Весь следующий день мы с Акимасой не отходили от Таками. Он засел на своем диване и знать никого и ничего не хотел. Единственным признаком жизни было то, что он примерно раз в час рвался в Штаб. Картаки выплескивал на него весь накопившийся за этот час матюг, и Таками опять обмякал, повисая на моем плече.
Касуми носилась по квартире, то и дело роняя что-то с полок. Иногда ее ловил Хитоши, шипел ей что-то, но она вырывала рукав из его пальцев и продолжала слоняться. Сам Хи периодически заходил в гостиную, включал канал, минут десять смотрел в экран, потом ругался, выключал, шел на кухню, заваривал себе кофе, снова плелся в гостиную...
Аники сидела на своем диване напротив нас. И молчала, просто глядя то на меня, то на Акимасу. А мы в ответ на ее взгляды только головами качали. Мы и сам хотели что-то сделать со всем... но никто из нас не был вправе.
А что у себя там делали Сатоки и Ши, я не знаю. С утра они только вышли из комнаты. Ши кивнул нам с Аки - мол, не отходите от него - и скрылся. А Сатоки скользнул по всем взглядом и тоже ушел в комнату.
И время уже под вечер, а мы так и просидели - не ели, не пили, не... ничего. И никаких мыслей в голове.
...Слева послышалось тихое сопение. Таками задремал, уперевшись лбом мне в плечо. Аки осторожно встал. Мы совместными усилиями привели моего брата в горизонтальное положение.
Аники приподняла бровь. Я кивнула, и мы вдвоем ушли в темную кухню. Свет с утра не зажигали.
- Кариса... - сипло-хриплый шепот. - Что делать, а...
Я мрачно залезла в хлебницу, по-звериному отломила кусок буханки и принялась жевать.
- Если бы я знала, я бы пошла и сделала. Нет, все, надо... надо уже на Сатоки давить. Если завтра не пойдем на Штаб, я не знаю, что сделаю.
Он лишь кивнул, откапывая в холодильнике какое-то яблоко.
- М...
Я обернулась, не прекращая жевать хлеб. Ши устало опустился на стул.
- Ну что? - шепнула я, усаживаясь рядом. Между нами стояла его тарелка, которую я не помыла со вчерашнего вечера. И почему я помню это?..
Вздох.
- Не знаю, Кариса... Просто не... не имею ни малейшего понятия.
- А он что? - вклинился Акимаса. Отец дернул плечом.
- Молчит...
Я прикрыла глаза. Плохо. Я еще по Офису помню: молчит - жди беды.
- Он тебе вообще не отвечает?
- Отвечает... но прямо, ровно, спокойно... понимаете, да?
Понимаем...
- В общем, так, - я встала. - Иди и скажи ему, что завтра нам придется всем встать, плюнуть на все и идти брать Штаб. Инквизиторы все сидят там. Думаю, если соберемся вместе - приколотим очень быстро и неплохо. Вытаскиваем Казури, а со зданием, если всех перебьем, можно ничего не делать.
Ши вздохнул.
- Кариса... это правда очень хороший план... но если я смогу донести его до Сатоки... ты мне приготовишь очень вкусный обед.
Я истерически рассмеялась.
- Ши, ты... ты как всегда... Иди уже, а? Поговори с ним... ну серьезно...
Картаки молча оттащил меня в сторону, обнимая за плечи. Я уже боролась с истерикой.
Ши, кивнув, встал и ушел в коридор. Хлопнула дверь их комнаты.
Я взглянула на Акимасу.
- Ну неужели он все так и оставит?!..
***
-Рассказывает Адару Сатоки-
Не знаю, как описать свое состояние. Просто погано - и все в этом слове. Не могу ни на что нормально реагировать. В общем... напоминает кое-что.
- Сатоки...
Я обернулся. Ши стоял рядом и очень устало смотрел на меня.
- Пойдем спать, а?
Я обернулся на часы. Без пяти одиннадцать. Надо же...
"Идти брать Штаб..."
Я не знал, что делать - последовать их желанию - трезвому, вообще-то - или... или опять тянуть, вести какие-то переговоры...
Да он этого и ждет. Чтобы мы явились.
Только зачем?..
- Я не хочу спать, - сухо ответил я, поворачиваясь к окну.
Ши стиснул зубы.
- Как хочешь. Я ложусь.
И правда лег, отвернувшись к стене. Я молча сидел, слушая тишину, перемежаемую тиканьем часов.
А если подумать.
Из-за кого все это началось, а? Кто виноват, черт возьми?.. Я. И никто, никто другой.
Вся история замешалась еще - сколько там, двадцать? - лет назад, когда я приехал "домой" на каникулы. Когда разговаривал с ним в вечер приезда, когда он заснул в тот же вечер на моем плече - что, разве я знал, что все будет так?!..
