Амелин Артём Вячеславович
Обласканный солнцем

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
  • Аннотация:
    Когда солнечное тепло ласкает так, что прогорает душа хочется скрытся в тени... Когда тень становится частью тебя жизнь не меняется она начинается заново...


  Обласканный солнцем.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Обласканный солнцем.


  Черные строчки на белом листе.
  Черные мысли о белой мечте.
  Легион "Белый флаг"

Первый пролог


  В комнату сквозь жалюзи проникали тонкие лучи утреннего света. Они падали на несгораемый шкаф и секретер у стены. Каждый бокс шкафа, в котором хранились документы, был подписан, но многие все еще пустовали, так и не пополнившись делом на соответствующую букву. Три месяца работы это слишком много для двух закрытых дел и трех развязанных конфликтов и очень мало для детективного агентства. Поэтому Ирен предпочитала называть его просто Агентство. А Артур - Контора. Других вариантов названия не иметься, так как других сотрудников в конторе-агентстве не было.
  Для отца Ирен ее решение покинуть сытую Францию и перебраться в Россию, а затем и в Украину стало истинным шоком. Она всегда была своевольна и независима, поэтому родителям так и не удалось разубедить единственную дочь. Так что Ирен собрав свои вещи, купила билет в один конец до Москвы. Причина, по которой она, дочь французского дипломата, молодой преподаватель частной школы Марселя с хорошим окладом и перспективной карьерой, бросила все и умчалась в заснеженную столицу РФ, была понятна только ей. В "златоглавой" Ирен прожила не больше месяца. А всё потому, она не увидела того, что ждала и что искала. Она с первого же дня, благодаря старым знакомым отца, попала в богемные круги Московии, званые приемы и рауты, по поводу и по случаю. Нарочитая элитарность этого общества, его пафос и претенциозность в итоге оттолкнули Ирен. Она сделала то же самое, что и во Франции. Она сбежала, но не далеко. В "незалежную" Украину. Но там она решила держаться подальше от стольного града Киева, и подалась на юг в небольшой провинциальный городок на берегу Днепра. Здесь она познакомилась с Артуром. Встреча их была, можно сказать, судьбоносная. Ирен нашла своего будущего компаньона в бессознательном состоянии на хате у какого-то алкаша. Самого хозяина квартиры, как позже выяснилось, Артур определил в "дурку" с диагнозом "белая горячка". Найдя Н.З. алкаша, Артур принял решение его ликвидировать, и "принял на грудь" больше чем смог усвоить. Как впоследствии утверждал "борец за трезвость" водка была на клафелине или еще, какой химии.
  Очнувшись, Артур, первым делом, осмотрел девушку, а затем содержимое своих карманов. Не обнаружив пропажи, он перешел к знакомству:
  -Ты еще, что за б... барышня.
  -Артур?
  -Ну, ни фига себе. И я Артур!
  -Нет,..
  -Как нет!? Еще вчера... или позавчера был Артур. А сегодня нет?!
  -Я Ирен.
  -В смысле?
  Ирен предвидя подобное развитие событий, извлекла из пакета две бутылки пива. Он широко улыбнулся, но не девушке, а зеленым бутылкам. Даже не поинтересовавшись мнением Ирен, Арт взял обе бутылки, и ловко одним движением открыл одну о другую, сомкнув крышки. Он залпом выпил одно, а второе, немного пригубив, отставил в строну. Ирен безмолвно смотрела на происходящие, и лишь когда во взгляде Артура появилась осознанность, спросила:
  -Теперь, поговорим?
  -Хм, поговорим. Что, надо?
  -Хотела предложить тебе работу, но теперь сомневаюсь, что ты то кто мне нужен?
  -А ты не сомневайся. Для начала, как ты меня нашла?
  -Мне помог майор Лебедев. Он и порекомендовал мне тебя.
  -А, Михалыч. Так что ж ты сразу не сказала, что от него. Он человек серьёзный и знает, что говорит и к кому посылает.
  -А тем более кого.
  -Да уж. Ближе к телу, мадмуазель Ирен, - Артур сделал маленький глоток пива. Он окинул девушку оценивающим взглядом и явно остался доволен. Ирен сделала вид, что не заметила этого взгляда.
  -Мы бы могли поговорить в другом месте. Здесь грязно и стоит жуткая вонь. Как можно жить в таком хлеву?
  -Ну, не знаю, я здесь только пару дне.
  -Так это не твоя квартира?
  -Ты что! Я её продаю.
  -Кому?
  -Тому, кто купит. По сходной цене. Хочешь, покупай, прошу не много. Иностранцам скидка.
  -Нет, спасибо. Я лучше в гостинице поживу. Дешевле выйдет.
  -Окей, идем. Я тут один бар знаю, там и поговорим.
  Слово "бар" не полностью отражало сущность любимого заведения Артура. В баре "Херсонес" был не только бар, но и танцплощадка, банкетный зал, VIP-зона на втором этаже, бильярд и стрип-холл. Как раз в стрип-холле Артур и предложил Ирен обсудить дело. Спорить с ним было бесполезно, и девушка согласилась. Стриптиз, ввиду обеденного времени, был не полный, танцовщицы даже не снимали топ. Но Артура это ни чуть не огорчало. Он просто пришел пообщаться с друзьями. Он знал каждую девушку лично. И пока он общался с Ирен, к нему подходили то официантки, то танцовщицы, что бы поздороваться и обменяться парой слов.
  -И всё же в чем состоит работа?
  Ирен решила проверить "работника":
  -Я хочу убить любовницу моего жениха.
  Артур пожал плечами:
  -И в чем проблема? - он достал из-за пояса пистолет и просто протянул его девушке, - Вот, держи. Сто.
  -Чего сто?
  -Мертвых президентов, зеленых, долларов!
  -Нет, я хочу, что бы это сделал ты.
  -Тогда я думаю, Михалыч ошибся. Чао, - он поднялся из-за стола.
  -Постой, у моего жениха нет любовницы и жених мой не здесь. Работа заключается в другом. Мне нужна охрана. Но я не могу обратиться в милицию. Дело очень деликатное.
  -Хм, ладно, давай детали, а там и о цене сговоримся.
  -О цене?
  -Нет, что ты. Я работать буду за "здорово живешь". К моему глубокому сожалению нам так и не удалось построить "комунизьм", а только недоразвитый "капитаклизьм". И все в нашей жизни решают они, - Артур положил правую руку на сердце, которое прикрывал карман с бумажником, - мертвые президенты. Честь и хвала им во веки веков.
  -Но майор Лебедев сказал, что ты помнишь свое обещание, и поможешь мне.
  -Оп па. А он ничего передать не просил, - Артур заерзал на стуле.
  -Да, вот, - Ирен достала из сумочки потрепанный шеврон, - только он сказал отдать его тебе, если ты согласишься.
  -Я согласен.
  Ирен отдала новому телохранителю шеврон. Артур аккуратно свернул его и пожил в карман. "Долг оплачен".
  -Артур, а что значит этот шеврон?
  -Уже ни чего.
  Работа Артура заключалась в том, что бы сопровождать Ирен на протяжении дня. Это было намного лучше того, чем он занимался раньше. Лебедев давно грозил ему небом в решетку. А работа на Ирен хоть и была полулегальная, но совершенно не криминальная. Как выяснилось, Ирен занималась чем-то вроде частного сыска. Насчет этого дела голова у нее работала что надо, а вот стрелять или драться она не умела. Как раз для решения вопросов с позиции силы и был ей нужен Артур.
  Нельзя сказать, что Контора простаивала без работы, но она не оправдывала надежд, которые возлагал на нее Артур, а тем более непоседливая Ирен. В основном работа сводилась к рутине: Артур чистил свои любимые пистолеты (кольт и 45`берета), а Ирен листала журналы мод, криминальную сводку и учебник по криминалистике. Так было на протяжении трех месяцев. Но однажды все изменилось.
  Дверь открылась, про то, что она была заперта из нутрии, Артур вспомнил позже, и в офис вошел мужчина лет сорока. Он был одет в дорогой костюм, из-под манжеты блестел циферблат эксклюзивных швейцарских часов, картину довершали начищенные кожаные туфли. Как-то вполне гармонично и точно костюм отражал серьезность и надменность гостя. По тонкому аромату одеколона Артур предположил, что это не местный бизнесмен, а скорей всего столичный гость. Хотя все возможно в грешном мире.
  Взгляд молчаливого незнакомца был колким и не приятным. Быть может из-за пепельно-серых радужек глаз. А может оттого, что в нем было холодное притворное равнодушие. Артур почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Потенциальный клиент без приглашения устроился в кресле и закурил. Предлагать ему сеть и закурить было поздно. Но больше всего Артура волновало, то, что он волнуется и не знает с чего начать разговор, а "гость" как назло хранил молчание.
  -Чем могу помочь? - наконец-то собравшись с мыслями, спросил Артур.
  -Я ищу Артура Хлебова, это Вы, - "вы" гость произнес, словно делая Артуру одолжение. Оставаться в долгу Артур не любил и коротко, немного по-бандитски ответил:
  -Может и я. Смотря, кто интересуется, его персоной.
  -У меня для него работа. Я слышал, ты не задаешь лишних вопросов. Это меня устраивает. Но я для гарантии твое молчание оплачу отдельно. За всё плачу вперед...
  -Это устраивает меня. Теперь суть дела. Цену называю я. И не жмись, лишнего не попрошу, - Артур мысленно извинился перед Ирен, всё-таки она его босс, а тут дело как-то само собой без нее выгорело.
  -С взрывчаткой работать умеешь? - Хлебов кивнул, и присев за стол закурил, что бы придать себе солидности в сложившейся ситуации.
  -С этого момента все, что ты узнаешь, должно остаться при тебе. Это в твоих интересах. - Незнакомец говорил, глядя сквозь Артура, словно заученный текст или азбучные истины от повторения которых, он чувствует себя не ловко, - Я не знаю что ты думаешь о магии и магах, но они есть. Будим исходить из этого. Работа заключается в том, что ты должен взорвать спортивный комплекс. Здание принадлежит магам. Сейчас оно заброшено и там ни кого нет. В самом здании остались только ловушки. Капканы расставлены на таких же магов, как и сами хозяева комплекса. Ловушки могу атаковать и простого человека, вот почему я искал именно тебя. Во-первых, у тебя военная спец-подготовка, это знаю я, это знаешь ты. Во-вторых, на тебя не действует магия - точнее ее боевые заклинания, это знаю только я. Как так, я объяснять не буду. Исходя из этого ты подходящая кандидатура для этой работы. Я снаряжу тебя всем необходимым.
  Артур постарался остаться хладнокровным и оценивать все с деловой точки зрения:
  -Двадцать пять тысяч.
  -Согласен, - гость открыл чемоданчик, которого Артур раньше попросту не заметил, и достал пять пачек стодолларовых купюр. Артур чуть губу не прикусил: "Мог просить больше, раз он так легко согласился"! Кроме денег клиент положил на стол план здания, три серых контейнера о том, что это Артур знал точно. Такими же они взрывали опоры мостов в одной из горячих точек нашей планеты. Последними клиент достал очки для подводного плаванья.
  -Во время операции ты должен быть в этих очках. Они позволяют видеть скрытое от простого человека. Одень их прямо сейчас.
  Артур немного помедлил, но чтобы не обидеть эксцентричного работодателя натянул очки и от неожиданности вскочил со стула. Какие еще тут доказательства. Сомнения и здравый скептицизм как рукой сняло. Клиент был одет не в дорогой костюм от "Версачи", а в кованый панцирный доспех. Из-за его спины выглядывала рукоять двуручного меча. А через лицо протянулся тонкий, но глубокий шрам. Перед Артуром сидел средневековый рыцарь, а не столичный бизнесмен. Воин зашелся неистовым, тлетворным смехом, его смешила реакция бесстрашного наемника. Хлебов почему-то решил, что Ирен, в этой ситуации, потеряла бы сознание, а он должен пожать руку клиенту, в знак принятия условий сделки.
  ... Два из трёх зарядов были установлены. Больше всего Артура волновало, не ошибся ли клиент на счет его неуязвимости под ударами магических ловушек. Но, слава Богу, огненный шар, рухнувший на него из-под крыши, только обдал жаром, а не обратил в кучку пепла, как должен был. После пламенного душа Артур быстро натянул очки и стал присматриваться к подозрительным углам. Видимо основной проблемой для магов было большое количество энергетических стен и блуждающих шаровых молний. Простые растяжки укрытые "мороком" Артур обходил кране осторожно. Все ловушки были расставлены крайне безграмотно, ставивший их, качество компенсировал количеством. Третья опора, отмеченная на плане красным крестиком, была в десяти шагах. Он осмотрелся. Чисто. Кривая довольная улыбка коснулась губ Артура:
  -Удар Десяти шагов! - шепнул он околдованным стенам и подбежал к опоре. В два движения он установил взрывчатку и запустил таймер. Отсутствие дистанционного детонатора было минусом этой неприметной малышки. Но как опытный подрывник Артур знал, что клиент не ошибся в выборе средства. Остановить запущенный таймер, обезвредить или отсоединить эти контейнеры не возможно. Для надежности наемник выставлял время с интервалом в пять минут. На последнем он набрал "00.15.00" и нажал "пуск". На всякий случай он еще раз осмотрел взрывчатку и то отсчитывается ли время. Цифры быстро отсчитывали время в обратном порядке, приближая фейерверк. Но наблюдать салют в самом комплексе в планы Артура не входило, и он поспешил убраться восвояси. Вопреки законам жанра ничто не помешало наемнику отойти на безопасное расстояние и насладиться результатом работы. И даже в последний момент какой-нибудь беспризорный ребенок не попробовал зайти в комплекс, чтобы Артур остаток жизни просыпался в холодном поту, вспоминая эту ночь. А так он сел на мотоцикл и, не снимая очков, помчался осматривать "скрытые" достопримечательности города. Более всего Артура потрясла башня, вздымающаяся над спящим городом.

Глава 1.


  Я плохо помню, как все началось и еще не знаю, как все закончиться. Кажется, был субботний вечер, и мы как всегда потянулись на дискотеку. Ни когда не любил подобные места и этот ночной клуб не оказался лучше других, а быть может даже хуже. Музыка гремела и давила басами к танцплощадке, да еще и репертуар был препаршивый. Но ситуацию спасала наша компания. Мы понимали друг друга с полуслова, как в том анекдоте "-N 350! -Здесь же дамы!". Потянув пару бокалов пенного, я огляделся. За соседним столиком, время от времени приземлялись две симпатичных девушки, так, что бы перевести дух, перед следующей тряской. Должен отметь, там было чем потрясти! Я кивнул своему приятелю и указал на красоток. Он понял меня без слов.
  -Принято к исполнению.
  У него был особый подход к девушкам и в девяносто девяти случаях из ста, он добивался успеха. Видно это была не наша ночь. "Акела промахнулся", пташки упорхнули с какими-то интеллигентами в кожаных пиджаках и белых кепках. Что оставалось нам?
  -Дёрним?
  -Еще бы!
  И мы прилично дернули. После третьего абсента я устроил дебош и нас выбросили из клуба. Ночь встретила бодрящей прохладой. Казалось, вот-вот наступит отрезвление, но друг не подвел. Он как говориться "взял с собой".
  Рассвет я встречал один. Все было до отвращения романтично: восход солнца, пустынная набережная, плавно текущая река и головная боль. Все что оставалось делать так это сказать "Большое спасибо" за всю эту красоту, тяготящую мое восприятие действительности. Самым тяжелым в этом похмелье было то, что из моей памяти выпали три - четыре часа. Я был уверен, что не спал, так как все тело ныло и ломило от усталости. Было ощущение, что я не "отдыхал культурно", а "трудился ударно" быть может, что-то разгружая.
  Не буду говорить что чувства, мучащие меня по утру не отягощались жаждой. Меня сушило. Хотелось посербать водички с реки или даже лакать по-собачьи, но кишечные заболевания были бы мне обеспечены после первого глотка. "Что-то сгнило в датском королевстве" и эта гниль отравляет реку и тех, кто живет на ее берегах. Вот только мы сами и есть эта гниль. Видно менталитет у нас такой - гадить на ковре в собственном доме. Сколько раз видел: идет человек жует мороженое, а обертку под ноги и еще притоптать, ну если не обертку то бычок сигаретный. А урны если где и стояли, то вандалами на... разбиты и развалены.
  Так я встречал омерзительный мне, да именно омерзительный розовый шар, поднимающийся из-за горизонта. Моя тень тянулась ближе ко мне, словно хотела укрыться за мной. Но и во мне не было жгучего желания принимать солнечные ванны, сидя на холодном бетоне. Я встал, но в туже минуты снова присел. По ногам разливалась свинцовая тяжесть, кости ныли, мышцы вторили им. Я понял, что сил мне не хвати убраться отсюда. И дело принимало не лучший поворот, каждый новый Дж принятый моей кожей отдавался болезненным спазмом мускулатуры. "Князь ясносолнышко" восходящий над городом, радушно палил меня на берегу мерно текущей реки. Я валялся на ступенях и горел. Нет, выгорал, что-то подсказывало мне, что это не конец, а только начало. Мое сознание или, что-то иное, что долгие годы таилось во мне и не показывало себя, не давало о себе знать, пробуждалось, спасая меня. Моя тень, мой молчаливый спутник, превратилась в бесформенное пятно под моим скорчившимся телом. Я не кричал и даже не стонал от боли, у меня не было сил. Остатки сознания, силы, жизнь тянулись глубже и глубже, силясь укрыться, спастись во мне. Я не принимал смерть, и она не спешила ко мне. Моя кожа стала сухой и твердой в местах сгибов она лопалась от натяжения, но крови не было вместо нее из сухих ран тягучей густой и парящей жижей сочилось что-то темное и не человеческое. Это и была моя кровь. Я не горел, а скорее парил и дымился. Не знаю, сколько бы это продолжалось, если бы я не потерял сознание и в бреду не впал в забвение. Агония умирающей плоти пьянила, но боль, бьющая меня как волны скалистый риф, отрезвляла и возвращала к реальности.
  Время это величина относительная. Каждый понимает это по-своему, но для меня оно замерло на грани между "еще" и "уже". Как для влюбленного ждущего возле кинотеатра холодным зимним вечером - она "еще не пришла" и "она уже не придет". Вот только в случае с романтическим свиданием парень, дожидаясь девушку, максимум отморозит себе пальцы, а то и вовсе просто подольше обычного подышит свежим воздухом или семинар на завтра не подготовит. А вот для меня этот промежуток "между", был вечностью и мгновеньем.
  Приходя в сознание, я искренне пожалел, что не утратил нюх во всей этой чертовщине. Едкая отравляющая вонь ударила по моим обонятельным рецепторам. Ядовитая запашина проникая в легкие (если они не истлели) выворачивала меня на изнанку заставляя блевать. И я блевал в кромешной темноте, на ощупь я не различал ни чего кроме своих ног и всяческого мусора гнилого и тухлого. Почему так темно? Неожиданно для себя я понял, что в этой темноте есть еще кто-то молчаливый и тихий. Заплетаясь в словах, я с трудом выдавил:
  -Хто... хто... есть...
  -...
  Я ощупью полз по грязному захламленному полу. Если смотреть на это со стороны, то это очень смешно. Я как слепой кутенок натыкался на всяческие преграды ящики, картонные коробки, ржавые консервные банки.
  -Он не откроет...- голос подстать атмосфере - гнилой.
  -...
  -А я говорю, не сможет...- все тот же голос комментировал мои попытки.
  Понимая свою беспомощность, я закричал, но мой крик был похож на скулящее глухое урчание или плачь Горлума. Я потянул руку к лицу и ощупал его. Кожа жесткая, волосы истлели и от прикосновения рассыпались под пальцами, но самым ужасным был миг, когда мои пальцы погрузились в пустые глазницы. Я понял, почему темно.
  -Вам его не жалко? - спросил детский или девичий голос.
  -Нет. Он сам достаточно себя жалеет, - это ранило меня сильнее, чем все предыдущие удары и увечья. Я ни когда не испытывал жалости к себе и выкладывался на все 110% чем бы не занимался.
  -Мы ошиблись,- грустно сказал "гнилой" и кроме голосов и зловония появилось еще что-то новый шум. Тихий гул. На первых секундах нарастающий, а затем более планомерный или даже прерывистый, тактичный. Так гудят машины, маленькие моторчики. Затем раздались тяжелые шаги. Кто-то подошел ко мне и взял мою голову в руку. А по-другому и не скажешь. И начал сжимать, стараясь раздавить или в моем случае раскрошить.
  Нет, ну это, уже ни в какие ворота не лезло. То сама природа яростно выжигает меня с лика земли, то какая-то дрянь хочет положить конец моим мученьям. Я сам вправе решать свою судьбу. И о чудо я ухватил это за руку, она оказалась то ли металлическим протезом то, ли еще какой вариацией на тему замены утраченной конечности. Я изо всех сил сжал "руку" инвалида-убийцы. И отдернул ее от моего практически деформированного лица.
  Я увидел или скорее, прочувствовал туман. Туман формировал очертания и формы, сплетающиеся в единую картину мира блеклую и монохромную. Цвета и краски все еще уходили от моего виденья. Я смотрел, я видел, я открыл... открыл глаза своей тени ставшие моими. Отныне тень живет во мне, а я в тени - мы едины.

