, если всего несколько крупинок, которые оставались там, убили его почти мгновенно.
  - Ты сказал о каких-то специях. Подсыпать яд туда гораздо проще. Эти специи, ты добавлял в весь кувшин или только в кубок?
  - В весь кувшин. Так всегда делается. Я ничего не делал с отваром после того как перелил его!
  Адар опять помолчал. Конечно, было бы гораздо проще, если бы яд был в кувшине. Но яда там не было, и с этим фактом приходилось считаться.
  Он задумался о том, чего добивался отравитель, кто бы он ни был, почему он так старался, чтобы отравлен был только один кубок, а не вся приготовленная порция отвара в кувшине (до которого добраться, казалось бы, гораздо легче, чем до кубка). Все равно никто не пил это, кроме Роунира.
  - Как реагировали айнуры, увидев смерть этого эльфа?
  - Они... совсем переполошились. Старались не приближаться к этому кубку вовсе. Лорд Дагратт куда-то закинул ложку, которой пытался соскоблить тот осадок. Они словно боялись, что отравятся, если только прикоснутся.
  - Что они сказали? Вспомни, это могло быть важно. Они обвиняли друг друга? Или кого-то еще?
  - Нет, - эльф замотал головой. - Они обвиняли только меня. Спрашивали, кто дал мне этот яд, кто приказал отравить коменданта. Хотели вести в допросную, но здесь как раз появился ты.
  Он замолчал, очевидно, думая о своей незавидной участи.
  - Что ж, пока это всё, - промолвил Адар. - Мне нужно посмотреть ту комнату, и возможно, потом появятся еще вопросы к тебе.
   - Всё? - эльф словно не поверил ушам. - И ты веришь мне?
  Адар пристально посмотрел на него и, не отвечая прямо, сказал,
  - Думаю, ты и сам понимаешь, что по твоему рассказу, только ты мог добавить яд в кубок.
  - Но колдовство...
  - Колдовство не переносит яд эрракот в кубки дистанционно. Иначе жизнь многих айнуров весьма осложнилась бы, а многих и вовсе не было бы в живых. Но возможно, твой рассказ неполный. Или неверный. Возможно, ты прикрываешь кого-то, кто мог бросить яд в кубок.
  - Нет, нет, я клянусь...
  - Мне казалось, я объяснил тебе, что единственное возможное твое спасение это рассказать все честно и открыто. Но если ты этого так и не понял, получится, что те, кто хотел принести раскаленное железо, были правы.
  Эльтэрион в отчаянии только качал головой.
  - Они все равно отправят меня в допросную, - сказал он. - Даже если ты нет. Лорд Маррагот теперь командует в крепости, он комендант, до тех пор как не утвердят нового. Но я и тогда не смогу сказать ничего, кроме того, что уже рассказал тебе. Я ничего не знаю больше! Прошу, не отдавай меня в их лапы!
  - Ты мне еще понадобишься как свидетель, - заявил Адар. - Поэтому я могу применить свои полномочия, чтобы не позволить им расправиться с тобой, по крайней мере до конца следствия. Но если ты лгал мне, я узнаю об этом, и тогда винить тебе некого, кроме себя.
  - Я... - Эльтэрион внезапно спрыгнул со стула и поклонился и торжественно молвил,
  - Я не заслужил бы ничего, кроме смерти, если бы лгал тебе после этого.
  
  Адар осматривал кабинет, где был отравлен комендант. Урук следили, как он и велел, за тем, чтобы никто ничего здесь не перемещал.
  Но казалось, в кабинете нет ничего, что могло бы пролить свет на отравление. Кубок валялся там, где его бросили айнуры, и по-прежнему источал едкий запах горечи. Старые лампы почти догорели, но Адар приказал принести новые. Он тщательно рассматривал бумаги на резном столе, но в них не было ничего секретного. Однако внимание Адара привлекло свежее чернильное пятно, которое еще не успело засохнуть. Крохотное пятно, однако оно свидетельствовало, что Роунир писал что-то перед тем как был отравлен. Но никаких свежих письмен здесь не было. Адар потребовал отчета у гвардейцев и узнал, что никому не поручалось отправить никакой записки, равно как и сам комендант не покидал своего кабинета, куда отправился сразу после ужина. Это означало, что письмо унес или сжег тот, кто в этом не признается, и явно по крайне веским мотивам.
  Кто заходил в кабинет после ужина? Только Эльтэрион с этим отваром, и все четверо айнуров. Маррагот, Кел-Дориэн, Дагратт и Куллун. И гвардейцы. Вор точно один среди них, и скорее всего, он и есть убийца.
  Правда, Роунир мог и сам кинуть письмо в огонь по каким-то неведомым мотивам, однако лорд отец урук считал это крайне маловероятным.
  Он рассматривал пустой с виду клок пергамента, где остался отпечаток пальца в чернилах. Похоже было, что Роунир вытирал об этот пергамент палец, когда испачкался.
  Или он, или кто-то еще.
  Больше в кабинете не было ничего странного, кроме одного. На полке торчала банка с каким-то бледным серым порошком, предназначение которой в деловом кабинете совсем не угадывалось. Адар открыл ее и осторожно растер щепоть порошка в пальцах. Это была какая-то острая специя, которая была бы гораздо более подходяща для кухни.
  Лорд отец велел, чтобы урук привели сюда Эльтэриона.
  - Лорд Адар! - эльф появился с почтительным приветствием, однако глаза его были полны страха. Он пытался угадать, в чем обвиняют его теперь.
  - Посмотри, - Адар показал ему банку. - Это специи, которые добавляют в травяной отвар? Если так, то яд мог быть и здесь, и комендант сам добавил его в отвар. И это нужно проверить.
  Эльтэрион воспрял было духом, но понюхав и даже лизнув то, что было в этой банке, поморщился и отрицательно махнул головой,
  - Это совсем не те специи. Я не знаю, зачем они здесь у коменданта, но если он добавлял их в отвар, то у него, должно быть, очень странный вкус. Это редкая восточная пряность, и если кинуть это в мой отвар, то он станет кислым. Абсолютно кислым. Но, - поторопился добавить Эльтэрион, - я, конечно, не могу знать, добавлял он или нет, возможно, он предпочитал так.
  - Вряд ли, - сказал Адар, подумав. - Если бы ему так казалось вкуснее, он бы просто приказал добавлять это сразу тебе. У того, чтобы держать банку в кабинете, должен быть какой-то смысл.
  Он оглядел столешницу еще раз внимательнее, и заметил, что несколько серых крупинок, поначалу показавшиеся ему обычной пылью, валяются рядом с кипой пергаментов. Специя сыграла какую-то роль в событиях этого вечера, но только какую.
  Адар все-таки приказал проверить ее, нет ли там яда. Теперь порошок тестировали на животном. Но все оказалось в порядке.
  - Кто доставил в кабинет эту банку? - полюбопытствовал Адар. Но Эльтэрион не знал этого. Он смог только сказать, что все специи и прочее для кухни, что не добывалось охотничьим промыслом, данью с окружающих деревень или ангбандским снабжением (Роунир был гурманом, как и живущие здесь гости айнуры, и кроме того, предпочитал острые, пряные блюда), обычно покупались у странствующего торговца, человека, который прикатывал сюда свою тележку примерно раз в две-три недели.
  Лорд отец урук приказал немедленно найти этого человека и привести к нему.
  