Я виноват во всем. Один. Мне одному - и исправлять.
***
"Ты удивишься, обнаружив это письмо. Наверное. Я ведь сроду тебе ничего не писал - даже записки в школе и институте. Даже дома записок не оставлял, когда уходил куда-то... ненадолго. Ты знаешь, мне трудно писать это сейчас, но сказать я не могу. Я боюсь, что ты будешь меня удерживать. А ты будешь.
Поэтому я так. Да, я трус и слабак. И я не напрашиваюсь на комплименты.
Кажется, так и остался пафосным подростком. И пусть...
Разве была когда-то разница?
Если читаешь это - я явно в Штабе. И что со мной там, пока не знаю.
Не проклинай меня за этот поступок. Я должен был это сделать. Понимаешь?.. Да, ты не любишь слово "должен"... скорее даже понятие. А я не могу сидеть здесь, когда... все так. Никто не виноват, кроме меня. Надеюсь, ты это поймешь.
Я прошу тебя - не ходи за мной. Не надо. Если даже что-то и случится... понимаешь, что... тогда тебе тем более ни к чему там быть. Я не хочу, чтобы что-то случилось и с тобой. Если, конечно, случится со мной.
А вернусь - все и пойдем на Штаб.
Сам не ходи. И удержи всех, если будут рваться. Это очень нужно. И мы оба это знаем.
Прости... что именно написал. Я уже сказал, почему.
Все.
Но я писал это - хоть оно и короткое - час. Если не два.
Впрочем, какая разница.
Теперь точно все.
Я.
P. S. Ты знаешь ведь, да?"
***
Еще одно письмо - для Аники - получилось не в пример короче. Но его я писал дольше. Я не мог с ними говорить. У меня не было сил ни на что, кроме того, что я, собственно, собирался делать.
...В конверт для дочери я сунул еще и связку ключей от моей токийской квартиры. На всякий случай. Да... дурак... зачем, куда лезу?
Поздно.
...Письма надо оставить на тумбочке в холле. Утром найдут... если я не приду еще.
Три утра.
Пора уже.
Я вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь, взял с вешалки пальто...
Открылась дверь маленькой комнаты.
***
-Рассказывает Анатаки Кариса-
Я проснулась как от толчка (пусть избитая фраза, но иначе я мысли выразить не могла) и очумело уставилась в потолок. И когда у нас он испачкаться успел? Что Акимаса взрывал у нас в комнате?..
Не помню. Ни черта не помню. Все мысли отшибло, да и немудрено. Машинально я кинула взгляд на будильник - три часа. Утра, естественно. Лишь через минуту или даже две до меня дошло, точнее, я смогла до конца прочувствовать, из-за чего продрала глаза - дико хотелось пить. Эх, Аники бы сюда... ну да ладно. Выйду, что мне, косточки молодые. Тьфу... как же противно я умею думать, надо же.
Чуть пошатнувшись, я встала с кровати. Глаза отказывались открываться, а веки - подниматься больше чем на миллиметр. Чувствуя себя каким-то неведомым китайцем, пьяным с утра и нездоровым с похмелья, я тихо вышла из комнаты и замерла на пороге. Шок? Нет. Как обычно - нет. Только один тупо бьющийся вопрос: что он делает, что он делает, что он...
- Адару... - у меня был хриплый со сна и испуганный в принципе голос, - ну три часа ночи, куда тебя...
Я не договорила. Сказать ему слово "понесло" - значит выслушать пятиминутный спич что "его не понесло, а он сам пошел, и если..." - не знаю, короче говоря.
Он довольно резко обернулся, глядя на меня чуть ли не с отчаянием. Но какую-то... досаду, что ли... я в его лице разобрать смогла. Тааак.
- Что, Кариса-кун? - прошипел он с ударением на "что" и, скорее всего, с подтекстом "задай-конкретный-вопрос". Что ж, задам. Покосившись назад, в угол холла, где дрыхли мой брат и Аники, я подошла поближе к Сатоки - не шептаться же по-идиотски через весь коридор...
- Куда ты собрался в такое время? - под "таким" я подразумевала не три часа утра, а... гм... обстановку в Штабе. Адару провел рукой по лицу - да-да, наша общая привычка - я успела заметить пролегшую между бровей морщину, а потом он закрыл глаза, и я клянусь, что голос у него был надтреснутый.
- Я думаю, ты и сама понимаешь.
Меня хватило только на то, чтобы просто вздрогнуть. Разумеется, черт возьми, я поняла, куда он собрался, едва выйдя из комнаты, но после того, как он мне это сам сообщает... нет. Не хочу. Я должна его удержать? Но у меня нет на это прав. А...
