Аннотация: О правильном горячем шоколаде и постоянстве вредных привычек некоторых сказочников.
2. Глава о перьях, тополиной веревке и расписной деревянной ложке.
Ему казалось, что он летел. Ноги едва касались земли от заполнившего его радужного тепла. Прямо как воздушный шарик, р-раз и улетит в небо...
Улицы купались в солнечном свете. Не жгущем, а мягком и обволакивающем. Таким обычное солнце бывает только в октябре. В вышине шептались и тихонько посмеивались листья тополей и лип.
Юноша старательно запоминал путь, ведь эти улицы манили не хуже медового пряника. Желание вернуться на них, в этот дом... к этому человеку.
Разноцветные и однотонные, покатые и плоские крыши чуть улыбались во след парню. Ажурные арки и переходы играли с ним в прятки, когда Андрей нырял в их полумрак.
На начале Песочного моста парень остановился. Река тихо и ободряюще журчала почти под самыми ногами. Свет, отражающийся от чугунных, но посеребренных перил моста, слепил глаза. Юноша вспоминал. По этому городу-сказке без имени или названия, по его извилистым улочкам, гуляла легенда. О том, что на Песочном мосту, ровно на середине, можно загадать одно желание. Непременные условия исполнения, озвучивались разные: то это должно быть полнолуние в апреле, то рассвет в день летнего солнцестояния. А еще говорят, что самый верный способ исполнения желания -- это встать на Песчаном мосту -- ровно на середине -- в свой 20 день рождения.
До дня рождения было еще ой как не скоро, но это было не важно.
Предвкушение чуда приятно щекотало где-то в груди, а сердце несколько опасливо замирало -- вдруг не сбудется?
Порывисто вздохнув, Андрей встал на середину. Мысли хаотично метались между разводом родителей, бросившей его девушкой и новым знакомым.
Дабы придать мыслям весомости и ускорения, парень прошептал вслух:
-Пусть все будет правильно... - при чем все три мысли как-то странно перемешались и стали напоминать почему-то апельсиновый суп. Чтобы не спугнуть будущее чудо -- ведь чудеса очень стеснительные, - Андрей поторопился уйти с моста не оглядываясь. Хотя хотелось посмотреть неимоверно, аж кончики ушей зачесались, и поспешил домой.
Как ни странно, его дама не хватились, не потеряли и не стали ругать. Мама ласково взъерошила рыжие волосы сына и пошла собирать снусриков дальше. Она хотела забрать их с собой в новый дом. Папа же, как показалось парню, был несколько разочарован. Вот только клубящегося вокруг папиной головы салатненького любопытства Андрей решительно не понимал. Впрочем, все это можно было отнести к завтрашнему дню. Кому же не любопытно, что будет завтра в городе-сказке? Тем более, что для папы с мамой это "завтра" будет особо заготовленным.
Грусть парня проходила, понимание оставалось.
Один из снусриков ухватился коготками за штанину и стал карабкаться вверх, на плечо. "Маленький совсем..." - ласково подумалось парню и он почесал существо под ушком. Снусрик засвистел от удовольствия срывающимся, тоненьким голоском.
-Вот он где, - улыбнулась мама, зайдя в комнату и увидев зверька на плече сына. - А я его обыскалась.
-Держи, - парень снял существо с себя и посадил в большую корзину, где уже сидели остальные снусрики. Малыш недовольно забулькал -- как маленький чайник, - и прищелкнул, что означало сильное расстройство.
-Смотри-ка, кажется, теперь это твой снусрик, - удивилась мама.
Пушистое сокровище, - а все снусрики похожи на очень мохнатые клубки среднего размера с цепкими лапками, - победно булькнуло, когда мама достала его из корзины и водрузила обратно на плече сына. Потерся о шею парня и снова засвистел.
-Ммм.. - несколько нерешительно попытался начать неприятный разговор Андрей. - Что вам с папой теперь делать? И что будет со мной?
-Милый, - женщина поставила снусрикову корзину на стол, сама сев на стул подле, - Ты уже давно не ребенок и волен сам выбирать как и с кем тебе жить.
А дверном проеме возник папа. Его любопытство почти растворилось в воздухе и стало практически незаметным.
-На самом деле, несколько странно, что ты до сих пор предпочитал жить с нами. В твоем возрасте большинство уже живут отдельно, с любимым человеком.