  Адар продолжал допрос гвардейцев, которые охраняли двери кабинета, когда был убит комендант.
  Гвардейцы были младшими айнурами, которые вообразили, что это убийство собираются повесить на них, и держались перепуганно и враждебно.
  - В какое время Эльтэрион принес ему этот отвар? - Адар уж спрашивал об этом у эльфа, но хотел услыхать подтверждение со стороны.
  - Полночь. Колокол всегда звонит, когда полночь.
  - А что было потом? Вы сказали, комендант все время оставался там один, не выходил оттуда, и никто не заходил к нему?
  - Никто до того, как мы услышали, как он упал, и вбежали вместе.
  - Вы подняли тревогу?
  - Да, звонили в тревожный колокол. И еще отправили посланников, чтобы они сообщили всем четверым лордам лично. Мы не виноваты в этом! Нам приказывали охранять дверь от возможной атаки или визитеров, с которыми комендант не хотел встречаться, а не от яда. Откуда мы могли знать...
  - Я и не виню вас... пока нет никаких доказательств, что вы причастны к этому, - нетерпеливо молвил лорд отец урук. - Через сколько времени после того, как Эльтэрион принес отвар, вы услышали звук падения и вбежали в кабинет?
  Гвардейцы переглянулись.
  - Полчаса, может, и немного больше.
  - Всего полчаса? - насторожился лорд отец. - Вы не ошибаетесь? Возможно, час, а то и дольше?
  - Нет, не так долго, это точно, - категорически заявили гвардейцы. - В час ночи меняется караул у двери, и мы дожидались смены. Значит, это было до часа ночи.
  Адар задумался, его глаза горели. Что-то было с этим не так. Яд эрракот мгновенно убьет эльфа или человека, но для того, чтобы поглотить энергию айнура, требуется обычно времени больше, чем полчаса. Даже если Роунир проглотил весь отвар, как только принесли его, яд подействовал чересчур быстро.
  Или комендант был очень слабый айнур. Что маловероятно.
  Могло ли что-то ускорить действие яда?
  - И в этот период у него не было никакого иного питья или еды, - уточнил Адар у гвардейцев.
  - Нет. По крайней мере, он заходил в кабинет без кубков или тарелок, и потом никто не доставлял ему это, как мы тебе уж сказали.
  Гвардейцы чувствовали злость от того, что вынуждены отвечать про эти бессмысленные, как им казалось, вопросы.
  - Вы слышали или видели что-нибудь подозрительное или просто необычное в этот период, когда стояли у двери?
  - Нет. Все было тихо.
  - Ладно. После того как вы подняли тревогу, вы оставались в кабинете?
  - Нет, у двери.
  - Вы что-нибудь трогали, перемещали там?
  - Нет, ничего!
  - В каком порядке появились там лорды айнуры?
  - Да практически все в одно время.
  - Что они делали? Ходили по кабинету? Забирали оттуда что-нибудь, перемещали?
  - Да нет же! Ходить ходили, но кроме кубка и ложки, вроде не трогали ничего.
  - Подходил ли кто-то среди них к столу?
  - Все подходили, когда рассматривали кубок.
  Адар помолчал. Значит, забрать письмо, или что там писал Роунир, мог любой среди них. Включая и самих гвардейцев.
  - Для Роунира было обычаем работать в кабинете по ночам?
  - Да постоянно.
  - И при этом он всегда пил отвар?
  - Каждый день, только обычно где-то через полчаса после ужина, а не сразу.
  - А теперь подумайте. Кто среди лордов айнуров знал о том, что он постоянно пьет этот отвар?
  - Не знаю. Откуда нам знать. Они нам не отчитываются.
  Теперь злился Адар за то, что они с ходу отвергают любые попытки пораскинуть мозгами, и проку от них немного.
  - Думайте! Они вам не отчитываются, но вы могли слышать, как комендант упоминал это, беседуя с кем-то среди них. Или они сами об этом упоминали.
  Гвардейцы переглянулись опять, потом один среди них неохотно сказал,
  - Ну, когда-то я услышал, что лорд Дагратт иронизировал про это. Дескать, лорд Роунир все делает как по расписанию, даже отвар пьет всегда в одинаковое время. Ну и что?
  - Отлично, - Адар удовлетворенно качнул головой. Лорд Дагратт. - Кто-то еще?
  - Больше я не слышал.
  - А кто среди них дольше всех живет в этой крепости?
  - Лорд Дагратт и лорд Кел-Дориэн дольше всех. Несколько лет. Лорд Маррагот и лорд Куллун приехали несколько месяцев тому как.
  То есть знать об обычаях коменданта, скорее прочих, могли Дагратт и Кел-Дориэн. Впрочем, это ничего не доказывало. Несколько месяцев тоже вполне достаточный срок, чтобы освоиться в крепости.
  - Расскажите мне о пропажах секретных документов. Когда все это началось?
  - Через неделю или две после того как лорд Куллун приехал в крепость. Он как раз и привез какие-то карты. И они исчезли, они и что-то еще, что хранилось у лорда Роунира, много всего. Но нас в это не посвящают. Не наше дело.
  - Бумаги хранились здесь, в этом кабинете?
  Здесь гвардейцы оживились и рьяно принялись отрицать. Нет, бумаги хранились во втором кабинете, где не было охраны гвардейцев, но был магический замок. А они, гвардейцы, ни в чем не виноваты, и это не их вина, что бумаги украли. Чтобы открыть или взломать этот замок, нужно быть айнуром по рангу старше, чем они.
  Адар посмотрел и тот кабинет, но там и вовсе ничего любопытного не обнаружилось. Вор, кто бы он ни был, был осторожным, а если там и могли быть какие-то следы, то Роунир за все это время мог затереть их.
  Он пытался узнать, были ли какие-то конфликты у Роунира с иными айнурами, но здесь гвардейцы категорически отказались что-то сообщать, не желая мешаться в дела начальства. Они ничего не видели, ничего не слышали и ничего не знают. Они только охраняют дверь.
  
