Меня зовут Руа. Да... странное имя. Хм. В принципе в нашей группе у всех странные имена, да и вообще это нечто вроде негласной традиции. Мм, как сложно сосредоточиться!
Сигареты помогают думать, помогают упорядочить хаос мыслей. Только вот их отобрали. Говорят вредно. Это так странно, как же я буду думать без сигарет?
Как же все нелепо! Моя растерянность давно уже перешла все видимые границы.
Сколько же я уже здесь? Хм, кажется около двух недель. Или больше?
О Боги, Бездна и ее порождения! Как же я ненавижу эту часть жизни, которую неизменно называют провидением или судьбой.
Ну что вы нет, я не жалуюсь..., я только устала, совсем чуть-чуть, ровно настолько, что стремление умереть становиться невыносимым.
Я умираю... медленно, неуклонно, день из дня, секунду за секундой. И я счастлива, искренне радуюсь этому. Надеюсь, там не будет заданий и можно наконец-то отдохнуть.
Мир не стоит, он движется, а я отстала от него. Совсем чуть-чуть не успела, но теперь уже поздно, ритм самой жизни огибает меня, минуя как незначительное препятствие.
Я деградирую, мой разум не принадлежит мне. Я умираю, ибо мой рассудок и есть я. Тело же лишь оболочка и она предала меня.
Руа... Руа... Руа...
Главное не забыть свое имя, это ведь все, что есть у меня.
Говорят тем, кто уже видел Серую Леди не так страшно умирать. Не знаю, не знаю... Скольких я убила? Хм, никогда не занималась подобными подсчетами, но не сомневаюсь, точная цифра есть в моем личном деле. Где-то там в штабе.
Интересно поможет ли это мне? Когда Старая коснется своим хладным поцелуем моей груди, останавливая безудержный бег сердца? Наврядли. Скорее всего, просто усмехнется презрительно высокомерно и скажет "вот и снова свиделись. Только в этот раз ты по другую сторону прицела".
Нельзя забыть свое имя. С ним слишком многое связано. Да и на том свете стыдно будет держать ответ, не помня имени.
Брр. Ненавижу белый цвет, ненавижу свою палату, больницу и вообще мне надоело бездействие. Оно хуже всего, оно не дает отдыха ни уму, ни телу, а только раздражает.
Как странно. Меньше всего я предполагала такой конец. Всегда надеялась получить финку в сердце или словить шальную пулю.
А тут... последствие некачественно выполненного задания. Всего лишь небольшое невезение и все. Стыдно за свой столь бесславный конец как агента.
Как хорошо, что скоро меня ликвидируют. И это правильно. Кому нужны овощи и калеки?
Наверно, в таких случаях надо молиться или просить о чем-то, но... знаете... мне это не нужно.
Единственной просьбой будет маленькое пожелание.
Пусть это сделает Учитель. В конце концов, смерть это все же несколько интимное действо не находите? Хахаха. И доверять ее какому-нибудь малознакомому агенту слишком безответственно. А он самый близкий человек, наставник, почти как ... отец, которого у меня никогда не было. Человек, научивший всему, сделавший той, кто я есть. Что я к нему чувствую? Странную смесь уважения, почти преклонения, признательности, благодарности и теплоты.
Учитель, прошу вас, сделайте это. У вас не дрогнет рука, не будет лишних сомнений и чувства вины. Вы ведь лучший. И я знаю вашу маленькую тайну. Вы тоже ненавидите белый цвет и больницы. Поэтому вы меня поймете.
Для лучшего аналитика группы нет ничего хуже такого конца..., когда собственное тело и разум предают тебя, когда остается лишь мучительное желание не видеть чужую жалость, не осознавать насколько все плохо и как хуже может стать.
Я боюсь..., и только вы можете подарить мне легкую, спокойную смерть.
Жалкое зрелище. Молодая, в общем-то, привлекательная девушка с уровнем интеллекта под сто восемьдесят, докторской степенью по психологии и тремя высшими образованиями, прикованная к больничной койке и медленно деградирующая до овоща.
Хех. Я ведь теперь даже не в состоянии вспомнить свой диагноз. А сейчас я плачу... простите за эту детскую истерику и слезы. Я просто устала... Меня зовут..., меня зовут... мое имя...