Глава 2.


  Кем я был раньше? Кем я стал теперь? Вся моя предыдущая жизнь сводилась к тому, что учился, учился, работал и вкушал плоды трудов своих. Я работал или еще работаю, маленьким служащим большой корпорации. Для моего города слово "корпорация" звучит феноменально и даже шокирующее. Обыватели считают все корпорации ни чем иным, как прикрытием масонских обществ и преступных синдикатов, эффективно отмывающих грязные деньги, но я (в силу своей незначительности в корпорационной иерархии) ни чего подобного не замечал. Я работал, пытаясь карабкаться по служебной лестнице, делая себе карьеру. И должен отметить шеф отдела говорил, что я перспективен и много обещающий экземпляр. Но во всех его похвалах был какой-то оттенок голубизны и намек на более близкое знакомство. Хотя может это у него стиль общения такой кто их интеллигентов знает.
  И вот вместо маленького, но уютного и уже обжитого нашим коллективом кабинета, я сидел в какой-то грязной безоконной комнате. И компанию мне составляли ни коллеги по офису, а три стрёмных личности. Компания подобралась довольно эффектная. Я так думаю, что в любой кунцкамере они стали бы гвоздём аттракциона.
  Я наконец-то понял, откуда, а точнее от кого исходит зловонный запах. Владис был когда-то ученым - микробиологом. При чём перспективным известным, его звали за границу, манили грантами, хорошими, новыми лабораториями и всякой прочей научной дребеденью. Но он был патриотом. Он довольствовался нищенской зарплатой в родном НИИ и возился со своими пробирками (в те времена деятели науки и истинной культуры были унижены государством и доведены до "предкоматозного состояния"). Жизнь его была подчинена девизу, возведенному в ранг закона: "понедельник начинается в субботу". Перебиваясь от зарплаты до аванса, суетясь по мелким халтуркам, а порой и вовсе месяцами просиживая без гроша в кармане, Владис потерял семью и здоровье. Любимая, но не любившая жена ушла от него и не к бизнесмену или бандиту какому-нибудь, а к его коллеге, получившему гранд на исследования и кафедру в Бостонском университете. По правде сказать, Влад заметил уход супружницы своей только на четвертый день, когда в холодильнике закончился суп и все остальное. Но это не значит, что он не любил ее или не замечал ее присутствия, нет совсем наоборот, он дни и ночи проводил в своей маленькой лаборатории, он был близок к революционному открытию в области микробиологии. Это могло принести известность и признание ему, деньги семье и славу державе. Но не так сталось как гадалось. Жена не стала дожидаться успеха супруга, а приняла предложение другого и укатила за рубеж. Финансирование его проекта прекратили, и на подопытных животных денег не хватило. В отчаянье Владис принял самое безрассудное решение в своей жизни. Он поставил эксперимент на себе, и он не удался, точнее, удался только на половину. Целью было внедрение в организм человека клеток способных разрушать больные и пораженные клетки, инородные тела, вирусные клеточные системы, а также регенерировать поврежденные ткани. Влад создал эти клетки и ввел их в свой организм. Результат я мог наблюдать сейчас. Его тело начало разрушатся на клеточном уровне, из-за того, что супер-клетки не могут различить больные и здоровые клеточные структуры и разрушают все подряд, иммунная система оказалась беззащитна против клеточных киллеров, но с другой стороны они выполняют и вторую функцию восстанавливают разрушенные ткани. Эффективность восстановления примерно равна процессу разрушения и по тому Влад является научно созданным живым мертвецом. Процессы разрушения клеточных структур сопровождаются гниением тканей. Но Владис отмечает и положительный эффект, в случае потери конечности или органа организм восстанавливает утраченное за пару часов, а при гормональной стимуляции за минуты. К слову, после случившегося он попал в инфекционное отделение, затем в закрытое военное лечебное заведение, а все его материалы и результаты исследований были конфискованы и засекречены. Первое время над ним ставили опыты и эксперименты, пытаясь найти практическое применение мутации его организма, но ни чего не придумав, закрыли в спецлечебнице и благополучно забыли о нем. О том, как он оттуда выбрался, Влад умалчивал, но у меня была "рабочая версия" относительно его побега. К примеру, он притворился мертвым, ему это труда не составит, а когда его вынесли за стены больнички и похоронили, он откопался и ушел на вольные хлеба. Но если он считался заразным, то его должны были бы кремировать и это так сказать не вписывается в мою версию, но о его заразности могли попросту забыть. У нас все забывают.
  Не менее страной внешностью обладал второй. Человек более двух метров высотой из металлокерамического сплава (титанотанталокобальтовый) по имени Рапид. Скажите, не может быть. Может. А вот то, сколько ему лет это уж точно из области фантастики. В 43-ем ему исполнилось 61 год. Он работал в секретных лабораториях третьего Рейха в отделе Ананербе по изучению реликтов и артефактов. Как и Владис пол века спустя, он искал путь к бессмертию. Вот только бессмертье он видел не в бессмертии тела, а бессмертии разума. И он его нашел. Рапид создал первый компьютер или что-то типа того. В своих изысканиях он использовал чертежи и схемы якобы энергетических установок привезенные одной из экспедиций в Шамбалу. В мае 44-го во время бомбардировки он был тяжело ранен и принял решение испытать созданною установку, чтобы спасти себе жизнь. Суть эксперимента заключалась в том, что его разум его Vernunft был загружен, как сейчас говорят, в компьютер, в контейнерную установку. Всё получилось, как он и предполагал. В его теле какое-то время поддерживали жизнь, как в запасном варианте. И всё бы было замечательно, если бы не поражение Германии в войне. Волею судеб его контейнер при разделе трофеев отошел советской стороне. Советы не сумели по достоинству оценить попавшие им в руки изобретение, так как Рапид хранил молчание и не выдавал сути своей бытность. Так он кочевал какое-то время по лабораториям и секретным мастерским, затем по складам и хранилищам. В 88-ом он был списан как металлолом и выброшен на свалку. Пути господни неисповедимы и Рапид угадил в руки народному умельцу из Тулы. Новоявленный "левша" использовал находку в бытовых целях. Он долгое время экспериментировал с контейнером, всячески модифицировав его. И быть может, карьера Рапида окончилась бы на роли заурядного кухонного комбайна, если бы умелец не догадался подключить его к старенькому компьютеру "Корвет 8200". Машина заработала с невиданной скоростью, проводя огромнейшее количество операций в кротчайшие сроки. Умелец понял, что не обошлось без искусственного интеллекта, но природа изменений в системе интересовала его меньше, чем гипотетическая выгода от находки. "Кулибин" специализировался на производстве запчастей преимущественно кустарным способом. "Компьютер" произвел необходимые расчеты нужные для амортизации и модернизации оборудования, а также для расширения производства. Через пол года Рапид контролировал полностью автоматическую конвейерную полифункциональную линию по производству металлокерамических деталей. Еще через год он полностью закончил работу над созданием экзо-скелета для себя. Так он обрел свободу. Судя по всему, именно Рапид был за старшого в этой шайке. Физическая сила сочеталась в нем с мудростью прожитых лет. А вот роль или место, как вам будет угодно, третьего человека присутствующего в помещении определить сразу, не получилось.
  На меня смотрела, прямо таки задыхаясь от восторга, молодая девушка лет семнадцати с двумя косичками, в одну она вплела ленточку, а другую перетянула резинкой. У неё было довольно редкое имя - Алёна, ну, среди моих знакомых с таким именем девушек нет, точнее не было. Она довольно резко контрастировала со сложившимся антуражем. Мне она понравилась сразу, она была спокойна и не напряжена. И явно не чувствовала угрозы с моей стороны, да и с чего бы это. А вот Владис волновался и нервничал, это я чувствовал, а не видел. Его лицо и большая часть тела были обмотаны бинтами и марлями. Из-за этого микробиолог был похож на настоящую мумию. Рапид же в силу своей индивидуальности, был практически безэмоционален, но также я ощущал всё тоже напряжение. С Алёной же всё обстояло по-другому. Она сидела, напротив меня и улыбалась, словно встретила старого приятеля, но от долгожданной встречи разволновалась и теперь перебирала свою длинную светлую косу. Стоп! У нее же были две... И тут я понял, точнее совсем не понял. Я внимательно посмотрел на нее и закрыл глаза, и даже отвернулся для чистоты эксперимента. Я мысленно представил себе девушку, длинные черные волосы, собранные в хвост, зеленые глубокие глаза, прямой аккуратный носик, тонкие черные брови, пухлые, но не большие губки.... И снова посмотрел, на девушку... Мне стало не хорошо, хотя и приятно, осознавать, что оказался прав. У Алёны нет своего облика, и она принимает чужие. Причем внешность она, как бы считывает из сознания других. Да уж, это будет, похлещи сознания в консервной банке. Сколько же проблем у нее из-за этого? И не удивительно, что она живет в обществе двух полу сумасшедших ученых.
  Хорошая солнечная ванна помогла мне кое-что понять. Моя жизнь изменилась, и вместе с ней изменились те, кто рядом со мной, а точнее появились новые люди на моем жизненном пути. Но в тот момент я был еще одинок. Одинок в своей боли и отчаянии. Все менялось стремительно и бесповоротно. Мир рушился в одночасье не оставляя мостов в прошлое. "Я изменился, я новый, я другой!" говорил мой проснувшийся, оправившийся от шока внутренний голос. Но вместе со мной изменились и условия восприятия действительности. Теперь я вижу тень, я вижу через тень, я говорю сквозь тень, я говорю с тенью, но я не тень - я ее мастер. Тени это не просто наши силуэты, пространство, на которое не падает свет или темное отражение. Это ко всему прочему еще и отражение внутреннего состояния человека, своеобразное, мрачное зеркало души, что бы видеть истинную суть вещей в нем необходимо войти в этот темное, лишенное света зеркало. Тень это омут страстей и желаний всего рода Адама.
  Я протянул перед собой руку, внимательно рассматривая серо-пепельную матовую кожу и тонкий витиеватый узор подкожных сосудов, по которым текла моя новая кровь. Это моя рука. Я коснулся ей лысой шероховатой головы. Волосы... сквозь поры кожи потянулись тонкие гладкие и шелковистые нити. Тень платит сполна,... длина моих, черных густых волос достигала плеч, для меня вполне приемлемо,... затем я коснулся глазниц, но они по-прежнему оставались пусты. Ко мне подошла девушка и протянула полоску ткани. Я завязал ею пустые глазницы. О, какие были у меня глаза - томные, глубокие и голубые как весеннее небо, они нравились всем моим подружкам. Да они были моей фишкой. А что теперь? Стиль аля-Нео в "Революции". Я получается тоже избранный, но по-своему и для другого. Не с Матрицей же мне бороться, в конце концов. И кто или что избрало меня?
  -Моё имя Рапид, это Владис, а это Алёна, - сказал Рапид, вполне понятным человеческим голосом. А я ожидал скрежета динамиков и металлического, как из бочки, баса.
  -Можно просто Аля, - девушка протянула руку, и я пожал ее. Как-то сковано и не ловко, похоже, ее волнение передалось и мне. Она менялась, но тень ее, оставалась, неизменна и я был уверен, что узнаю Алю из миллиона.
  -А моё имя Игорь. Скажите мне, где я?
  -Это наш дом, мастер, - ответил Рапид.
  -Я? Мастер? - хотя, что-то внутри меня говорило, что немчура не ошибся.
  -Прости, я забыл. Я всё расскажу тебе и по возможности объясню то, что произошло с тобой Игорь, - деликатно извинился инженер и указал мне на небольшой диванчик. Я понял, что разговор будет длинным.
  -Должен начать с не самого приятного для тебя известия. Солнечный свет для тебя смертелен. Но ты не вампир и не нежить, - я слушал внимательно, не перебивая, мысленно готовя вопросы, - в твоих венах течет благородная кровь, ты смешал ее с сутью тени, и тень подчинилась тебе. Я думаю, это ты уже почувствовал. Не буду спорить цена, которую тебе пришлось заплатить, высока, но вскоре ты поймешь, что это того стоит. К сожалению ни чего вернуть нельзя.
  Я кивнул.
  -Ты когда ни будь, слышал о Тартаре, не о том в который спускался Одиссей, а о величественном подземном городе. Он начинается для каждого отдельно взятого человека или не совсем человека по-разному, но дает в итоге одно - дом, приют, убежище от жестокости внешнего мира, а таким как ты, дает власть и путь борьбы за неё. Я, то есть, мы - просим тебя мастер тени о протекции, и праве жить на твоей земле.
  -Моей земле?
  -Это помещение,- Рапид обвел взглядом комнату,- маленькая мастерская за той дверью, две комнаты на втором этаже. Всё наше отныне твоё. Для этого тебе необходимо прийти во дворец князя и потребовать знак мастера. Он будет обязан исполнить твоё право, иначе пошатнется его власть.
  -Стоп, - рявкнул я, да, именно, в приказном порядке заставив умолкнуть разошедшегося Рапида.
  -Что есть этот Тартар?
  -Тартар это подземный город, он был основан много столетий тому Тартарином. По одной легенде Тартарин был тать. Вор и убийца. И таким он был душегубцем не виданным, что не знала земля, по которой он шел ни жалости, ни покоя. Долгие годы омывал он ее кровью врагов своих и невинно убиенных жертв. Но настал день, когда супротив Тартарина вышло цельное войско, и счет ему была тьма. Пришлось Тартарину спасать жизнь свою пропащую бегством. Враги его кинулись в погоню. И нагнали почти его, когда конь под убийцей пал. Но заметил Тартарин пещеру и поспешил укрыться в ней. Как только он вошел в нее, ни один из преследователей не осмелился войти вслед за ним, а рассудили так, что коли камнем тяжелым пещеру завалить, то станнит она нелюду могилой по жизни и местом страшной смерти. Но прежде чем камень привалили, один из преследователей изрек страшное проклятье, и оно сбылось. Всякий раз, умирая, знал он, что на пятый день оживет, и вновь будет ждать своей смерти. И всякий отход для Тартарина был страшнее прежнего, но и оживление стало карою страшнее смерти, ибо ведал он, что за пробуждением вновь грядет смерть в муках. Сколько он провел в заточении не ведомо ни кому, но итогом его мук стало откровение низошедшие на него. Он получил силу подобную той, что проникла в тебя. Он стал первым мастером. Новая сила помогла освободиться ему и выйти на свет божий. Покинув место своего заточения, он узрел, что мир стал настолько жесток, что его былые злодеяния не идут ни в какое сравнение с тем, что творилось вокруг.
  И он поспешил укрыться под землей в катакомбах города. Со временем к нему начали идти люди гонимые жизнью в подземелья, кто-то бежал от прошлого, кто-то страшился будущего. Из тех, кто пришли к нему первыми, он выбрал себе учеников и передал им свои знания и семь слов Тартарина - законы нижнего мира. Когда он увидел, что ученики его готовы, он ушел. Они промеж себя избрали нового правителя, он облачил себя титулом "князь" и поклялся хранить верность словам "отца" Тартарина.
  Слово первое о мастерах. Всяк мастер в ком Сила дала корни. Но помни Сила не благо, Сила - бремя. Ибо прокляты мы. Забудь о том на миг, и не минуемо Другая Сила поглотит тебя, пожрет плоть и кость твою и что останется по тебе - тлен. Но тот, кто устоял, и Сила стала его отныне и покуда живет, право имеет на землю свою в городе.
  Прости нас мастер, что схватка твоя с Другой Силой столь тяжела была, - все трое поклонились. Я так понял, что Другой Силой для меня был Свет и в солярий мне теперь путь заказан.
  -Прими нас как ближних своих, - я внимательно смотрел на них и старался понять, что они имеют в виду под "ближними". Ближе к разлагающемуся и железному мне становится, не хотелось, а вот девчонка дело другое.
  - Слово третье о ближних и дальних. Ближних своих и мастеров-вассалов уважай и не бери с них свыше того, что дать они могу. Дальних же и чужих мастеров, не притесняй без надобности и помни, о праве дуэли, - без запинки и, не переводя дыхание от тараторила Алёна.
  Я проигнорировал фразу о "дуэли". А решил, что для начала следует узнать, какое же вторе слово "отца-основателя".
  -Третье, говорите. А какое второе? "Чё встал, тащи кирпичи" или "где цемент вашу мать?!". Всё-таки, батяня градостроителем был.
  На лицах новоявленных ближних читалось удивление, и даже страх перед подобной непочтительностью к ушедшему, а может и усопшему авторитету. Улыбнулась моей шутке только Аля. Всё ясно юмор у них в дефиците и надо экономить.
  - Слово второе о граде во тьме. Мать Земля укрыла нас, дабы оградить от бренности мира поднебесного и даровала нам второе рождение и новую родину. Служите и защищайте свой дом от посягательств иных и чужих. Но Сила ваша не в стенах, - продекламировал Владис.
  -Хм, а в чем же, мой разлагающийся друг? - я думал, что биолог обидится, но он равнодушно отреагировал на мои слова. Ответ держал немчура:
  - Слово пятое о Силе. Сила есть Темный Дар и Светлое Проклятье. Используй ее во благо ближних свои и на погибель недругам своим. Обрати Силу в русло природы ее и не веди вопреки. Природа силы и есть Сила. Свет к свету там, где нет тьмы. Тьма во мрак, где не свет. Тень там, где нет света и нет тьмы.
  -Мощно задвинул. Я так понимаю, что мне вы отвели участь местного бугра, на ваших подземных шести сотках. А что бы так сказать принять бразды правления я должен проведать местного авторитета? - Рапид только кивнул.
 

Глава 3.