Чувствуя, что тот человек во мне, что обладает внутренним голосом, сейчас разрыдается, я подавила желание осесть на пол, подняла взгляд на Сатоки - и тут же он положил руку мне на плечо. И было это настолько привычным и да, черт подери, родным, что... Я тихо сглотнула комок в горле. Внутреннему это не помогло. Да и мне тоже не очень.
- Не волнуйся, - с непривычной мягкостью выдохнул он, очень просто на меня глядя - он никогда в жизни на меня так не смотрел, ну почему, почему, почему сейчас?!.. - Я думаю, все будет в порядке.
Моя шея будто перестала функционировать, я уронила голову, тупо пялясь на свои жуткие махровые фиолетовые тапочки и его качественные черные ботинки рядом. Будто эти тапочки что-то сделать могли... Не соображая мозгом, а скорее думая эмоциями - вот бред - я медленно подняла именно ту руку, плечо которой он сжимал, и стиснула его кисть своими пальцами. Ладонь Сатоки чуть дрогнула под моей, а я только думала, что нельзя сейчас отпускать, нельзя-нельзя-нельзя-нель...
Я уронила руку, продолжая сжимать его запястье.
- Думает он... - свой шепот и интонацию я не узнала. - Ты что, уверен... да разве это ты... почему такой риск... - бормотала что-то невразумительное. Думаю, ситуация меня вполне оправдывает, ничего осмысленного я сейчас придумать не могла.
Отпускать его нельзя, нельзя, не...
Он осторожно вытянул руку из моего захвата. Моя ладонь - что там, упала? повисла? совершенно безвольно. Его голос как сквозь вату доносился.
- Я надеюсь, ты понимаешь - в такой ситуации я просто не могу оставить все как есть.
Черт бы тебя драл, блин... в том и дело, что я все понимаю...
Нет, наверное, реветь все-таки хочется мне. А никакому там не мифическому внутреннему. Но я не умею. Не - у-ме-ю.
Вот и стой тут, пялься в пол тяжелым взглядом и рви на себе волосы, что ничего не можешь сделать, ну ничего абсолютно.
Орать на весь дом я не хочу. Я не знаю, почему.
А вот именно потому, что я...
- Понимаю, Адару, - просипела я, глядя куда-то вниз-в сторону. Он промолчал, но я как чувствовала - кивнул. Втянула воздух сквозь зубы.
- Можно кое о чем тебя... попросить? - представляю, как сложно ему было это сказать. Хорошо, что тут именно я - меня он, наверное, все-таки просить может. Да?..
Ладно. Найди в себе силы хоть на него посмотреть. Нашла, посмотрела. Наверное, у меня испуганное лицо. Просит он о чем-либо весьма и весьма редко, так скажем.
- Конечно, что ты, - с изумлением я осознала, что у меня спокойный голос. Адару медленно и тоже очень спокойно вытащил что-то из кармана - стоп, по-моему, он и руку оттуда не вынимал, пока мы тут стояли...
Я прищурилась. Два конверта, один не в пример тоньше другого - секунды через две до меня дошло, что во втором - просто еще какой-то предмет - из чисто-белой бумаги, которая даже в темноте контрастировала с его черной перчаткой. Жуткое впечатление. Я чуть было не отшатнулась. Он что, он...
- Вот, - Сатоки очень просто протянул мне письма. - Передай это, пожалуйста.
Я попыталась понять, когда успела оцепенеть. Сейчас или еще тогда, когда он вытащил конверты?.. Так же не...
Я медленно взяла конверты, выпрямляясь словно по струне.
- Ты сходишь с ума, - если шепот можно охарактеризовать как деревянный, он был у меня такой. - И это так ты считаешь, что все будет в порядке?
Кажется, я даже заикалась. Не помню. Мне запомнился почти потрясенный взгляд Адару. Потрясенный и, возможно, просящий. И я не выдержала. Я схватила его за руку, судорожно сжала, будто и впрямь верила, что это могло его удержать.
- Не надо... - голос упал, что называется, я не слышала себя. - Я... я прошу тебя... - это я просто из себя выдавила. Не знаю, что имела в виду под "не надо" - "не ходи туда" или "не идиотничай с письмами"... ничего не знаю. Как в тумане почувствовала, что он провел рукой по моей дурацкой прическе. Вздрогнула, крепче сжала в руке конверты.
- Не проси, - как ударил. И привычным в прошлое время тоном: - Я всего лишь просчитываю все возможные варианты развития событий.
По-моему, у меня руки задрожали, не помню. Секунду-две я простояла в ступоре, а потом медленно - у меня было ощущение, что я в глицерине двигаюсь - отпустила его руку и зачем-то переложила в свою правую ладонь один из конвертов. Уже не зная, какой. Все. Хватит эмоционировать. Бессмысленно.