  Адар все время думал о том, как яд эрракот мог попасть в кубок, если бросил его не эльф. Он помнил о той истории, в которую было замешано создание Незримого мира. Но сейчас не было заметно никакого характерного черного следа ни в кабинете, ни там, где был оставлен кувшин с отваром, ни на всем пути от подвала до кабинета. Как и у эльфа не было провала памяти, характерного для встречи с этим монстром.
  Тем не менее, Адар решил провести по крепости волка, которые чуяли тварей Незримого мира. Прихватив с собой одного урука и одного гвардейца, он исследовал коридоры, однако волк был спокоен и ничего не чуял.
  Тогда лорд отец решил с помощью нюха волка поискать флакон с ядом эрракотом, у кого бы тот ни оставался. Конечно, убийца почти обязательно должен был выкинуть флакон, но сделать это у него было не так много возможностей, чтобы не заметили, у яда характерный горький запах, привлекающий внимание. Кроме того, яд очень редкий и ценный, достать его трудно, и оставался крохотный шанс, что убийца, как это ни глупо, постарается сберечь флакон невредимым.
  Но волк, казалось, не мог понять, куда ведут следы яда. Запах в кабинете он учуял почти сразу, окна там были закрыты, и запах не выветривался. Но потом он бродил по всем коридорам крепости, поочередно приводя к дверям всех четверых лордов айнуров, но не останавливаясь у них, и в итоге остановился где-то далеко в неказистых помещениях рабов, у двери, за которой сейчас, охраняемый уруками у двери, сидел Эльтэрион. Он сидел там теперь все время, покидая комнату только если Адар призовет его или позволит выйти, и рядом постоянно были охранники. Это делалось с одной стороны, для того, чтобы главный подозреваемый не попробовал сбежать или уничтожить какие-то улики, с иной стороны, чтобы кто-то еще не постарался устранить свидетеля.
  - Следовало ожидать, - процедил Адар и открыл дверь.
  Эльтэрион сидел у камина, обхватив колени. Увидев Адара, он вскочил и поклонился.
  - Повелитель, чем могу служить?
  Но от Адара не укрылось, что раб был явно еще более испуган, чем когда приходил к кабинету Роунира. Испуган и растерян. Особенно после того как волк оскалил клыки, подозрительно принюхался к камину, затем побежал далее и рыкнул в сторону стоящей в углу корзины.
  - Что у тебя там? - спросил Адар.
  - Травы и прочее, что нужно, чтобы готовить отвар, - сказал эльф, у которого лицо стало совсем бледным, и пальцы дрожали.
  - Обыскать, - приказал Адар урукам.
  Те встряхнули корзину, вываливая мешки с травами и специями прямо на пол и бесцеремонно раскидывая все эти листья и травы по полу. И в одном среди них обнаружился флакон с прозрачным порошком. Не нужно было и открывать его, чтобы уловить тот едва заметный запах горечи, который был характерен для яда эрракот.
  Взгляды всех сосредоточились на Эльтэрионе.
  - Повелитель, я могу объяснить! - вскрикнул эльф. - Это не мое, клянусь! Мне подбросили!
  - В эльфийские травы? - тихо, зловещим тоном промолвил Адар. Он вынудил Эльтэриона показать ладони и заметил несколько прицепившихся к коже, до конца не смытых осколков листьев и травинок. - Ты лжёшь. Помнишь, ты сказал, что заслуживаешь смерти, если будешь лгать мне?
  - Я... я... не лгу, - сказал Эльтэрион с безнадежным видом. - Позвольте мне рассказать. Когда я вернулся сюда, после того как ты допрашивал меня, я сразу ощутил запах горечи. За камином я обнаружил этот флакон. Я не знаю, как он оказался здесь! У меня никогда не было его. Я испугался. Знал, что мне не поверят. И постарался спрятать его в травах. Глупо, конечно, я должен был сразу отнести его тебе и всё объяснить...
  - Должен был, - очень холодно сказал Адар, пристально глядя на него. Эльф в отчаянии сцепил пальцы.
  - Простите меня! Я не мог. Ты не поверил бы мне. Ты и сейчас мне не веришь.
  - Сейчас - тем более. И долго ты собирался прятать этот флакон, если бы я не нашёл его?
  - Долго бы не удалось, - прозвучал внезапно голос у двери. Маррагот появился внезапно, вместе с гвардейцами, и злобно и неприязненно смотрел на Эльтэриона.
  - Радостно видеть, Мориондор, что ты все-таки занялся тем, что нужно было сделать с самого начала, - обыскать комнату рабов. - Его голос был переполнен ядом. - Я уж было решил заняться этим лично, хоть я и не великий сыщик, как ты. И как видишь, результат появился немедленно. Яд был у этого раба.
  Взгляды Адара и Маррагота столкнулись, как ледяные мечи.
  - Если и после этого ты будешь препятствовать тому, чтобы этого эльфа допросили с пристрастием, - медленно сказал Маррагот, - то яснее признаться в твоем потворстве эльфам ты не мог бы.
  - Я буду препятствовать, - сказал Адар, глядя ему в глаза. - Потому что даже полный дурак мог бы понять, что оставлять у себя уличающий флакон опасно, и нужно или выкинуть, или как минимум спрятать в каком-нибудь нейтральном месте до тех пор как утихнет шум.
  - У него не было времени и возможностей это сделать, - фыркнул Маррагот. - Поначалу за ним следили мы, а потом, благо, у тебя хватило ума поставить охрану у его дверей.
  - И кроме того, - продолжал лорд отец урук, словно не услыхав, - если комендант нередко тестировал этот отвар, вынуждая его выпить часть, с его стороны было бы глупо подсыпать туда яд.
  - Это он тебе сказал, что комендант тестировал? - Маррагот презрительно глянул в сторону Эльтэриона. - Ты всегда веришь на слово тому, что слышишь? Удивительно, как ты тогда жив до сих пор.
  - Жив потому, что не верю на слово никому, включая айнуров, в какие бы высокие чины они ни рядились, - тихо и грозно молвил Адар. - И в частности, сейчас мне бы хотелось услыхать ответ, как долго вы четверо держались вместе, после того как кувшин был проверен, и я допрашивал Эльтэриона. И не приближался ли кто-то среди вас к помещениям рабов в это время.
  Маррагот смотрел в его сторону, и его обычно бледные глаза пылали. Помолчав, он сказал,
  - Как я вижу, Куллун был прав про тебя. Темный лорд узнает о том, как ты ведешь следствие. Я отправлю ему доклад немедленно.
  Он отвернулся и отправился к дверям.
  - Ты не ответил, - сказал Адар ему вслед.
  Маррагот остановился, терзаемый противоречием между желанием высокомерно объявить, что Мориондор просто орк, которому айнуры вовсе не обязаны отвечать, и памятью о его ангбандских полномочиях. В итоге он все-таки ответил,
  - Сразу после того все лорды айнур расходились по своим комнатам, но я не проверял, кто куда отправился, ибо у меня нет обычая быть соглядатаем. Сам я отправился писать письмо Ангбанду, в котором сообщал об убийстве коменданта крепости.
  И он покинул комнату.
  Адар стоял, прищурив глаза и думая, мог ли Маррагот, которому явно хочется командовать, отравить коменданта ради того, чтобы получить власть в крепости. Пожалуй, мог бы, но лорд отец урук не сомневался, что убийство коменданта как-то связано с кражей секретных документов. Если только этот айнур не является и диверсантом и не планирует что-то еще - к примеру, сдать крепость светлому воинству, получив командование.
  - Повелитель, - забормотал эльф, о котором Адар успел почти забыть, - неужто это правда, ты веришь мне?
  Он благодарно и потрясенно смотрел в сторону лорда отца. Должно быть, за Эльтэриона никто не вступался во всю его жизнь.
  - Я только что сказал, что никому не верю, - откликнулся Адар. - Кроме фактов. ("И моих урук, конечно", - мысленно добавил лорд отец). А фактов против тебя так много, что это скорее свидетельствует за твое оправдание. Но это не значит, что я признаю тебя невиновным, особенно до тех пор как не найдется иной способ для яда попасть в этот кубок.
  Эльф помолчал, а потом внезапно с восторгом молвил,
  - Здорово ты осадил его. Никогда не слышал, чтобы кто-то так обращался к лорду Марраготу. Здесь в крепости все трепещут перед ним. И перед остальными лордами тоже.
  Адар хмыкнул про себя и закончил свои вопросы, словно ему и не мешали,
  - Когда ты вернулся сюда, заметил еще что-то странное? С камином, к примеру?
  - Нет... то есть да... Мне показалось, что камин горит мощнее, чем когда я оставлял его, но я не приглядывался. Я... ну, конечно, не о камине думал тогда.
  Лорд отец пригляделся к камину детальнее, но ничего было не выудить в горах черной золы. Если убийца не только подбросил флакон, но и что-то сжёг (возможно, тот документ, что он похитил в кабинете Роунира?), теперь улику было не найти.
  Он покинул комнату, оставив эльфа в смятении и велев урук приглядывать за ним еще тщательнее.
  
  Торговец пряностями и специями сидел в своей телеге посреди двора крепости и старался сохранять независимый вид. Когда его привели к Адару, он поклонился, но обычного трепета человека перед высоким чином Ангбанда в нем не было заметно. Должно быть, странствующий кочевой образ жизни, когда он не был привязан ни к одному региону, способствовал тому, что он считал себя вольной птицей.
  Высокие чины Ангбанда, включая Роунира, для него были прежде всего не тиранами и не злодеями, а выгодными покупателями.
  - Значит, комендант убит, вот горе-то, - бормотал он, услыхав сплетни об этом во всех соседних тавернах еще до того как переступил за ворота крепости. - Он всегда покупал у меня товар целыми мешками. Несколько лет я езжу сюда. - Он посмотрел в сторону Адара из-под густых, почти сросшихся бровей. - Как думаете, милорд, новый комендант будет нуждаться в моих товарах? Товар дивный, просто дивный, и очень редкий, милорд, лорд Роунир мог бы подтвердить, будь он ныне с нами. Не замолвите ли вы, милорд, словцо за меня?
  Лорду отцу не приходило в мысли, что кто-то мог смотреть на происходящее в крепости с подобного угла. Не обратив внимания на самовосхваления торговца, он просто показал ему банку со специями, которая стояла в кабинете коменданта.
  - Моя банка, моя, - кивал человек. - Знали бы вы, милорд, каких трудов стоит достать этот товар! Возит это только один восточный человек, мошенник он, каких свет не видывал, скажу я вам! Норовит обсчитать на каждом шагу, только следи...
  - Для чего применяется эта пряность? - перебил его Адар.
  - Для чего хотите, милорд! Абсолютно для чего хотите! Кто-то для баранины, кто-то похлебку с ней варит, а некоторые, как мне сказали, в пирог добавляют. В пирог-то! Но не это главная ее ценность, не это.
  - Так что же?
  Торговец оглянулся по сторонам, словно хотел сообщить что-то по секрету.
  - Для секретных дел оно самое то. Чернила есть, особые. Тайными знаками писать. Глянет посторонний, лист пустой, но посыпьте-ка этой пряностью, и видны станут тайные знаки. Так люди сведущие сказали. Я-то что, я и писать не умею... Считать вот умею, в нашем деле без этого нельзя, да...
  - Значит, комендант покупал у тебя это для, как ты сказал, секретных дел?- глаза Адара вспыхнули.
  Человек замахал ладонями.
  - Не знаю! Не знаю! И знать не хочу. Не мое это дело. Может, и для секретных, а может, он пироги с нею ел. Я не спрашиваю. Не мое дело.
  Адар молчал, думая об этом открытии и вспоминая серые крупинки у стола в кабинете. Но торговец внезапно заволновался.
  - А что вы спрашиваете-то, милорд? В таверне болтали , будто отравили коменданта, так нешто моей пряностью? Да я вам клянусь, никто и никогда моим товаром не травился! Хотите, я сам съем вот прямо с этой банки? Хотите?
  Адар отнял у него специю и велел урукам поскорее выпроводить взбудораженного торговца.
  Теперь нужно было понять только то, какой лист следовало посыпать этой пряностью. Возможно, как раз его-то и украл убийца. Но нет, пятно чернил на том столе, как и сами свежие чернила, которые стояли рядом с пером коменданта, были самыми обычными, а не какими-то особенными. Стало быть, украдено письмо, написанное обычным способом, а не тайнописью. Ответ казался очевидным - проверить тот лист пергамента с чернильным отпечатком пальца. Очень возможно, что комендант просто держал это в пальцах, а не вытирал, когда запачкался. А если так, то это то, что он читал (или перечитывал) перед смертью, когда и сам писал что-то. Убийца мог не знать об этом, или не мог перебирать у всех перед глазами пергаменты коменданта, чтобы понять, какой нужно забрать. У него было не так много времени, когда много свидетелей бродило по кабинету, а тайные знаки с ходу не заметны.
  Через некоторое время Адар с довольным видом смотрел на клок пергамента в кабинете Роунира. Его догадки подтвердились, и на пергаменте, посыпанном загадочной пряностью, показались неровные, словно огнем написанные слова. Начало было ненароком стерто, когда комендант держал эту записку, но остальное читалось вполне отчетливо,
  "... не то, что кажется. Могу всё объяснить. Подожди с докладом в Ангбанд, иначе сам окажешься в глупом положении. Сегодня на закате у Старой Ели".
  