  Алёна принесла мне поношенный серый плащ, из одежды на мне уцелели только штаны та и те частично и теперь были похожи скорее на бриджи, чем на полноценные джинсы. Плащ оказался как раз впору. То, что я босяком меня ни чуть не смутило, я даже не придал этому особого значения. Мне не было холодно или жарко, было, если можно так сказать "по себе". К князю я шел без опаски уверенный, что ни чего плохого он мне не сделает, а если, что моя новая сущность прикроет мой зад. Путь наш лежал через несколько туннелей-переходов, просторных залов с высокими сводами, удерживаемых колонами. В некоторые залы входило больше десятка туннелей, но в таких помещениях не было жилых построек, только ярусные площадки, как я предположил рыночные площади. Каждый из туннелей охранялся и был промаркирован. Пользуясь переходом, Рапид, сопровождавший меня, предъявлял охране пропуска, и мы проходили без задержек и лишней волокиты. Преодолев, пять переходов и три зала мы вышли к дворцу князя. Дворец скорее был похож на фазенду из бразильского сериала, чем на резиденцию правителя подземного города. К центральному входу двух этажного здания тянулись гравиевые дорожки. Были посажаны какие-то растения, явно не самые солнцелюбивые, но зеленые, насколько я мог различить цвета. Освещение в городе было необычное, точнее оно было. Свет был, но не яркий, а приглушенный, но не тусклый, он в полной мере отражал действительную суть и природу вещей в глазах, не наделенных силой. Это были не солнечные лучи, что бы палить меня. Но и не электрический. Как объяснил Рапид это магия. Её покупали в верхнем городе, где как выяснилось, окромя простых смертных живут колдуны и всяческая нежить. Возле входа во "дворец" стояла пара стражников. "Парни в железе". Латы охранников поглощали свет и оттого были бездонно мрачные. Из такого же металла были выкованы мечи. Хотя относительно ковки я ошибся правильнее употреблять слово, вытянуты, а для доспехов - сшиты. Обмундирование охранников было создано все теми же колдунами из Тьмы. Сами охранники как я, были Теневиками, так называют таких мастеров как я. Мастеров света называют Светлоокими, за светящиеся глаза. Мастеров мрака называют Мракобесами, но их ни кто, ни когда не видел, так мне сказал Рапид.
  Князь принял меня без промедлений. На не высоком каменном, обтянутом черной кожей троне сидел широкоплечий круглолицый человек. Его плащ был тенью. Он, как и охрана, правильней сказать, охрана, как и он, были Теневиками. У власти в городе стоял теневик, это хорошо для меня, и напряжно для светлооких, даже не смотря на то, что князь должен быть непредвзятым в решении каких либо споров, он всегда остается мастером Тени. Вот только для теневиков, чувство общности близко в меньшей степени, чем мастерам Света они быстрее и оперативно объединяются в трудную минуту, а мы...
  -Я, Убер - пятый сын Тартарина, князь Подземного Города. С чем пожаловал?
  -Я, Игорь, пришел за своей землей, князь. Моё право - закон.
  -Моё слово - ответ. Если ты мастер, то прочтешь, то, что высечено на стене. Сделай это, и я приму тебя как подобает.
  Я посмотрел на стену. Абсолютно гладкая без царапин и надписей. Я не знал точно, но возможно повязка у меня на глазах подсказала князю испытание для меня. Тень сгущалась, стирая иллюзию - лживую обертку материального мира. На стене проступили символы. Символы слились в слова. Слова связались в предложение.
  - Семь слов Тартарина. Слово первое о мастерах...,- начал я, но князь встал с трона и подошел ко мне. Он был не высокого роста, где-то на пол головы ниже меня. Взгляд Убера смягчился и он, пойдя ко мне, пожал мою сухую серую руку. Меня поражало то, что не один из увиденных сегодня теневиков не был похож на меня. Вот и князь был самым обычным человеком, только глаза мутно серые (не радужки, а все глазное яблоко).
  -Игорь, мне жаль, что твоя схватка со Светом, так изувечила тебя. Если бы я мог помочь тебе чем-то. Проси. И если это, в моих силах твоя просьба будет выполнена, - от слов князя мне не стало легче. Я, я урод, даже среди подобных себе. Все теневики и светлоокие отличались от людей лишь тем, что глаза их отражали суть их силы. Мое же тело полностью обернуто тенью, как в подарочную упаковку. Я уловил любопытство во взгляде князя. "Да уж, полюбуйся на уродца". Князь понял, что его чрезмерное внимание замечено и сказал, как бы оправдываясь:
  -Я впервые вижу, что бы Тень так цеплялась за тело мастера. Для многих вершиной формирования материй является одежда, а ты восполнил утраченные волосы и органы. Это воистину заслуживает восхищения. Один из философов (теневик) утверждал, что тень в состоянии заменить материю и плоть для своего господина. И теперь я начинаю верить в это. Что ж, ближе к делу. На что ты предъявляешь права, Игорь, - князь указал на карту города, что висела напротив трона.
  -Рапид, огласите весь список, пожалуйста.
  -Сектор 8. Дом или ойкос Б. Два этажа. Четыре помещения. Два - жилых. Два - промзона. Коридор 14, - ответил Рапид.
  -Хм, что ж, - князь задумчиво посмотрел на карту, - не занятая земля переходит во владения мастера без лишних разговоров. Делянка твоя. Теперь ближние. Это один из них, я так понимаю.
  -Да. Рапид, - я сказал его имя так, что это прозвучало, как приказ продолжать.
  -Под протекцией мастера Игоря стоят: Рапид - семь лет во имя Тартара. Владис - три года во имя Тартара. Алёна Туева - пол года милостью Тартара.
  -Трое ближних. Не плохо для начала, - князь говорил только со мной, абсолютно игнорируя присутствие Рапида.
  -Властью данной мне отцом моим Тартарином даю знак тебе мастер Игорь. Чти закон - Обласканный Солнцем.
  Я улыбнулся и поклонился правителю. Знак не имел формы. Это был сгусток желе-подобного вещества. Рапид объяснил, что вскоре он сам приобретет форму и станет моим знаком. Им я должен отметить здания и ближних, что принадлежат мне. Ближним... нет, не клеймо, а татуировки. Рапиду всё-таки пришлось ставить клеймо, и то получилось с трудом. Знак мой оформился только на пятый день. Солнечное затмение. Солнце вовсе не самый распространенный знак среди теневиков. Как правило, знаком для теневика служит кинжал, силуэт в капюшоне или животное: кошка, крыса. Но мне как всегда подфартило. Рапид пытался меня успокоить и убедить, что солнечный диск затмленный тенью это хороший знак и т.п. и т.д., еще что-то там про "казнь Египетскую" говорил, но мне было не до мифологий.
  Меня беспокоило, то, что моя земля, так легко отданная мне, не имела ни каких стратегических или экономических плюсов. Это была окраина Тартара, что исключало таможенные пошлины (самые высокие в центре), без источников энергии или сырья, да и выходов в верхний мир не было, так что нет у меня хоть захудалого козырька в рукаве. С другой стороны на эти бросовые земли ни один мастер претендовать не станет. Рапид объяснил мне, что теперь они (он и Владис) имеют право вести торговлю с другими районами от имени своего мастера, то бишь по моим ценам. Раньше будучи "неприкаянными скитальцами" они даже торговаться не могли, а теперь у них есть я - защитник, всегда готовый пригрозить наглым спекулянтам жестокой расправой.
  Все финансовые дела я поручил немчуре, зная, что он не обманет, а если и захочет, то побоится. А сам занялся обустройством своей комнаты. Моё Убежище (так я решил называть свои апартаменты) было просторным. Из мебели я притащил какое-то подобие дивана или тахты, штуки три матрасов. Матрасы я сложил в углу, они стали для меня кроватью. Мне захотелось восточного и в центре комнаты встал низкий столик с подушками вокруг, а под потолком магическая лампа с резным плафоном. Она вращалась и от того комната наполнялась причудливыми тенями, эта игра меня забавляла и хорошо способствовала релаксации. А разрядка была мне необходима. Рапид завалил меня разными трактатами и трудами местных философов, теоретиков и практиков в вопросах использования Силы. И посоветовал:
  -Вы должны овладеть своим Темным Даром в совершенстве, что бы, когда придет время, одержать победу в схватке с противником, - мне показалось, что для железного "фрица" эта схватка вполне реальная перспектива, а не гипотетическое стечение обстоятельств. Я коснулся его тени, это получилось произвольно, но лжи или притворства в его действиях не было, и я взялся за науку. "Наука побеждать" нужна даже в "аду".
  Во всех моих учебниках говорилось об одном и том же, о медитации и самоконтроле. Вот только одна книга меня увлекла, и я прочел ее от корочки до корочки. Это было жизнеописание одного светлоокого, пошедшего войной против князя, что так же принадлежал Свету. Это было сильное с литературной точки зрения произведение, автор отличался хорошим слогом, а что главное словарным запасом. Это очень важно, что бы красочно описать битву, вошедшую в историю Тартара как Сеча Светлооких. Мятежного мастера поддержало не малое количество его побратимов, но и не меньше осталось на стороне князя. "Сила против Силы. Паритет должен быть сохранен". Автор так описывает поединок лидеров:
  "Мир вздрогнул в одночасье, когда клинки мрака скрестились в непримиримой схватке. Всяк видевший дуэль не забудет ее до конца дней своих ту ярость и неистовство берсерков охватившее светлооких. Кровь пьянила воинов Света, превращая их в ненасытную стаю рвущую братьев своих. Иссякли силы мятежного вассала и дрогнули воины его, и бежали они. Видя близость победы, князь кинулся в погоню за отступающими. И не знал он жалости к врагам своим. За непримиримость свою облечен он именем Немезис. Не всякий стоящий в Тени дерзнет с такой жестокостью мучить побратимов Силы своей. Головы мятежников, отсеченные клинками мрака, вздымались на пики вдоль торговых путей в назидание всем. За жестокость свою князь прозван был Кровавым. И многие из тех, кто пошли во главе с князем своим до конца, утратили разум свой и веру свою. Ибо не было в деяниях Немезиса Кровавого Света, как и в нем самом. Немезис утратил Свет, а вместе со Светом померкла и Сила его и власть. Таков был конец Немезиса Кровавого. Он захлебнулся кровью жертв Сечи Светлооких".
  Прошло не больше трех недель, но я свыкся с мыслью о том, что я уже не человек и ни когда им не стану. Быть может это и странно, но меня ни чуть не тянула в свою прошлую жизнь, мне не хотелось видеть старых друзей и знакомых. Пару раз мне приходила мысль проведать кого-нибудь из корешей или сотрудников, к примеру, фигуристую Анфису - бухгалтершу или алкаша Семеныча - телефониста. Вот бы я похохотал, глядя на то, как он крестится и отмахивается от меня, когда я выхожу из тени на стене. А вот Анфиса другое дело. Она всё время рассказывала всякие невероятные истории, происходящие с ней, и утверждала, что ни чему в этой жизни не удивляется и ни чего не боится. "Из тени из каменной ночи, явился под вежливый стук". Но всему своё время, для начала я должен научится таять в тени (становиться практически не заметным) как другие теневики, или еще какой фокус подучить. Вот Рапид говорил, что некоторые теневики изучают дисциплины разума и достигают в само контроль таких высот, что могут распространять свою волю на сознание других (даже мастеров). Всего для мастеров Тени доступно три дисциплин. Первая и есть Тень, она дает способность манипулировать видимой реальностью, сгущая тени, вплоть до состояния невидимости и тому подобное. Вторая дисциплина Разума, она подразумевает совершенствование путем медитаций и самоконтроля - позволяет мастеру усилить себя в поединке путем концентрации или может открыть способности к телекинезу, внушению и прочим хитрым приёмчикам. И третья дисциплина Физика Теней - улучшение боевых характеристик теневика таких как выносливость, сила удара, крепость блоков и скорость контр атак.
  В идеале я должен выбрать одну из доступных моему виду дисциплину и оттачивать свои способности в избранном направлении. Но "не так малося як гадалося". Я ни как не мог определится, с одной стороны меня интересовала Тень способность исчезать рисовала вполне обозримые и материальные перспективы. Но с другой Рапид и Владис настойчиво рекомендовали Физический up-great. Но и игры Разума могли пригодиться в будущем, так что я стоял перед выбором, от которого напрямую зависело именно оно.
  Сон был мне необходим, как и прежде. Но каждый день был расписан у меня поминутно, львиную долю отнимали тренировки и робота в мастерской. Чтобы ускорить производство светильников и плафонов, которыми и торговал Рапид. Но кроме торшеров немец приторговывал оружием и всяческими деталями. Владис в своей лаборатории выращивал генетически модифицированные овощи и фрукты с высокой урожайностью и энергетической ценностью. Честно говоря, из всего ассортимента предлагаемых продуктов мне понравились только картошка, он ни чем не отличалась по вкусу от обычной картошки и, маракуя, может по тому, что настоящей я ни когда не пробовал. А вот Алене нравились практически все фрукты. И я решил, что настоящих плодов она ела мало. Мы мало разговаривали, я практически не видел ее, а когда оставались наедине, то просто молчали, занимаясь своими делами. Иногда я ловил её любопытный взгляд, но как только наши глаза встречались, она смущалась и поспешно отводила взгляд. Я конечно не дурак и понял для чего она нужна девушка без своего лица. Но я не стремился принуждать ее силой и не по ее желанию, что я могу поделать, так уж я воспитан.
  В моей комнате было проломлено большое окно. Освещалась окраина Тартара скудно, и магические фонари не мешали мне спать. По моей просьбе Рапид подвел электричество в мою комнату и приладил розетку на 220V. И теперь я как раньше засыпал под музыку. Принести свои диски я не подумал и слушал попеременно две заезженные пластинки, что я купил на рынке. Это был альбом Наутилусов и альбом ZZ-Top. Честно сказать "бородачи" меня удивили - деды лабали такой рок, что стены тряслись во всем квартале.
  Я лежал на матрасах и вслушивался в филигранные аккорды и мощные соляки корифеев рока, когда дверь в моё Убежище тихонько приоткрылась. Алена вошла очень осторожно, она куталась в шерстяной плед. В ее движениях была кротость лани и грация пантеры. Она сделала глубокий вдох и подошла ко мне. Опустившись на колени, она склонила голову и сбросила плед с плеч. Алена взяла меня за руку и приложила ее к своей груди. В молодой упругой груди стучало взволнованное сердце. На какое-то мгновение я коснулся ее тени, и меня захлестнула буря страстей бушующих в юной девушке, я чувствовал ее смятение, волнение, страх и желание. Она боялась меня, моей Силы и моей внешности. Я монстр, с которым ей придется спать. Меня не обидело то, что она боится меня и считает монстром. Я - монстр, а страх удел ближних и слабых, но я оттолкнул ее и отвернулся. Алена ничего, не понимала и не уходила.
  -Мастер. Я стану такой, как ты хочешь, - она немного подумала и как бы пояснила мне, - это моя плата тебе. Это всё что я могу. Ну, если хочешь...
  -Нет. Не сегодня, я устал.
  -Я сделаю массаж...
  -Я же сказал, - закричал я и встал с постели. Голос мой стал дрожащим и не уверенным - Уходи, я прошу тебя.
  -Но...
  -Мне не нужна твоя жалость. - Да, жалость. Именно жалостью была исполнена ее тень. И это было хуже страха. Страх можно победить заботой и опекой, а вот жалость практически неистребима. Это чувство уживается в душе с такими как любовь и уважение. "Я уважаю его за храбрость, люблю за нежность и внимание, и жалею за суровую юдоль". Вот уж этого мне не надо.

Глава 4.


  -Жалость, это то что ни кто из вас не найдет ни здесь ни где бы то ни было. Всякий из вас ничтожество и последнейшая дрянь. Я не верю в "не могу", есть только "не хочу", а я умею вернуть желание. Куда ты смотришь, грязное животное? На меня смотреть. На-пра-во... Бе-гом. Шевели своим жирным задом. Держать темп. У тебя еще есть силы языком чесать? Всем еще пять кругов. Благодарите не меня, а эту трепливую дрянь. Жирный, ты что забил. Какого мля, ты встал? Что в боку колит, - заботливо и снисходительно, - ах, в каком здесь, да здесь.
  Глухой удар под ребра.
  -Встал, мечта мясника. Бегом. На тебе пахать надо. Посмотри на свою дистрофическую сестренку, ты, что, у неё хавло отбираешь. Тогда бегать будешь за двоих. Быстрей, я хочу почувствовать ветер. Будете бегать жирдяи, пока сало из всех дыр не потечет. А когда потечет, будете бежать еще. Не вспоминайте Бога, не вспоминайте черта, они вам здесь не помогут. Даже они боятся меня. Я над вами и бог и дьявол. Вы все мои. Упор лежа. Двадцать пять для всех. Я за равенство полов. Мать тё за ногу. Ты что охренела. Я же сказал упор лежа. Или ты только под ложишься? Ты будешь жать пока не упадешь, а потом будешь еще, пока не сдохнешь. И только когда мухи на тебя садиться станут, я дам команду "хватит". Раз-два, три-четыре. Закончили отжимания. Бегом к канату. Живо.
  "Краснощеков Григорий Петрович учитель физического воспитания школы-интерната N5. Отличный специалист и талантливый педагог. Аккуратен и пунктуален, строг и требователен, умеет найти необходимый подход к воспитаннику. Пользуется авторитетом в коллективе и уважением среди учеников. Боевой офицер, имеет боевые награды и благодарность командования. Разрабатывает программу допризывной подготовки" - запись в личном деле.
  Но правды в этом было не больше, чем в Чипполино - в истории о говорящей луковице и других овощах и фруктах. Среди детей ходили слухи, что Садист, как они за глаза, без преувеличения, называли физрука, был наемником в Анголе или еще какой "горячей точке". Может, раньше он был просто жестокий человек, но, пережив ужасы войны, у него вообще "перемкнуло". Садист частенько прикладывался к бутылке и то обстоятельство, что урок вести надо его ни чуть не останавливало. Иногда, то, что Петрович приходил пьяным, на урок помогало, он забывался и валился спать. Но такое счастье было редким. Чаще изрядная доза алкоголя взывала к его бесчеловечности и тупой кровожадности. Его научили брать кровь, питать свою ярость, заменяющую стремление жить, кровью жертв. Ему было необходимо мучить и истязать, это давало ему силу жить. Он не мог остановиться, как зверь, попробовавший человеческой крови, он будит стремиться убивать людей. Так же и Краснощеков, из садиста пройдя через ад войны, стал "людоедом".
  Но даже в каменных джунглях на каждого тигра есть тигролов. Он не боялся ни бога, ни черта. Когда его доставили в интернат, ему только исполнилось восемь, но он уже был истинным генералом "армии жизни". Подворотни и подвалы взрастили его и закалили, делая сильнее. Ни сверстник, ни взрослый не смогли бы сломать его. Он знал жизнь, он пробовал ее с самого дна и знает вкус ее осадка. Если для комиссий главным человеком интерната был директор, то для детей это был Раджа. Знание - сила, сила - власть. И Раджа накапливал знания = информацию об учителях, опекунах и главное о самих учениках. Если возникал спор или конфликт интересов, то разрешить мог только Раджа. Если кому-то из младших, а может и старших, нужна была помощь или даже защита, то и тут Раджа являлся "веским аргументом". Его откровенно побаивались и уважали не только ученики, но некоторые из учителей.
  Что делать, когда делать не чего? Гулять. Но Раджа знал цену времени и умел его занять полезным делом. Спортзал давал ему приют в часы прогуливания урока рисования или трудов - современной формы рабства. Пройдя через мужскую раздевалку, он вошел в зал, не забыв переобуться в кроссовки. Весь зал был поделен на две половины матерчатым занавесом из голубой ткани и зеленой сеткой, чтобы мячи не вылетали за пределы поля, мешая другим. Вполне разумно, но вот мяч был один старенький залатанный рыжий попрыгун. Мяч мало интересовал Раджу. Он бегло огляделся, хоть он и ни кого не боялся, но встреча с физруком или парочкой его тупоголовых любимцев, не входила в планы "авторитетного пацана". Объяснятся с отморозками дохлый номер, а физрук просто ни чем не лучше. Все было тихо и безлюдно. Раджа прошел по залу к зарешеченной комнатке со "снарядами": штанга, гантели и велотренажер. Вельчик давно приказал долго жить и почил в мире, но его ни как не могли вынести. То людей нет, то нет необходимости. Так, сперва бицепс, затем широчайшие спины, а там и серия подходов со штангой. Работать с гантелями лучше всего возле зеркала, видишь пропорциональность, равномерность движений, а главное лучше контроль над дыханием.
  -Начинаем с разминки, - Раджа взял гантели и покрутил кистями. Но закончить упражнение он не успел. В зале послышались голоса.
  -Давай. Живо, к канату. Ты у меня сдашь норматив.
  -Григорий Петрович, пожалуйста, я уже не могу. У меня мозоли сдерты на ладонях, - глотая слезы, умоляла девушка, - можно я сдам завтра.
  -Можно?! Машку за ляжку. На канат, - физрук приободрил девочку пинком под зад. Она ели удержалась на ногах и, сделав шаг к канату, ухватилась за него руками. По щекам текли крупные слезы. Ее всхлипы и рыдания сопровождались крепким матом физрука, заглушающим мольбы девочки. Она дважды пыталась вскарабкаться на канат, но дважды от боли и бессилия падала вниз. Вскоре волокна покрылись пятнами крови. Раджа стоял за решеткой и каждый крик Садиста и всхлип девочки нагнетали ярость в нем, вот-вот и он ... Но тут с третьей или четвертой попытки девочке удалось взобраться до самого верха. Теперь он мог рассмотреть ее лицо. Десятый или девятый класс, но имени он вспомнить не мог. Их там больше сотни, всех не упомнишь. Казалось, все закончилось, он как бы не так. Теперь она не хотела или не могла сползти вниз. Краснощеков, будучи сторонником радикальных методов, уговаривать ее он, не стал, а начал трясти и расшатывать канат. Само собой девочка не удержалась и грохнулась вниз. Падения Садисту показалось мало, и он решил добавить ей для профилактики пару пинков по ребрам. Удар. И должно быть следующий удар бы сломал ей ребра...
  "Я ударил туда, где двигались губы".
  Но другой удар в челюсть повалил Садиста с ног на пол. Вскочил он мгновенно, но в себя пришел не сразу. Раджа успел еще разок зарядить ему в нос, и тонкий ручеек крови потек на белую футболку.
  "И ответный удар размазал меня..." - Раджа отлетел к стене. Присев на корточки он оттолкнулся ногами и с лету вломил головой в разбитый нос. Этого Садист ни как не ожидал, по старой доброй традиции ученики попросту не осмеливались встать от его удара, даже если моги. Сопротивление со стороны Раджи взбесило Краснощекова. Он попытался схватить пацана, но тот увернулся от размашистого захвата и нанес серию ударов по почкам. Но на удары Раджи Садист не обратил внимания, так показалось девушке всецело болеющей за своего заступника. Петрович все-таки, нашел, что противопоставить скорости Раджи - один пропущенный удар. Точнее парень даже блок поставил, но сила, вложенная в удар Садистом, была столь велика, что Раджа взвыл от боли. Кость руки была сломана, это он знал наверняка.
  "Но когда я вставал, я сжимал кулаки..."
  "Чтобы вновь ощутить привкус собственной крови".
  Раджа, сжав в кровь губы. Показал фак Садисту и улыбнулся.
  "Кровавая улыбка на бледном лице"...
  В прыжке локтями, как в тайском боксе. Так он нанес последний удар Краснощекову. Садист пошатнулся и рухнул на пол, корчась от боли. Девочка подбежала к своему чемпиону, и хотела обнять его, он показал жестом, что рука его сломана, и её лучше не трогать. Она побежала за помощью, и уже у самой двери обернулась еще раз. Он стоял и улыбался ей.
  "Кровь текла по раненой, раненой щеке"...
  Садист не умел проигрывать и не хотел. Он умел убивать, он убивал. И рефлекс сработал как часы. Как только рука нащупала рукоять перочинного ножа в кармане. В одно движение он оказался возле Раджи. Парень даже не успел, что-либо понять. Острое лезвие прорвало его грудь,...
  "И ни что парнишку больше не разбудит,
  Гром не в силах парня разбудить
  Мальчик больше жить уже не будет
  Он не знает, что такое жить"...
  Девушка закричала от ужаса увиденного и в страхе за свою жизнь кинулась к двери, до которой оставалось меньше двух метров. Но ноги подкосил удар в спину. Краснощеков ухватил ее за волосы поволок к матрасам... он не собирался насиловать ее он хотел ее убить... Избивая до смерти ногами, пиная бездвижное, ослабшее тело он всматривался в свои руки. Кровь на пальцах вызывала у него улыбку. Садист, пинал не задумываясь, просто молотил ногами. Он даже не заметил, как в зал вошел сторож, а вслед за ним директор. Садиста пытались унять, связать, ну хоть что-то сделать. Помог только наряд милиции приехавший достаточно быстро. Суд признал его невменяемым из-за "контузии на всю башку".
  Чудес не бывает. Но то, что девочка осталась жива, было чудом. Врачи больше шести часов боролись за ее жизнь. Они спасли ее, но не смогли сберечь ее лицо. Алена должна была до конца своей жизни носить силиконовую маску, скрывая под ней следы чужоё жестокости.

