Русавин Андрей Сергеевич
Сказ Про Иванушку-Дурачка. Околесища восемнадцатая

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пир, пир, ну и пир! Вот так пир на весь мир! В околесище восемнадцатой повествуется о том, как на Руси урожайщину справляют: во всех подробностях рассказывается про пи́рные подготовки да пировы́е затеи, а также про их естественные последствия. Попутно раскрываются наиважнейшие секреты пивоварения и пивоупотребления. А главная героиня Сказа – мудрость народная, которая несудима, неистощима, безмерна и в гимне воспета, – как всегда, режет правду-матку!

  СКАЗ ПРО ИВАНУШКУ-ДУРАЧКА
 
  Продолжение (начало – ищи по ссылке «Другие произведения»)
 
  Околесища восемнадцатая
 
  КАК МЛАД ИВАНУШКА-ДУРАЧЕК
  С ЧИ́ВЫМ* ДЕДУШКОЙ МИРОШКОЙ
  ВЕСЬ МИР НАПОИЛИ
 
  Посвящается О. Задорожному
 
  Кончилась главная битва страны: не Куликовская, не Полтавская, не Бородинская, не за Париж, не за Берлин, а куда более изнурительная и героическая – за урожай. Стало быть, подошло время к наиважнейшему ежегодному торжеству – празднеству урожая. Гопля! Не нам будничать, а нам праздничать: наступил срок переложить печаль на радость.
  А где пировать, тут и пиво наливать. На нашей сторонке, сторонушке теперь пи́ушко поваривают, урожайщину справляют!
  А на праздник и у комара сусло, и у воробья пиво!
  Спрохают деда моего Мирошку Аноха с Нестером:
  – Мироха! Хотим миром пи́вишко сварить, подтянешься, что ль?
  А дед мой отповедывает:
  – И-и-эх! Праздник любить, так и пивцо варить! Не богатый пиво варит, а тороватый! Кому пиво с суслом, а кому плеть с у́злом! И-и-ух! Не схоже Анохино пи́вце с Нестеровым. Не схоже Анохино и Нестерово с Мирохиным! Как сам пи́вище сварю, да как сам весь мир пивушком угощу! Скажет мир: вот так пир на весь мир!
  Стал тут дедушка Мирошка меня поучать:
  – Перво-наперво запомни, Ванечка: где сусло хорошо, там и пиво дурно не будет. Не учись пиво варить, а учись солод растить. Не тот солод – да не так он и смолот. Хорош солод – хорошо и смолот. Во-вторых, намотай на ус, Ивасик: на чану пива не угадаешь; заварив пиво – не угадывай, а сварив – не отгадывай*! Дале, постарайся удержать в памяти, Иван: было бы пиво, будут и гости! Но при этом имей в виду: сколько пива, столько и песен! И, наконец, заруби на носу – самое важное, Иванушка: не шуми у браги – не позовут к пиву! Ну, пора и закорчажничать*: айда рощу* готовить на пивышко!
  Стали мы солод готовить да пиво варить. Как в ложке затерли, в корце развели, в бочки залили – три пива сварили. Одно пожиже, другое поближе, а третье что вода: выпьешь бурак, станешь как дурак, а стакан поднесешь да четвертным поленом оплетешь – так всяк идет да спотыкается!
  Вот одно пиво киснет, другое на крюке виснет, третье пьем – ковшик поднесем да за волосы потрясем, об пол грянем да топком прибавим, да об лавку лбом! Только, брат, с этого пива от веселья у нас по трое суток лежат с похмелья!
  Кто пивушко обожает, пожалуйте на пра́зднище* урожая!
  Мы с дедушкой Мирошкой лишь пивище заварили, а уж черт с ведром! Черт как черт, самый обыкновенный, понятливый, как собака, и всё у него чин чинарём: рога козлиные, хвост павианий, копыта верблюжьи, рожа – как у кота Васьки из басни Крылова «Кот и повар».
  – Люблю, – говорит чертеняка, – не то чтобы пить, а с добрыми людьми посидеть, понимаешь!
  Да и поп Абросим – тут как тут: шёл в церковь – зашёл на гулёж.
  – Аз, грешный, аз! – стукнул себя в грудь пастырь душ. – Аз, да всему горазд! Аз не без глаз! Однозначно-с! Аз пью квас, а увижу где пиво, не пройду его мимо! Бо... бо... бо... бо его же и монаси приемлют! Одиновазначно-с!
  – Милости просим, отец Абросим: тебе ли с нами – садись под иконы! – поклонился дедушка Мирошка.
  – Аз, да увяз, да не выдрахся! – возглаго́лал служитель алтаря.
  Что гости́щ-то к нам с дедом привалило! И в дом, и на двор, и по улице от зари до восходу протолкнуться нельзя от народу!
  Дед Мирошка выставил бо́чушки с пи́вочком, принес большущий ковш – и давай всех обольщать – поить-угощать!
  – Подходите, гостеньки́ дорогие! – ботви́т* дед. – Али мое пиво не удалось, что под тын пролилось?
  Стали к нему гостители подходить. А дед был прост – встал в полный рост, зовёт хоть правшу, хоть левшу – всякому по полному ковшу! Как кому поднесет, да за волосы потрясет, да четвертным поленом по затылку оплетет, так и с ног долой, пятки врозь!
  Припыхтел в гости Аноха:
  – Где пиво пьют, тут и мне приют!
  Дедушка Мирошка ему го́лцыт*:
  – Пей пивцо в гости́нку*, да прорежай!