  - Образцы почерка? - хмурясь, повторил Маррагот. - Зачем тебе это?
  - Да можно и не спрашивать об этом, - молвил Куллун, бросая злобный взгляд. - Наверняка какая-нибудь очередная безумная идея.
  Маррагот и Куллун совещались о чем-то тайном в столовой, и прибытие Адара с требованием предоставить образцы почерка от всех четверых лордов айнуров их не порадовало.
  Куллун сидел в кресле у камина, играя с огнем - зажигая и подбрасывая в ладони огненный шар, а Маррагот перебирал какие-то бумаги у стола.
  - В кабинете Роунира обнаружился один важный документ, от которого, возможно, зависит исход этого дела, - промолвил Адар. - И я очень сомневаюсь, чтобы этот документ был написан Эльтэрионом. Он также и не написан Роуниром. Его почерк я проверил, сравнивая с иными документами за его подписью.
  Маррагот пожал плечами.
  - Так ты покажешь этот важный документ?
  - Пока что нет.
  - И показывать нечего, - ядовито сказал Куллун.
  - Я покажу его владыке Ангбанда, если он потребует, - спокойно сказал Адар.
  Воцарилось молчание, потом Маррагот махнул ладонью.
  - Что ж. Если так уж понадобилось, мы двое могли бы прямо сейчас черкнуть пару слов для тебя, вот здесь у меня пергамент и чернила. А Кел-Дориэн и Дагратт потом.
  - Нет. Я бы предпочел получить старые образцы, какие-нибудь старые письма с вашими подписями. Видишь ли, Маррагот, ничто не мешает любому среди вас попытаться исказить свой почерк сейчас, зная, что это могло бы уличить...
  - Эти постоянные обвинения мне начинают надоедать, - Куллун медленно свирепел. Он бросил огненный шар, и край соседнего кресла вспыхнул и обуглился.
  Маррагот молчал. Он отправлял, как и обещал, срочный доклад в Ангбанд о методах ведения следствия Адара. Но посланник только что вернулся с коротким ответом, подтверждающим полномочия Адара, и приказом для Маррагота не вмешиваться не в свое дело, так как Мориондор отчитывается только перед Ангбандом, и только там могут оценивать его методы, когда он закончит следствие. Между строк читалось: если Адар найдет диверсанта среди айнуров и убийцу коменданта, то Ангбанд не будет волновать, сколько эльфов рабов он при этом пощадил или перебил. А про то, что он бывает порой не так беспощаден, как нужно, в Ангбанде знают несколько веков и без экстренных докладов.
  Это серьезно охладило пыл Маррагота, и он решил притвориться всецело помогающим, затаив свои высокомерные обиды до более благоприятных для него времен.
  Перерыв немало архивов в крепости, он в итоге предъявил давние письма Кел-Дориэна и Куллуна. Письмо Дагратта обнаружилось в архивах Кел-Дориэна. А образцом почерка Маррагота стала деловая записка, хранившаяся в бумагах Дагратта, у которого был обычай почти ничего не выкидывать и не сжигать.
  - Еще один вопрос, - промолвил Адар. - Где находится Старая Ель и что это?
  Маррагот вздрогнул, и казалось, только сейчас стал придавать серьезное значение его словам.
  - Просто ель, но очень старая и раскидистая. Здесь неподалеку. Примечательный объект, нечто вроде местной достопримечательности. Но откуда ты узнал об этом и почему ты спрашиваешь?
  - Роунир ходил к ней на закате перед тем, как был отравлен?
  - Ну... если честно, я видел его с бойниц, когда он действительно шествовал по лесной дорожке, которая ведет к этой ели. А что? Ты думаешь, это было важно? Многие в крепости ходят по этой дороге к Ели, когда хотят просто выйти и осмотреться или подышать свежим воздухом.
  - Ель упоминается в том важном документе, - сказал лорд отец. - Где ты, Дагратт, Кел-Дориэн и Куллун были во время заката?
  Маррагот гневно сжал губы.
  - Я был у себя в кабинете. Где были остальные, не знаю. Я уже сказал, я не соглядатай.
  - Но тем не менее, ты видел идущего к Ели Роунира. Значит, мог видеть кого-то еще. Есть основания считать, что у той Ели была назначена важная встреча.
  - Я никого не караулил. Я просто вышел осмотреться с бойниц, а потом сразу отправился к себе в кабинет. Не видел никого больше.
  - Когда возвращался Роунир, ты и этого не видел?
  - Нет. Послушай, Мориондор. Это уж что-то смахивает на полноценный допрос. Я тебе не раб какой-нибудь.
  - Конечно, ты не раб, поэтому нельзя допросить тебя с раскаленным железом, - тихо заметил Адар, так, что Маррагот не мог понять, всерьез он это или нет.
  
  Он сравнивал письма айнуров и записку, где было сказано о встрече у Старой Ели. Ни один почерк не был похож. Тот, кто писал записку, явно старался писать не своим почерком. И все-таки... Адар присматривался тщательно. Дагратт писал букву "и" довольно странно, точно как автор письма про Ель. Записка могла быть написана им, как если бы он старался исказить почерк, но в какой-то момент забылся и автоматически писал одну букву так, как свойственно для него.
  Снова Дагратт.
  Адар для основательности попробовал получить и образец почерка Эльтэриона, хотя для него было абсолютно очевидно, что тон записки никак не соответствует тому, как раб обращался бы к повелителю. Да и не стал бы Роунир церемониться с рабом и тем более видеться с ним у какой-то там Старой Ели, если бы ему понадобилось что-то выяснить. Он бы просто приказал отвести раба в допросную. Однако Адар предпочитал проверять все варианты, даже если они выглядят нелепо на этом этапе расследования. Но Эльтэрион сказал, что вовсе не умеет писать тенгваром, только рунами, и то (как признался он с некоторым стыдом) плохо. Он был захвачен в плен еще до того, как руны Даэрона или тенгвар Румиля и Феанора стали так знамениты в Белерианде и у него была бы возможность повышать уровень грамотности. А до захвата в плен он жил в лесной глухомани, где не особенно проявляли интерес к письменности. Это могло быть правдой, а могло и нет. Ведомо было только то, что он и правда очень давно пребывает в рабах у айнуров.
  