-Ма, па, я все понимаю, - терпеливо принялся разъяснять парень, - Вот только всему свое время. Как только, так сразу.
Родители засмеялись, а Андрей продолжил:
-Вы просто напишите мне свои новые адреса, а там посмотрим.
По негласному решению, они решили отдать этот дом городу. Потому что в нем живет счастье. Когда-то оно было счастьем только их семьи, но вот выросло, стало взрослым, самодостаточным и свободным. А что надо делать с таким счастьем, да и со счастьем вообще? Правильно. Им надо делиться. Вот они и делятся счастьем с городом, а город уже сам решит кому это счастье будет нужнее.
-Простите, я задумался, - смутился парень.
-Все хорошо, - мягкая, добрая улыбка почти не сходила с маминых губ. Ну любят ее теплые улыбки, что уж тут поделаешь.
-Ты соберись-ка, - папа оглядел комнату. - В эту субботу здесь будут другие люди. А суббота уже послезавтра.
-Хорошо, - откликнулся парень.
Дабы не мешать сборам, родители оставили комнату и сына наедине.
Этим же вечером Андрей с сумкой оказались у бабушки.
Совершенно седая старушка, с косой до пояса, загадочно поскрипывала креслом-качалкой на веранде. Спицы мелькали в тонких сухих руках, вывязывая нечто желто-зеленое, напоминающее по цвету папино утреннее любопытство. Старенькое радио что-то дружелюбно фырчало, стоя на подоконнике неподалеку. Андрей по-умилялся на эту картину маслом и шагнул в домик. Небольшой, всего в три комнатки, он полностью оправдывал себя в качестве 'бабушкиного' домика. Скромненько, чуть загадочно -- не знаешь какая вещица может тяпнуть за палец, - и безусловно уютно. Вкусно пахнет травами, но невозможно разобрать какими именно. В кухне, на антресолях, живет кухонный шушэр. Опрятный и ласковый, в отличие от многих своих собратьев по виду. И правильно. Бабушка -- она добрая и уютная, и, конечно, мудрая. У таких и шушэры послушные.
И как раз-таки бабуля решила расквартировать своего внука на кухне. А что? Печка теплая, топчан широкий, да и шушэр, если что, поможет.
Утро субботы было нерешительным. Оно само еще не знало каким же ему хочется быть сегодня. Поэтому то лукаво щурилось солнечными лучиками, то смущенно пряталась в облачка от своего непостоянства. Дождиком хоть не собиралось проливаться и то ладно.
Предвкушение тоненькой серебряной ленточкой обмоталось вокруг левого запястья парня. Шушэр поглядывал на любопытство неодобрительно, но и это было ладно. Парень-то молодой совсем и предвкушение у него молодое, хоть не зеленое уже.
Не успело солнышко до конца вскарабкаться на небо, а Андрей дожевать вкусные бабушкины плюшки, за зазвонил сотовый. И только парень успел поднести трубку к уху:
-Ты где так долго? Мы только тебя и ждем! - голос Казуки он узнал сразу.
-Э... - растерялся юноша. - Ты все-таки меня ждешь?..
-Конечно, глупый! Давай скорее к нам и прихвати перьев.
-Каких перьев?! - изумился Андрей, но Казуки уже отключился и, соответственно, вопроса не услышал.
-Каких-каких, - передразнила вошедшая на кухню бабушка. - Ясно-дело каких! Шушер, а-ну ка достань мне с антресолей синий мешочек с желтой ленточкой.
Через пару мгновений искомый мешочек оказался у бабушки в руках и сухие пальцы распускали шелковую ленту на горловине.
-Ну и где же они? - вслух поинтересовалась старушка, задумчиво разглядывая загадочное содержимое.
-А вы слева, на дне посмотрите, - посоветовал шушер, выглядывая с антресолей, с которых и не подумал спускаться.
-Молодец, хороший мой, - похвалила его бабушка извлекая на свет сказочный шесть перьев. Два чисто черных, два наполовину белых и два пестрых.
-В каждый по три разных, - строго сказала пожилая женщина, вручая перья растерянному Андрею.
-Куда?...
-В каждый, - повторила бабуля. - На месте поймешь.
Парень кивнул, так как больше ему ничего не оставалось и бережно спрятал перья в сумку. То, что бабуля может быть знакома с Казуки, казалось слишком уж невероятным. Но в этом городе ничего исключать нельзя. Нужно просто жить и радоваться, а не вытягивать уши вещей и чудес через неположенные места.