- Хорошо, - очень спокойно прошептала я, прямо на него глядя. - Можешь на меня рассчитывать.
Он кивнул? Нет, уронил голову. Пусть на долю секунды, пусть тут же снова выпрямился, но этот, не побоюсь громких слов, жест отчаяния - был. Я чуть не отпрянула. Он не ожидал от меня такой реакции? Или не хотел, чтобы я именно так среагировала?
Вот сейчас - тот самый момент, когда я остро ВООБЩЕ НЕ ЗНАЮ, что делать. Вообще. Сатоки уже спокойно кивнул, глядя отнюдь не на меня, а непонятно куда, далеко в сторону - на диваны, что ли?
- Спасибо, - сдавленным шепотом. - Они подписаны, - ну-ну, а то я не понимаю, кому он мог последние письма, блин, передать. - Хотя ты и так понимаешь. С твоими... умственными способностями, - с ума сойти, Адару, ты постоянно слышишь из соседней комнаты, что я дура, и все-таки в этом не убедился? Даже я почти поверила...
А он словно мои мысли прочитал, пробормотав с усмешкой:
- Не верь Картаки-куну. Именно в этом - не верь.
Не буду. Если ты мне это говоришь - не буду.
- Ага... - глухо ухмыльнулась я. - Я не знаю уже... - "что говорить" осталось невысказанным. "Что делать и кому верить" - тоже. Помолчали.
Когда он шагнул к двери - не стану говорить, что "все внутри оборвалось". Просто тупая мысль - "вот и все, все, все..."
- Ну... все, - незнакомое "ну" с хрипотцой и твердое "все", пересекшееся с моей мыслью и вдребезги ее разбив. Я закрыла глаза. Я не в состоянии была смотреть на такое лицо Сатоки - болезненно бледное и чересчур, до одури, как никогда спокойное. И будь я проклята, если там не было хоть капли виноватого выражения... Слова его - как сквозь шапку: - Прощ... - со свистом вздохнув, - до встречи.
Не проконтролировал себя? В такой, черт возьми, простой ситуации?
Не считает он, что все будет в порядке. Не считает.
Я сплю все еще? Ну пожалуйста, пусть... хрен два, разумеется. Ну да и ладно.
Я двигалась все еще словно в глицерине. Шагнула к нему. Как сомнамбула, не зная, зачем, просто сделала шаг вперед. И стояли мы уже почти вплотную. Он с немного чрезмерной силой сжал мое плечо. И вот тут-то исчезло все. И глицерин, и шапка на ушах, и пелена на глазах. Молча, спокойно и для себя, наверно, обыденно, я ткнулась головой в плечо Сатоки и крепко его обняла.
Как полная сентиментальная идиотка. Что ж, оправдываю звание.
Оцепенел на мгновение, что понятно - я тоже существо скрытное и на подобные жесты скупое. А потом притянул к себе - странно, куда уж дальше притягивать-то - и... блин, то, что ты меня по башке гладишь, не поможет, отнюдь. Хоть рыдать я не умею, тяжело мне сейчас ой как. Глаза я не закрывала. Тупо смотрю, но ничего не вижу - естественно. Письма сжала со всей силой, руки дрожали.
- Спасибо тебе... - просипела я, вообще, совершенно не зная, что говорить. - За все... - хм. Как глупо...
Сейчас он усмехнется и скажет все, что думает о моем уме. Это точно. Хотя мне постоянно говорят, что в людях я не разбира...
- Ну... - усмехнуться-то он усмехнулся, но очень невесело и даже - ну честно - горько. - Что ты так благодаришь... как будто больше никогда не сможешь... - ну я не знаю его такого. Речь сбивалась, между фразами - большие паузы и голос с хрипотцой. И такие простые слова... почему все это сейчас?!
Орать - причем бессловесно - хотелось сильнее всего. Просто осесть на пол и орать. Нельзя. Вот ты себя контролируй. Надо.
А нафиг. Сейчас ничего не надо. Ни.че.го.
- А я тоже... - я шмыгнула носом, - варианты просчитываю.
- Ясно, - натянуто хмыкнул Адару - видимо, чтобы создать хоть какую-то видимость владения ситуацией. Не получилось у него. Ну да и... мне плевать. Мне не нужно, чтобы он сейчас... валял дурака. - Пожалуйста, передай письма, - почти шепчет он почти мне в макушку. Сколько же можно мучить... и мучиться...
- Обещаю, - быстро сказала я, пытаясь хоть со своей стороны закончить эту чертову пытку. Так, а я-то что?.. Пессимистка хренова... И торопливо, скороговоркой прибавила: - Если это понадобится.
Сама не верю.