  Прискакал в гости Нестер – сам в корню, две ляжки в пристяжке:
  – Чье пью да ем, того и вем*!
  Дедушка Мирошка ему и гу́мбит*:
  – Пей пивцо, запивай винцом – лучше хмель не возьмет!
  Притюпали в гости Нефёд да Федот, что не пьёт, а за ними – Федот, да не тот, что не пьёт, да еще Кирила с Терёшкой, да еще Савелий с Фокой.
  Федот, что не пьёт, с воды пьян живёт, а Нефёд не прольёт. А Федот, да не тот, что не пьёт, – наш пьёт, не прольёт, усом не моргнёт; он в людях пьёт, да и дома не льёт. Кирила не отворачивает от ковша рыла. Разгул найдет гуляк!
  Дедушка Мирошка непьющего Федота спрашивает:
  – Да ты что, Федот, пьёшь ли?
  – Не спрашивай, пью ли, спрашивай, каков во хмелю! – отзывается Федот, что не пьёт.
  – Потчуйтесь, го́стики почтеннейшие! – изговорил дед. – Солодовня сгорела, а пиво пьем!
  – Загорелась душа до пивного ковша! – гуну́л* Аноха.
  – Пивом жажды не запьешь, разве больше наживешь! – взбалентря́сил* Нестер.
  – Полно ум копить, пора пиво пить! – загорла́л* Терёшка.
  – Глядя на пиво, и плясать хорошо! – све́ньгал* Савелий.
  – Чье пивцо, того и заздравьице! – возвотла́л* Фока.
  Зачал Терёшка пить понемножку. А наш Терёшка где ни напьётся, тут и подерётся: выпивши пиво, да тестя в рыло; а приевши пироги, тёщу в кулаки! Напившись, мужик и за репу дерётся!
  Пошла изба по горнице, сени по полатям! Черт пошел по бочоночкам с пивчоночком, поп Абросим героически бросился в погоню за вражиной!
  Вдруг святой человек икнул, запнулся, упал и завопил:
  – Вот черт!
  Черт тут же остановился и обернулся, однако руки подавать не стал.
  – Ты ошибся, отче! – возмущенно закричал черт. – Я не черт, я козел! Не видишь, что ли? Вот рожки, вот хвост, вот копыта!
  – А-а-а! Как звать-то тебя, козел?
  – Константин!
  – Ну ты и козел, Кистинктин!
  – Я, я! Так точно! – энергично согласился Константин. – Натюрлих, понимаешь!
  – Послушай, Кинстинктинт! Я тебя догоню, козел! Однозначно-с!
  – Ни за что не догонишь, батенька!
  И оба они опять загремели по боку́рам* шустрыми нижними конечностями.
  Тут Аноха гунул:
  – Пошел черт по бочкам – быть попойкам!
  А Нестер взбалентрясил:
  – Принялись гулять, так не дни считать!
  А Федот, что не пьёт, съязычил:
  – Начал гулять, так не другой день терять!
  А Федот, да не тот, что не пьёт, сгундо́рил*:
  – Валяй чулки на па́голенки*!*
  А Нефёд сгунда́вил*:
  – Лучше бражничать, чем пряничать!
  Стали госте́йники пиуко́ пробовать.
  – Эк каково пиво – заломное! – гунул Аноха.
  – Таково пиво, что с одного стакана распустило! – взбалентрясил Нестер.
  – Разбирательное пиво! – съязычил Федот, что не пьёт.
  – Эк хороша оту́ра*! – зю́кнул* Нефёд.
  – Разъёмчивое пивцо! – сгундорил Федот, да не тот, что не пьёт.
  – Мирохино пиво с ног сбило! – схиза́л* Кирила.
  – Это пиушко ошуми́ло* меня, ошуну́ло* маненько! – загорлал Терёшка.
  – А меня чтой-то ошурови́ло*, ошушуни́ло*! – свеньгал Савелий.
  – Пиво добро, да мало ведро! – возвотлал Фока и сразу же обменялся ведрищами с отя́пой*.
  – Пиво не диво и мед не хвала; а всему голова, что любовь дорога́! – сшиста́л* гостильщикам дедушка Мирошка.
  – Коли сыт да пиан, так и слава Богу! – благословил его попи́н* Абросим. – Одинождызначно-с!
  – Сколько пиво ни пить, а пьяну не быть, понимаешь! – закому́рил* чёмор*.
  Напились, попробовали госте́йчики пивка. Стал я глядеть, каковы суда́рчики во хмелю-хмелечке.
  А Аноха во хмелечке вот каков: у него в голове бубны.
  А Нестер под хмельком вот каков: расходится, так черт ему не брат!
  А Федот, что не пьёт, подшофе вот каков: во рту не было, а в голове зашумело!
  А Нефёд в подпитии вот каков: пьяному море по колени, а лужа по у́ши!
  А Федот, да не тот, что не пьёт, во хмелище вот каков: кто пьёт, тот и горшки бьёт!
  А Кирила под градусом вот каков: у пьяного кулаки дерево рубят, у тверёзого и топор не берёт!
  А Терёшка во хмели́шке вот каков: напьётся, так с царями дерётся, а проспится, так и курицы боится!
  А Савелий под мухой вот каков: смелым Бог владеет, а пьяным черт качает!
  А Фока во хмельке вот каков: над ним, над пьяным, и оборотень потешается!
  А дедушка Мирошка во хме́лишке вот каков: говорит, во хмелю что хошь намелю, а проснусь – отопрусь!
  Словом, нет такого молодца, чтоб обманул пивца!
  Сколько тут хмельным-хмельнешеньких набралось! По избе, по двору, по улице – как шмели: эти – ползают, те – полегли!
  И то: не то пьян, что двое ведут, третий ноги расставляет, а то пьян, что лежит, не дышит, собака рыло лижет, а он и слышит, да не сможет сказать: цыц!
