--
У вас взгляд понимающего человека.
--
Но я могу только казаться таким.
--
Нет-нет, я вижу, вам небезразлично происходящее. Вы тоже страдаете?
--
Ну, если можно так выразиться. Я мало думаю об этом.
--
А я постоянно. Мне кажется это крест. Конечно, это громко сказано, но думать сейчас небезопасно.
--
Что вы имеете в виду?
--
Мне страшно думать. Порой от мыслей становиться больно. Настолько больно, что кажется, что сейчас остановится сердце. Да, уметь думать это страшное испытание. Вы замечаете, как легко живётся дуракам?
--
О да, они счастливые люди!
--
Но я не могу так жить! Ведь это уже не жизнь, а одна физиология!
--
Что поделаешь, у каждого свой путь.
--
Путь, вы сказали?
--
Я не уточнил, что пути могут вести в разные стороны. Мы сами себе выбираем дорогу. Вы идёте дорогой страданий, вы сами выбрали её. Они - счастливо катятся в болото.
--
Но, похоже, они не подозревают об этом.
--
Конечно, нет. Они называют это по-другому.
--
Боюсь, у меня есть куда более страшный вариант этого названия.
--
Я понимаю вас. Надеюсь, вы правы.
--
У вас нет уверенности?
--
А у кого она есть? Ведь мы же с вами выросли с убеждением, что не существует абсолюта. Поэтому я могу только предполагать.
--
Не знать тоже страшно.
--
И знать тоже, уверяю вас.
--
Да, это верно. Знать это ужасно. Но нельзя жить неосознанно.
--
Нельзя. Я с вами полностью согласен. Тем не менее, удобнее жить, ничего не зная, чем изнывать от понимания того, что твоё знание ничтожно.
--
Но что мне делать? Я не могу свернуть с этого пути. Я так боюсь деградировать.
--
О, как вы самонадеянны! Деградировать можно по-разному. Даже не замечая этого.
--
Ничуть! Вы никогда меня не убедите, что совесть чего-то не заметит.
--
Ну, её же можно придавить. Выбрать подушку поувесистей и заткнуть ей глотку.
--
Вы так циничны.
--
Напротив. Я делюсь наблюдениями с вами. Вы же не будете отрицать, что так бывает.
--
Конечно. Но мы то говорим о нас с вами. Каждый волен выбирать свою судьбу. Это его право. Каждую секунду человек делает выбор и его не остановить.
--
Осознанный выбор, заметьте.
--
Да, да. Но мы то с вами сделали свой - окончательный, бесповоротный...
--
Не скажите. Времени ещё достаточно. Нам ещё представится миллион шансов на примирение с сатаной.
--
Вы думаете, это возможно?
--
Кому как не вам это знать! Я вижу, вы покраснели. Напрасно. Хоть в малом, хоть в большом, мы частенько уступаем его просьбам.
--
Да, знаю.
--
Что так тихо, приятель?
--
Стыдно.
--
Ха-ха-ха! Вы боитесь переметнуться на другую сторону?
--
Да, боюсь. И даже этого не стесняюсь.
--
Правильно. Потому что этого надо больше всего бояться.
--
Но я боюсь и другого.
--
Чего?
--
Быть малодушным. Нельзя вечно избегать того, что происходит вокруг.
--
А вы убегаете?
--
Да. К сожалению. Я не нахожу в себе силы противостоять и сдаюсь. Я закрываюсь изящными фразами и каждый раз нахожу оправдание своим поступкам. Хоть каждый раз презираю себя.
--
Да. В этом вы не одиноки. Я такой же.
--
Но где же выход? Весь мир вдруг превратился в вертеп.
--
Постойте, он всегда был таким.
--
Нет! Я не помню этого. Люди меняются на глазах. Нас всех разъедает алчность. Такая страшная алчность! Она растёт как мыльный пузырь. Смотрите, на улицах убивают - мы молчим. Нас грабят - мы молчим. Насилуют - мы в смущении прячем глаза. Что происходит? Я не верю, что все вдруг в один миг стали быдлом.