Глава 5.


  -Я нашел ее в интернате. У нее ни чего не было. Ни семьи, ни лица, ни будущего. С ней приключилась скверная история. Я предложил ей все это. Так Алёна попала в Тартар, - сказал Владис. Он нервничал и от того голос его был до-смешного жалок. Я пожал плечами и ответил:
  -Пути господни неисповедимы. Я тоже рос в интернате, пока меня не забрала тетка. Может, именно ее стараниями из меня вышел толк, и я не стал конченым наркоманом или алкашом. Что делает человека человеком?
  -И что же мастер?
  -Деяния его. Вот знак человека во все времена и для всех королей. Как ты думаешь, познав силу, я перестал быть человеком, и теперь стою над законом его или всё же теперь я более обязан, чем был прежде? Став мастером, не стал ли я слугой?
  -Всё зависит от воли твоей господин, - раболепно ответил биолог. Подобный тон в его голосе был притворен и чересчур наигран, но мне польстило подобное утверждение. "Хан я или не хан?",- когда-то спрашивал Сафа-Гирей своих слуг и вассалов. Ему ответили хан, и подали чашу с ядом. Мораль: на каждого хана есть отравитель. Сила взвыла к моей осторожности, и я с каждым днем все сильнее и сильней чувствовал, как параноик внутри меня кричит об опасности и заговоре против меня. Рапид, объясняя природу моих способностей, говорил, что они имеют тонкую связь с подсознанием. Из чувства само сохранения я время от времени читал тени моих "ближних". Но ни притворства, ни лжи я не видел, только страх и то у Владиса. Как мне казалось, он даже пытался избегать меня. А вот с Рапидом все обстояло по-другому. "Железный фриц" в силу своих особенностей был практически лишен эмоций и в своих действиях руководился рациональностью и целесообразностью предпринимаемых действии. Время от времени он приходил ко мне как к господину, просить о помощи, но чаще как учитель наставлять непутевого и ленивого школяра. Я чувствовал себя именно так, когда что-нибудь не получалось и Рапид начинал меня ругать.
  вот и сегодня во время спарринга, пропустив пару сильных ударов немца, я хотел прервать тренировку и уйти к себе. Но Рапид ответил мне своим холодным голосом:
  -От сюда ты выйдешь только через эту дверь. А как ты это сделаешь, если я встану у тебя на пути?
  -Перешагну через груду металлолома, что раньше был Рапидом, - озлобленно рявкнул я и ринулся на "ближнего".
  Первым вышел Рапид, я еще несколько минут посидел в комнате, ощупывая свои ребра (если он у меня были). Хоть я и получил от немца по первое число, но сегодняшний урок усвоил на пять балов. "Уходя, гасите всех". И "Дверь не всегда выход".
  -Скажи, Владис, как Алена стала такой?
  -Мы долго ломали голову с Рапидом, как ей помочь. Девочка очень страдала. Было больно смотреть на нее, одно дело, что я сам виноват в этом, - Владис одним движением оторвал кусочек кожи со своей щеки, - а вот она. Рапид достал большие деньги, очень большие. Он же полюбил ее как внучку, если он еще умеет любить. Мы отправились в верхний город. В Главную Альму - город магов.
  Я кивнул, что понимаю, о чем он. Рапид уже говорил, что город над Тартаром не так прост. В нем живут среди простых людей маги и колдуны, подчиняющиеся своим законам и своим правителям. Именно кузнецы Альмы поставляют мечи мрака для теневиков и "солнечные искры" для светлооких и еще много чего интересного и опасного.
  -Там знахари, и целители создали ей новое лицо.
  -Но почему же не сделали обычную восстанавливающую операцию?
  -Способность метоморфа это побочный эффект восстановления. Клеточные структуры, использованные при восстановлении, под воздействием маны - магической энергии мутировали проявив новые возможности. Я как ученый до сих пор не понял природу ее способностей, но с точностью могу сказать, что это какой-то морок. Я про то, что ее внешность может быть разной для всех. Но и сама мускулатура лица трансформируется и изменяться. Этот up-great внешности часто используют спецслужбы для своих супер агентов. Иллюзии это эффект артефакта ставшего частью ее. Знахарь сказал тогда что знак оборота, внедренный ей под кожу, просто ускорит заживление и временно скроит следы операции. Но. То, что получилось ты, видишь сам.
  -С вами все ясно. Жертвы опытов, ошибок и экспериментов. А другие попадают сюда по схожим причинам или только моим "ближним" так везет?
  -Многие из людей приходят, сюда скрываясь от магов. Здесь заканчивается власть Альмы и других и начинается Слово Тартарина.
  -Других?
  -Да, верхний мир поделен не только на государства и союзы, но и на зоны магического влияния. Доминионы. Над нами доминион западно-классической магической школы - Главная Альма. В Азии доминион Восточно-классической школы - Дао-До. В Новом Свете набирают силу вудуисты и сатанисты, но ни те, ни другие пока не в состоянии противостоять Альме. Но все ее соседи словно - червь, что гложет ствол, гниль, что корни точит. И некоторые маги Альмы видят в Тартаре не просто убежище для всяческих уродов и неудачников. Для них это потенциальный союзник, в этом кроется причина благосклонности к мастерам и нейтралитете в отношении беглых ближних. Говорят, порой маги Альмы приводят на невольничий рынок у дворца князя преступников, которым Совет архимагов даровал жизнь. Мастерам предлагают взять преступника в "ближние" за это ему будут платить, пока преступник будет в Тартаре под его присмотром.
  -Выгодно наверно? - я прикинул, сколько может заплатить магический доминион за охрану преступника, и потер руки, словно мне уже предложили.
  -Конечно! Для мастеров это деньги и новый "ближний", для преступника возможность избежать казни, а у Совета свои резоны.
  -А как маги выбирают мастера-тюремщика?
  -Желающие тянут жребий.
  -Полагаться на слепую и изменчивую фортуну глупо. Но не мне их учить, как репу варить. Иди, я хочу побыть один. У тебя, что дел нет? Цельный день тут трешься, что мне твои сказки интересны. Давай, давай.
  Владис споткнувшись, попятился к двери, приоткрыв ее, выскользнул из комнаты. Я остался один и попытался уснуть. Но сон не шел, я остро ощущал как, что-то внутри меня перемещалось, менялось и двигалось. Должно быть, тень устраняла повреждения, нанесенные мне Рапидом. Он бил не в понарошку, а так, как бьют врага. Без сантиментов жалости или опаски покалечить, а скорее даже с непреодолимым желанием нанести больше увечий и травм. Для меня до сих пор оставалось тайной то, где в этом немце заканчивался человек, и начиналась машина. Он мне "ближний", но он самая непонятна личность в этой "шайке нищих".
  Я встал с постели и подошел к окну. Над Тартаром в режиме "вечер" горели сотни тысяч "шаров света". Еще пара часов и настанет подземная ночь. Над моим ойкосом или как, привычней для меня было его называть Домом, горел новенький шар. Я купил сферу на рынке, это был непременный атрибут для дома светлоокого, но и теневики приобретали их для своих "ближних", чтобы жилось им комфортней. Во всем Тартаре было только девять красных фонарей, здесь они означают то же самое, что и в Голландии. Было семь зеленых - лавки знахарей и прочих костоправов.
  Из туннеля ведущего в 7 сектор вышел, нет, выбежал Рапид. По его поведению я понял со стариком что-то не так. Он натыкался на столбы и не мог двигаться прямо, его шатало. Из дома к нему выскочил Владис. Он помог Рапиду добраться до двери, не встретив препятствий. Я побежал вниз.
  Когда я вбежал в комнату Владис держался за голову и что-то мямлил:
  -Во власти мастера своего и ни в чьей более,... ни в чьей более...
  -Что случилось!
  -Мы были на рынке. Алена осталась у прилавка, а я отошел в лавку схем прикупить. Когда я вернулся, ее не было. Алкет сказал мне, что ее забрали торговцы "мясом".
  -Мясом?
  -Работорговцы. Они продают рабов и проституток.
  -Да, на раба она вряд ли сгодится. Где мне их найти.
  -Я нашел их быстро, но у них была магнитная пушка и ... Они в 4 секторе. Дом с красным фонарем. Он там один. Поспеши мастер. На твоей стороне закон. Любой мастер встанет на твою сторону, даже светлоокий. Спеши!
  Я выбежал на улицу и, повинуясь внутреннему компасу, понесся по туннелям бесконечной паутиной опутавшим Тартар. Меньше чем за пять минут я достиг торговой площади, на которой все случилось. Дальние которых я встречал, старались не мешать мне и отступали с дороги, чтобы я ненароком не сбил их. Моя скорость была колоссальна - минимум 55 км/ч, а то и все 60. Войдя в 4 сектор, я непроизвольно укрыл себя тенью, благо ночь в Тартаре еще темнее, чем на верху.
  Чьи "ближние" эти работорговцы? Не стоит ли за ними какой-нибудь мастер? И не ждут ли они моего появления? Нет, не ждут. Такой ответ дало мое подсознание. И я приблизился к их ойкосу. Домом назвать это трудно. Трех этажная конструкция из железных труб, фанеры, и гипсокартонных плит - уродливое сплетение пост-модерна и экспрессеонализма вылилось в этом ойкосе. Почему-то уродливость конструкции занимала мое внимание больше, чем количество скрывающихся в ней врагов. Над входом висела вывеска: "Лучшие по лучшим ценам". Рядом с надписью извивалась ионовая красотка. Я постучал. В маленькое окошко выглянул безносый (трюк с ухватом за ноздри не прокати) азиат. Охранник окинул меня взглядом и, улыбнувшись малозубой улыбкой, открыл дверь.
  -Добро посаловать мастер Тени. Мы всегда рады новым клиентам, - прошепелявил безносый.
  Я пренебрежительно кивнул и вошел в дом.

Глава 6.


  -Госпожа, я привел товар. Это именно то, что заказывал почтенный мастер. Я взял ее на рынке, - Хауф волновался и сильно потел, хоть в доме было прохладно, если не сказать холодно.
  Голос госпожи послышался с верхнего этажа:
  -Она чиста?
  -Я не уверен, госпожа. За ней бежал какой-то урод, но я пальнул в него "Магниткой" и он убрался восвояси.
  -Она чья-нибудь "ближняя" или "неприкаянная"? - голос был тихим и протяжным.
  -У нее татуировка. Солнечное затмение. Я не знаю такого знака. Может понт?
  -Надеюсь, что ты прав Хауф. В противном случае...- вязкая угроза послышалась в оборвавшейся фразе.
  -Госпожа?
  -Чего ты ждешь, помой и переодень ее, гости скоро будут. Хауф, а ты уверен, что она антропоморф?
  -Да госпожа. Она меняет внешность так досконально, что у меня нет слов. У нее знак оборота.
  -Игра стоит свеч. Торопись.
  Хауф поспешил исполнить приказ госпожи. Проходя мимо зеркала, он бросил взгляд на свое отражение. И вздрогнул, на долю секунды ему померещилась тень, стоящая за ним. Его лицо, искаженное глубоким шрамом побледнело в одночасье. Что-то зловещее предвещал этот знак и это не гнев госпожи. Хауф вспомнил сон виденный несколько ночей тому. Тогда он не придал ему значение, но теперь...
  Пустые улицы белокаменного города. Незнакомого и неприветного. Хитрые сплетения узких улочек и глухих переулков, тупиков и перекрестков. Он шел один, оглядываясь по сторонам. Город был пуст, но все говорило о том, что его жители проходили по этим дорогам несколько секунд тому, и он просто разминулся с ними. Хауф ни когда не боялся одиночества или смерти. Последние годы он был одинок, и жил под одной крышей с самой смертью. Но пустота улиц холодила его безжалостное сердце, и он с шага перешел на бег. Несясь, бесконечным лабиринтом поднебесного города он кричал и звал, но в ответ слышал только приглушенный топот собственных шагов. Неожиданно он остановился и слушал гул толпы. Он кинулся к людям и так выскочил на площадь. Толпа кричала, хаотически перемещалась. Он не мог разобрать ни одного слова, ни понять самого смысла движения. Только когда он присмотрелся к людям, он с ужасом понял, что все они слепы. Каждый, ощупывая пространство и соседа, шагал вперед, но все сводилось к движению по кругу. Первые держались за последних. Это заставило Хауфа захохотать, но смех его был не долгим и сменился горьким воплем. Люди кричали "Сожри" и крутились вокруг эшафота, на котором стояла его (Хауфа) тень. Он посмотрел в небо. Солнечный диск дрожал и притворно меркнул. Затмение пожирало его собственную тень.
  Сейчас Хауф был в трезвом уме и относительно ясной памяти. Он сложил "два +два" - знак девушки Солнечное затмение и свой сон. Результат арифметики его не обрадовал. Сон сбываться. Нет смерти хуже, чем ужасная смерть, а кому как не теневику должно знать 1001 способ жутких пыток.

Глава 7.