Камешки мостовых сами ложились под ноги, словно поторапливая и ворча: "Опаздываешь, растяпа!"
Вот улица Синих Ковров, а вот Резных Флюгеров. Казуки же живет в переулке Чудных Мыслей. Андрей специально запоминал. Да и название подходит... Особенно Казуки.
Русоволосый парень ждал своего гостя на пороге и почти втащил его квартиру.
-Принес? - спросил Казуки.
-Принес. - Андрей понял, что речь о перьях и тут же полез в сумку. - Было велено в каждый по три разных...
-Не надо! - замахал руками Казуки. - Сам все потом сделаешь, а то магия пропадет.
Теряясь в догадках по поводу перьев, Андрей прошел за хозяином на кухоньку. А там было шумно и весело. На подоконнике сидел серьезный парень. На носу очки, сам одет в белую футболку и светлые хлопковые штаны. Волос русый, как у Казуки, да и черты лица схожи, только более взрослые. "Старший брат," - решил Андрей.
На кухонном столе гордо восседала девочка лет 9-ти и, запрокинув голову, заливисто смеялась. В руках она держала два прутика. Еще одного персонажа Андрей заметил не сразу. Вторая девочка, как две капли похожая на сидящую на столе, забралась почти под самый потолок -- на холодильник и азартно болтала ногами в белых гольфах с вышитой по бокам вишенкой. Так же по всей кухне летали не лопающиеся радужные пузыри и первая девочка гоняла их прутиками.
-Это Андрей, - представил длинноволосый парень стеснительного юношу. - Он принес нам перья!
Близняшки радостно завопили.
-Та, что сидит на холодильнике, это Тсукико. А на столе -- Сузу, - махнул рукой на всю кухню Казуки. - Они наши младшие сестры. Наши, потому что парень, любезно протирающий своими светлыми штанами мой подоконник, наш старший брат Ю.
Представленный только что Ю критично, очень внимательно и заодно оценивающе прошелся взглядом по фигуре Андрея с ног до головы. Парню стало неуютно под этим испытующим взглядом, но Ю уже перевел взгляд на Казуки, что-то безмолвно у него спрашивая. И получил такой же бессловесный ответ. Даже близняшки притихли, заинтересованно наблюдая сей безмолвный диалог.
-Ладно, тебе виднее, - неохотно сказал уже в слух Ю.
Казуки радостно захлопал в ладоши:
-Вот и чудесно! А теперь займемся делом!
Сузу тут же протянула ему прутики.
-Тсукико, а-ну брысь с холодильника. Неси скорее мотки, - велел Ю, сам однако не двигаясь с места.
-Сузу, а бусинки? Все сделали как надо? - сосредоточенно рассматривая прутики спросил Казуки.
-Да, брат! - хором ответили близняшки и покинув насиженные места, поспешили за указанным.
-Держи, - длиннохвостый хозяин протянул один прутик Андрею. - Малышкам стали сниться кошмары.
Ю нахмурился. И правда, кошмары в этом городе были редкостью. Поэтому для них делались ловцы снов, попавшиеся кошмарики поутру разливали в бутылки и бережно хранились. Нет, совсем без кошмаров обойтись было нельзя, ведь и им надо где-то быть и кому-то сниться. А вот то, что они снятся детям -- странно. Вообще, каждому обитателю города положено определенное количество кошмариков. В зависимости от существа, разумеется. Но только после 21 года. А до этого ни-ни!
Тсукико как раз принесла два мотка тоненькой веревки:
-Тополиная! - гордо задрала носик девочка, раздавая моточки парням.
-Мы сами пух собирали! - добавила так же вернувшаяся Сузу, ставя на стол винную бутылку из мутного красного стекла, полную по самое горлышко разными шариками, что только смогли пролезть в узкое горлышко.
Андрею еще не доводилось делать ловец снов с самого начала, но работа спорилась.
-Девочки, а спойте-ка нам песенку, - весело улыбнулся Казуки. Сестрички переглянулись и затянули озорную песенку на незнакомом Андрею языке. Сладком и тягучем, как горячая карамель в которой зимой продают яблочки на главной площади города-сказки. На этом же языке пел Казуки в их первую встречу.