- Да, - глухо пробормотал он, - если... И еще об одном я тебя прошу... постарайся удержать всех. Я не хочу, чтобы вы собой рисковали, - а сам, бля... - Постарайся, Кариса... я думаю, у тебя бы это получилось лучше, чем у меня. Я хотел просто оставить письма... но теперь понимаю, нельзя было. Спасибо, что вышла.
За что, за что спасибо, твою мать?!.. Вышла, но не могу ничего сделать, чтобы ты остался... ну почему...
- Не за что, - выдохнула я. - Я вообще... воды попить шла...
Он тихо усмехнулся, мягко меня отстраняя.
- Ты... поговоришь с ними?
"С ними"... Со всеми или?..
- Если они станут меня слушать, - кивнула я.
- Не думай так, - спокойно велел он. - Станут... пожалуйста, сделай так, чтобы Аники не рвалась слишком сильно, - дурень, ты предлагаешь мне непосильное... задание. - А Ши, я думаю, сам не пойдет.
Ты кретин.
- А вот это уже бред, - кисло усмехнулась я, - прости, конечно...
- Я написал ему, чтобы он не шел... - прошептал Адару, пряча глаза.
- Именно поэтому он пойдет, - фыркнула я.
Сатоки чуть усмехнулся. И тут же сжал губы.
- Кариса... если все же что-то случится... заранее - будь счастлива.
Я оцепенела. Зачем ты... зачем ты так?..
Шея перестала функционировать окончательно. А он приподнял мою голову за подбородок.
- Ну что ты... - устало и тихо. - Плакать собралась...
Я зажмурилась. Смотреть на него? Сейчас? Нет, не могу.
- Нет. Во-первых, этим не поможешь, а во-вторых, бессмысленно. Черт... это одно и то же... я запуталась совсем... - рыдать ооочень хотелось, но самих слез и не было. Как всегда...
- Тихо... - он снова притянул меня к себе; я уткнулась лицом в его пальто. - Никогда не умел, - горькая усмешка, - прощаться...
- И я... - зачем-то призналась я. Прощаться... что он дурака валяет, ему было мало одной попытки суицида?..........
- Ладно, - он отошел на шаг. - Последняя просьба, Кариса... дождись утра, хорошо? Не буди никого сейчас... иди спать, хорошо?
- Я не усну, - быстро ответила я. Неужели он не понимает? Нет, правда?.. - Но никого не разбужу. Честно.
- Спасибо, - он выпрямился, а за это "спасибо" мне захотелось его побить. Пальцем не трону. - Если утром я... - не договорил, - ты сделаешь все, что я просил?
У меня хватило сил только на кивок. Медленно - мышцы едва слушались - я сделала шаг назад. Пару секунд мы прямо смотрели друг на друга.
Затем он отвернулся к двери.
- Ну все, - надтреснуто, не глядя на меня. - Мне... пора.
- Давай, - прошелестела я. - Глупо, но... удачи, что ли...
- Спасибо, Кариса, - саркастически усмехнулся он. - Все.
Я медленно кивнула - он этого не видел.
- Прощай, - это, судя по всему, вырвалось у него автоматически. Я резко вздрогнула.
Закрылась дверь.
Медленно подойдя к ней, я уперлась лбом в створку.
- Пока...
Свой голос в тишине я не узнавала. Стояла тут с письмами, зажмурившись, прислонившись к двери, а хотелось... не знаю, чего. Да, нестись по комнатам и...
Но я обещала.
И поэтому медленно ушла к себе, так и забыв попить. Да и уже не хотелось.
...Едва я легла, положив конверты на тумбочку, как Акимаса что-то забормотал, словно во сне. Я замерла.
- Кариса... - бля. - Ты чего, перевернулась?
Вот...
- Я вернулась, - процедила я сквозь зубы, надеясь, что на этом вопросы закончатся. Не тут-то было.
- А где была?
- Пила...
- А... Слушай, там дверь, что ли, захлопнулась, или мне приснилось?
Я молчала. Он приподнялся на локте.
- А это что еще такое?..
- А ты не видишь? - я была уже не в силах. - Конверты...
- Кому...
- От кого, сначала спроси, - сорвалось у меня с языка. - Бля... слушай, я тебе сейчас... наверно, все скажу, только лежи тихо, никуда не беги, никого не трогай... я тебя очень прошу, ладно?
- Кариса, не пугай меня, - чуть хрипло, - что происходит? От кого и кому эти чертовы письма?
Я закрыла глаза, крепко хватая его за руку. Интересно, у меня от всего этого выкидыш не случится?
- От Сатоки. Ши и Аники.
- Что... только не говори...
- Я сейчас вышла попить, - деревянным голосом продолжала я, не обращая на него внимания, - а он там стоял... в пальто уже.
- Он попер в Штаб?! - Не кричи, - страдальчески выдохнула я, - он просил меня, чтобы все до утра спали.