  Когда Адар направился к Старой Ели, воздух странно темнел, словно собиралась буря. Ветер усиливался почти до шторма. Лесные ели качались, осыпая хвою.
  Дорожка к Старой Ели, что стояла особняком, была затенена, а выйти к ней можно было не через главные ворота крепости, а через вторые, менее заметные ворота, которые запирались заклятием и возле которых не было стражников. Очень подходящее место для тайной встречи.
  Адар не знал, что думает найти там. Если это частое место посещений для всех, кто хочет подышать свежим воздухом, следы там искать бессмысленно. Но нужно было проверить.
  Возле Ели, однако, уже кто-то был. Еще прежде чем увидеть лицо посетителя, Адар опознал его по прямому, точно палка, облику и щегольской одежде. Кел-Дориэн.
  Вероятно, и буря следовала за ним.
  Кел-Дориэн ничего особенно не делал, но все равно был явно недоволен, что ему помешали.
  - Мориондор, - сказал он. - Я думал, ты ведешь расследование, а не прохаживаешься по лесам.
  - Расследование и привело меня сюда.
  - Ах да, тот таинственный документ, я полагаю? - Кел-Дориэн смахнул с запястья пылинку, которой там не было. - И что там было сказано? Тайное послание, в котором указан диверсант и убийца, висит на третьей справа ветке этой ели? А поскольку я оказался на этом месте преступления, то теперь стал главным подозреваемым?
  Кел-Дориэн явно сердился.
  - А ты что здесь делаешь? - полюбопытствовал Адар. - С каких пор ты любитель лесного воздуха вместо обычных для тебя роскошных чертогов?
  - Ну, роскошных чертогов в этой крепости не видать, - сказал Кел-Дориэн. - А про меня ты ошибаешься. Я дух ураганных ветров, ты не забыл? Постоянно сидеть в чертогах меня утомляет.
  - Тем вечером, когда комендант был отравлен, ты тоже утомился сидеть в крепости и выходил сюда? На закате, к примеру?
  Кел-Дориэн пристально посмотрел в его сторону.
  - Нет, тогда я не уходил далеко. Так, бродил возле ворот, хотел подумать о своем. Один. Однако странно, что ты спросил...
  - Почему?
  - По-моему, Дагратт ходил к Ели как раз в это время. Он шел мимо меня, но вряд ли он видел меня. Я был в тени деревьев, и скрывался.
  - Скрывался? От Дагратта?
  Кел-Дориэн фыркнул.
  - Этот лорд бывает чересчур болтлив порой. А я уже сказал, что мне хотелось подумать о своем одному.
  - И это точно был Дагратт, ты узнал его?
  - Ну, я не поклянусь, лицо было под капюшоном. Просто кто-то был в его балахоне, да и по росту он, и шагает он так, словно подпрыгивает. Кому ж еще и быть, как не ему. Брось, Мориондор, несколько лет в одной крепости бок о бок, и чтоб я его и не узнал? Ну если только это был какой-то оборотень.
  Кел-Дориэн рассмеялся деланно-аристократично, но потом внезапно посерьезнел.
  - Ах да, до этого к Ели ходил Роунир. Как это я забыл сказать о нем сразу? Я ведь только, когда стоял здесь, еще подумал о том, что был свидетелем его последнего променада в этом мире.
  - Роунира ты заметил прежде?
  - Да, но не обратил особенного внимания, и не запомнил бы, если бы он не погиб в ту ночь. В нем ничего странного не было.
  - А в ком было? В Дагратте?
  Кел-Дориэн внезапно стал хмуриться. Его недовольства и высокомерного паясничания как не бывало.
  - Сейчас, когда ты сказал, я и правда думаю, не было ли здесь чего-то странного. И чего это он был в капюшоне? Никогда он так не ходит. Он дух палящего зноя, и ему никогда не бывает зябко.
  Он нетерпеливо махнул головой, словно отмахиваясь от какой-то мысли.
  - Все это пустяки, все равно. Всем, кроме тебя, очевидно, что виновник этот эльф раб. И давно бы вытрясли у него признание, если бы ты не мешал. Ну да перед Ангбандом отвечать тебе, а не мне. Если ты так и не найдешь убийцу Роунира...
  Он отправился обратно к крепости, сказав через плечо,
  - Если ты здесь ищешь какие-то следы, желаю удачи. За последние дни здесь ходило минимум десяток ног, включая и мои.
  Лорд отец урук огляделся. Следов действительно полно, нечего и думать проследить того, с кем виделся Роунир в тот вечер. Тем более что походы к Ели никто не делал тайной почти никогда. Но его взгляд привлекла чернота у веток соседней, молодой ели, словно ее опалило пламя, при этом остальные ветки и соседние ели были в полном порядке. Подобное Адар видел, и совсем недавно.
  
  - Нет, я не ходил к Старой Ели. И не сжигал там никаких ёлок.
  - Никогда не ходил?
  - Никогда. Я не болтаюсь по лесам.
  Куллун снова сидел у камина и играл с огнем, злобно поглядывая в сторону Адара.
  - И если ты хочешь обвинить меня в чем-то, только потому что там сгорела пара веток, лучше поищи иных обвиняемых, - добавил он, и в его глазах вспыхнуло пламя, словно отражаясь от того, что было в его ладони.
  - Где ты был на закате того дня, когда был отравлен Роунир? - невозмутимо спросил Адар.
  - Какое тебе дело? - Куллун оскалил клыки.
  - Дело то, - жёстко сказал лорд отец урук, - что скорее всего, в тот вечер Роунир встречался у Ели с кем-то, кого уличил в диверсии. Этот диверсант попытался обмануть его или перетянуть его на свою сторону. А когда это не получилось, и комендант отправился писать доклад в Ангбанд, диверсант решил убить его и похитить незаконченный доклад. Что он и сделал почти перед глазами у остальных. Вот поэтому мне нужно знать, где был каждый среди вас на закате.
  Куллун прекратил подбрасывать огонь, но глаза его так и горели.
  - Всем, кроме тебя, очевидно, что убил его этот эльф!
  - ...И если бы я не помешал, то вы бы давно вытрясли у него признание, - закончил Адар.
  - ...Но отвечать перед Ангбандом все равно тебе, а не мне.
  - Вы заранее сговорились вплоть до каждого слова? - поинтересовался Адар. Куллун уставился в его сторону слегка растерянно.
  - Не понимаю, о чем ты.
  - Неважно. - глаза Адара тоже отражали огонь. - Мне надоело, Куллун, что вы все притворяетесь, будто ничего не понимаете. Виновен в диверсиях не эльф и не раб. И не раб писал записку, в которой требовал от коменданта встречи. А если раб ухитрился украсть незаконченный доклад в то время, как вы все, четверо лордов айнуров, смотрели на него, то он просто кудесник, который давно сбежал бы из рабства.
  - Да с чего ты вообразил, что был какой-то доклад? - воскликнул Куллун. - Ты сам это придумал?
  - Какое тебе дело до этого, Куллун, - хладнокровно сказал Адар. Он не собирался рассказывать ни о пятне чернил, ни о логических выводах, зная, что айнур все равно не поймет этих методов. - Так где ты был во время того заката?
  Куллун еще помолчал яростно, а потом заявил,
  - Я был у себя, вплоть до ужина. Но если ты хочешь узнать, не видел ли кто-нибудь там меня, не старайся. Никто.
  