  Во множестве бездонно черных глаз зияла злоба и голод. Цепкие длинные лапы, покрытие жесткими волосками ощупывали пространство в поисках опоры и находили ее. Вязкая паутина покрывала стены, пол, потолок и даже двери коридора. Весь верхний этаж дома был паучьим логовом, в котором обитала госпожа. В конце коридора в кромешной темноте безвольно болтались опутанные и высушенные человеческие тела. Может клиенты, может рабыни. Госпожа приближалась к гостю, с осторожности рассматривая пришельца. Она знала, что темнота наполняющая ее дом не преграда для мастера тени. Но она также знала, что он пришел один, он молод и не опытен, иначе не пошел бы за своей девчонкой один. То, что он убил Хауфа, ни чего не значило. Хауф был слабак и хвастун. Но то, как мастер убил ее слугу пугало госпожу. Он просто наступил на тень бедного, неповоротливого Хауфа. Тень слуги дрогнула и дымным кольцом окутала незваного гостя. Мастер протянул руку и взял тень Хауфа себе. Это было необычный прием. Вряд ли сам князь мог бы с такой легкостью "взять тень". Но госпожа знала, что мастер и сам не ожидал этого от себя, а значит мало вероятно, что сможет повторить свой трюк. К тому же по нему было видно, что схватка с Другой силой далась ему не просто. Мастер был, слеп, он не имел человеческих глаз - редкость, но бывает. Он был сух и крепок, как бамбук - гнется, но не ломается. Госпоже захотелось спросить его, как и почему он такой. Но он не ответил бы ей. Время вопросов прейдет, но задаст их не она...
  -Я пришел за своей "ближней". Ее имя Алена. Верни ее мне, и я уйду с миром, - я осекся и оглянулся на тело слуги, но менять, ультиматум из-за такого пустяка не стал. Хозяин дома молчал. Я подошел к лестнице и посмотрел вверх. Ступени винтообразно стремились в темноту верхнего этажа. Сквозь мрак я видел неровный опутанный чем-то потолок. Паутина.
  -Лучше бы ты горничную нанял. А то как-то у вас здесь не прибрано, - я снова посмотрел на труп слуги и усмехнулся собственной шутке. Прихватив трость, видимо позабытую клиентом, я направился вверх по лестнице. Все мои чувства были на пределе. Я остро ощущал затхлый запах глухого чердака. Там наверху в грязных липких коридорах меня поджидает опасность. Но я сам опасен, как черт и тот жмурик у двери спорить с этим утверждением не станет, а скоро и хозяин дома присоединится к нему, если не вернет мне Алену. Хотя скорей всего хозяйка, этот "красавец" со шрамом через все лицо, что-то хрипнул перед смертью про госпожу. С дамочкой будет проще договориться, припугнуть и все расскажет, все отдаст.
  Хотя какая дама смогла бы жить в такой грязи? Ответ не заставил себя ждать. Только я вошел в длинный паутинный коридор, я понял, кто поддерживает "чистоту и порядок в этом гостеприимном доме". В конце коридора над иссушенными телами висел огромная паучиха. Этот арахнид осторожно приближался ко мне. И я понял, какого было Фродо в гостях у Шелоб. Вот только у меня ни Жала, ни мефриловой "шкурки", ни колечка козырного. А от фиала Галадриэль мне и вовсе стало бы теперь не хорошо. Я прокрутил трость в руке, проверяя ее боевые качества, абсолютным плюсом в этой ситуации была ее прочность. То, что я держу в руках опасное оружие, выяснилось неожиданно. После очередного оборота, рукоять щелкнула и словно из ножен из самой трости, скользнуло острое лезвие. В моей руке сверкнул длинный острый клинок. Забывший тросточку, должно быть сильно огорчился потере. А может, не успел - висит где-нибудь здесь в покоях паучихи.
  Паук приближался. Я уже отчетливо различал каждое движение скользких волосатых хилицер. О, если бы оно было походе на сенокосца, ну где там! На меня ползла огромная Черная вдова. Кровожадный каракурт сжался и прыгнул в одночасье. И будь я обычным человеком, это был бы мой конец. Но я, полностью отдавшись инстинктам, отскочил в сторону и нанес удар арахниду, еще до того как оно успело приземлиться. Хоть мой удар и достиг цели, но тварь не сдавалась. Я отступал, уклоняясь от ударов тяжелых лап и попыток прыснуть в меня яд. Схватка с арахнидом была быстрой. Парой секущих ударов хватило, что бы оттяпать у паучихи передние лапы. Еще одним точным ударом получилось рассечь несколько глаз членистоногой твари. Паук под моим неистовым напором начал отступать в глубину логова. Но мне нужны были ответы. И я знал, что дать их мне могла только паучиха. Добивать ее время еще не пришло.
  -Где она!? - лезвие просвистело, рассекая воздух, и обрушилось на голову арахниду, заставив его зашипеть от боли. Это было всё.
  -Я..х..х.., не знаяю.. что ты х..хочешь.. - слабым голосом отозвалась паучиха.
  -Ты.. пришел.. в мой..х..х.. дом.. Что.. тебе-надо..?
  -Шоколада! - гаркнул я, - где Алена! Моя "ближняя"! ее схватили твои слуги...
  -Я..х..х знала..х..х.., что от нее будут только беды..
  -Где она!? - я пнул паучиху в брюхо.
  -ЕЕ забрал мастер..
  -Как его имя? Кто он?
  -К..нязь..
  -Убер! Он бы не взял себе чужую "ближнею". На ней был мой знак!
  -Не..ет. Х..хауф..ф свел твой знак. Убер не знал. Пощ..щ..ади.. - молящее протянула паучиха.
  Я брезгливо взглянул на изувеченные конечности членистоногого.
  -Живи, - я повернулся и тут же пожалел об этом. Животное было не так беспомощно, как мне казалось. Один укус. Яд стремительно понесся по телу. Я с разворота пригвоздил мерзкое создание к полу. Убедившись, что паучихе пришел конец, я вытащил клинок и очистил лезвие, что сослужило мне добрую службу. Вернув грозное оружие в ножны, я направился прочь из "дома с красным фонарем". Дворец князя был в смежном квадрате. Меня немного шатало, яд искал живые, неизмененные тенью ткани и находил их. Я брел туннелями словно "обдолбыш" после перебора.
  Вопреки моим опасениям во дворец я зашел без приключений. Ни кто мне не препятствовал, и охранники даже не поинтересовались, кто я такой и зачем пришел. Где, с позволения сказать, тронный зал я помнил и пошел прямо туда. Но князя на рабочем месте не оказалось и я, поймав пробегавшую мимо служанку, прикрикнул на нее и потребовал сказать мне, где князь. Но, то ли я чересчур напугал ее, то ли она не знала, но ответом мне стало ее предобморочное состояние. Бросив бесполезную прислугу самостоятельно приходить в сознание, я пошел прямо по коридору, заглядывая во все двери. После нескольких дверей я понял, что необходимо сменить подход.
  -Я не вор - я пришел за своим, - сказал я себе и вернулся в "тронный зал". Напротив трона висел алый канат. Я посмотрел вверх. Веревка скрывалась в отверстии, проделанном в потолке. Интуитивно я догадался, что канат ведет в звонницу. Дворец венчала колокольня. Предназначение колокола было сугубо ритуальным. Претендент на титул князя должен был позвонить трижды, тем самым, бросив вызов "действующему сыну Тартарина". Не знаю, думал ли я о последствиях, и, когда я понял суть моих действий, но я протянул руку к канату, трижды дернул за него. Колокол раскатисто грянул, звоном огласив мое необдуманное посягательство. Но страха во мне не было. Не было его до того, пока в зал не вошел человек в белых одеждах и с широкой добродушной улыбкой посмотрел на меня, так добрый учитель смотрит на нашкодившего ученика, которого ожидает наказание. Человек, а он не был мастером, достал из широкого рукава свиток и огласил:
  -Убер - пятый сын Тартарина, князь Подземного Города, хранитель Слов Его, прими вызов мастера Тени, - он посмотрел на меня, ожидая, что я назову свое имя.
  -Игорь...
  -Мастера Тени Игоря.
  В зале возник (другого слова не подберешь, именно возник) князь. Выглядел он, как и раньше: здоровый румянец полных щек и армейская осанка говорили о добром здравии самодержца. Вместо серого костюма из дорогого шелка, Убер был одет в халат и кожаные мокасины на босу ногу. В руках он держал чашечку кофе и французскую булочку. Было видно, что он узнал меня и удивлен тем, что именно я бросил ему вызов. Поверил бы он в это, но я и сам был удивлен не меньше. Мир иногда терял свои материальные черты, и мое виденье ныряло в глубину теней. Яд мутил разум, кроша картин реальности на кусочки, и мне приходилось усиленно восстанавливать увиденное и услышанное, чтобы не забыть то что, было, несколько минут тому. На мгновенье я даже забыл о том, где я и почему я здесь. Но силы внутри меня вихрем прочищали организм, прогоняя кровь через теневые фильтры, сформированные для сепарации токсина. Созерцая внешний вид князя, я улыбнулся призрачной надежде:
  "Но уйдет переодеваться и у меня будет несколько минут, чтобы собраться с силами".
  -Я прошу прощения мастер Игорь, за мой внешний вид. Всё дело в том, что я только встал. И сейчас завтракаю. Но твоя претензия весьма и весьма существенна, что бы я закончил завтрак минут через пять, - он сделал паузу и осмотрел меня, - да пять.
  Я повернул голову в одну сторону затем в другую, хруста позвонков я не услышал. (Ну, нет у меня отложенья солей!) Как готовиться к драке с князем я понятия не имел. Да и драться уже не хотелось. Не то чтобы я струсил, скорее, трезво оценил свои шансы и взвесил все за и против. Но "отступать некуда за спиной...", фиг его знает, что там за спиной. Я оглянулся. В дверях стояла Алена. Вот так встреча. Я ожидал увидеть ее в слезах и в цепях. Она же напротив, улыбалась и кушала ломтик дыни. Алена явно не понимала, что происходит, и улыбалась оттого, что была рада меня видеть. Я тоже на мгновение забыл о происходящем, мои губы растянулись в улыбке. Я не улыбался с того самого дня как попал в Тартар. Хоть и было чему. Хотя бы неуклюжести Владиса, Алениной наивности ее маленьким ошибкам, да хотя бы воспоминаниям.
  Человек в белых одеждах все тем же торжественным тоном сообщил нам:
  -Мастера тени, бой за титул князя это дуэль один на один. Вы имеете право на свободный выбор оружия. Любые виды холодного колющего, режущего оружия. Победитель получит все, проигравшему смерть.
  Князь снисходительно посмотрел на меня и спросил:
  -Ты боишься смерти?
  -Да. Но смерть не все возьмет только свое возьмет.
  -Ты прав. К бою! - выкрикнул князь, и все закрутилось, завертелось.
  Убер молниеносно прыгнул в мою сторону. В его руке засиял клинок света. Веский довод в схватке с теневиком, что может положить ему конец и принести победу фехтовальщику вооруженному этим оружием. Я парировал удар и нанес контр выпад. Убер эффектно, играя на не многочисленную публику, прокрутившись, уклонился от удара и рассек мне левую руку, которой я неуклюже прикрылся. Рана зашипела, и гулкая боль заставила меня пошатнуться. Алена вскрикнула и закрыла лицо руками.
  Картина в тронном зале была просто-таки гротескной. Худощавый парень, с бледно-серой кожей, длинными черными волосами дерется на мечах с коренастым широкоплечим здоровяком в домашнем халате и макасах на босу ногу. За следующую минуту боя, я еще получил несколько ранений средней тяжести. К примеру, князь проткнул меня насквозь в живот. После этого удара он уже собрался вернуться к отложенному завтраку, но я не то, что не упал, я кинулся на него. Боль выла и подстегивала меня словно плеть. Плеть! Я произвольно парировал несколько выпадов князя и ушел в глухую оборону. Мне надо выиграть время. В моей голове крупицы какой-то информации сливались воедино, вот-вот и...
  Поединок затягивался, князь недооценил меня, да я и сам не ждал от себя подобного. Я по-спартански переносил боль и страх, обращая их в гнев и ярость. Убер атаковал все с той же уверенностью в своем превосходстве. Князь просто фехтовал, даже не применяя доступные ему дисциплины тени. Я тоже не применял теневое искусство, но только потому, что пока ни чего не умел.
  Мы дрались молча, лишь иногда я стонал от кипящей боли. В каждый порез в каждую рану меч света вкладывал свои маленькие кусочки, горячие искры, что и жгли тень и плоть. В абсолюте, мой клинок был столь же смертелен для Убера, как и его садистский меч, заставляющий меня подвывать от неистовства и злобы. Не скажу, что сильнее ранило меня искры света или слезы Алены. Бедная девочка плакала и умоляла на коленях человека в белом остановить бой. Но он только беспомощно разводил руками и пытался унять ее и успокоить.
  Мне стоило больших усилий сдерживать натиск Убера. Каждый его следующий удар был быстрее предыдущего, и мне казалось, что вот-вот и он пронзит мое сердце или снесет мне голову. Лишаться столь необходимой вещи мне было ни как нельзя, так, что я старался держать марку. Как оказалось наш поединок идет на запредельных для простого смертного скоростях и зрителям практически ни чего не видно, кроме мерцаний нашего оружия и наших призрачных силуэтов. Развязка наступила неожиданно. Я скользнул в сторону с такой скоростью, что мой силуэт немного отставал в пространстве и времени. Достигнув необходимой точки для удара, я размашисто, словно бил хлыстом, ударил клинком по руке князя, и силы вложенной в удар хватило на то чтобы отсечь ему руку. Убер остолбенел, он отупело, смотрел на собственную руку лежащую на полу. Я виновато отступил назад и тихо сказал:
  -Извините,... я просто хотел забрать Алену...
  -Что ты ждешь?!- закричал князь, - Добей меня. Таков закон.
  -Мне... не нужен трон,... я пришел не за ним. Я пришел за своей "ближней". Князь, трон твой, а поединок наш был не за власть. Я пришел за ней, - Алена подбежала ко мне и обняла за шею, стараясь не испачкаться в крови.
  -Ты,... не можешь,... ты должен.
  -Нет, я не стану лучшим князем, чем ты. Правь нами и дальше. Поединок наш будем считать не законченным. Я отрубил тебе руку. Ты проткнул мне живот и покромсал то тут то там. Будем считать один-один. Боевая ничья. Но матч реванш, отложим на неопределенный срок. Слава, князю Уберу, пятому сыну Тартарина, хранителю Слов его.

Глава 8.


  Пол года пролетели незаметно. Бизнес моих ближних процветал, и я мог ни в чем себе не отказывал. Не смотря на то, что я отсек руку Уберу мы стали хорошими друзьями и я частенько заезжал к нему на литр чая. Пару раз князь и сам выбирался ко мне в провинцию, чтобы отдохнуть от дел государственных, развлечься, развеяться. Мы часами просиживали у него в кабинете, он рассказывал мне о Тартаре, о том подземном мире каким он был раньше. Сейчас многое изменилось. Информационные технологии, современные военные разработки, по его мнению, разрушали многовековую связь ближних и мастеров.
  -Игорь, мы больше не нужны им. Многие из них достаточно богаты и влиятельны по меркам внешнего мира, чтобы обойтись без нас. Мы атавизм, пережиток пошлого. Некоторые используют Тартар для отмывания денег, некоторые для сокрытия контрабанды и обычных преступников. Ты представляешь, банальные никчемные зеки прячутся в лабиринтах Тартара, а что я могу сделать, продажные мастера принимают их как ближних, и всё. Я не имею власти над ними. Ты же помнишь закон. О, отец, почему ты не сказал нам о том, как поступать в такой ситуации. Порой мне кажется, что близиться наш конец. Что меня радует так это твоя компашка. Ржавый, Гнилой, - он улыбнулся, - и смазливая девчонка. Ближние у тебя, в лучших традициях Тартара, а главное с ними ни когда не было проблем. Да и ты мастер толковый.
  Убер потер руку, на ее восстановление ушло пять месяцев и большое количество денег. Убер в тот же день обратился к знахарям и целителям Главной Альмы. Кудесники потрудились на славу, но вот процесс заживления был пролонгирован из-за специфики живой ткани князя.
  -Князь, я разделяю твои опасения и тревоги. В моем квадрате готовиться что-то серьезное. И я уверен это одна из операций Исполнителей Главной Альмы.
  -Они стягивают войска на поверхности, производят несанкционированные вылазки?
  -Не совсем. Тень не спокойна. Пространство напряжено, словно готовиться разорваться. Но к нам происходящее имеет только косвенное отношение. Все закипает вокруг катакомб под бастионом Исполнителей.
  -Разве тебе не сказали, что бастион был разрушен год тому назад. При очень странных обстоятельствах. О самой битве я слышал, что в ней принимали участие мятежные маги и воины не из этого мира. Исполнителей не спасло даже заступничество одного из древних богов. Бастион был разрушен, а катакомбы под ним более не являются собственностью Главной Альмы. И учитывая, что они на твоей земле ты прямой наследник подземного комплекса твердыни Исполнителей. И если исполнители ищут чего-то в твоих владениях, то это твое дело, а значит и дело Тартара. Если тебе нужна, будет помощь, я всегда на твоей стороне.
  -Альма серьезный соперник. Сможем ли мы противостоять ей?
  -Маги не станут сориться с нами. Тартер это пороховая бочка, на которой сидит Совет, и начни они, играть с огнем, все взлетит на воздух. История помнит Эпоху, когда светлоокие и теневики перед лицом общей опасности встали под знамена князя и разгромили врага. Будь, уверен Игорь, если что в этот раз будет то же самое.
  -Убер, я думаю, мне стоит выяснить побольше о катакомбах бастиона. И не откладывать это дело в долгий ящик.
  -Насколько я помню, многие туннели подземелья в твоем квадрате разрушены. У меня есть для тебя маленький подарок, - Убер встал и подошел к шкафу. Немного повозившись с замком, он открыл дверцу и достал с верхней полки шкатулку. Он протянул ее мне и жестом показал отрыть, что я и сделал. В шкатулке сидело три паука. Они ползали по металлическому браслету.
  -Надень браслет,- подсказал князь, с интересом наблюдая за моей реакцией. Я не боялся пауков, после встречи с Паучихой, и спокойно оттолкнув в сторону самого наглого из арахнидов, взял плоский обруч и просунул правую руку в кольцо. Браслет моментально стал гибким как лента и затянулся по размеру.
  -Прекрасно, - хлопнув в ладоши, воскликнул князь, - Теперь слушай внимательно. Подарок мой это не только браслет, но и эти чудные паучки со шкатулочкой. Это не просто насекомые это уникальные разведчики. Они могут пробираться в любую щель и покажут тебе любую комнату. С этим артефактом ты сможешь быстро обследовать катакомбы. Если одного ненароком кто-нибудь раздарит или всех троих, то через два дня он вновь родятся в шкатулке. Чудо, правда?
  -Тоже работа магов Альмы?
  -Нет, что ты это сделал один из моих ближних, у него было много секретов. К сожалению, большинство из них он унес с собой в могилу. Беда в том, что наша жизнь практически неограниченна временными рамками, а наши ближние смертны. Разве что твоему Рапиду удалось обмануть время и то, какой ценой?
  -У меня было много ближних. Но со временем теряя дорогих и близких все тяжелее приближать новых. Сейчас у меня на службе остались двое. Валаим, ты помнишь его, он объяснял тебе правила перед нашей дуэлью и Оксана - служанка, которую ты напугал в тот день в коридоре. В остальном мне служат слуги моих вассалов, большинство из них я даже по имени не знаю. Да и не к чему мне такие мелочи, - Убер отвел в сторону взгляд, в его глазах была грусть и тоска. Мне его искренне жаль, но чем я мог ему помочь? Разве что попросить его рассказать про кого-то из старых ближних, и за историей князь отвлечется от грусти и окунется с головой в светлые воспоминания о былых днях. Как-то он сказал мне, что жалеет о том, что я не отнял его трон и титул. Если бы это случилось, он стал бы свободен от обязательств. Мертвый и свободный. Порой я отчетливо видел усталость в каждом его движении, но не физическую тяжесть. Князь, как и прежде, был силен и ловок. Века, отданные служению Тартару, утомили его. Я бегло осмотрел уже знакомый кабинет. Что же? А вот! Я заметил картину на стене, ни чего особенного, но в тоже время, всматриваясь в нее, я проникал глубже в замысел художника, и полотно все больше и больше увлекало меня. От любования картиной меня отвлек вопрос князя, который он уже видимо, повторил несколько раз, пытаясь докричаться до меня.
  -А? Что?
  -Игорь! Картина говорю нравиться.
  -Да, - переведя дыхание, выдохнул я, - а чья это работа?
  -Кирилла, художника, что был у меня на службе, где-то пол века тому назад. Еще в юности он достиг таких высот в своем искусстве, что высшие силы наградили его даром. Хотя порой мне казалось, что это было его проклятье, за то, что он бросил им вызов, красотой своих полотен. Кирилл мог создавать картины одним прикосновением к холсту, но взамен он отдавал чистое время своей жизни. Ровно столько, сколько он потратил бы на создание этого шедевра. В верхнем мире он был объявлен сумасшедшим и врагом народа, - имитируя грузинский акцент, сказал князь, - об этом позаботились завистники и конкуренты. Ему пришлось искать защиты и убежища на дне общества. По прошествию года он попал в Тартар. Он был болен и слаб, но я приложил не мало усилий, чтобы спасти художника. Мне это удалось. Он был отличный парень, и каждая его картина была бесценна, но он не стремился к обогащению, он хотел сделать лучшую картину. Ту, что не сможет превзойти ни один художник в мире. Но что-то его останавливало. Я понял, что только когда он создал ее. Я пришел к нему и сказал, что мне нужна лучшая картина, какую он может нарисовать. Он только кивнул, подошел к холсту, похоже, он ждал этого. Кирилл делал все, как всегда: провел рукой по полотну и сжал губы, я подскочил к нему, подхватив его на руки. Он повис на мне и тихо произнес: "Это она, князь". Он умер. По моему приказу его похоронили в моем фамильном склепе, - князь посмотрел на картину на стене и улыбнулся, - знаешь, я не помню ни одного дня, чтобы не старался понять эту работу, но мне, быть может, не дано. Только равный ему сможет понять его последнюю картину, за которую Кирилл заплатил жизнью. Я продал все его работы, но не эту, хоть она и самая дорогая в моей коллекции. Я уже отдал надлежащие распоряжения. Когда я уйду. Ее похоронят вмести со мной. Работа Мастера Кисти будет рядом с ним до скончания веков.
  Я смотрел на полотно еще с минуту, обдумывая услышанное сегодня. На миг внутри меня проснулась дремавшая как ленивая кошка Сила. Тень коснулась полотна, но так и не смогла проникнуть в него, показав суть. Сила говорила одно: "Холст девственен, его не касалась кисть. Его касалась только Сила".

Глава 9.


  В этом мерзлом мире,
  По холодным улицам пустым.
  Бродим мы без устали,
  В поисках любви.
  Ищем мы в скитаниях,
  Что-то для души,
  Боремся с желанием
  Бросить всё, уйти.
  Уйти и отказаться
  Забыть, не вспоминать,
  Что мы были в поисках
  В поисках любви.
 