- И ты... ты... - Картаки бухнулся обратно на подушку, в ответ с силой сжимая мои пальцы. - Хотя он... Кариса...
Я молча уткнулась в его плечо.
- Кари... блин... я тебя сто лет плачущей не...
- Я не плачу, - прошипела я, - не могу. Что... что делать, а?
Он помолчал.
- О чем он тебя просил?
- Никого не будить и передать письма только утром, если он не... вернется.
- Тогда ждем до семи, - спокойно велел Акимаса. - Ты же не хочешь, чтобы... он потом тебя проклинал...
Я помотала головой. Вот кто настоящий оптимист.
- Тогда лежи и жди. Спать будешь?
Я снова тупо покачала головой.
- Тогда просто лежим. И ждем. Потому что я теперь тоже не усну.
Валяться три с половиной часа. Ничего. Можно.
***
Будильник резко поменял положение с 06:59 на 07:00. Я чуть толкнула Акимасу локтем. Он, мрачно кивнув, тут же поднялся с кровати.
- Я... - немного хрипло, - разбужу Хитоши с Касуми, ладно?.. А ты - Таками тогда... потом мы втроем пойдем... а они пусть Аники поднимают...
Я только кивнула, встала, взяла письма и вышла в коридор.
Аки скрылся в гостиной. Я присела на диван рядом с братом и потрясла его за плечо.
- Что? - он тут же проснулся. Я потянула его за руку.
- Вставай. Сатоки в Штаб умотал.
Таками резко сел, круглыми глазами глядя на меня. Нашарил очки на журнальном столике, встал, я за ним. Из гостиной выпали Акимаса и встревоженные Сертако и Каси.
- Растолкайте ее, - буркнул им Картаки. - Пошли.
Три шага к двери их комнаты показались нам километрами.
Я медленно подняла кулак, взглянула на Акимасу.
- Может, ты?..
- У нас нет времени на твою придурь, - прошипел он.
Вздохнув, я зажмурилась - а потом все же открыла глаза и забарабанила по двери.
- Открой! - откуда у меня голос взялся? - Ши!.. Только быстрее!..
...Я никогда не видела у него такого лица. Даже не возьмусь описывать.
- Что? - очень тихо.
Молча сунув ему конверт, я отвернулась. Я не могла. Сжавший мою руку Таками, треск разрываемой бумаги... все было как в тумане.
- Когда он ушел? - ровным голосом. Я вздрогнула, медленно оборачиваясь.
- Часа в три...
Молча отодвинув Таками, отец сделал пару шагов к вешалке. Да что...
- Ши... - сдавленно произнесла я.
Обернувшись, он пристально и чуть (!) устало уставился на нас всех.
- Аники... - пробормотала я.
Чуть покачав головой, он уселся в кресло, почти не обращая внимания на Хи и Касуми, и довольно сильно, как мне показалось, сжал пальцы Аники.
- Что...
Быстро усевшись рядом с ней, я сунула ей конверт. Мы все сгрудились вокруг - кто опустил глаза, кто, наоборот, смотрел прямо... Пока она читала, Касуми внезапно тихо взвыла и рванулась в кухню. За ней, пять секунд поколебавшись, ушел, шарахнув дверью, Хитоши.
Ключи сестра выронила. Ключи от его квартиры. Да, так он считал, что все будет в порядке... Потом дочитала письмо, аккуратно, по сгибам, сложила его, сунула обратно в конверт и встала.
Тут же за обе руки ее схватили Таками и Акимаса. Я вскочила, сделала шаг назад, остановилась рядом с Ши.
- Пустите! - выкрикнула она.
- Идиотка... - тихо выдохнул Картаки. - Не собираемся даже.
Без лишних слов она рванулась из их рук. Аки выругался под нос, Таками же обернулся к нам с взглядом "сделайте что-нибудь".
Я зажмурилась.
- Аники, я понимаю... тебе сейчас на наши просьбы наплевать, но...
"Он просил" я не смогла выдавить из себя. И просто осела обратно на диван.
Ши, тихо вздохнув, шагнул к ней - Таками тут же отошел - и схватил за плечи; пришлось отойти и Акимасе.
- Он бы не хотел этого, - услышала я тихий-тихий голос Ши. - И я.
Резко вздрогнув, Аники ссутулилась, потом медленно отошла в сторону и забилась с ногами в кресло. Таками и Акимаса переглянулись - не услышали, наверно.
Свалившись на диван напротив, Аки вытянул из кармана пачку и зажигалку.
- Хватит курить, - надтреснуто велела я.
- Чего? - он аж воздухом подавился. Я вскочила.
- Да не кури при мне, я сказала!..
Деваться было некуда, кроме нашей комнаты. Туда я и влетела, прислонилась к стенке...
- Чего это она? - донеслось из коридора.
