Ранние и не включенные в основной корпус сочинений стихотворения
ГОРОД
Ты говорил: "Уйду в иную землю,
К другому морю, в лучшие селенья...
Здесь каждый шаг сулит мне осужденье,
Здесь сердце, словно мертвеца, хоронят.
Стряхнуть с себя оцепененье! Тонет
Мой взгляд, куда бы он ни обратился,
В воспоминаниях - за что я бился,
Что потертял, где ум мой ныне дремлет".
На новые места, в иную землю
Ты не придешь. С тобою этот город.
Состаришься ты там же, где был молод;
Все тот же дом ты посетишь, седея...
Живи же здесь - надежды не лелея
Уехать ли, уплыть - остаток лет
Ты промотаешь всюду: здесь ли, нет,-
И, не проснувшись, жизнь свою продремлешь.
САТРАПИЯ
О, как же горько - когда ты, казалось,
Рожден для дел прекрасных и великих,
Твой рок тебя лишил несправедливо
Поклонников, успеха... И повсюду
Тебе препятствуют: чужая низость,
И мелочность дешевая, и черствость.
Как страшен день, когда придется - сдаться,
(Придется и отчаяться, и сдаться...)
Когда отправиться придется в Сузы
И ко двору явиться Артаксеркса.
Тебя, конечно, благосклонно встретят:
Предложит царь сатрапию тебе, -
А ты, отчаявшись, все это примешь:
Все это, что совсем тебе не нужно, -
Когда другого, ах, другого ищет
Твоя душа: всеобщей похвалы,
И одобрения софистов, и
Трудом заслуженного восклицанья
Бесценного: "Как это хорошо!", -
На площади, в театре, - увенчанья...
Откуда Артаксерксу это взять?
В сатрапии едва ль найдется это -
А как без этого ты будешь жить?
Sophoi de prosionton
Богам открыто грядущее,
простым смертным - настоящее,
а мудрецам - близкое будущее.
Филострат, "Жизнь Аполлония Тианского"
Простым знакомо людям настоящее,
Грядущее известно божествам -
Одни они предержат все стихии.
А прозорливцам - вскоре предстоящее
Предчувствовать дано. Им, мудрецам
Порой, в часы трудов их, слух тревожит вдруг
Какой-то тайный зов, неясный нам;
Того, что близится, шаги глухие -
И внемлют жадно. Но не слышен этот звук
За окнами их - простецам.
СВЕРШИЛОСЬ
Изнемогая от страха и подозрений,
Когда тоскует дух, а взгляд - тревожен,
Мы изобретаем, как нам избежать
Жуткой опасности, которая
Столь очевидно угрожает нам.
Но нет, мы ошиблись. Ее не существует...
Знаки ввели нас в заблуждение:
Знаки, которые мы могли не расслышать,
Которые мы могли неверно понять.
Тут-то другая беда, не та, которой мы ждали,
Внезапно и стремительно обрушивается на нас -
И, застав нас врасплох, завладевает нами.
ПОКИНУЛ БОГ АНТОНИЯ
Когда в часы ночные вдруг услышишь
Ты звуки дивной музыки, и поступь,
И возгласы незримого фиаса -
Тогда ты не оплакивай напрасно
Свою судьбу, что нынче отвернулась,
Свершенья, что тебе не удались.
И замыслы - теперь, как оказалось,
Невоплотимые...
Бестрепетно, давно к тому готовый -
Ты отпусти теперь Александрию,
Которая уходит от тебя.
И не обманывайся, про себя
Твердя, что это сон, что эти звуки
Почудились тебе - не соблазняйся
Подобною надеждою напрасной.
Бестрепетно, давно к тому готовый,
Как подобает мужу, кто владел
Великим этим городом - спокойно
Шагни к окну, и внемли умиленно,
Без слез и малодушия мольбы,
Последним звукам, сладостным и дивным,
Таинственного шествия - простись
И отпусти свою Александрию.
ФЕОДОТ
Если ты из тех, на ком лежит печать
Истинной избранности - то себя
Обуздывай, когда к тебе придет успех.
Сколько бы ни был ты прославлен,
Сколько бы ни превозносила
Молва свершенья твои в Италии,
В Фессалии, - сколько бы ни было указов
Издано в Риме о почестях тебе
Твоими поклонниками - померкнут
И радость твоя, и торжество,
И упоенья властью - впрочем, над чем? -
Более ты не ощутишь,
Когда Феодот в Александрии
Преподнесет тебе на блюде
Кровавом - голову бедного Помпея...
Нет, не надейтесь, что в жизни вашей,
Расписанной по минутам, тихой,
Прозаической - места нет
Подобным ужасам театральным...