  - Нет, я давно не ходил к той Ели. Когда-то ходил, давно. Но сейчас у меня дел по горло.
  Дагратт сидел в своем кабинете у открытых окон, за которыми свистел ветер, но все равно выглядел так, словно сидит в знойной пустыне.
  - Есть очевидец, который видел тебя там на закате в день убийства, - сказал лорд отец урук.
  Дагратт вскинулся.
  - Какой еще очевидец? Значит, он лжёт. На том закате я сидел здесь и читал карты до самого ужина.
  - Кто-нибудь заходил к тебе в это время?
  - Нет. Когда я работаю, терпеть не могу, когда отвлекают.
  Адар подумал немного, пристально глядя на оппонента, а потом внезапно решил выложить свой козырь.
  - Это твой почерк? - он показал ему записку, где было сказано о встрече у Старой Ели. А сам следил за реакцией.
  Дагратт дочитал записку, потер беспокойно ладони, потом затылок.
  - Значит, вот о каком документе ты все время вел речь? Но это... это странно. Кто мог написать это?
  - Возможно, что ты.
  Теперь айнур посмотрел в его сторону с потрясением во взгляде.
  - Я не писал! Это не мой почерк.
  - Посмотри, как написана буква "и". Я сравнивал это с твоим письмом.
  - И все равно я не писал этого! - Дагратт яростно кинул записку. - Кто-то старается обвинить меня. Очевидец какой-то, ты сказал?
  - Ты знал о том, что у коменданта обычай пить травяной отвар почти сразу после ужина?
  - Да все здесь об этом знали! Мы еще подшучивали над этим. Чрезмерная пунктуальность была причудой бедолаги Роунира, да...
  Дагратт, явно волнуясь, встал и приблизился к окнам. Во всей крепости было немного окон, но в его кабинете было аж два. Лорд отец урук следил за ним, за его плотной фигурой на фоне темнеющего неба. В кабинете Роунира тоже было два окна, вспомнилось ему, но там они были закрыты. Со стороны комнаты, на щеколды.
  Глаза Адара внезапно блеснули догадкой. Медленно, чтобы не выдать своего озарения, он спросил равнодушным тоном,
  - Кстати, комендант делил твое пристрастие к вечно открытым окнам?
  - О, да. Не знаю, правда, почему. Он же, в отличие от меня, не дух палящего зноя. Зимой, бывало, мне казалось, его кабинет заморозится, как лед, а ему было ничего. Твердил, что лучше соображает, когда холодно.
  И однако, в ночь убийства окна были закрыты, еще и щеколдами. Так они и оставались до сих пор, потому что Адар велел ничего там не трогать. Почему?
  Боялся ли Роунир, что кто-то нападет на него через окно? Но добраться туда по отвесной стене немыслимо. Или...
  Оставив Дагратта, занятый своей новой идеей, лорд отец урук быстро отправился к кабинету коменданта, по пути прихватив дежурившего в коридоре гвардейца. Это был один среди тех гвардейцев, что охраняли дверь в роковой для коменданта вечер.
  Миновав урук, которые по-прежнему охраняли кабинет, Адар и гвардеец приблизились к закрытым окнам.
  - Посмотри внимательно, - сказал Адар, - когда вы услыхали звук падения тела, ворвались в кабинет и увидели, что Роунир погиб, - окна были закрыты, точно как теперь?
  Гвардеец по-прежнему был недоволен и не понимал, к чему его спрашивают об окнах и прочих деталях. Какая разница, открыты они или нет, если убийца все равно не лез и не кидал кинжалы через окно, а отравил кубок, принесенный через дверь. Но перечить лорду с ангбандскими полномочиями не посмел.
  - Точно так прикрыты, - подтвердил он. - Но конечно, мы не рассматривали в то время щеколды. Видно, поэтому и запах горечи не улетучился. Странно, однако...
  Гвардеец замолчал, хмурясь.
  - Что странно? - насторожился Адар.
  Но гвардеец, у которого в обычае было только выполнять приказы начальства, а не думать логически о происходящем, долго тер затылок, прежде чем неуверенно заметить,
  - Ну, я не могу вспомнить запах этой самой горечи, когда мы только услыхали падение тела, и ворвались в кабинет. Конечно, тогда про запах никто и не думал... Но он как будто появился, только когда мы вернулись в кабинет вместе с лордами.
  - И в это время никто не мог зайти в кабинет?
  - Нет, конечно! Мы стояли у двери, а окна были закрыты, да и все равно, не ветер же этот яд в кубок принес.
  Адар снова с подчеркнутым равнодушием велел призвать второго гвардейца, и тот подтвердил, что никакого запаха горечи поначалу не чувствовал. Но, добавил он, какой уж там запах, когда они увидели, что комендант, за безопасность которого они отвечали, мертв. Они просто не обратили внимания.
  - Я так не думаю, - сказал Адар.
  Он снова выставил всех из кабинета, приказал урукам охранять дверь еще тщательнее, и велел немедленно привести к нему Эльтэриона.
  
  - Ты сказал, что за ужином комендант бранил жаркое, будто оно передержано и пахнет гарью, - сказал Адар, когда к нему привели Эльтэриона, бледного и не знающего, ждать ли очередных бед. - Ты сам это слышал? Прислуживал за ужином?
  - Да, повелитель. Я всегда так делаю, то есть делал. Подаю блюда... после того как их отведает кухонный прислужник. Для проверки.
  - А напитки?
  - Комендант всегда наливал только сам. И себе, и гостям.
  - А теперь вспомни. От этого, возможно, зависит твоя жизнь. Как, когда и кому комендант сказал про этот привкус гари?
  Эльф удивленно моргнул, но старательно ответил,
  - Это было в конце ужина. Лорды айнуры были веселы, тем более выпив много спиртного, но комендант, он как будто все более хмурился. И сказал лорду Кел-Дориэну и лорду Дагратту, что сидели рядом с ним, что ужин был отвратителен. Особенно жаркое, перепеченное, аж горько. А лорд Кел-Дориэн, он так посмеялся и сказал, что комендант просто не в духе. Ужин отличный, и жаркое как нужно.
  - А остальные?
  - Они согласились с лордом Кел-Дориэном.
  - Что было потом?
  - Лорд Кел-Дориэн пошутил, что если уж комендант так недоволен кушаньем, то он может поскорее выпить свой фирменный травяной отвар, не дожидаясь обычного часа, и...
  Адар с торжествующим видом ударил кулаком по столу так резко, что Эльтэрион вздрогнул.
  - Ты глупец, - сказал Адар эльфу беззлобно.
  - Я? Но... почему, повелитель?
  - От того, что ты не рассказал мне всё это сразу, ты едва не отправился висеть на дыбе.
  
  Адар встал, сделал несколько шагов и прищурился все с тем видом торжества, уходя в свои мысли.
  - Знаешь, что я собираюсь сделать? - сказал он Эльтэриону.
  - Что, повелитель?
  - Я собираюсь сейчас вернуться в кабинет Роунира, найти там ту ложку, которой Дагратт пытался сковырнуть травяную гущу в кубке, и проверить ее на яд.
  - Но.. они ведь проверяли, - Эльтэрион сглотнул, думая о том, что эта проверка стоила жизни Илуниру. - Проверяли кубок.
  - А я хочу проверить ложку. Потому что это не одно и то же. То, что было на ложке, и то, что было в кубке, когда его выпил Илунир.
  На недоумевающем лице эльфа внезапно начало проступать понимание. То, что прежде никогда не закрадывалось в его мысли...
  - Ты понимаешь, не правда ли? - молвил Адар, наблюдая за ним. - Я думал, что только у двоих человек была возможность добавить яд в кубок. У тебя и у самого Роунира. Но был третий. Тот, который добавлял яд в этот кубок у всех перед глазами, абсолютно не таясь, но никто не понял, что он делает...
  Эльтэрион был так поражён этой новой мыслью, что не мог сразу ничего сказать.
  - Если я прав, - продолжал Адар, - то никакого яда на этих крупинках, которые остались на ложке, конечно, не будет.
  - Я не сомневаюсь, что ты прав, повелитель! - вскричал Эльтэрион. - Это всё объясняет. Всё! Я-то знаю, что я не добавлял яд в кубок. Прошу, позволь мне быть тем, кто проверит это на себе!
  - Ты хочешь выпить то, что получится, когда остатки отвара с ложки растворят в спирте? - уточнил лорд отец, скептически глядя на эльфа.
  Эльтэрион вдохновенно закивал.
  - Я верю, что ты правильно всё понял. Но если и... если и нет... меня все равно казнят. Так что лучше это буду я, чем кто-то еще.
  - Что ж, - сказал лорд отец урук, - тогда покажи моим детям, где у вас здесь эль, и тащите его к кабинету Роунира. Я там буду вместе со свидетелями.
  