- Она уже месяц не курит, - тихо ответил Таками. - Может, бросила...
- Она? - фыркнул Картаки. Я закрыла глаза.
Скрипнула дверь. Мне на плечи легли руки отца.
- Молодцы, - чуть скептически усмехнулся он. - Ну об этом мы потом поговорим. Поздравляю. Я успела только глаза распахнуть - а он уже вышел. Ноги подкосились, я сползла по стене.
И снова хлопнула входная дверь.
***
-Рассказывает Адару Сатоки-
Я открыл глаза. Серые стены. Ручка на противоположной стене. Над головой - небольшое окно (без решетки, спасибо). И какие-то стеклянные антресоли. Все, больше здесь ничего не было.
Я валялся на полу, как был - в пальто, перчатках, ботинках... удивительно. Схватили, дали по башке поленом, накачали нейтрализаторами и одели обратно?..
Кретин. Юморишь еще...
И что я, спрашивается, сделал?..
Слабость в теле мешала подняться, но кое-как я это сделал. Немного кружилась голова. Интересно, сколько времени я так... впрочем, это неважно.
...Говорят, перед смертью у человека перед глазами мелькает вся жизнь. А вот у меня мелькали почему-то выборочные кадры.
"Оставайся. Хоть навсегда". "Пап, давай в "костыль" поиграем?.." "Ну не носи цветы в портфеле! Они от этого портятся!" "Прости... я часто тебя не понимаю... только пап, ты мне нужнее всех... понимаешь?" "Прекрати валять дурака. Ложись спать, а? Спишь три часа в трое суток; нет, ты думаешь, я ничего не знаю? Ставьте заглушку!.." "Не надо бояться, Сатоки. Я тебя люблю". "Не терзай себя. Никогда. И тебе, и всем от этого хуже". "Какой ты дурак, ты знал?.." "Брат... у тебя настоящая современная семья". Как хватило сил ударить кулаком по стене, я не знал.
Скрипнула дверь.
Я резко обернулся.
Лучше было, конечно, этого не делать, но что уж теперь...
...Стояли и смотрели друг на друга мы минуты три так точно. Затем я приподнял бровь.
- Молчишь?..
- Этого не... - заикнулся братец. Я усмехнулся.
- Любуйся... химик.
Отыгрывался? Да зачем?..
- Нет... - выдохнул он. Я фыркнул, садясь на пол.
- Почему же? Ты не знал? Лишь помотав головой, Казуки рухнул рядом. На колени.
- Зачем ты... зачем...
- Зачем я что? - резко переспросил я. - Ты же для этого отдал... приказ о больнице? Чтобы кто-нибудь из нас сюда пришел? Только этим кем-то оказался я...
- Я не думал, что... - выдавил он из себя.
И именно здесь остатки ярости всплеснулись со дна души.
Я врезал ему в зубы - и, несмотря на то, что рука у меня была в перчатке, у него из губы побежала кровь; он рухнул на пол. Я кое-как склонился над ним.
- Что ты тогда думал? - с отвращением, причем не фальшивым, прошипел я. - На кого ты приказ подписал, мразь?
Ничего не ответив, он потянулся рукой к лицу. Я перехватил его запястье.
- Не. Смей. Ну так что?
Лишь помотав головой, Казуки ничего не ответил, только закрыл глаза.
Я отпустил его руку, откидываясь на спину и подсовывая локоть под голову.
- Пошел вон. Сбегать отсюда я не собираюсь - рассудка лишатся все рядом находящиеся. А тебе еще нужны мозги, чтобы остальных... нейтрализовать.
- Я не сделаю этого! - взвился он. - Я... я обещал тебе, что убью их, если они что-то сделают с тобой... Я знаю... мне просто... просто нельзя об этом просить, но... просто поверь - я это сделаю.
- Какого я должен тебе верить, а? - равнодушно спросил я.
- Как ты... - прошептал он. - Я твой брат...
- Да что ты, - хрипло произнес я. - Ты считаешь, что у тебя все еще есть право так называться?..
Казуки лишь судорожно всхлипнул. А мне ничего сейчас не хотелось, кроме как того, чтобы он ушел.
- Я сказал - пошел отсюда. Убивай кого хочешь. С меня начал - собой закончи.
Молча поднявшись, он вышел, закрывая дверь. Все.
Только бы удалось заснуть.
Но повторный звук открывшейся двери взорвал в голове абсолютно все мысли.
***
-Рассказывает Катаро Ши-
Не могу. Не могу злиться на него, не могу... даже смотреть в тот угол, где он лежит, с трудом могу. Зачем... зачем... что...
"Не ходи за мной". Ты идиот, Сатоки, полный идиот. Как ты мог мысль допустить, что я останусь?..
Я шарахаю этой кретинской картонной дверью, быстро прохожу к нему, совершенно шокированному, и сгребаю в охапку.
