Аннотация: "Собеседования и сентенции" - новый перевод легендарной книги Конфуция "Лунь Юй"
КОНФУЦИЙ
(в воспоминаниях учеников)
СОБЕСЕДОВАНИЯ И СЕНТЕНЦИИ
Не вольный (разве что совсем чуть-чуть)
поэтический перевод
академика Андрея Русавина
ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА
Известно: только гений может позволить себе банальность. Не помню, кто это сказал, но соглашусь. Каким же надо быть гением, чтобы позволить себе такую банальность, как "Собеседования и сентенции"!
Смешно - попрекать в банальности того автора, который, к примеру, где-нибудь там, у них, в Датском королевстве, начнёт вещать: "Экономика должна быть экономной. Технологии должны быть технологичными. Гуманизм должен быть человечным. Проезжая часть должна быть проезжей, хотя бы частично. А Вооружённые Силы должны быть вооружены и сильны. И так далее, и так далее, и так далее". Кто ж, кроме них самих, этих чудаковатых датчан, повинен, что они мирятся с окружающими безобразиями: экономика у них временами не экономна, технологии порой не технологичны, гуманизм нередко бесчеловечен, проезжие части частенько бывают совершенно непроезжие, не то что частично, а Вооружённые Силы недостаточно вооружены и недостаточно сильны. И так далее, и так далее, и так далее.
Вот так же не попрекаем и Конфуций, изрёкший: "Искусство управления государством, обладающим тысячей боевых колесниц, заключается в следующем: внимательно заниматься делами, народу внушать доверие, в расходах соблюдать экономию, к людям проявлять заботу, работников отряжать на работу своевременно". Видать, в те баснословные времена в государствах, обладающих тысячей боевых колесниц, и делами-то занимались совершенно невнимательно, и народу-то не внушали ни малейшего доверия, и в расходах-то не соблюдали даже подобия экономии, и к людям-то не проявляли элементарной заботы, и работников-то на работу отряжали абсолютно несвоевременно. Вот и пришлось Конфуцию поучать их, недотёп-то. А что с тех пор изменилось-то?
Итак, се - перевод "Собеседований и сентенций".
Жанр этого труда: не научный, а поэтический перевод, так как толмач ставил себе целью передать поэтичность мудрости легендарного трактата, а не её научное значение. Толмач, знаете ли, в значительно большей степени поэт, чем учёный.
Сейчас, когда рухнули прежние устои (а когда был такой век, чтобы не рушились устои?), у нас, у них и у вас нет плодотворной национальной идеи - или, лучше сказать, всенародной идеи, хотя такого термина и нет в словаре философской науки. А у Наставника Куна такая идея есть. Ну, так берите! Имеющий уши да услышит. Вы слышите?
В крайнем случае, возьмите хотя бы половину идеи, всё равно не прогадаете. Один компетентный человек выразился, мол, половины "Собеседований и сентенций" достаточно для управления державой. Сего знатока звали Чжао Пу, жил он в Х веке и был главным министром у императора Поднебесной.
Если половины "Собеседований и сентенций" достаточно для управления державой, то всего трактата вполне достанет для управления миром. Можете попробовать совершенно безбоязненно.
Данный перевод, как и всякий другой такой труд, следует читать не вместо, а вместе с другими переводами. Ведь каждый вариант - это всего лишь одна из граней бриллианта.
Итак, вот Конфуций. Тот самый, который был и литератором, и педагогом, и, следовательно, говорил страстно, понятно и красноречиво, а не нудно, заумно и косноязычно. Это наш Конфуций. Это наш родной, российский Конфуций. Конфуций на расстоянии протянутой руки, а не на удалении двух с половиной тысячелетий.
Конфуций жил, Конфуций жив, Конфуций будет жить! Ибо две с половиной тысячи лет он уже прожил.
Изъясняющиеся лица
Ай-гун - глава государства Лу.
Кун-цзы, Кун Фу-цзы, Конфуций - Наставник Кун.
Мэн И-цзы, Мэн Сунь - крупный чиновник государства Лу.
Мэн У-бо - сын Мэн И-цзы, крупного чиновника государства Лу, образцовый сын.
Фань Чи - один из учеников Конфуция.
Хуэй - см. Янь Юань.
Цзи Кан-цзы - крупный чиновник государства Лу.
Цзы-гун, личное имя Цы - один из учеников Конфуция.