Может быть, сейчас в дом по соседству,
Который снимает ваш знакомый,
Бесплотною тенью входит Феодот,
Неся отсеченную голову на блюде.
СКУКА
День следует за днем, ему подобный;
Все то же повторяется бессменно
И кажется лишь копией подробной
Мгновения, ушедшего мгновенно.
И каждый месяц, вновь запечатленный
В другом - назначенным уходит сроком.
"Вчера" мы видим в "завтра" воплощенным
Без перемен. Как просто быть пророком...
ИТАКА
Когда ты будешь держать путь к берегам Итаки,
Молись о том, чтобы дорога оказалась долгой,
Полной неожиданностей, полной открытий.
Пускай тебя не страшат
Ни лестригоны, ни киклопы,
Ни гнев Посейдона -
Ты никогда не повстречаешь их на своем пути,
Если твои помыслы возвышенны,
Если все устремления души и тела
Ты направляешь лишь к прекрасным, редким предметам.
Лестригонов и киклопов,
Бушующего Посейдона
Тебе не придется повстречать,
Когда ты не питаешь их в своей душе,
Когда твоя душа не высылает их тебе навстречу.
Помолись о том, чтобы твой путь был долгим.
Пускай не однажды летним утром
Тебе, преисполненному таким небывалым счастьем, такою радостью, Доведется зайти в не виданные прежде гавани.
Останавливайся у финикийских лавок
И покупай красивые вещи:
Перламутр, кораллы, янтарь, черное дерево
И упоительно благоухающие благовония - самые разные;
Поелику возможно, в изобилии покупай упоительные благовония.
Посети как можно больше городов Египта,
Где ты будешь учиться - учиться у многомудрых учителей.
Всегда и повсюду помни об Итаке.
В том, чтобы приплыть туда - твое предназначение.
Но не помышляй о том, чтобы сократить время твоего странствия.
Пусть лучше пройдут долгие годы,
И уже стариком ты причалишь в гавани острова.-
Богатый тем, что приобрел в пути;
Не ожидая, что Итака наделит тебя сокровищами.
Итака отправила тебя в чудесное путешествие.
Когда бы не она, ты не вышел бы в море -
Но больше она ничего не может дать тебе.
Пусть она покажется тебе жалкой - она сохранила верность тебе.
Ты мудр и опытен... Теперь тебе откроется,
Как важно, чтобы у тебя была своя Итака.
ВТОРАЯ ОДИССЕЯ(1)
Dante, Inferno,Canto XXVI
Tennyson, "Ulysses"
Вторая Одиссея, больше первой,
Наверное... Увы, она
В гекзаметрах Гомером не воспета.
Тесны были отцова дома стены,
Был тесен городок его отца.
И вся Итака тесною была.
И Телемахова любовь, и верность
Супруги, и отеческая дряхлость,
И старая дружина, и народа
восторженная преданность, и отдых -
Счастливый, мирный отдых в стенах дома -
Все было в радость, что как бы лучами
Вливалась ныне в сердце морехода.
И, как лучи, угасло все.
Желанье
Проснулось моря в нем. Возненавидел
Он самый воздух суши. Сон его
Тревожили виденья Гесперии.
И он был вновь тоской своей охвачен
О возвращенье - не на остров, в море...
О путешествиях! Об утренних прибытьях
В невиданную прежде гавань - ты
Тогда таким бывал исполнен счастьем...
И Телемахова любовь, и верность
Супруги, и отеческая дряхлость,
И старая дружина, и народа
Восторженная преданность, и мир -
И отдых, тихий отдых в стенах дома -
Постыло все!
И он решил бежать.
Когда Итаки берега пред ним
Стирались постепенно, незаметно,
Когда, все паруса подставив ветру,
Он плыл на запад, где живут иберы,
Где Геркулесовы столпы, где море
Кончается Ахейское - казалось
Ему: он будто снова оживает,
Он сбросил тягостные бремена
Знакомого, домашнего... И сердце,
Исполненное жажды приключений,
Безлюбое - торжествовало хладно.
ХВАТИТ ЛИ СИЛ?
Да, невозможно жить лишь так, как хочешь -
Но ты, по крайней мере, попытайся -
Насколько хватит сил: не тратя жизнь
На светские поверхностные связи,
На суету, на встречи, разговоры...
Не трать ее на частые поездки,
Не выставляй ее перед другими
В бессмысленной поденщине общенья,
Пока еще не сделалась постылой
Тебе, словно чужая, жизнь твоя.