  Пошел поп Абросим по лавкам, черт – за супротивником своим, оппонентом чертовым, супостатом давним – вдогонку.
  – Аз пиан! Аз пиан! – всхлипнул попин. – Пиан, пиан, а в стенку головой не ударюсь, знамо дело!
  – Пьян да умен, два угодья в нем! – констатировал Константин.
  Вдруг поп икнул, спотыкнулся, встал как вкопанный, оглянулся – и заорал благим матом:
  – Черт побери!
  – И поберу! – подтвердил чертяка.
  – Ну надо же! Черти примерещились! Один, два, три, четыре! Четыреждызначно-с! А с учетом того, что у меня в глазах двоится...
  – Я не черт, я козел, понимаешь! – оскорбился чертяга.
  – Один черт! – возопил батюшка и швидко продолжил свое шествие по ла́вочью.
  М-да-а-а, перепоили мы с дедом Мирошкой всю деревню, да так, что который и проспится, так не в силах опохмелиться.
  А с этого веселья каково-то похмелье?
  Стали на следующее утро гости́шки ахать да охать.
  – Ох! С пивушка головушка болит, с вина просыпанье тяжело! – охает Аноха.
  – Ах! День пируют, а неделю голова с похмелья болит! – ахает Нестер.
  – Не жаль молодца ни бита, ни ранена, жаль молодца похмельного! – вздыхает Федот, что не пьёт.
  – Пьяное дело шатовато, а похмелье тошновато! – жалуется Нефёд.
  – Не хмель беда, похмелье! – ворчит Федот, да не тот, что не пьёт.
  – Ох! Савелья ломает с похмелья! Ах! Не всякому Савелью веселое похмелье! – разохался, разахался Савелий.
  – Ох! Забрало Фоку с левого боку! – охает Фока. – И с правого боку! И с заду, и с переду! И снизу, и сверху! Ох! Ох! Ох! Ох!
  – Ух! Выпили пиво о маслене, а с похмелья ломало после радуницы! – ухает Терёха.
  Принялись наши гости стонать и опохмеляться.
  – Русский человек похмельчив! – не преминул констатировать черт Константин.
  – Совершенно верно, Костя! – воскликнул поп Абросим. – Русский человек без похмелки не живет, одновча́... одновчазна́мочно-с! Така у него худа жи... жо... жу... жесть – тьфу ты, с похмелья не выговоришь, единощизнамо! Бо... бо... бо... бо сказано в Писании – или писано в сказании? – голодное доймет – отшутишься, похмельное – окочуришься! Как-то так, если я не ошибся.
  – Совершенно верно, Аброся! – кивнул лукавый, глубоко задумался, а затем изрек: – То не пьяница, что по разу в день опохмеляется!
  – Бо... бо... бо хворого пост, а пианого молитвы до Бога не доходят! – авторитетно подтвердил святой отец.
  – Хоть пьяницы, да людям не завистники, понимаешь! – вылез со своей константацией окаянный Константин.
  – Сонный да пианый – божево́льный*! – раздумчиво вымолвило апофегму лицо духовного сана. – Бо... бо на всё воля Божья! Многажды-многаждызначно-с!
  Одначе не бывает ни радости вечной, ни печали бесконечной. Поисточили гости пивышко наше, поисточился и мед.
  Стал дед Мирошка го́стишек выпроваживать:
  – Гость гости́, а пошел – прости!
  – Ножки, ножки! Унесите кузовок! – Аноха захныкал.
  – Не пил, не ел, а ноги подломились, что с похмелья! – промя́мкал* Нестер.
  – За хлеб, за́ соль, за́ щи с квасом, за лапшу, за кашу, за милость вашу! – поклонились хозяинишке гостители.
  – Пили, ели, кудрявчиком звали, – забурчал дед, – а припили, приели – прощай, шелудяк!
  Хоть пи́учко и чкнулось*, да всё же еще немало осталось! Был и мед, да гости выпили!
  – Да-а-а! – просказался дед Мирошка. – Кутнули во всю ивановскую! Что было, то спустил; что будет, и на то угостил! Хмелек – щеголек: сам ходит в рогожке, а нас водит нагишом!
  А бражники наши, го́стьища дедовы, тут же следующий праздник потопали праздновать: у наших бражников много праздников. Святые угодники на пьяниц угодливы: что ни день, то праздник!
  Тут черт попу и говорит с кривой ухмылкой:
  – Пойдем в церковь!
  – Грязно!
  – Ну, так в кабак!
  – Уж разве как-нибудь под забором пройти.
  Отправились чертушка вприпрыжку и по́пишка Абросимушка вразвалку в означенное местечко.
  – Ходи в кабак, вино пей, нищих бей, будешь архерей! – нашептывает не́кошный*, около святого человека увиваясь.
  – Ох, хорошо бы, Кистинтин! Аз на кабак горазд, однознамо дело! Бо... бо... бо... бо аз в кабаке родился, в вине крестился! – бурчит себе под нос поп Абросим.
  – Эхма! В кабак! В кабак! Кутнуть не кутнуть, так чтобы уж рога в землю! – кричит нечистый. – Вот это я понимаю!
  – Экахма! Одолели черти чистое место! – возмущается иерей, будущий архерей. – Кистинстинкт, за мной!
  – Яволь!
  Приплелись все дедовы гости в кабак.
  Я сам там был, мед и пиво пил, по усам текло, в рот не попало, на душе пьяно и сытно стало! Эх! Наши деды-прадеды живали – мед, пиво пивали, а внуки живут – и хлеба не жуют!
  – Понимаешь, однозначно-с! – воскуя́ркнула* неразлучная пара.
 