  
  - Что ты придумал теперь, Мориондор? - недовольно полюбопытствовал Маррагот. - У тебя вид, как будто ты полностью раскрыл это убийство, и похищение секретных бумаг вместе с ним.
  Он и Дагратт стояли посреди кабинета коменданта и оглядывались скорее со злостью, чем с интересом. В успехи следствия Адара, который так и не допросил никого на дыбе, они не верили, а то, что их побеспокоили и притащили в этот кабинет как раз когда они собирались отдохнуть после сытного ужина, их не радовало.
  - Сейчас я расскажу вам все свои выводы об этом деле и предоставлю доказательства, - пообещал Адар тихо, но так грозно, что вся дремота у айнуров как-то испарилась.
  Адар приблизился к окнам и указал,
  - Вы помните, что они были так закрыты, когда вы явились в кабинет?
  - Мориондор, ты что, позвал нас сюда только чтобы спрашивать об окнах? - заворчал Дагратт. - Ну да, они были так закрыты, что с того?
  - Очевидно, поэтому запах горечи и удержался здесь, но сейчас это неважно, - Адар демонстративно открыл щеколды, открыл окна, закрыл и снова открыл. - Главное то, что при закрытых окнах запах горечи не мог испариться, но когда гвардейцы вбежали сюда и увидели отравленного коменданта, они не почуяли никакой горечи. Как вы это объясните?
  - Да они просто не обратили внимания...
  - На характерный резкий запах эрракота? Не думаю. Объяснение очень простое. Они не почуяли ничего, потому что в то время яда вовсе не было в комнате. Его не было в кубке с отваром, который выпил комендант.
  - Снова эти эльфийские сказки! - Маррагот вышел из себя. - Как это не было, когда эльф хлебнул из того кубка и умер! Как не было, когда мы все, когда прибежали, ощущали этот горький запах!
  Дагратт согласно кивал.
  - Я повторяю, что яда не было в кубке, когда его пил комендант, - ровным тоном промолвил Адар. - И я знаю, как это доказать. Дагратт, поначалу ты хотел проверить отвар на яд, сковырнув часть гущи, которая там осталась? Куда ты закинул ложку после этого?
  - Ее небось давно убрали, - буркнул Дагратт.
  - Никто не появлялся здесь и ничего не трогал без моего позволения.
  - Ну значит, она так и валяется за столом у стены.
  Адар кивнул урукам, те ринулись за стол и очень быстро обнаружили там ложку.
  - Это та ложка? - Адар показал ее Дагратту. Он был доволен тем, что на металлической поверхности сохранилось достаточно засохшей гущи для эксперимента.
  Дагратт сердито пожал плечами.
  - Ну видимо та, какая же еще? Только я на ней меток не делал, чтобы запоминать!
  - Это та, - сказал Маррагот, оглядывая ложку. - Роунир всегда украшал их крохотными рубинами в виде своего инициала.
  - А теперь, проверим, есть ли в этих остатках гущи яд. Если я прав, то яда там не будет.
  - Ну-ну, - буркнул Дагратт. - Эрракот столь мощный яд, что и этих крох вполне хватит, чтобы отравить кого-нибудь, если растворить в спиртном, конечно. И кого же мы в этот раз будем травить?
  - Эльтэрион согласен проверить это лично.
  Эльф, немного бледный, но решительный, шагнул вперед.
  Айнуры переглянулись и пожали плечами.
  - Ты вроде церемонился с этим эльфом, или теперь уж нет? Да мне-то все равно, - сказал Дагратт.
  - Но если он умрет, мы так и не допросим его, - резко заметил Маррагот.
  - Ни он не умрет, ни допрос не понадобится, - заверил его Адар.
  Урук тем временем растворили остатки гущи с ложки в эле, в специально принесенном с кухни новом кубке, и взболтали. Никакого запаха горечи не появились. Маррагот и Дагратт хмурились, но все еще не верили.
  Эльтэрион решительно потянулся к кубку и залпом выпил.
  Потянулись долгие секунды, потом минуты, но эльф не только не упал мертвым, но и никаких признаков отравления не выказывал.
  - Я не понимаю, - забормотал Маррагот, - ты что, нашел для этого раба какое-то противоядие? Но для этого яда противоядий нет!
  - Как это могло быть, - поддержал Дагратт, у которого рот был открыт от удивления. - Значит, когда комендант пил, яда там не было, а когда этот, Илунир, пил, яд там был!
  - Очень просто, - хладнокровно промолвил Адар. - Единственное логическое объяснение, что яд попал в кубок в тот промежуток времени между тем, как Дагратт сковырнул гущу ложкой, и тем, как это выпил Илунир.
  Воцарилось молчание, во время которого было слыхать только свистящий за окнами ветер.
  Потом Маррагот ядовито сказал,
  - Значит, коменданта никто не травил, он вот так сам скинул физическое тело и исчез?
  - Его травили, но не этим отваром. Яд он получил еще за ужином. Поэтому он и жаловался, что жаркое было якобы передержанным. Он не понял, что проглотил яд, потому что вся еда, да и напитки, были пряными и острыми, но послевкусие яда эрракот вынудило его чувствовать горечь там, где ничего горького не было. А разве вам не показалось странным, - продолжал Адар, обращаясь к ошеломленно молчащим айнурам, - что эрракот якобы подействовал так быстро? Меньше чем через час после полуночи, когда Эльтэрион принес отвар! Ясно, что яд был проглочен Роуниром раньше.
  Снова молчание, и теперь возражение Дагратта,
  - Но вся еда перед ужином проверяется рабом. Там не могло быть яда.
  - Конечно, не могло. Яд был подсыпан одним среди тех, кто сидел за ужином за столом. Одним среди вас, четверых лордов. И вы наверняка уже поняли, кем?
  Адар прошелся по комнате, отблески огней отражались в его глазах и эльфийском доспехе, с которым он не расставался, и он показался молчащим, неподвижным айнурам очень грозным. Теперь они внимали его словам, почти затаив дыхание.
  - Я с самого начала знал, как и в Ангбанде это было ясно, что диверсант, похититель секретных документов, не мог быть рабом. Он был айнуром, и явно среди высоких чинов. Это не исключало, конечно, что он мог вынудить раба помогать ему, пообещав ему свободу как награду. Но чем больше фактов прибавлялось против Эльтэриона, тем меньше я верил в его причастность к этому. Я объяснял вам уже, почему. Не буду возвращаться к этому. Кто среди вас, четверых, вот это было вопросом. А это могли быть только вы четверо. После обнаружения записки, где некто упрашивает Роунира отложить доклад в Ангбанд и обещает объяснить всё при встрече у Старой Ели на закате, стало ясно, что Роунир вычислил или заподозрил, кто крал эти документы. И собирался писать доклад в Ангбанд. Что, очевидно, и сделал после ужина, о чем поведала свежая клякса на его столе, а записку эту он держал, чтобы приложить ее к докладу. Но убийца ударил быстрее, и забрал почти готовый доклад, когда вы все бесцельно бродили по комнате. А потом морочил вам головы.
  Адар помолчал, и снова было слышно, как свистит ветер за окнами.
  - Не знаю, что было сказано тогда у встречи возле Ели, но она явно закончилась для диверсанта неудачно. Я подозреваю, и думаю, в Ангбанде с этим согласятся, что перед грядущей войной некий лорд айнур захотел обеспечить себе щит с противоположной стороны, и скорее всего, украл эти бумаги для пересылки воинству запада. Вероятно, он пытался объяснить коменданту выгоды подобных действий, или пытался запугать его мощью запада, чтобы превратить его в сообщника по заговору и вынудить помалкивать. Комендант, однако, колебался. Если бы он был более решителен, то приказал бы сразу арестовать виновника, вместо того чтобы ужинать вместе с ним. Но после ужина он, вероятно, вспомнил о том, что посланник Ангбанда вот-вот прибудет с особыми полномочиями для расследования диверсий, и что у него только один выход, немедленно составить доклад владыке Ангбанда и сделать вид, что так он и собирался сделать с самого начала. И он сел за стол писать доклад, не зная, что уже умирает. Диверсант не стал ждать конца его колебаний и действовал быстро.
  Но ему нужно было обвинить кого-то, чтобы отвести от себя подозрения. Поначалу это был Эльтэрион. Яд был подброшен в комнату рабов, когда я допрашивал Эльтэриона. И не только этот флакон. Что-то еще было сожжено в камине в той комнате. Вероятно, тот незаконченный доклад в Ангбанд. Но и не только это.
  В кабинете не было ни звука, кроме ветра. Адар провел пальцем по столу.
  - Четверо. Куллуна я считал наименее вероятным кандидатом. Как раз по причине этого камина в комнате рабов. Куллун не отказался бы обвинить раба и подбросить ему какие-то вещи, но чтобы реально уничтожить что-то, сжечь какой-то уличающий его документ, ему не нужен был бы ни этот камин, ни какой-то еще. Его магии огня достаточно, чтобы превратить любую бумагу в золу, всего лишь сжав ладонь.
  И однако, возле Старой Ели были обгоревшие ветви, а у Куллуна есть скверное обыкновение кидать огненные шары во все подряд, когда он злится. Но он утверждал, что вовсе никогда не бывал у Старой Ели.
  Всё дело в том, что после того, как я, неожиданно для виновника, обнаружил тайную записку, стало ясно, что свалить всё на раба теперь не удастся, и понадобилось заметать следы, обвиняя айнуров. Ход с обгоревшей елью был довольно хитер. Как и свидетельства против Дагратта, якобы идущего через лес на закате, - лица не видно под капюшоном, то ли он, то ли нет, уличить нельзя...
  Адар обвел взглядом застывшие лица, его голос зазвучал мощью.
  - Нужно ли мне продолжать? Что еще осталось необъясненным? Похвалы жаркому за ужином, чтобы замаскировать перед всеми не вовремя сделанное замечание Роунира о странном горьком привкусе? Совет, как будто несерьезный, поскорее выпить отвар, чтобы Эльтэрион успел принести его до того, как подействует яд? Или почерк Дагратта, скопированный с письма, которое хранилось у виновника? Он был так предусмотрителен, что даже и эту записку, написанную невидимыми знаками, писал так, чтобы почерк не выдавал его. Или следы запаха горечи, которые вели по всем коридорам крепости, к комнатам всех четверых лордов айнуров, прежде чем остановиться у дверей, где сидел Эльтэрион? Или виновник был столь хитроумен, что предусмотрел это, и специально бродил с флаконом яда от двери к двери, заметая следы, или это просто потому, что все вы трогали тот кубок, и запах яда остался и на ваших пальцах! Да, вы почуяли запах горечи от кубка, когда явились в кабинет, но только после того, как кубок подержал в пальцах тот, кто перед этим запачкал свои пальцы ядом! А для него это было вполне безопасно, так как он был в перчатках, в тонких щегольских перчатках, в которых он всегда ходит и которые потом сжёг в камине Эльтэриона вместе с докладом, который уличал его...
  Со стороны Маррагота послышался не то стон, не то рык. Дагратт сжал свои мощные кулаки.
  - А потом, - Адар возвысил голос, - он заявил, что нужно растворить осадок в кубке, чтобы проверить его на яд, открыл фляжку и у вас перед глазами, нимало не таясь, начал переливать в кубок яд, которого там прежде не было! И вы все видели это. Да, многое стало бы для вас ясным сразу, если бы кто-нибудь среди вас попросил тогда лорда Кел-Дориэна сделать хоть глоток из его фирменной фляжки!
  Это заявление прозвучало, будто взрыв. Маррагот и Дагратт, до сих пор словно загипнотизированные неумолимой логикой и драматическим рассказом лорда отца урук, сорвались с места, яростно восклицая, что нужно немедленно арестовать Кел-Дориэна. Адар, сделав знак урукам, отправился за ними, не очень, впрочем, торопясь. Эльтэрион, который не знал как и проявить свою благодарность, устремился за ними.
  Но они опоздали. Когда они добежали до комнаты Кел-Дориэна, увидели только взметнувшийся за окном край плаща. И ворвавшийся в открытое окно ураганный ветер катал по комнате какие-то незначащие обрывки бумаг.
  Кел-Дориэн был достаточно мощным айнуром, чтобы буквально улететь вместе с бурей.
  Маррагот, тяжело дыша, с досадой ударил кулаком по двери.
  - Он, должно быть, подслушал как-то... Нужно было тебе устраивать драматическое представление, Мориондор! Сразу бы сказал, кто виновник, мы бы сразу схватили его.
  - Правда? - холодно промолвил Адар. - До сих пор вы не очень-то верили моим словам и логическим доводам. И не поверили бы, если бы не эксперимент с ложкой у вас перед глазами.
  То, что это было правдой, казалось, только привело Маррагота и Дагратта в еще большую злость.
  - Владыка Ангбанда не простит тебе этого! - пригрозил Дагратт. - Вычислить виновника, да не схватить его.
  - Меня и прислали сюда для того, чтобы ВЫЧИСЛИТЬ виновника, - все так же холодно ответил Адар. - А про то что схватить, как я мог хватать айнура, который исчезает на крыльях бури? Это уж скорее по вашей части, лорды колдуны. Но вы с этим не справились. Так что оправдываться придется вам.
  И оставив айнуров злиться, он со свитой отправился прочь.
  