  Как говорят "сердцем прикипел". Вот и я день, за днем находясь рядом с Аленой, все острее ощущал ее чувства ко мне. Что ни говори, но я не умею любить. У меня были женщины, но это не была любовь. Может, я любил первую, но ко мне ни одна не испытывала взаимности. Поначалу эта холодность ко мне тяготила меня. Время уникальный доктор. Не получая взаимной симпатии. Я перестал любить. Не от жестокосердия, а из чувства самосохранения.
  Любовь это энергия. Мы отдаем ее, а взамен должны получить ее от кого-то другого. Каждый рождается с определенным запасом любви в сердце. И первым человеком, который дарит нам свою любовь, является мама. Родители окружают ребенка заботой и любовью, преисполняя его своей светлой энергией. И посмотрите на маленьких детей, они любят - любят всё и всех: кошечек, собачек, птичек и веселое солнышко, а главное маму и папу. Но что же те дети, что не знали материной ласки? А с такими как я все просто. Мы так и живем с маленьким запасом любви в детском сердечке. И храним его, пряча от чужих жадных до любви сердец. Но вот на прыщавом лице появляется первый румянец стеснения, в осторожных глазах светиться симпатия к знакомой или не знакомой девчонке. И вот забыв об осторожности, даришь ей свой маленький запас, ожидая, что в ответ она подарит свой. Но нет. Облом. И обида заполняет сердце, стягивая шрамы, через которые еще несколько минут назад прорвалась твоя любовь. И сердце становиться холодным и одиноким. Шансы у такого сердца вновь познать любовь стремятся к нулю. Именно по этому я был сбит с толку той нежностью в глазах Алены, когда она смотрела на меня. Ее милые, отчасти детские знаки внимания, такие как яблоко или орешки на подоконнике утром, вышивка моих инициалов на плаще и прочей одежде (хотя ее было у меня не много). Да еще ко всему прочему значительно выросла моя порция за завтраком, обедом и ужином и появился в моем расписании ленч. Порой мне казалось Алена решила меня получше откормить, хотя это не возможно. После трансформации моего тела мой вес и габариты стали константны. И увеличение пайки ни как не могло этого изменить.
  Алена, после того как я выставил ее за дверь, ни разу не приходила ко мне с "благодарностью". И честно сказать я жалел об этом. Позвать ее самому не хватало духа. Я бы поставил себя на место ее хозяина, но мне не нужны слуги. В Тартаре нужны близкие, а не рабы. Не все мастера понимают это, но мне нужны друзья. Люди готовые в трудную минуту подставить надежное плечо, те с кем можно поговорить в минуты грусти. Убер говорил, что теневик фактически обречен на одиночество, такие как мы мало общаемся с равными. Клан теневиков разобщен и нестабилен. Статус нобилей в Тартаре поддерживаться только благодаря тому, что на троне сидит Убер да, и светлоокие пока не достаточно окрепли после Сечи. Но князь чувствует, как с каждым годом они набирают силу. Среди светлооких растет тот, кто в один ненастный день бросит ему вызов и займет трон.
  Устроившись в любимом кресле, я читал книгу. Листая страницы старенькой пожелтевшей книжки, я настолько ушел в свои размышления, что заметил Алену только, когда она встала надо мной. Лицо ее было исполнено строгости, и длинные собранные в хвост волосы придавали ей внушительно-деловой вид. Не та девочка с косичками, что улыбалась мне по утрам, а грозная акула бизнеса или строгая директриса, укоризненно смотрела на меня.
  -Игорь, я устала тебя звать. Ужин остывает. Владис между прочим наворачивает за обе щеки. Смотри, тебе не чего не достанется. У него сейчас период синтеза, - предупредила Алена и уже развернулась, чтобы уйти, но я взял ее за руку.
  -Постой.
  Она повернулась ко мне, и я заметил, что она дрожит. Неужели она меня боится? Хотя я и сам себя порой боюсь, что говорить о маленькой девчонке. Маленькой, но такой славной. Я засмотрелся на нее и совсем позабыл о том, что держу ее за руку и не даю уйти. Это выглядело глупо. Я должен был что-то ей сказать, но знал что.
  -Я знаю тебя? - сам не зная почему, спросил я.
  -Да.
  -Кто ты? И откуда я знаю тебя.
  -Почему ты не помнишь? - лицо ее изменилось и она села возле меня. Волосы стали значительно короче и сменили цвет на огненно красный. Глаза заблестели от навернувшихся слез. К горлу подкатил ком. Моя память настойчиво сопротивлялась возникающим ассоциациям. Я не хотел помнить, то, что когда-то забыл. Фрагменты и обрывки фраз проносились через меня словно бронебойные пули. Я видел ее лицо, залитое слезами боли. Ее губы молящие о помощи. В ушах звенели удары, истязающие беспомощную и беззащитную, хрупкую фигурку девочки. Но не это заставило меня сжать голову от боли. Вспышка - воспоминание. Я вспомнил свою смерть...
  Все что я помнил о жизни до переезда к тетке, это были обрывки воспоминаний о детском доме, но это были такие ветхие и слабые образы, что мне порой они казались сном - тяжелым кошмаром, мучившим меня в раннем детстве. Тетка мало, что рассказывала мне о детдоме, где я провел четырнадцать лет. Она говорила, что забрала меня, после того как я тяжело заболел и из-за того, что болезнь запустили, началось осложнение, результатом болезни стали провалы в памяти. Если меня спрашивали, то я спокойно мог сказать, что мы проходили на математике, но не мог вспомнить, как звали учителя. Я словно не хотел что-то помнить... Теперь я точно знал, что!
  Холодный стол. Тусклый свет плафонов. Человек в белом халате, поливающий меня из шланга. Блеск (ощущение его присутствия) скальпеля. Монотонный голос патологоанатома, диктующего отчет. Звонок телефона. То как померк свет и я погрузился во тьму. Холод и одиночество. Один на один, с мраком, с болью, с самим собой. А главное я помнил крик, мой крик, оглушающий меня, и не слышимый всем им... Я вспомнил и то, как свет ворвался во тьму, но я не был ему рад. Я знал, что за ним идет человек со скальпелем, что он закончит то, что не успел из-за звонка. Боль, преследовавшая меня с той минуты, как я вновь пришел в сознание, уступила место отчаянью. Ни что не могло отвратить неизбежное. И я завопил от отчаянья. И в тот миг, когда острый скальпель упал на пол, а врач в ужасе отскочил в сторону, я зарыдал. Я плакал от счастья. Я плакал очень долго, пока меня не укутали, и даже потом слезы продолжали течь вопреки моему желанию. На следующий день приехала тетка. Все, что было дальше это постельный режим на протяжении трех месяцев, а там новая школа, новые друзья и забытое прошлое...
  -Я помню, я всё помню, - дрожащим голосом произнес я и посмотрел на Алену.
  -Ты спас меня. Я думала, что ты умер, - она говорила это касаясь моего лица, - Я думала, что он убил тебя.
  -Говори, - потребовал я, - Почему? Как? Я не верю в случай. Я не верю в совпадение. Через столько лет. Ты думала, что я мертв, а я и вовсе ни чего не помнил.
  -Я встретила тебя случайно. В отличие от Рапида и Владиса я часто бывала наверху. Я должна была найти нам мастера. Как-то на дискотеке я увидела тебя и узнала, как узнают, родного человека. Ты сильно изменился и повзрослел. Но я видела твой взгляд раньше. Решительный и дерзкий, но вот поведение заставило меня усомниться. Я разузнала о тебе побольше. Игорь Раджаков сотрудник фирмы "Кедр". Сирота, воспитывался с пятнадцати лет троюродной теткой. До этого воспитанник детского дома-интерната N5. Все сомнения были развеяны. Я ни чего не рассказала о том кто ты Рапиду, я хотела, чтобы ты был рядом. Я не подумала. Я указала на тебя. Я не знала, как все будет. Прости меня.
  Она упала на колени и, обхватив меня за пояс, уткнулась мне в живот. Я провел рукой по ее волосам. Как я мог не простить ее. Не простись за то, что она разрушила мою жизнь. Я простил ее и тихо сказал ей это.
  -Что было дальше? - понимая, что это не конец истории-исповеди.
  -Я подошла к вам с другом и вкинула в ваши коктейли "зерна". Рапид не знал, что у меня их два. Второе было запасным. Я хотела, чтобы у тебя был друг. Ты был бы не так одинок. Но ты выпил оба коктейля. А затем я потеряла тебя из виду на дискотеке, и отыскать смогли только после рассвета.
  -Что за "зерна".
  -"Зерна Силы". Они делают из человека мастера. Но только в достойном они могут пустить корни. Я знала, что ты сильный, я знала, что ты сможешь стать мастером.
  -Откуда у вас эти зерна!?
  -Их купил Рапид. Он заплатил за них огромное состояние. Ты же знаешь, что он управлял целой корпорацией...
  -Да-да, но разве стоит эта жизнь,- я обвел взглядом убогую комнату. То, что казалось вполне пристойным жильем, увиделось мне жалким подобием моей старой уютной квартиры, - стоит цены уплаченной за меня? Состояние.
  Алена не ответила мне, но я знал, что она считает, "Стоит". Она встала с колен и села рядом со мной в кресле. Мы очень хорошо поместились. На мгновения у меня возникло ощущение, что сейчас мы займемся любовью, я ошибся. Алена прижалась ко мне и уснула. Будить ее я не стал, взял на руки и отнес в ее комнату. Только сейчас я понял, что она любит меня как друга, как сестра любит брата. Брат. Меня любят! И у меня есть семья. А главное и я наконец-то люблю. Я люблю свою милую, взбалмошную сестрицу Аленушку.

Глава 10.


  -Аннабель...
  -Проснись. Это сон!...
  -Аннабель...
  -Да, проснись же ты!
  -Я видел ее. Аннабель. Она звала меня к себе.
  -Вот уж спасибочко. Мне и здесь хорошо.
  -Это предзнаменование...
  -Я не хочу тебя этим обидеть, но это дурной знак. Я чую, я всегда чую! Он идет.
  -Кто он?
  -Симбионт, как и мы.
  -Картель нанял аккару?
  -Нет, в нем живет нечестивая тварь этого мира. Демон-падальщик. Ты слышал о нем. Это убийца. Он сидел на зоне. Там старый каторжанин посветил его в тайны магического мира. Великая Тень стала доступна еще одному подонку. Там же он провел "ритуал союза" и отдал демону душу и свою плоть. Так один гад стал симбионтом с огромной силой.
  -Надо уходить, пока не встало солнце.
  -А смысл!? Он же не аккару или вампир. В нем пожиратель мертвой плоти. А они не боятся солнечного света!
  -Мы сможем ему противостоять?
  -Наше тело все еще испытывает последствия последней схватки в переулке. Да и падальщики, хоть и демоны низшего ранга, но это сильные войны ближнего боя. Он превосходит нас по скорости и силе. Единственное они примитивны, это сыграет нам на руку. Охотник во время слежки должно быть целиком и полностью полагается на способности демона. А эту тупую тварь Преисподни смогу обмануть даже я - старый кровосос.
  -Устроим западню!
  -Других вариантов нет! Я же был против. Но нет! Ты всегда всё делаешь по-своему. А я говорил не кусай руку дающего, а ты ее напрочь откусил. И теперь второй рукой, очень злой из-за невосполнимой потери, нас порвут на сотню маленьких аккару. И в твоем доме будит играть музыка, но ты ее не услышишь.
  -Не согласен! У нас есть козырь в рукаве. И партия может быть за нами.
  -Амулет? Бред. Он их не интересует. Вампиром приятней посмотреть на кучку пепла, что раньше именовалась Цирил.
  -Не амулет. Девушки. Они помогут.
  -Прошло больше года. Как ты ее собираешься найти?
  -Искать будешь ты. Готовься к охоте нюхачь.

Глава 11.


  День начался обыденно и скучно. Ти был в командировке. Постель, казалась, больше чем она есть и холоднее. Лена проснулась с улыбкой на прекрасных губах. Ей снился пикник недельной давности, на который их пригласили Илья и Маша. Получилось очень славно, что-то вроде двойного свидания. Только погода подвела, начался дождик, и все поспешили укрыться в машине. Илюхин джип во сне казался больше, и они продолжили пикник в нем, хотя в реальности поехали по домам и договорились погулять в другой раз. Кроме всего прочего Лене снился пес. Она вспомнила сон до конца, и улыбка покинула ее красивые уста. Собака была грязно-серого цвета с очень знакомыми глазами. Четвероногий друг сидел за окном и скулил, неожиданно он умолк, повернулся к Лене и сказал:
  "Интересный выбор, Арвен".
  -Где же я видела эти глаза? Какой еще выбор и почему Арвен?
  Слова все еще звучали в ушах, и перед глазами был взгляд животного. Если бы это не был сон, то девушка бы сильно испугалась, а так наваждение скоро сгинет.
  -А может попросить Кати развеять морок? Да нет глупости все это, - она соскочила с постели и побежала в ванную. Если бы Тим был дома, он присвистнул ей в след и через секунды с хитрой улыбкой вошел в душевую. Но любимый кудесник сейчас в Таиланде на какой-то конференции по вопросам Совмещенной магии.
  Машка уже успела прожужжать подружке все ушки рассказами о "соблазнах Востока" и о том, как на них падки все мужики. Каждая тирада подруги оканчивалась упреком вроде: "Зря ты с ним не полетела" или "Надо было настоять на браслете воздержания. Да жестоко! Но оправдано". Стоило Лене напомнить про Илью, который готовиться к экспедиции в Центральную Африку и "соблазны Черного континента", как все сказанное называлось разыгравшейся фантазией и чушью.
  Лена взяла с полки белую мочалку и пузырек с гелем. Бальзам Афродиты был ее любимым средством по поддержанию кожи в тонусе. Тренировки и занятия отнимали столько времени, что на более серьезные процедуры и средства его не оставалось. Приветливая, улыбающаяся мордашка на мочалке снова напомнила про Тимку. Он подарил ей это безобразие на годовщину их отношений. Все было так романтично: свечи, ванная, наполненная водой с благоухающими маслами и лепестками цветов. Тим полностью обнаженный со шкатулкой из черного оникса в руках. И в той изящной дорогой упаковке лежала мочалка. Но в тот вечер все было необычно и даже мочалка. Тим заколдовал ее, и когда Лена купалась и использовала его подарок при этом, звучала приятная музыка всякий раз другая и как нельзя лучше подходящая под настроение хозяйки. Но это было не все. Через пару дней Лена узнала еще об одной особенности подарка. Тим мог видеть все, что видит забавная рожица, как только ее смочит вода. Эта особенность поначалу очень рассердила Лену, и она сильно поссорилась с чародеем, но примирила их все та же мочалка и безумный секс. Вот и сейчас Лена решила подразнить как когда-то давно своего любимого. Он намочила подарок и отложила в сторону так, что Тим мог видеть только ее лицо и всё. Колдун не слышал ее, но умел читать по губам.
  -Мне так одиноко без тебя, - томным голосом произнесла Лена, позабыв, что чародей только видит выражение ее лица и движение губ, - я скучаю. Надеюсь, ты тоже, милый.
  Лена представила, что Тим именно сейчас выступает перед участниками конференции с докладом, а тут такое. Она отлично знала, что единственной слабостью могущественного чародея является она - соседская девчонка с длинными черными волосами в облегающих, коротких шортах. Она взяла мочалку и чмокнув мордашку начала ее намыливать.
  После душа девушка направилась на кухню, но дойти до нее не успела.
  Дежавю. В зала, поудобней умостившись в кресле, сидел человек. Лену ни чуть не смутила собственная ногата, и она зашла в комнату. Человек спокойно листал журнал, кажется "Альманах научной фантастики" и полностью игнорировал присутствие хозяйки.
  -Кто вы? И что вы делаете в моей квартире? Как вы вошли, в конце концов?
  -В конце концов, будет конец, дорогуша. А теперь сядь и закрой рот. Будем просто ждать.
  -Чего ждать? Убирайтесь вон! - Лена приняла боевую стойку Кошачьего стиля. Хам в кресле покачал головой и указал девушке на диван.
  -Я поломаю тебя пополам, и даже твой чародей не сможет тебя склеить красавица. А будешь шалить. Пальчиками фигурки складывать я их тебе один за одним оторву. Понятно?
  -Что вы от меня хотите?
  -Я жду твоего старого приятеля. У меня к нему разговор.
  Лена быстро перебрала в голове всех знакомых, у кого могут быть проблемы, и они поспешат прийти к ней за помощью, но ни кого не вспомнила из близких друзей. У одних не могло быть проблем, другие нашли бы более авторитетных заступников.
  -Можно мне хотя бы одеться? - осторожно спросила Елена и стыдливо прикрылась от равнодушного взгляда.
  -Нет, - последовал короткий ответ.
  В комнате повисла пауза и... Лена молнией метнулась в коридор. Но реакция незнакомца была на уровне. Он не был человеком. Сильные цепкие пальцы широкой руки сжимали ее нежную шею. В глазах незнакомца вспыхнул огонь. Лена прочла его мгновенно. Голод.
  Страх сковал ее движения, и она даже не пыталась вырваться. Длинный черный, скользкий язык протянулся к ее лицу и облизал гладкую кожу.
  -Еще не время, - отчеканил жестким голосом монстр.
  -Я знаю. Ты получишь ее, но позже. Она нужна нам живой, - он вел диалог с самим собой, при этом взгляд его становился то пустым и холодным, то жаждущим и голодным.
  -Ни куда не денется, - Лена вспомнила, что действительно сегодня пар нет, и она ни куда не собиралась, так, что ее отсутствие вряд ли вызовет подозрение. Ой, как не хорошо. Она успела просчитать несколько вариантов, но всякий раз ей не хватало нескольких секунд. Уж больно хороша реакция этого гада. Лена несколько раз повторила про себя заклинание "огненного шарфа", но сложить знак огня и произнести его в слух могла не успеть. И Тим был очень далеко, что бы мысленно позвать его на помощь. Лена подумала, сможет ли она позвать Анатоля или Кати, но в эту минуту в дверь позвонили.
  -Это он, - неожиданно прохрипел монстр. Этот голос был еще противней, такой же, как язык. Лена сразу почувствовала, что голос сказал ей открыть дверь. Это был знакомый, но уже подзабытый вкрадчивый, грустный голос. Раньше она бы не смогла сопротивляться, но теперь все обстояло иначе. Монстр разжал пальцы и выпустил ее, давая возможность открыть дверь и впустить нежданного гостя. Лена не сделала и шага к двери, а просто промолвила:
  -Я приглашаю тебя.
  Дверь сорвалась с петель и гость бросился на монстра. Они схватились в стремительном поединке, только тренированный глаз мог уследить за их движениями. Счет шел на секунды. И этих мгновений Лене хватило, что бы сложить аркан и набросить его на монстра. Гибкий извивающийся шлейф огня окрутил шею нечеловека и затянулся в одночасье, лишив жертву головы. Тело в конвульсиях рухнуло на пол. Лена закрыла лицо руками и отвернулась. Гость среагировал быстро. Он скинул плащ и набросил его на тело мертвеца. Постепенно из под ткани потянулся парок и тлетворный запах. Лену начало тошнить. Шатаясь, она вернулась в ванную и умылась. В дверь тактично постучали:
  -Извени. У меня не было выхода. Он напал на мой след. Мне нужна твоя помощь.
  Леня накинула халат. И вышла к гостю:
  -Тебе нужна моя помощь! Да с чего ты взял, что я буду помогать тебе? Ты отдал нас с Машей вампирам! Из-за тебя завязалась вся история с изгнанием Тимы. Цирил, ты сошел с ума, если считаешь, что я чем-то тебе обязана и стану помогать.
  -А-х, я же говорил, дохлый номер, - прошипел демон.
  -Нет,- Цирил попробовал успокоить демона,- Лена, прошу. Я не такой уж плохой. Я помог Маше, когда вас забрали исполнители. Я же не бросил бедняжку одну, на съеденье выжившим вампирам!? А все мои беды связаны с твоим чародеем. Я помог вам тогда, убив Туре. И теперь картель назначил награду за мою голову. Этот, в коридоре, один из посланных за мной охотников.
  -Мне все равно, - холодно произнесла девушка.
  -Госпожа, - вновь заговорил демон, - молю о пощаде. Мой господин, доктор Цирил, жертва собственной любви. Разве Ваше милосердное сердце не знает любви. Он несет кару за то, что не отказался от своей любимой, и мстит ее убийцам. И я часть его бремени. Молю Вас госпожа, помогите нам. Во имя света, что хранит Вашу любовь к чародею.
  Лена сдалась:
  -Но чем я могу помочь тебе, аккару. Я всего лишь ведьма почти третьей ступени. Что я могу сделать, если за тобой охотиться картель и армия наемников?
  -Ты ничего, но у тебя есть влиятельные друзья. Я готов на все, - Цирил осекся, но, собравшись с духом, договорил, - Даже сдаться на милость Совета, только при условии, что мне оставят жизнь. Я же и Совету успел насолить в свое время.
  -Тоже кого-то укокал?
  -Да не совсем, укокал. Обратил.
  -Кого?
  -Магистра Пирова.
  -Ого, вот так номер. А говорили он сам. Сейчас Ольжич секретарь Совета и фактически один из его членов. Его мнения прислушиваются в решении большинства вопросов. И если бы не его преждевременная кончина. Он бы уже был архимагом. Так что у тебя проблема. Не знаю, кто бы смог просить за тебя. Но знаю одно, оставаться здесь тебе нельзя, пришел этот, прейдут и другие. Поживешь у Лелика.
  -А это кто?
  -Вампир. Мой друг, у него тебя точно искать не станут.
  -Ага, не станут, потому что он нас сам прикончит, - просипел демон.
  -Не прикончит он мой хороший друг и вас не тронет.
 