Цзы-лу, Чжун Ю - один из учеников Конфуция.
Цзы-ся - один из учеников Конфуция.
Цзы-цинь - один из учеников Конфуция.
Цзы-чжан - один из учеников Конфуция.
Цзы-ю - один из учеников Конфуция.
Цзэн-цзы - Цзэн Шэнь по прозвищу Цзэн-цзы, Учитель Цзы - один из учеников Конфуция. Как и Ю-цзы, пользовался особым уважением Наставника.
Ю-цзы - Ю Жо, по прозвищу Ю-цзы, Учитель Ю - один из учеников Конфуция. Как и Цзэн-цзы, пользовался особым уважением Наставника.
Янь Юань, Янь Хуэй - один из учеников Конфуция.
Глава первая. Когда учишься...
1
Наставник Кун рассудил:
- Разве это не восторг, когда учишься, а потом повторяешь пройденное, совершенствуясь в знании и его применении? Это ведь всё равно что встретиться со старым другом, вернувшимся из дальних стран! И разве это не достоинство: быть беспечальным по поводу того, что ты не приобрёл известности этой своей учёностью!
2
Учитель Ю вещал:
- Это редкость, чтобы тот, кто уважает старших по возрасту, был бы непочтителен к старшим по положению. И не бывает вовсе, чтобы тот, кто не обожает прекословить верхам, возжелал бы затевать возмущение. Достойный человек уважает устои: когда есть устои, то ясно, как поступать правильно. Уважение ко всем старшим - вот основа основ жизни по-человечески!
3
Наставник Кун обмолвился:
- Есть люди, чьи слова красны, а лица умильны. В таких индивидах редко встретишь подлинно человеческое.
4
Учитель Цзэн воскликнул:
- Вот, что ни день, задаю я себе три неизменных вопроса: вот я стараюсь для других, а на совесть ли? Вот я общаюсь с друзьями, а искренно ли? Вот я повторяю заповеди наставника, а следую ли я им?
5
Наставник Кун изрёк:
- Искусство управления государством, обладающим тысячей боевых колесниц, заключается в следующем: внимательно заниматься делами, народу внушать доверие, в расходах соблюдать экономию, к людям проявлять заботу, работников отряжать на работу своевременно.
6
Наставник Кун заявил:
- Дома молодёжь должна уважительно относиться к старшим, а вне дома - уважать старших, быть серьёзной и честной, всех любить и дружить с теми, кто человечен. Если после этого останутся силы - тогда пусть учится.
7
Цзы-ся выразился:
- Того, кто распущенности предпочитает уважительность, кто не жалеет сил ради родителей, кто во имя вождя не пощадит жизни своей, того, кому доверяют друзья, - пусть даже назовут того неучем, я ж нареку учёным.
8
Наставник Кун заключил:
- Если безупречный человек не держится с достоинством, то он и не обладает авторитетом, знания его поверхностны, внешняя легковесность обличает в нём отсутствие внутренней основательности. Главное дело, будь верным и честным, не дружи с дурными людьми, а если допустил ошибку - не поленись исправить её.
9
Цзэн-цзы возгласил:
- Если с тщанием относиться к похоронам и поминовению родителей, нравы народа начнут улучшаться; иными словами, когда высшие лица будут выполнять все народные обычаи, связанные с похоронами и поминовением родителей, то есть исполнять положенные обязанности перед теми, кого так легко проигнорировать или позабыть, ибо они уже не взыщут, то и народ, под влиянием великодушной заботливости высших, просветится или станет нравственнее.
10
Цзы-цинь допытывался у Цзы-гуна насчёт Наставника:
- Когда Мудрец объявлялся в очередном государстве, он неукоснительно разузнавал, каково там правление; вопрошал ли Конфуций сам, или ему об этом докладывали?
Цзы-гун ответствовал:
- Наставник добивался этого своей умиротворённостью, честностью, учтивостью, кротостью, умением себя вести. Он ведь и выяснял всё не так, как прочие, верно?
11
Наставник Кун рассудил:
- Тот, кто при жизни родителя следует его указаниям, а после кончины родителя следует его образу действий и на протяжении положенных трёх лет траура не вносит изменений в порядки, заведённые при отце, тот, можно сказать, уважителен к родителям.