  Адар собирался покинуть крепость, в которой ему больше делать было нечего. Закинув за плечи свой небольшой дорожный мешок и слушая, как рядом, по обыкновению, пререкаются друг с другом урук и рыкают волки, он улыбался своим мыслям, прикидывая итог своей последней "игры".
  Поручение Ангбанда выполнено. Он уже отправил доклад в Ангбанд, указав имя виновника, приложив найденную в кабинете записку и подробно описав обстоятельства дела. Доклад был заверен подписями Маррагота и Дагратта, которые многократно заверяли Моргота, что схватить Кел-Дориэна не было никакой возможности. Они так испугались, что их обвинят в некомпетентности, что беглый Кел-Дориэн, дух ураганных ветров, щеголь и обманщик, превратился в их описании в грозного противника с могуществом почти как у Ульмо. Тем лучше. Владыка Ангбанда не предъявил и не предъявит никаких претензий за это бегство Мориондору, как не предъявил претензий когда-то за то, что урук не мог удержать родича Мракоткущей. Лорд отец урук уже и получил уведомление, что его ходатайство об освобождении урук браконьеров было рассмотрено и удовлетворено. Очевидно, пресечение краж секретных документов и выявление агента со столь высоким чином в его рядах немало порадовало владыку Ангбанда. Что ж, пусть радуется, пока может.
  Что до уже похищенных секретных документов, то скорее всего, они отправятся, если еще не отправились, вместе с Кел-Дориэном прямо к грядущему с запада воинству светлых валар. Адар на это и рассчитывал. Он знал, что среди этих документов нет ни одного, способного повредить урук. Все карты их секретных баз, как и прочие документы, хранились исключительно у лорда отца и в Ангбанде. А вот темным айнурам, вероятно, придется несладко.
  Да, стоило бы схватить Кел-Дориэна, отвратительного своим высокомерием и жестокостью к пленникам и рабам. Но Адар считал, что переправить эти бумаги к светлым айнурам важнее. Любой документ мог приблизить поражение Ангбанда и освобождение урук, а следом за этим и реализацию плана по обретению свободного дома на юге.
  Маррагот с Даграттом могли сколько угодно думать, что он просто устраивал драматическое представление, но он не просто так позвал в свидетели только двоих лордов айнуров, а не всех четверых. И не просто так оставил, как бы ненароком, открытыми окна в кабинете в этот момент. Среди всех своих объяснений он умолчал только об одном - почему Роунир в тот вечер закрыл окна на щеколду, прежде чем писать этот доклад. А Роунир подозревал, что Кел-Дориэн умеет подслушивать и следить за его кабинетом через ветер.
  И не ошибся.
  
  Еще одним бесценным выигрышем для лорда отца урук стал флакон с ядом эрракот, способным убивать айнуров. Конечно, флакон нужно было предоставить в Ангбанд. Но Адар рассчитывал пересыпать часть яда и оставить себе, а во флаконе заменить его перетертыми прозрачными кристаллами. Яд достаточно мощный, чтобы не потерять свойств от этой подмены. А ему могло бы пригодиться для его планов. Мечи, найденные в городе Тургона, оказались при ближайшем рассмотрении не так мощны, как он рассчитывал, но если добавить к клинкам этот яд, то кто знает... Адар не оставлял своих планов лично покончить с владыкой Ангбанда, если спадут темные чары, хотя если повезет, то вскоре в Средиземье появится очень много желающих, и главное, способных добыть голову владыки Ангбанда.
  
  
  Эльтэрион с грустью провожал Адара и урук и потом еще долго стоял за воротами. Он бы с радостью поехал вместе с ними, хоть и знал, что и урук бывают жестоки к эльфам, но он все еще числился в рабах этой крепости. Он думал, что до конца жизни не забудет того, как Адар заступался за него перед айнурами, когда все, казалось, было против него, и нельзя было ждать ничего иного, кроме казни. Кроме того, что-то неуловимо поменялось в нем самом. Его жизнь с виду оставалась прежней, но он больше не был тем запуганным рабом. Он думал о том, как бесстрашно лорд отец отвечал Марраготу и прочим, и словно вдохновлялся этим примером, зная о том, что и лорд отец урук когда-то был эльфом. В голове Эльтэриона даже стали возникать немыслимые ранее для него планы побега. И как удивился бы он, если бы ему сказали, что через несколько лет, когда воинство Эонвэ приблизится к этому региону, он сам, Эльтэрион, сбежит и примкнет к этому воинству, и окажет немалую помощь им в захвате этой лесной крепости, где за это время успел исследовать едва ли не каждый угол. А потом, после победы и пленения Моргота, отправится в благословенное царство Валинора, где и будет жить до конца Арды, печалясь только о том, что путь к валинорскому блаженству заказан для человека, когда-то даровавшему ему веру в поражение зла.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"