Проходят какие-то вечные десять минут, прежде чем он шепчет:
- Я просил тебя не... зачем ты...
Я закрываю глаза.
- Я не так давно обещал, что никуда от тебя не денусь. И ты от меня - тоже.
Он дергается, но я лишь сильнее его обнимаю. Однако так, чтобы ему не было... еще труднее дышать.
- Ши... - хрипло, - правда, лучше тебе уйти, - ага, сейчас. - Ты же знаешь все про нейтрализаторы еще лучше, чем я. Уходи отсюда...
- Не валяй дурака, Сатоки, - шиплю я, - я никуда не уйду сейчас. Он молчит.
- Ты уверен, что ничего нельзя сделать? - спрашивая это, я уверен сам.
- Уверен. Разве что полностью заменить мою кровь чьей-то еще, но это в принципе невозможно. Да и уже вряд ли поможет.
Я, не открывая глаз, провожу ладонью по его щеке. Он перехватывает мою руку.
- Ты... почему в перчатках?
Это чтобы просто что-то спросить?
- Потому что на улице холодно, - ровно отвечаю я. - А ты?..
- Накачали когда... видимо, просто... не знаю, куда их ввели, но... неважно.
Это и правда неважно, черт побери.
Он медленно садится, опираясь спиной о стену. Я встаю на колени напротив, сжимаю его плечи - а он склоняет голову и прижимается левой щекой к моей ладони. Другой рукой я начинаю перебирать его волосы. Он вздрагивает. Почти как всегда.
Почти...
- Ши...
- Сатоки... - бормочу я. - Мой маленький Сатоки...
Он закрывает глаза. Одна-единственная слеза ползет у него по щеке, и я почти автоматически ее стираю.
Еще неизвестно сколько мы молчим.
- А они... продолжат охоту на наших?
- Не знаю, - выдыхает он, - я не смог... понять...
Я молча кладу ладонь ему на губы. Ни к чему разглагольствовать.
- Ты знаешь, - бормочет Сатоки, - мне кажется, я уже сошел с ума...
Я смотрю ему в лицо - он этого не видит. И обнимаю.
- Ты уже двадцать один год как сумасшедший, Сатоки.
Снова молчим.
- Ши... - еле слышно говорит он. - Мне страшно...
Я, не зная что отвечать, только еще сильнее сжимаю его плечо.
- Правда... уйди отсюда, пожалуйста... я не хочу, чтобы ты...
- Этого хочу я. Да и поздно уже.
Снова тишина.
- Сатоки... примерно сколько...
- Не знаю... сейчас сколько?..
Чтоб я это знал...
- Восемь утра... или полдевятого...
- Тогда пять часов назад.
Я замираю.
- Что...
- У тебя часа два, - ровно произношу я, пытаясь сам уложить это в голове. - У меня - четыре.
Молчание.
- Ши... - устало, - пожалуйста... пожалуйста, сделай что-нибудь, чтоб я не считал секунды...
Я прикрываю глаза.
- Я уже ни-че-го не могу сделать. Просто... просто не считай их... хорошо?
Он кивает, ткнувшись мне в грудь. Опять молчим.
- Прости меня за все... - бормочу я, вновь гладя его по волосам. Сатоки перехватывает мою руку и с неизвестно откуда взявшейся силой сжимает пальцы.
- Я и не винил тебя никогда не в чем... ладно... простил... и ты меня... пожалуйста...
Я только киваю. И именно сейчас он резко хватается за висок.
- Началось? - медленно произношу я, чуть отстраняясь. Он медленно открывает глаза - совершенно измученный, как никогда, взгляд - и тут же их закрывает
И тут я слышу сверху какие-то шаги. Вскакиваю, оборачиваюсь - от этих движений дико кружится голова - какая-то неясная фигура стоит на четвереньках на стеклянных антресолях над камерой. Мне не нужно прищуриваться, чтобы знать, кто это. Рука тянется в карман за револьвером.
- Ши, - несется от стены, и я медленно поворачиваюсь. Сатоки прямо смотрит на меня, и во взгляде этом... не знаю, не - зна-ю, что. - Ши, убей меня... пожалуйста...
Я цепенею. В голове какой-то черный туман и ничего, кроме одной единственной мысли.
Я.
Не.
Могу.
Не...
- Это же просто... - шепчет он. - Просто нажми... Я прошу тебя...
Нет, ни за что, нет... я не...
У меня закрыты глаза. Рука с револьвером дрожит. Я стреляю.
Резкий вздох.
- Спа...сибо... Ши...
Открываю глаза. Не могу на все... на все это смотреть.
Сейчас рука не дрожит. Совсем. Дуло холодит висок. Почти приятно...
...А что было дальше - я не знаю.