12
Ю-цзы поведал:
- В общепринятых нормах и обычаях, надо признать, всего дороже - дух согласия, поэтому-то и следует их использовать. В принципах правителей прошлого это - главная жемчужина, ей следовали в большом и в малом. Причём одного духа согласия - не достаточно, никакое умение улаживать проблемы не поможет, если не опираться на общепринятые нормы и обычаи.
13
Ю-цзы разъяснил:
- Если договорённость не отступает от общепринятых норм и обычаев, данное слово сдержи. Если вежливость не отступает от общепринятых норм и обычаев, стыдиться нечего. Если люди, которым вверяешься, заслуживают доверия, доверься им.
14
Наставник Кун произнёс:
- Если достойный человек не жаден до еды, не ждёт от жизни покоя, деловит и не многословен, дружит с теми, у кого есть чему поучиться, то о таком можно сказать: он любомудр - он любит учиться уму-разуму.
15
Цзы-гун восхитился:
- В нищете не раболепствует, в достатке не заважничает - ну, не молодец ли?
Конфуций заметил:
- Возможно. А есть и получше: и в нищете - счастлив, а в достатке - не отступает от общепринятых норм и обычаев.
Цзы-гун воскликнул:
- В "Книге песнопений" говорится: будто слоновая кость - вырублена, а затем доведена до гладкости, или словно яшма - высечена, а затем отполирована. Так вот что имеется в виду!
- Да, Цы, - ответил Мудрец своему ученику, обращаясь к нему по имени, - с этой минуты с тобой можно обсуждать стихи из "Книги песнопений", ведь ты схватываешь мысль на лету!
16
Конфуций утешил:
- Не расстраивайся, что тебя никто не видит в упор, а расстраивайся, что ты никого не видишь насквозь.
Глава вторая. Кто руководит...
1
Кун-цзы промолвил:
- Кто руководит на основании высокой нравственности, подобен Полярной звезде, коя незыблема, а все звёзды вращаются вокруг неё!
2
Наставник Кун отметил:
- Все три сотни песней из "Книги песнопений" сводятся к одной-единственной мысли: не имей неправильных мыслей!
3
Конфуций провозгласил:
- Если управлять населением при помощи законов и сдерживать при помощи наказаний, люди просто станут уклоняться от наказаний, не испытывая чувства моральной ответственности. Если же руководить населением посредством высокой нравственности, а сдерживать его при помощи общепринятых норм и обычаев, люди проникнутся чувством моральной ответственности и нравы их изменятся к лучшему.
4
Наставник поведал:
- На пятнадцатом году жизни у меня возникло намерение учиться, на тридцатом - оно укрепилось, на сороковом году я поумнел, на пятидесятом - познал волю Провидения, в шестьдесят лет - стал воспринимать истину, а в семьдесят - смог следовать стремлениям своего сердца, не отступая от общепринятых норм и обычаев.
5
Мэн И-цзы поинтересовался у Конфуция, в чём состоит уважительность к родителям.
Мудрец ответствовал:
- Не отступать от общепринятых норм и обычаев.
А когда Наставник отъехал, он рассказал своему ученику Фань Чи, правившему повозкой:
- Мэн Сунь недавно спросил меня, в чём состоит уважительность к родителям, и я ответил: "Не отступать от общепринятых норм и обычаев".
- Как это понимать? - удивился Фань Чи.
Кун-цзы объяснил:
- Пока родители живы, слушайся их, как того требуют общепринятые нормы и обычаи, а умрут - похорони и поминай, не отступая от общепринятых норм и обычаев.
6
Мэн У-бо (сын Мэн И-цзы) полюбопытствовал у Конфуция, в чём проявляется уважительность к родителям.
Мудрец разъяснил:
- В том, что отцу с матерью не о чем беспокоиться, кроме разве что болезни своего чада.
7
Цзы-ю осведомился у Наставника, в чём заключается уважительность к родителям.
Кун-цзы посетовал:
- Нынче считается уважительностью к родителям, когда дети их прокармливают; но ведь и лошадей с собаками тоже кормят. Если нет самого уважения, чем же тогда отличается первое от второго?
8
Цзы-ся допытывался, в чём выражается уважительность к родителям.
Наставник ответствовал:
- По одной внешней уважительности трудно судить. Брать на себя в будни дела и заботы старших, а во время застолья ухаживать за старшими - да мало ли в чём ещё выражается уважительность к родителям!