ЖИТЕЛИ ТРОИ
Как наши замыслы и предприятья
Похожи на последнюю борьбу
Троянцев! Удается лишь отчасти
Задуманное - и настолько же
В своих глазах мы тотчас вырастаем,
исполнившись отваги и надежды.
И всякий раз препятствует нам нечто:
Ахилл является под крепостные стены
И с громким криком сокрушает нас.
Подобны замыслам троянцев наши
Усилия любые... Вот отвагой
Пытаемся мы подкупить удачу,
Теперь уже за стенами сражаясь...
Но наступает перелом - и вдруг
Нас оставляют дерзость и решимость,
Дух слабнет и в тревоге изнывает.
Мы разбегаемся от стен, в надежде
Спасение найти вдали от них.
А поражение так явно, и рыданья
О нас уже звучат на стенах Трои.
Там плачут о былом блаженстве нашем.
И горек плач Приама и Гекубы.
ЦАРЬ ДЕМЕТРИЙ
Hosper ou basileus, all'hypokrites,
metamfiennytai chlamida phaian anti tes tragikes ekeines,
kai dialathon hypechoresen.
Plut., Demetr. 10,42(1)
Как македоняне оставить трон
Ему велели, Пирра предпочтя,
Деметрий, царь ( он обладал вполне
Величием душевным) - не по-царски -
Так говорят, - себя повел. Ушел он,
И золотое одеянье снял,
И сбросил сапоги пурпурной кожи,
В простое платье быстро облачился
И в путь отправился. Он поступил
Словно актер, что после представленья
Переоденется - и прочь уходит.
_____
(1)Подобно не царю, но актеру, он надел вместо хламиды трагика серую траурную и тайком ушел. Плутарх, 'Жизнеописания', 'Жизнь Деметрия', 10,42
ШАГИ
Кораллами украшенное ложе -
Орлы на темном фоне из эбена.
Глубоко
Здесь спит Нерон - бессовестный, счастливый,
Спокойный... И здоровьем пышет тело,
И дышит молодою скрытой силой.
А в нише, в алебастровых покоях,
Где спрятан древний родовой ларарий
Агенобарбов - что за суматоха
Царит средь ларов! Как они дрожат,
Домашние беспомощные боги,
Пытаясь спрятать маленькое тельце.
Они услышали зловещий шум,
- О, жуткий шум! - на лестнице, все выше...
Железные шаги. Дрожат ступени -
И бедные божки, почти без чувств,
Забились в нишу - падают, пытаясь
Поглубже спрятаться - толкаясь, спотыкаясь:
Они почувствовали, что за шум
На лестнице: шаги Эриний.
СЕРЫЙ ЦВЕТ
Глядя на сероватый опал,
Я вспомнил прекрасные серые глаза.
Которые видел когда-то: кажется,
лет двадцать назад.
Наша любовь длилась месяц -
Потом он уехал,
если не ошибаюсь, в Смирну, -
На работу, и больше мы с ним не виделись.
Если он жив - серые глаза поблекли;
Красивое лицо, должно быть, подурнело.
Память моя, сохрани эти глаза такими, какими они были -
О память, сколько ты в силах,
удержи для меня от той любви!
Сколь возможно точный, нарисуй мне сегодня ее образ...
НА КЛАДБИЩЕ
Когда ведут тебя воспоминания
На кладбище - склони колена
Перед святою тайной, с должным тщанием, -
Пред темным будущим всего, что тленно.
Все к Господу направь искания,
Внемли!
Сон вечен в узком ложе, здесь, в лоне осененной
Христовой милостию земли.
Здесь тихое свое благословение
Дает надгробиям смиренным
Родная вера, чуждая стремлению
Язычества к уборам драгоценным.
Даров ненужных позлащения
Вдали
Сон вечен в узком ложе, здесь, в лоне осененной
Христовой милостию земли.
ДОМИК И САД
Мне хочется, чтоб загородный дом
Был у меня. огромным окруженный
Садом...
Но не ради
Цветов, кустов, деревьев я мечтаю
О нем (все это там, конечно,
Должно расти - все это очень мило)
- ради животных... Как бы мне холтелось
Животных завести - по меньшей мере,
Семь кошек: две из них пусть будут
Черны, как смоль, и две - белее снега,
Для равновесия. И важный попугай
пускай сидит на ветке. Буду слушать,
Как он уверенно горланит что-то...
Собак, пожалуй, хватит трех. Двоих
Мне завести хотелось бы коней
(люблю лошадок...)
И сверх того - три, и четыре даже,-
Достойные и славные создания -
Там будут ослики. Пусть ленятся они
Бещз вьюка; наконец, пусть головы понурые поднимут.