--
Нет ничего абсолютного, мой друг. Все - нет такого понятия. Более того, вы правы, таких, как мы, не так уж и мало. Но мы же сами прикрываемся красивыми фразами и решаем, что живём в другом мире. Что мы говорим себе? "Я способен создать вокруг себя зону любви".
--
Верно. Но в неё постоянно вторгаются всё новые и новые беды.
--
И что мы делаем?
--
Уменьшаем зону любви. Или передвигаем её в другое место.
--
Правильно. А почему?
--
Мы боимся.
--
Боимся?
--
Конечно! Нам страшен этот мир, несущий постоянные разрушения.
--
Нет. Это страх безысходности. Мы боимся, что нельзя ничего изменить.
--
Но ведь это действительно так!
--
Или это удобная отговорка?
--
Но давайте рассуждать здраво. Как мы можем остановить войны? Мы с вами? Они начинаются без нашего ведома. Наше мнение никогда не учитывается. Как мы можем остановить наркоманию? Она как чума передаётся от одного человека к другому. Как мы можем остановить терроризм? Если он выгоден кому-либо, кого мы даже не знаем? Что можем сделать мы? Только любить?
--
Да. Этого кажется так мало. Любовь - это единственное оружие, которое у нас есть. Но мы не умеем им пользоваться.
--
Не верю.
--
Но это так. Что мы, в сущности, знаем о любви? Ни-че-го! Мы пытаемся её изучать? Нет! Мы умеем ей делиться? Нет! Умеем беречь её? Нет! Мы экспериментируем? Опять нет! Но. Мы эгоистичны в своей любви? Да. Мы думаем, что любим лучше других? Да. Мы уверены, что она приносит только добро? Да! А так ли это на самом деле? Мы не знаем. Так можно продолжать до бесконечности. Вывод - мы не умеем любить. Любовь - это единственное оружие в борьбе со злом. Все это знают, но никто в это не верит.
--
Возможно, нам неправильно это объяснили.
--
Да не старались даже! Любовь - это не тот предмет, который изучается в школе. Да, мы часто говорим о ней. Но только говорим, увы.
--
Выходит, мы в тупике?
--
Ну почему же?
--
Но мы ведь не знаем, что нужно делать. При всей вашей уверенности, вы так и не дали ответа на этот вопрос.
--
А я не даю ответов. Я их ищу. Я занят их поиском постоянно. И ничем не отличаюсь от вас. Вы почему-то решили, что я вдруг смогу в одно мгновение освободить вас от страхов. Нет, этого не будет. Вы боитесь от незнания. Но я тоже. Вы терзаетесь? И я.
Помолчали.
--
Мы с вами так долго обходили вопрос веры.
--
Тсс! Вот об этом не стоит. Не хочется сотрясать воздух зря.
--
Я вас не понимаю?
--
Мы сделали с вами выбор. Вы сами сказали. Это решение нам так тяжело подкреплять сотнями других. Мы знаем об этом сами. Зачем же нам снова убеждать в этом друг друга? Это уже свершилось. Мы верим. Всё. Больше ничего не нужно. Тем более слов. Это личное, сугубо личное. Зачем нам выставлять напоказ наши отношения с Богом? Ведь мы этого не делаем с нашими отношениями с женщинами. Это секрет. Наш и только.
--
Вы правы. Но ведь страх остаётся.
--
Всегда ли?
--
Конечно, нет.
--
Тогда, когда вы общаетесь с Богом, он есть?
--
Нет. Очень редко.
--
Вот и ответ на вопрос.
--
Не понял?
--
Как жаль, что ваш ум ещё молод.
--
Постойте.
--
Он юн. Но, так же как и мой.
--
Вы избегаете разговора?
--
Отнюдь. Просто боюсь, что начну повторяться.
--
Мы ещё встретимся?
--
Всегда к вашим услугам.
--
Я очень рад, что нашёл такого собеседника, как вы.
--
Признателен вам.
--
До встречи.
--
Спасибо.
______
Раздался стук в дверь.
--
Да.
--
Что случилось?