9
Конфуций поразмыслил:
- Когда разговариваешь с Хуэем, он за день не задаст ни единого вопроса и выглядит глупым; однако, если присмотреться к его самостоятельным действиям, оказывается, что он всё уразумел. Нет, Хуэй далеко не глуп!
10
Мудрец воскликнул:
- Как же может скрывать себя человек! Но как сможет от нас он укрыться, если мы всмотримся в его действия, если мы вдумаемся в его цели и намерения, если мы проанализируем, что ему даёт и что не даёт покоя?!
11
Наставник Кун проронил:
- Лишь тот, кто, повторяя давнее, раскрывает новое, может считаться наставником.
12
Конфуций заметил:
- Достойная личность - это не какой-нибудь там горшок, который можно использовать только по назначению, а в случае чего - заменить другим; нет, достойный человек может всё - всё, что ни на есть достойное.
13
Цзы-гун вопросил:
- Достойный человек - кто он?
Наставник ответил:
- Это тот, кто, прежде всего, владеет своими словами, а затем уже следует им.
14
Мудрец констатировал:
- Достойный человек вежлив и справедлив, невзирая на лица;
низменный элемент необъективен и не со всяким любезен.
15
Наставник предупредил:
- Изучать, не размышляя - потерять время; но размышлять, не изучая - потерять голову.
16
Конфуций (как бы ни пытались его перетолковать) сказал прямо:
- От чужеродных учений - только один вред!
17
Наставник невзначай дознавался у своего ученика Цзы-лу:
- Послушай, Ю, хочешь знать, что значит - знание? Значит, если что-то знаешь - то делай, а чего не знаешь - за то, значит, и не берись, раз не знаешь. Вот что значит - знание!
18
Ученик Конфуция Цзы-чжан страстно мечтал выучиться на чиновника, дабы получать достойное вознаграждение.
Кун-цзы наставлял его:
- Устрани всё, что вызывает сомнения, а сомнения устраняет информированность; и если об остальном будешь высказываться благоразумно, меньше допустишь ошибок. Тщательно осуществляй надзор и пресекай дурное; и если в остальном будешь действовать осторожно, меньше придётся раскаиваться. А если в высказываниях будет мало ошибочного, а в делах - мало поводов для раскаяния, то вот тебе и вознаграждение!
19
Ай-гун (глава государства Лу) пожелал узнать у Конфуция:
- Что нужно, чтобы народ был законопослушен?
Мудрец ответствовал:
- Ставить прямодушных выше криводушных, тогда народ будет подчиняться во всём. Если же ставить криводушных выше прямодушных, народ станет возмущаться.
20
Цзи Кан-цзы (крупный чиновник государства Лу) задал вопрос Конфуцию:
- Что нужно, чтобы народ был уважителен и послушен, и что следует сделать, дабы склонить его на добрые дела?
Мудрец дал ответ:
- Необходимо вести себя достойно, и тогда народ будет уважителен; нужно относиться к родителям почтительно, а к людям благосклонно, тогда народ станет послушен; следует возвышать добродетельных, а прочих учить добродетели, и тогда народ склонится на добрые дела.
21
Однажды Конфуция спросили:
- Премудрый! Почему вы не управляете, не состоите в какой-нибудь должности?
Мудрец отозвался:
- А разве не сказано об этом в "Книге деяний", в том месте, где говорится про уважительность к родителям? Ведь как поступал правитель Чэнь? Он проявлял уважение к родителям, по-дружески относился к братьям и заботился о подопечных. Это и есть управление! К чему ж тут ещё какая-то должность?
22
Наставник Кун говаривал:
- Чего же достигнет человек, коли нет веры? Будь то фура с повреждением, будь то тележка с неисправностью - куда же на них поедешь?
23
Цзы-чжан справился, можно ль предречь будущее, к примеру на триста лет вперёд, когда сменятся десять поколений.
Мудрец рассудил:
- Династия Инь основывалась на общепринятых нормах и обычаях предшествующей династии Ся. Что сберегла Инь, а что утратила, можно выяснить. Династия Чжоу основывалась на нормах и обычаях династии Инь. Что сберегла Чжоу, а что утратила, можно выяснить. Будущее тех, кто будет уже после Чжоу, можно предречь хоть на три тысячи лет вперёд, когда сменятся сто поколений.
24
Конфуций высказал:
- Воздавать должное, да только не своим кумирам, - это низкопоклонство. Сознавать должное, да только сидеть сложа руки - это трусость.