  Лена кое в чем ошиблась, а именно в том, что думала, Тим не узнает, что она в беде. Но только она зашла в свою комнату, старинный платяной шкаф с ее гардеробом заискрил и из него выпрыгнул Тим с боевым жезлом наготове. Чародей быстро сориентировался и дезактивировал оружие.
  -Любимая как ты? Я успел?
  -Тима, - Лена от неожиданности и счастья кинулась ему на шею и вполне могла бы задушить мага в объятьях, но он был крепкий малый и достойно выдержал атаку нежности. Они уже целовались больше четверти час, когда аккару наконец-то решился постучать в дверной косяк и напомнить о своем существовании в коридоре.
  -Хм, хм. Я, конечно, яро извиняюсь, но время нас не то что поджимает, а беспардонно давит.
  -Цирил, ну иди на кухне пряников пожуй, - жалобно попросила Лена, - Я Тимку давно не видела. Дай нам пять минут.
  -А он что здесь делает? - спросил Тим, в недоумении рассматривая аккару.
  -Ему нужна помощь. Тим. Не надо. - Лена узнала воинственный взгляд и черный огонь, занимающийся в глазах чародея. - Он нам не враг. Тима! Я ...
  Свою угрозу ведьмочка нашептала Тимофею на ушко, и он нехотя откинул воинственные намеренья в отношении названного гостя. Аккару конечно догадался, отлучением от чего угрожала Лена, но не подал виду, а последовал совету хозяйки, поспешил убраться на кухню.
  -У нас есть призрачный шанс, - начал демон.
  -Я тоже это уже понял. Мельник стал почти Великим магом. И если он встанет на нашу сторону, мы сможем...
  -Спасти свои шкуры и не потерять амулет...
  -Жмот...
  -Сам, не я же сорвал его с шеи Туре и легким движением ноги отправил упыря принимать солнечные ванны. Доктор Цирил.
  -Да я врач. Я давал клятву Гиппократа. И поверь мне, кровососы вроде Туре похуже бубонной чумы и Атманской проказы.
  -Ох, ох. Ты бы лучше дал крови мне напиться. А то гляди, исчахну весь. И шо ты будешь потом делать, - нудил демон, заставляя напрягать обоняние в поисках крови или сырого мяса. Крови не было. Ни Тимофей, ни Лена не практиковали черную магию или любую другую, где кровь была необходимым ингредиентом. Но зато демон унюхал замороженный кусок мяса в морозилке и отдал ему предпочтение, оставив пряники хозяйке.
  Жадно чавкающего, с аппетитом отдирающего хрустящие кусочки мяса, Тим застал аккару посреди собственной кухни. Полудемон настолько увлекся своей добычей, что позабыл закрыть дверцу морозильной камеры и холодильник пищал о нарушении Т.Б. и правил эксплуатации, но аккару словно не замечал этого гадкого пищания. Тима не стал портить аппетит старому знакомому, а ведь для чародея прошел не год, а несколько столетий не самой сладкой жизни и этот экземпляр посреди кухни был отчасти виновен, но Лена... маг пожал плечами и закрыл морозильную камеру. Он достал из самого холодильника пакет сока. Обойдя голодного, чародей взял несколько пряников и поспешил вернуться к Лене.
  Ведьмочка с кем-то говорила по телефону. По ее серьезному лицу можно было догадаться, что на другом конце провода ее начальница. Лена кивала и совсем соглашалась. Ти только хотел, что-то спросить, как получил строгий жест пальцем, вроде "не мешай, когда взрослые разговаривают". Чародей вздохнул и сел на полу, сложив ноги под себя на арабский манер. Разговор затягивался.
  -Всё, - Тим хлопнул в ладоши, и Лена наконец-то посмотрела на него.
  -Дай мне трубку. - потребовал магистр магии, а не ее любимый. Юная ведьма подчинилась и протянула трубку чародею.
  -Кет, я только из командировки, а тут ты со своими поручениями. И еще этот чокнутый аккару на мою голову. Лена моя. На ВСЕГДА! Ясно? Хорошо. Кет? Толя у тебя? Дай ему трубочку. Ах, вот ты как, ну ладно. Я тебе подарок привез, а ты...- обиженно заявил Ти, но быстро смягчился, - Ну кыця, пожалуйста это вопрос жизни и смерти.
  Кет замолчала, и прежде чем отдать трубку Толе сказала:
  -Последний раз, когда у вас был вопрос жизни и смерти, Бастион Исполнителей сравняли с землей. Нет, я не против, развлекайтесь, но и я хочу с вами.
  Толя явно ответил отрицательно и немного грубо, на что Кет заявила:
  -Тогда спи на диване, герой.
  -Привет, брат. Давно тебя не было слышно. Где пропадал?
  -То тут то там. Был в Таиланде на саммите по вопросам Совмещенной магии. Да не об этом хочу поговорить. Надо встретиться есть одна деликатная темка. Перетрем.
  -Не вопрос. Где?
  -У нас в клубе. Вход по форме.

Глава 12.


  "Титаниум" был популярным клубом и пользовался репутацией крутого, но безопасного места. В этом заведении, как правило, прожигала свою юность золотая молодежь города, а вместе с ними молодые маги еще не утратившие вкус к людским забавам и радостям. Вполне обычное дело, что клуб был поделен на две части: для всех и для избранных. Но так было только на первый взгляд. Была и третья часть клуба для сильнейших мира сего. Вот уже в ту часть клуба толстый кошелек не проведет, а только одна способность. Увидеть вход. Из тайной VIP зоны можно было наблюдать за всем клубом, оставаясь не замеченным. Изначально это был просто кабинет хозяина, но что бы удовлетворить потребности магов, в некоторой осторожности, была создана эта ложа.
  Тимофей Мельник блуждающим взглядом пробежал по танцполу, непроизвольно запомнив танцующих. Среди людей, но замети пару вампиров, нимфу и одного колдуна первой или второй ступени.
  -Этот молокосос даже дверь в VIP зону не видит, - сказал Анатоль и подал знак официанту, что хочет сделать заказ.
  -Хм, давно ли сам таким был Толян? Я бы немало отдал, чтобы вновь так же как он беззаботно прыгать под бешеные ритмы. А вместо этого, - чародей вздохнул и замолчал, о чем-то задумавшись.
  -Та, ладно врать. Отдал бы он! И от Лены отказался? На первом, да и на втором, да что тут, и третьем курсе ты при виде Ленки потел, заикался и чуть ли в обморок не падал. Снова хочешь ночами не спать и килограммы бумаги превращать в макулатуру по средству нанесения своих стихов.
  -Да брось, не так уж плохи мои стихи. И Лене они нравятся!
  -Лене? Да девчонка ни чего в поэзии не смыслит! Ты уж не обижайся, но у тебя только про Японский сад не плохо получилось. Как же оно там было: "И где японский сад"?! Мощно, - иронизируя, продекламировал строчку старого стишка Анатоль и с нетерпением посмотрел в сторону бара, - Ну ладно. Согласен, классное было время. Мы тогда так отрывались! Сейчас так не умеют.
  -У-у брат, ты уже как старичок заговорил. А это мне, больше двухсот лет, а не тебе.
  -Виноват, исправлюсь, товарищ дедушка! Как там конференция.
  -Отлично. Я выступил с докладом. Продемонстрировал определенные возможности совмещенной магии в показательном спарринге. И, - Тима сделал глоток и бросил взгляд в зал, танцующие парировались под звуки сомнительного медляка, - предложили создать и возглавить исследовательскую лабораторию и возможно, новую кафедру.
  -Кафедру! Старик,- Анатоль хлопнул друга по плечу, в его глазах читалась гордость и мужское уважение, - за это надо выпить. Официант водки! Нет, всем водки или что они там пьют!
  Заявление колдуна VIP ложа встретила бурными аплодисментами. Халяву любят все. Но Тима, поправил друга, громко добавив:
  -Я угощаю!
  -Ты меня обидеть хочешь?! - возмутился Анатоль, благородная кровь рода Росверфен взывала к справедливости, - счет на двоих!
  Тим одобрительно кивнул. И продолжил:
  -Но я не о конференции хотел поговорить. А о более серьезных вещах, - с этими словами он вынул из кармана амулет Тишины и положил на столик. Теперь они были защищены от любых видов прослушки.
  -Помнишь Цирила?
  -Цирила? А! чокнутый аккару с раздвоением личности. Он работал на картель и затащил тогда Лену и Машку в "Ренессанс". Верно?
  -Да. Только у него не раздвоение личности, а два сознания: человеческое - доктора Цирила, и демона Аутленда - аккару. Он симбионт.
  -Не, ты что? Демоны симбионты не говорят. Их слышит только их хозяин. А он насколько я помню, говорит не только от имени доктора. Так что Цирил, скорее пациент желтого дома, чем врач.
  -Может, но сейчас, он моя головная боль.
  -Тебе надо его, - Толь огляделся и демонстративно провел пальцем по горлу.
  -Нет! Все наоборот. Мне надо спасти ему жизнь, - пожав плечами сказал чародей, - За ним охотиться картель. И Лена упросила меня помочь кровососу.
  -Лена?! Он что сума сошла? Он же ее и Машу...
  -Та знаю я! Только ты же ее знаешь. Все эти ведьмы такие. Стоит вбить что-то в голову "забвенье" не поможет.
  -А ты пробовал? - то ли в шутку, то ли серьезно спросил колдун.
  -Толян, не мели чепуху. Я над Леной не колдую, - немного подумав, он добавил, - без надобности. Так что, я могу рассчитывать на тебя.
  -Конечно! Но чем я смогу помочь тебе, Великий маг.
  -Не дури, какой я Великий? А помочь можешь. Ни кто не знает кулуары Главной Альмы лучше чем ты. Всё-таки ты, а не я, зам начальника отдела Предсказаний и Прогнозов. Да еще и связи в Аналитическом имеешь. Что тебе стоит пробить почву? Мне бы простенький совет: "Где спрятать Цирила, чтобы его не достали наемники картеля и сами вампиры?", слабо!
  -Да это я тебе и без отдела и прогнозов сказать могу. В Аду.
  -Толя я серьезно!- возмутился Тим, но колдун даже не улыбнулся своей "шутке".
  -И я серьезно. Отправь его в Тартар - Нижний город. Туда вампиры не сунуться даже ради Грааля Тьмы. А Цирилу походу терять особо нечего, а так хоть жив останется. И загорать лишний раз не придется.
  -А как его туда отправить? Через канализационный люк что ли?
  -Нет. Есть один интересный способ. Невольничий рынок князя Тартара. Продай его как раба одному из нобилей Тартара, лучше теневику, их светлые просто звери в отношении вампиров и всяческих демонов. А теневикам все По-барабану. Так что думай...

Глава 13.


  Площадь была украшена большим количеством фонарей, чем всегда. И только это говорило о том, что намечается нечто этакое. Ну, может еще и отсутствие торгашей за прилавками. А в остальном, все как всегда. Тартар был бессуетен и привычен. Стража князя в боевых доспехах безразлично взирала на мастеров, что один за другим наполняли площадь. Охранников не волновал даже тот факт, что светлооких с оружием было втрое больше теневиков - закон гласит "И может мастер на помощь побратимов свих призвать или мастеров-вассалов, но не вправе они в схватку ввязаться, коль паритет Сил не соблюден. Сила против Силы".
  Постукивая тростью по булыжникам площади перед дворцом, я подошел к знакомому теневику и поздоровался.
  -А Игорь! Рад тебя видеть, - без тени лукавства заявил теневик, - тоже собираешься поторговаться? Давай, давай! Это же твой первый аукцион?
  -Да мастер Олиф. Князь как-то рассказывал, что на Большом Торге можно приобрести отличного ближнего.
  -О, значит ты мне не конкурент. Я пришел за товаром кузнецов. Эти сукины дети варганят отменные доспехи и клинки. Но и цены у них не малые. Так что мой кошель, - Олиф похлопал себя по карману, - к концу дня знатно похудеет. А рабов я ни когда не покупал. В этом деле лучше на приблудных полагаться. А то отдашь за лентяя и бездаря больше чем за колдовской обоюдоострый меч.
  -Ну, в оружии я еще меньше понимаю чем в ближних. А Вам мастер Олиф желаю удачной покупке за хорошую цену.
  -Спасибо! Игорь, - поманил меня Олиф и шепнул на ухо, - жди дольше. Поначалу сдают всяческих прохвостов и дармоедов. Работников получше, как правило, под конец берегут. А если что, смотри кто главный у торговцев, и старайся с ним договориться. Держись князя, с большинством торгашей он на короткой ноге. Удачи!
  Совет Олифа показался мне как нельзя к стати. Вот только как определить главного. И князя не видно, он бы подсказал и посоветовал. На площадь кроме мастеров стали заходить обычные люди. Хотя я ошибся, это и были кузнецы Главной Альмы. От ближних их отличал только взгляд, гордый и своевольный, всяк из этих хмурых парней мог бы про себя сказать: "I'm Man of steel", и быть абсолютно правым. Артефакторы занимали пустующие латки, в мгновении ока раскладывая богатый ассортимент. Я долго всматривался в их лица, порой мне удавалось через тень увидеть какие-то ритуальные татуировки на их лицах. А в остальном - простые люди. Немного выше ростом, чуть пошире в плечах, но что тут говорить ребята молотами орудуют. Торговец живим товаром, пока не было, и я уже собрался уходить, когда увидел человека стоящего чуть осторонь от места торговли. Человек был одет в наглухо застегнутый плащ, из-под которого выглядывал эфес меча. Человека не интересовали ни продавцы оружия, ни его покупатели. По нему было видно, что и без меча под плащом он смог бы постоять за себя в схватке с дюжиной здешних мастеров. Это был боевой маг, по известной мне классификации скорей всего первого или даже вне всяких уровней. В его тени отпечатались годы кровопролитной войны и неспокойного мира. Но кроме нечеловеческих испытаний маг познал простое человеческое чувство любви и он, должно быть, и помогло ему пройти и не сломаться. Мне и без князя стало понятно, что этот тот, кто может мне помочь новым ближним по договорной цене. Что-то подсказывало мне, что дисциплины тени (из тех, что мне доступны) мало помогут в случае конфликта с магом. Этот неоспоримый факт заставил меня навострить уши и быть на чеку. Я направился к нему, но, не напрямик прокладывая путь через толпящихся мастеров, а окольно подойдя к паре лавочек расспросив о товаре.
  -Хай! - улыбнувшись, сказал я.
  -Привет, коль не шутишь.
  -У вас товар у нас купец, - намекнул я.
  -Аккару, - односложно ответил маг. Что это такое я не знал, но показывать этого не хотелось, и я понимающе кивнул.
  -Один?
  -Да. А что мало?
  -Хватит. Сколько?
  Маг задумался, видимо прикидывая, сколько можно содрать с такого заморыша как я, за какое-то "какару". Зачем мне "какару" я не знал, но очень уж хотелось поторговаться с настоящим магом Главной Альмы. Жизнь там наверху часто называли Великая Тень, ибо простым смертным она не видна и не различима, как все что скрыто в за тенью. И вот маг Великой Тени произнес:
  -Не знаю, - "оба на!" вот так великий маг, - я в конце концов просто чародей, а не торговец. С другой стороны я даже готов тебе доплатить если ни кто не знает кто твой новый ближний.
  -Ход конем, - я задумался, минуту назад я был готов расстаться со своими деньгами, а теперь есть шанс получить чужие, да еще и ближнего. Вот только что-то тут не так, - а в чем подвох?
  -Думаю ты понимаешь, что большинство здешних рабов, это преступники в глазах Совета Архимагов. Этот тоже не исключение, но корме совета за ним охотятся, - маг задумался, видимо, над тем, говорить ли мне всю правду, - вампиры. А у вас они появляются крайне редко, и потому ваш город отличное место, для того чтобы спрятать этого аккару. К стати как далеко ты живешь от центра?
  -На окраине Тартара.
  -Это хорошо. С глаз долой из сердца вон, как говорят. Ну, так что мастер берешь работу. Я фактически нанимаю тебя как тюремщика. Ты же слышал о подобных договорах между магами и мастерами Тартара. Но ты должен гарантировать, что Цирил - твой пленник и новый слуга, не погибнет от рук вампиров. Он же постарается служить тебе верой и правдой. Вот только, должен тебя предупредить, предыдущего господина он зажарил на солнце.
  -Я люблю солнечные ванны. Думаю, договорились.
  -По рукам? - мы пожали руки и маг подозвал местного писаря. Тот быстро составил договор, который мы подписали. Тимофей, так звали мага, отсчитал причитающееся мне жалование и дал знак кому-то. Как из неоткуда вышли двое. Еще один маг, только этот был в красивом белом костюме, как и я, он был с тростью. И должно быть аккару. Что-то меня сразо заинтересовало в этом ближнем. Длинные немытые волосы, кожаная куртка на голое тело, джинсы, он был не обут, хотя, что в этом странного я и сам первый месяц ходил босяком. Аккару был в черных круглых очках, на его правой руке была перчатка с когтеобразными лезвиями, этот колоритный типаж не плохо дополнял его голос, приятный и я бы даже сказал мелодичный:
  -Мое имя Цирил, господин. Когда-то я был врачом.
  -Это хорошо, хоть я сам ни когда не болею, мои ближние нуждаются, время от времени, в профилактическом осмотре, а в силу их индивидуальности обычные врачи нам не доступны. Так что сможешь вспомнить старое дело.
  -Да, он врач. А до кучи кровосос и убийца. Думаю, ты парень, - заговорил маг в белом, - не знаешь, что значит аккару. Аккару это демон, способный выжить в этом мире, только укрывшись в человеческом теле. Демон дает хозяину силу и бессмертие, а взамен хозяин должен поить демона кровью, иначе они оба умрут. Так что приятного время препровождения.
  Тимофей только кивнул и, повернувшись к Цирилу, добавил:
  -Лена просила, чтобы ты больше не приходил. В следующий раз "шарф" затянется у тебя на шее. Прощай аккару. Прощай врач.
  Маги растворились в воздухе. Я хотел спросить аккару, как они это сделали, но понял, что он и сам не знает.
  -Не бойся, господин, я не нарушу договор. А кровь мне подходит как людей, так и животных.
  -Хорошо, что ты сказал животных, а не мастеров, - сказал я и мы пошли к ближайшему туннелю. Я не стал, что-либо расспрашивать у Цирила. Захочет сам расскажет. Так молча, мы дошли до моего дома.

Глава 14.