--
Открой немедленно!
--
Да что с тобой?
--
Нет, что с тобой? Посмотри на себя! Что у тебя с глазами?
--
С глазами?
--
Ты хорошо себя чувствуешь?
--
Да всё в порядке. Что стряслось?
--
Ты только что разговаривал сам с собой
--
Я? Ха-ха-ха!
--
Посмотри на меня, - потребовала она.
--
Не придумывай!
--
У тебя что-то случилось?
--
Нет.
--
Что...
Мечта
--
Здравствуйте. Это снова я.
--
Рад вас видеть, но почему шёпотом?
--
Боюсь, услышит жена.
--
Вы ей не доверяете?
--
Мне кажется, она считает, что я схожу с ума.
--
Печально.
--
Я вас хотел спросить о моей мечте.
--
О какой? У вас же их несколько.
--
Похоже, теперь осталась только одна.
--
А что стало с другими?
--
Угасли.
--
Как это произошло?
--
Само собой, естественно. Мне горько об этом вспоминать.
--
Ну что вы так расстраиваетесь.
--
Я знаю многих, кого это сильно подкосило.
--
Я сам один из них.
--
А что случилось с вами?
--
Я стал как все. Я думал, вам известен этот финал.
--
Как вы это переносите?
--
Рождаю другие мечты.
--
Но ведь тогда вы начинаете отличаться от остальных.
--
О, ну что вы?! Эти мечты куда мельче. Они меркантильны. Осязаемы.
--
Вы? Вы хотите признаться мне, что у вас есть такие мечты?
--
Я уже это делаю.
--
Значит, вы несчастны?
--
Несчастен? Да, наверно. Во всяком случае, я это тщательно скрываю. И пытаюсь изо всех сил продемонстрировать свой успех.
--
Но все же это понимают.
--
Что вы! Все только завидуют. Я обрастаю вещами. Это же так нравится людям. Вы видели мою новую машину? А пиджак?
--
Простите, я далёк от этого.
--
Всё впереди.
--
Наверно. На так этого не хочется.
--
Знаю. Ну что ж, я пережил это. Теперь я конченый человек. Вся жизнь у меня уходит на то, чтобы убедить себя в обратном.
--
В чём же вы видите выход?
--
В смерти, наверное. Простите, шучу.
--
Мне кажется, нет.
--
Шучу, шучу. Смерть это всё. Порог. Там уже ничего сделать не удастся. Будет поздно. Дёргаться надо сейчас.
--
Но вы перестали... подождите.
--
Что?
--
Тише. Нет, вроде не слышит. Продолжайте, пожалуйста.
--
Да мне нечего сказать, если честно.
--
А если всё бросить?
--
Боюсь, что невозможно.
--
Это тоже страх?
--
Нет, вряд ли. Просто связан по рукам и ногам.
--
Значит, вы сдались?
--
Не знаю. Наверно. Я тешу себя надеждой, что смогу ещё сделать рывок. Но для этого нужна мечта. А она у меня уже почти погасла.
--
Но она есть?
--
Она как раковый больной у меня. Живёт, но чахнет.
--
Но вы же такой сильный. Вы справитесь.
--
Я-то? Спасибо за доверие.
--
Но нельзя ведь так. Боритесь!
--
Вы так говорите, потому что пока сами не потеряли надежду.
--
Я и не хочу.
--
Вы правы. Лелейте её, взрастите. Пусть хоть одна выживет.
--
Но я люблю их всех.
--
Боюсь, что другими просто придётся пожертвовать.
--
Но я не хочу!
--
А что делать? Послушайте добрый совет. На все у вас просто не хватит сил. Сосредоточьтесь на одной.
--
Но это так похоже на отговорку.
--
Нет-нет. Прошу вас следуйте моему совету. Желаю удачи.
--
А я вам. Искренне. Не бросайте её!
Он усмехнулся.
___
--
Эй! - Раздался голос. - Ты что притих?
Он открыл дверь.
--
Сломалась раковина. Я починил.
--
А я уж испугалась.
--
Не бойся. Всё нормально.