  Высокоумные примечания
 
 * Чи́вый (тчи́вый, от глагола источать) – тороватый.
 * Отгадывать – передумывать.
 * Корчажничать – варить домашнее пиво (в корчаге).
 * Роща – солод.
 * Пра́зднище – празднество.
 * Ботви́ть – бахвалиться.
 * Го́лцыть – громко говорить.
 * Гости́нка – подарочек, лакомство, гостинчик.
 * Вем – ведаю.
 * Гу́мбить – гуторить.
 * Гуну́ть – сказать.
 * Балентря́сить – рассказывать, балясничать.
 * Горла́ть – горланить.
 * Ве́ньгать – говорить жалобно.
 * Вотла́ть – говорить мужиковато.
 * Боку́ра – бочка.
 * Гундо́рить – гуторить.
 * Па́голенки – голенища чулок; чулки, у которых нет носков.
 * Валяй чулки на паголенки! – кути.
 * Гунда́вить – гундосить.
 * Оту́ра – от глагола оту́роветь (опьянеть, ошалеть).
 * Зю́кнуть – сболтнуть.
 * Схиза́ть – сказать.
 * Ошуми́ть – опьянить.
 * Ошуну́ть – ошумить.
 * Ошурови́ть – ошумить.
 * Ошушуни́ть – ошумить.
 * Отя́па – черт.
 * Шиста́ть – говорить.
 * Попи́н – поп.
 * Закому́рить – сказать мудрено.
 * Чёмор – черт.
 * Божево́льный – не в своем уме.
 * Мя́мкать – мямлить.
 * Чкнуться – начать убывать.
 * Не́кошный – черт.
 * Воскуя́ркнуть – воскликнуть.
  Продолжение следует.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"