А Ю достал из какого-то ящика расписную деревянную ложку на длинной ручке. Ею он принялся ловить особо сладкие слова и слишком шустрые смешинки, которые раскладывал по банкам. Именно из-за них у Казуки и был самый вкусный на свете горячий шоколад. И между прочим, ловить смешинки довольно сложная работа, требующая определенной степени мастерства, ибо они (смешинки) уж очень шустрые и вертлявые. А потом, когда все нужные смешинки и слова были пойманы, Ю принялся варить тот самый обалденно-вкусный чудо-шоколад.
Пришла кицунэ о шести хвостах, сунула свой мудрый нос в кастрюльку и одобрительно фыркнула. Потом подошла к стулу, на котором сидел Андрей, и положила голову на колени парня. Вдруг в кармане увлеченного плетением ловца гостя что-то зашевелилось. На свет сказочный из кармана выполз снусрик и вопросительно свистнул. В три руки ему тут же предложили кусочек шоколада, смешинку и голубую бусину. Сестренки затаив дыхание смотрели, как снусрик зацепил смешинку за ухо, на манер сережки, и упоенно захрустел стеклянной бусиной, оставив шоколад без внимания.
-А можно его погладить? - зачарованно спросила Сузу.
-Можно, если он не будет против, - согласился Андрей. Ловец был уже наполовину готов, что не могло не радовать. Девочка протянула к зверьку руку, снусрик покосился на нее оранжевым глазом и снова свистнул, на сей раз вопросительно. Дело решила кицунэ. Она осторожно взяла зубами снусрика за ухо и посадила ребенку на ладонь. Сузу тут же забралась на холодильник к сестре. И девочки, и зверек попискивали от восторга и новых ощущений. В следующую песню, затянутую близняшками, вплелись посвистывания Андреева пушистика и подвывания кицунэ.
И вот шоколад был готов, песня допета, а на ловцы осталось лишь нанизать стеклянные бусины и прицепить бабулины перья. Оба ловца бережно разложили на столе и Казуки первым перевернул бутыль из-под вина над своим. Бусины веселым градом застучали по стеклу прозрачного обеденного стола. Некоторые остались сверкать на нитях ловца, а другие разбежались искорками по всей кухне. На непонимающий взгляд Андрея ответил Ю:
-На нитях остались только те бусины, что действительно нужны. А рассыпавшиеся скоро сами пропадут.
Казуки протянул опустошенную ровно на половину бутыль Андрею. Все еще не понимая как это 'работает' юноша перевернул бутыль над хитросплетением своих тополиных нитей. И снова зазвучал звон стекла о стекло, ложась прихотливым узором бусин на ловец снов. Но вот стукнула и мимолетной искрой погасла последняя бусина.
-Скорее перья, - подтолкнул Андея к сумке русоволосый парень. Гость поспешил достать перья и разделить как было велено. По три разных в каждый. Прикрепив перья к ловцам Андрей отошел на шаг от стола, критично оглядев свою работу и остался доволен. Конечно, не столь ладно как у того же Казуки, но гораздо лучше чем то, что пытался как-то сплести его отец.
-Молодец, - теплая ладонь хозяина легла на плече юноши. - А теперь отдай их девчонкам.
Синхронно болтающие ногами на холодильнике близняшки, упоенно тискали снусрика и Ю пришлось привлечь их внимание путем отбирания пушистика. Андрей протянул оба ловца им наверх. Две цепкие ладошки ухватили свои обереги, слаженно прошелестело "спасибо". А шоколад сестренкам Ю тоже подал на холодильник. И даже вернул снусрика.
Было часов пять по полудни, когда Ю с близняшками ушел. Сузу и Тсукико бережно прижимали к груди завернутые в плотную бумагу ловцы и просто светились от счастья.
-Всего хорошего, - вежливо склонил голову Ю и ушел не оглядываясь.
Как только за ними закрылась дверь Казуки притворно смахнул пот со лба и потянулся до хруста в суставах.
-Ты молодец, - с мягкой улыбкой похвалил он Андрея. - У тебя получился очень хороший ловец.
Парень робко улыбнулся в ответ. Он знал, что мастер наделяет свой ловец душой и возможностью. Душой чтобы отличать хорошие сны от кошмаров и, собственно, возможностью ловить последние.
А Казуки ушел в комнату. Юноша последовал за ним, чтобы увидеть, как длинноволосый парень садится на свое любимое круглое окно и достает из пачки тонкую сигарету....
Как-то привычно прозвучал в уютном молчании щелчок зажигалки. Снусрик сонно посвистывал на плече Казуки....