  По прошествию пяти дней у нас с Цирилом состоялся разговор. К этому времени он освоился в Доме и помогал по хозяйству всем понемногу. Но лучше всего у него получалось работать в паре со мной. Аккару был не многословен, только иногда начинал диалог со своим внутренним демоном. Это было довольно интересно наблюдать со стороны.
  -Дай я, - хрипел демон, - ты не умеешь!
  -Не мешай! Я себе сейчас... А-а-а! - молоток попадал по пальцу и Цирил начинал прыгать и ругаться на свою демоническую натуру.
  -Ты как в целом?
  -Жить буду, хозяин.
  Я затеял ремонт в доме, чтобы хоть немного облагородить моё имение. Алена была рада услышать, что первым номером плана действий было обустройство кухни. На втором месте постройка пары жилых комнат и нескольких кладовых для расширения хозяйства. А там и косметический ремонт во всех комнатах дома, ну может за исключением Рапида. Немец отказался от ремонта, аргументировав это тем, что мы ему все с ног на голову поставим в мастерской, и будем мешать в роботе. У меня в целом появились некоторые подозрения относительно Рапида. Уж больно это на заговор похоже.
  -Видимо наш фашист, мастерит атомную бомбу, что бы восстановить былое могущество третьего рейха. А может не бомбу, а что-то похуже.
  -Да, нет мастер. Какой заговор?! - возмутился Владис, - Рапид верен Вам как никто. Его преданность крепче стали.
  -И крепче твоей?
  Биолог засомневался и понял, что как бы сам себя оговаривает, защищая друга. По его лицу было видно, что он пытается найти правильный ответ, но не видит его.
  -Да не парься. Пошутил я, ну какой из Рапида заговорщик. У него, конечно, многое за плечами, кроме аккумулятора. Но мировое господство! Роботу это ни к чему, я так думаю. Стремление власти это эмоция, а он их не испытывает. Если Рапида считать новым Ленином, ну или Гитлером, тамошнего разлива, то и тебя с Аленой в революционеры можно зачислять без опаски ошибиться.
  Не знаю почему, но мое воображение прокрутило сказанное мною в красочных картинках и мне представился Владис в шинели и буденовке шлепающий по лужам на проселочной дороге среди десятка других бойцов. Он шел и скулил о том, что белогвардеец отруби ему ухо, а хрящи наращивать дольше, чем кости. Я увидел Алену в кожаной куртке, красном платке и папиросой в зубах. Она размахивала маузером и отдавала распоряжения революционному матросу Рапиду одетому в тельняшку на цельнометаллический корпус. Она была жутко недовольна, что матрос ни как не может управиться с белогвардейцем и поставить его к стенке. Но вот всё. Приговоренные к смерти Реввоенсоветом Комисаров стоят у изрешеченной стены в ожидании поцелуя смерти. Я почему-то был в мундире толи поручика толи еще, какого штабного адъютанта. Рядом со мной стоял, явно, анархист или попросту бандит. Анархист был одет в драную солдатскую шинель, красные штаны и белую, то есть серую от грязи сорочку. На шее болтался крест, вроде поповского, должно быть, экспроприирован у служителя церкви. Бандит держался нагло и вовсе не обращал внимания на приготовления к его кончине. Он был безумен. (В роли анархиста доктор Цирил).
  Я и вовсе отвлекся от работы и чудом не оттяпал себе палец. Из мира грез меня вырвал аккару, его тихий покорный голос прошипел у меня за спиной:
  -Хозяин, мы хотим поговорить.
  -Есть одно предложение, от которого ты не сможешь отказаться - Цирил почти сразу без лишних разговоров перешел на "ты", а вот демон все еще старался выказать свое почтение и лишь иногда позволял себе фамильярничать в разговоре со мной. Вот только со мной он говорил крайне редко, а обращался ко всем через Цирила как первого (истинного) хозяина.
  -В чем дело?
  -Нам надо поговорить, но не здесь, - Цирил осмотрелся, - мы не доверяем этому месту.
  -Где же тогда? Может во дворце князя?
  -Хм, хозяин шутит. - хрипел демон, - Этот разговор только для него. Лишних не надо. Мы будем говорить наверху.
  -А разве сейчас ночь? Два час дня! Ты, похоже, забыл, что я не люблю загорать, да и не сезон еще.
  -Цирил помнит, - голос незаметно сменился и договаривал врач, - что солнечный свет смертелен для тебя. Об этом я и хочу с тобой поговорить. Не надо бояться я все предусмотрел.

Глава 15.


  Серое небо, протянутое облаками. Обшарпанные дома пятиэтажек. Голый пустырь щедро украшенный полиэтиленовыми пакетами и другими плодами цивилизации. Должно быть, когда-то на месте пустыря стоял дом, вроде близ лежащих хрущовок. Но силой прогресса он был стерт с лица земли, оставив по-себе груды битого кирпича, за годы, обратившиеся в мало заметные бугры на пустыре. За пустырем поднимались кресты и стелы. Заброшенное кладбище в старой части города, по мнению Цирила было лучшим местом для разговора. Аккару ловко запрыгнул на пустующий постамент, и довольно улыбаясь, начал ждать вопросов. Все вокруг было как в песне: "Над плитой часы стоят, мухи в воздухе висят, сын стоит разинув рот, и в прыжке со стула замер кот".
  -Ну, что же, ты меня удивил. Теперь объясни.
  Цирил сунул руку в карман куртки, и что-то нащупал, причем сам был немного удивлен. Затем он извлек какие-то осколочки и бросил их на землю. Я поднял голову вверх и посмотрел туда, где должно быть солнце. На его месте был черный диск. И только слабая золотая корона окольцовывала его и говорила о том, что за ним скрыта главная звезда нашей планеты. Час затмения. Это я понял. Я не понял другого, почему оно так долго длиться, или это уже начало апокалипсиса, тогда мы выбрали не лучший день для прогулки на свежем воздухе. О том, что еще не конец, говорило все остальное. Мир замер и только мы с доктором Цирилом отдавали отчет в своих действиях, причем я в большей степени, а остальные попросту не имели их - действий. Складывалось жутковатое ощущение, что попал в фотографию, а в моем случае практически черно-белую.
  -Денек нынче знаменательный, и как врач, я вам рекомендую чаще бывать на свежем воздухе. Общаться с интересными людьми. Разнообразные встречи позволят расширить круг знакомых и обогатить мировоззрение, - все это Цирил говори смешным голосом и с иронической интонацией, мне вспомнилась старая передача "Советы доктора", аккару мог бы вдохнуть в шоу новую жизнь. Интересный каламбур.
  -Ближе к делу, доктор, - потребовал я. - Я жду объяснений.
  -А объяснять особенно нечего. Это, - он осмотрелся, - результат магического воздействия. Я задействовал артефакт магов Главной Альмы. У меня не мало таких безделушек, но темпоряльный фиал был один. Предугадывая твой вопрос, скажу, когда-то, очень давно, я служил магам, и они не редко снаряжали меня оружием и защитой. Но всё проходит, - вновь иронизируя сказал Цирил, - и я переметнулся в другой лагерь, не вражеский, а другой. Но и в том лагере мне было не уютно, да и за ними был должок о котором они позабыли. И...
  -Ты им напомнил?
  -Да. Подвернулся случай, и я его не упустил. С той памятной ночи у меня осталась одна вещица. - Он махнул рукой как фокусник, показывающий карточные трюки, и в его руке блеснул медальон. - Я решил отдать ее тебе. Ты добр ко мне, а я чувствую искренность в людях. Да-да, ты все еще человек. И мне так думается, всегда им будешь. Хотя со временем душевные раны от потери родных и близких сотрут эту печать с твоей души и твоей памяти, ты станешь... не знаю кем ты станешь, но человеком уже не будешь. Ты думаешь, я смерился с тем, что во мне живет демон, и более не считаю человеком?
  Вопрос был риторический, но на него ответил сам демон, взяв инициативу:
  -Черта с два, он смерился. Каждый день напоминает о том, кто из нас хозяин. Ни какого равенства. Мое мнение не принимается в расчет. Я, конечно, извиняюсь, но медальон, настолько же мой насколько и доктора Цирила, - передразнивая врача, прошипел демон, - и я, не уверен, что господин готов к ответственности за эту реликвию. Именно из-за этой безделушки у нас и начались проблемы. А то, что Цирил (с моей помощью) замочил советника Картеля и посодействовал ликвидации древней и могущественной Талатиэль, а до кучи пары дюжин рядовых кровососов. И это, без каких либо угрызений совести!
  -Да уж! Я конечно подозревал, что у тебя большие проблемы, но это... - я пытался подобрать слово, но меня вновь опередил демон:
  -Полное дерьмо! И при всем этом этот сумасшедший костоправ хочет подарить Вам господин наш последний козырь в этой игре. Амулет Затмения. Между прочим, он его с шеи советник и сорвал, как последний гопник.
  -Медальон делает носящего его неуязвимым для солнечных лучей и подобных световых заклинаний. По моему разумению, Вам господин он пригодиться, а мне может не успеть. Это мой прощальный подарок.
  -Ты уходишь?
  -Нет, мне некуда идти, просто, если меня неожиданно убьют, я не успею сделать Вам этот подарок. Так что делаю его сейчас. Сегодня солнечное затмение, амулет называется Затмение, и быть может, не случайно так совпало, что и твой знак тоже затмение. Я буду считать тебя Игорь не просто хозяином, а другом. И я пойду за тобой и в ад, и, - демон не удержался и добавил, - даже в рай, лопни моя селезенка!

Глава 16.


  Маленькие проворные лапки перебирались по камням. Порой преграда казалась непреодолимой и надо поворачивать назад, но жесткий требовательный приказ хозяина заставляет искать. И они находят. Находят путь, тонкую нить, по которой пространство сплетаться воедино. И вот кромешная тьма отступает, и чуть различимые силуэты наполняют пространство. Это уже не узкая щель в завале, а огромное пространство, в потемках приобретающее вид готического зала. Игра света и тени. Но может ли это понять паук. Нет. Но может его господин.
  Я смотрел глазами арахнида на то, что когда-то было скрыто в катакомбах Бастиона Исполнителей, на то, что похоронено под руинами и принадлежит мне. Огромное кольцо из черного мрамора и белых отполированных пластин. Другой паук к этому моменту так же смог найти путь в зал, но с другой позиции. И должен отметить этот подобрался еще ближе к Кольцу. Я внимательно всматривался в белесые щиты, мерцающие на бездонно черном "немраоре" это я смог рассмотреть, когда мои шпионы приблизились практически вплотную. Мне были доступны только два ракурса, но и это не плохо. Очень хотелось понять, где источник света, благодаря которому мои паучки хоть что-то могут мне показать. Третий арахнид так и не выбрался из-под завалов. Пробравшиеся пауки карабкались к Кольцу. Вид Кольца всецело поглотил меня, даже наблюдая его не собственными глазами, а через посредников я чувствовал его мощь, его монолитность, его ... я чувствовал Кольцо.
  Что-то внутри подсказывало мне, что исполнители ищут именно это Кольцо и ни что иное. Только вот незадача, оно принадлежит мне, как и всё на моей земле. На моей стороне законы Тартара и древний договор, заключенный между магами и князем Тартара (возможно, еще самим Тартарином). В случае вооруженного противостояния на мою сторону встанут не только теневики но и мастера Света. И эта находка моя. Я нашел ее, первым добрался до утраченного...
  Белые пластины налились свечением и мерцание сменилось огнем, белым спокойным огнем. Пауки не могли передать звук в зале, но я был уверен, что помещение наполнилось нарастающим гулом. Глазами паука, что первым выполз к Кольцу, я видел, как от периферии к центру пробегали волны. Это напоминало круги на воде, только они стремились к сердцевине Кольца и гасли в ней. Я понял, что волны несут в себе энергию и Кольцо жадно поглощает ее, готовясь к чему-то. Внутреннее пространство кольца стало густым и насытилось цветом. Я не видел его, слабые чуть уловимые оттенки свидетельствовали и об этом. И вот внутренняя часть Кольца замерла и приняла вид гладкой зеркальной пленки. Покой был мгновенен. Поверхность вздрогнула и нехотя подалась вперед. Что-то двигалось сквозь Кольцо, что-то чего раньше здесь не было. Первый паук был слишком близко, и его раздавило то, что прошло сквозь Кольцо. Роковая случайность, но и второй паук пробираясь к Кольцу вскарабкался на камень, но все, что он смог показать слабо узнаваемый человеческий силуэт.
  -Врата! Это врата!
  ... Тайна пришельца сгинула бы во тьме, но третий паук как раз выбрался из своей щели. Его путь был долог и труден, но результат стоял того. Он выполз прямо на гостя.
  Я смотрел в его зеленые глаза, (я помню цвет), на движение головы медленное и плавное, на широкие плечи и несгибаемый стан. Я смотрел, а в моих ушах жужжал шум его сервомоторов хоть я и не слышал их.
  -Рапид - грязная железная крыса Рейха.
  -Я могу попробовать достать его там, - предложил Цирил, безмолвно сидевший чуть поодаль, наблюдая за мной. Демон каждые пять минут спрашивал, что я вижу, и всякий раз получал ответ вроде "ничего", "темно". И вот когда я сказал "врата", он затаился, словно приготовился к атаке. Услышав имя "Рапид", он кровожадно клацнул когтями перчатки, словно тренировался отрывать куски от предателя.
  -Как? - чисто из любопытства спросил я.
  -Обращусь туманом, старый вампирский трюк. Пауки уже указали путь, и вероятность не достичь цели минимальна.
  -А если не достигнешь?
  -Приму прежний облик раньше времени, и завал станет моей могилой.
  -Хм, в других обстоятельствах я бы позволил тебе попробовать, но не сейчас. Рапид ведет двойную игру, и карт в моей колоде может быть меньше, чем я думаю. По крайней мере, я могу рассчитывать на тебя врач.
  -К твоим услугам мастер.
  -Тогда будь на чеку. Мы должны разузнать, что затеял этот "тостер" и какое место в его планах отведено мне.

Первый эпилог


  Был конец рабочего дня. Погода была замечательная и предрасполагала к прогулке на свежем воздухе. Полуденная жара спала, и солнышко медленно погружалось за мощные фигуры многоэтажек. Центр города ближе к вечеру, из делового превращался в молодежный. Длинная пешеходная улица с большим количеством магазинов и бутиков, уютных кафе и дорогих ресторанов заполнялась гуляющей молодежью. С первого взгляда можно было подумать, что они ходят из одного конца в другой от нечего делать, но это было не так. У каждой прогуливающейся группы девушек или парней была определенная цель - знакомство.
  Ирен вышла из офиса, и огляделась. Дворик, в котором укрылась контора, был тихим и практически не заметным с улицы. Эти два фактора обеспечивали тишину и покой как жильцам дома, так и сотрудникам конторы. За спиной раздался грохот закрывшейся двери, и у девушки даже сердце ёкнуло. Она посмотрел на Артура. Он возился с замком.
  -Не люблю резких звуков, - вроде как, оправдывая свой испуг, сказал ему Ирен. Артур пожал плечами. Он хотел что-то сказать, но телефонный звонок отвлек его.
  -Слушаю? Сейчас? "Не терпит" говоришь? Подъеду, подъеду! - Он выключил мобилку и виновато посмотрел на Ирен, - Извини босс, сегодня корпоративная вечеринка отменяется. Это Саша у девчонки какие-то проблемы. Я должен...
  -Да ладно, погуляем в другой раз, - стараясь остаться невозмутимой, ответила Ирен.
  Артур чувствовал себя последней сволочью. Он обещал Ирен показать город и хоть как-то отвлечь от мыслей про ее жениха. Артур даже согласился на время забыть одно из своих обещаний, смотаться во Францию и прикончить мерзавца. По нелепому стечению обстоятельств ее жених изменил ей с ее лучшей подругой. Узнала об этом Ирен все от той же бывшей лучшей подруги. Предлагая варианты расправы над ex-женихом, Артур сказал, что подругу он убивать не будет, но для профилактики моральных качеств положит под капельницу на пол года. Он всегда относился к разряду тех людей, что не дают не выполнимых обещаний. Ирен вовремя спохватилась и сказала, что не желает им зла. Артуру ничего не оставалось делать, как сдать билет до Парижа и предложить начальнице развеяться. Предлагая погулять, Артур не имел в виду маленький адюльтер, у него есть Саша, да и сама Ирен еще в начале их сотрудничества расставила все точки над i - коллеги и просто друзья. И вот он вынужден оставить ее один на один с размышлениями о случившемся.
  "Ты порядочный гад, Артурчик. Бросаешь друга из-за девчонки. Но у тебя есть два оправдания. Первое у Сашки серьезные неприятности, может даже придется пострелять - он довольно потер руки. - Второе, Ирен взрослая девочка. И найдет чем себя занять в субботу вечером. В конце концов, по этой улице слоняются десятки молодых парней. И любой из них с радостью составит компанию такой мадмуазель как Ирен"!
  Они покинули уютный дворик, и вышли на пешеходную улицу. Народное гуляние не успело достигнуть своего апогея, но ищущие общения группки уже сновали из стороны в сторону. Артур наметанным глазом ловеласа заметил одинокую "охотницу" и одного захудалого "ловца". У парня не было шансов в этот вечер, его максимум "фальшивый номер телефона". А вот девчонка! Артур облизнулся, это заметила Ирен и рассмеялась.
  -Точно поедешь? - подтрунивая, спросила начальница. Артур тяжело вздохнул и ответил:
  -Точно. Давай, пока!
  -Аревуар, привет Саше. Скажи, что косметику еще не прислали, но мама обещала, а значит пришлет.
  Они разошлись как в море корабли. Артур поспешил на остановку, мотоцикл вторую неделю был в ремонте. Отсутствие личного транспорта выводило Артура из себя, но больше всего ему бесили переполненные маршрутные такси и хамы шоферы. Был у него один знакомый "необычный шафер", он без опаски оставлял не запертой машину, просто укрывая ее маревом. Сам по себе водитель-иллюзионист был посредственный маг, но водила от Бога и потому сыскал славу лучшего гонщика Главной Альмы. Об этом он, не таясь, рассказал Артуру, после того как наемник угнал, чтобы покататься его маршрутку. Так у Артура появился первый знакомый маг. Чутьё подсказывало наемнику, что магические деньги не чуть не хуже бандитских ил бизнесменских, а может и получше. За последние три года он основательно подготовился к экспансии на рынок магических сыскных агентств, если таковые имелись.
  Погрузившись в свои размышления, Ирен не заметила, как прошла пару кафешек. Остановилась она напротив "Глобуса". Ей определенно не везло, кафе был забит до отказа, и пустых столиков не предвиделось. Искать другое питейное заведение смысла не было, ввиду схожей ситуации во всех прилегающих кабачках. Поэтому француженка уже вознамерилась отправиться домой, когда ее кто-то взял за руку. Она обернулась. За столиком сидел мужчина средних лет в светлой футболке и белых брюках. Ирен сразу решила, что он замерзнет, когда сядет солнце, даже затянувшееся бабье лето не оправдывало такой беспечности.
  -Не думайте, я не замерзну. Если Вы ищите место, садитесь за мой столик. Здесь не занято и я скоро уйду.
  Ирен села за столик и подала знак официантке.
  -А с чего Вы решили, что мне есть дело до того, замерзните вы или нет?
  -Я Вам нравлюсь. Меня зовут Ян. Давайте перейдем на "ты"...
  -Мое имя Ирен. Давай на "ты".
  -Хотя ты говоришь практически без акцента, но готов поспорить, что твоя родина провинция Авеньйон.
  -Как? - не веря в подобную проницательность, переспросила Ирен.
  -Так. Я не раз бывал во Франции и у меня есть хороший друг, он присылает мне на каждый день рождения бутылочку вина и всяческие безделушки. К моему сожалению, французский я не знаю, а вот мой приятель свободно говорит на пятнадцати, нет, семнадцати языках и наречиях. У вас похожие акценты и интонация. Рад, что не ошибся.
  -Хочешь, поедим ко мне? - просто и прямо. Это было так не похоже на нее. Но это ее слова и она ни будет об этом жалеть ...
  ... Как понять, что оно пришло - простое человеческое счастье. Может это улыбка на губах в момент пробуждения. Записка и маленький голубой цветок на подушке. Бодрящий аромат кофе и шлепанье тапочек-собачек на кухне.
  А может это тонкий пьянящий запах тела любимого человека. Касание нежных губ, объятия заботливых рук.
  А может оно приходит с первым лучом весеннего солнца. С его жизненной силой его теплом и лаской. Ты смотришь в серое, слегка подернутое ночными облаками предутреннее небо и ждешь, ждешь тот миг, когда Солнце одарит тебя своей лаской. И он почувствует, что рядом с тобой счастлив и обласкан солнцем. И все оттого, что он рядом с тобой.
 
  В тексте книги использованы фрагменты из песен групп "Легион", "Наутилус Помпилиус", "Король и шут" и авторские стихи.
  Херсон - февраль-апрель 2006.
 
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"