МАДАМ БОБЭ: Дорогой, ты помнишь, как звали того человека, который вечно курил свои невозможные сигары?
МСЬЕ БОБЭ: Его звали Толстоступ, дорогая.
МАДАМ БОБЭ: Он ещё постоянно заигрывал с нашей кузиной? До серьёзного у них, конечно, дело не дошло. Но они всё время переглядывались за столом и обменивались только им двоим понятными знаками.
МСЬЕ БОБЭ: Это был Толстоступ.
МАДАМ БОБЭ: У него ещё была такая необычная шляпа. Вроде тирольской с маленьким пёрышком. Кажется, совиным.
МСЬЕ БОБЭ: Толстоступ.
МАДАМ БОБЭ: Он так чудно басил и любил поразмышлять о современном театре.
МСЬЕ БОБЭ: Это Толстоступ.
МАДАМ БОБЭ: Толстоступ? Где же он сейчас?
МСЬЕ БОБЭ: Кажется, он умер.
МАДАМ БОБЭ: Скажите пожалуйста. То-то о нём давно ничего не было слышно.
МСЬЕ БОБЭ: Его похоронили на кладбище Пер-Лашез.
МАДАМ БОБЭ: А я то хотела свести его с одной моей знакомой.
МСЬЕ БОБЭ: Это с кем же?
МАДАМ БОБЭ: С Силезеттой.
МСЬЕ БОБЭ: Ты же с ней в ссоре.
МАДАМ БОБЭ: Потому и хотела.
МСЬЕ БОБЭ: Тогда понятно.
МАДАМ БОБЭ: Но, к сожалению, он умер... Куда пойдём обедать?
МСЬЕ БОБЭ: Может быть, "У Клода". Там так уютно, спокойно, хорошая кухня и совсем не дорого.
МАДАМ БОБЭ: А мне там никогда не нравилось. Туда ходят одни лишь заезжие коммивояжёры и разорившиеся дельцы. Очень сомнительная публика.
МСЬЕ БОБЭ: Тогда в какое-нибудь другое место.
МАДАМ БОБЭ: Как насчёт "У Клода"? Туда всегда ходит такая изысканная публика. Там легко встретить начинающего поэта или подающего надежды художника.
МСЬЕ БОБЭ: Пойдём туда.
МАДАМ БОБЭ: Жаль бедный Толстоступ не сможет составить нам компанию. Ты помнишь его? Он ещё хотел жениться на одной моей подруге, на Силезетте. Но он умер. И покоится на кладбище Пер-Лашез. А жаль. Из них вышла бы прекрасная пара.