Аннотация: Шестое место в финале конкурса "Фаворит Удачи"
Мишка Шляпер или Жизнь на букву 'Д'
По грязной улице тащились бурые листья и Мишка Шляпер. Мишка тащился с халтурки, листья - потому что осень.
- Осень, брат Шляпер, - сказал Мишка и сам удивился. Романтика вспорхнула с его плеча и брезгливо отряхнула лапки. Ошибочка вышла, бывает.
Верный грязный 'жигуленок' с готовностью подпрыгнул и подставил замок под ключ. Мишка забрался в ободранный салон.
- Н-н-у-у-у? Фига-а-а? - Мишкин голос обещал многое, а свои обещания Шляпер выполнял.
'Жигуленок' виновато кашлянул. Чихнул. Зашелся в астматическом припадке. 'Жигуленок' очень хотел завестись. Вмятины от Мишкиных армейских ботинок зачесались на когда-то белых боках.
- Фига-а-а... - задумчиво протянул Мишка и обошел вокруг 'жигуленка'. Пнул - почти нежно. Открыл крышку капота. Ковырнул тут - там. Плюнул. 'Жигуленок' вздрогнул, крышка сделала 'клац!'.
Мишка посмотрел на свои пальцы. 'А если бы не успел?' - шепнул кто-то в правое ухо. Мишка набычился. 'Так успел же!' - послышалось в правом. Мишка запутался - две мысли закружились в радостном хороводе.
- Шоб ты сгорел! - привычно пожелал Мишка 'жигуленку', прикусил сигарету и нашарил в кармане зажигалку. Веселый огонек радостно спрыгнул с кусочка дешевого пластика прямо на капот 'жигуленка'.
- Не, ни фига! - твердо произнес Мишка, сдернул с могучих плеч дешевую куртяшку и царским движением бросил на 'жигуленка'.
- Фига, фига! - язвительно подумали языки пламени, лизнули куртяшку и побежали вверх по 'жигуленку'.
- Пожар, горим! Пожар! Мобильный? У вас есть мобильный? Звоните! Ноль! Два! Ноль! Три! Да что же вы стоите, горим! - бойкий неопрятный старикашка бежал по улице к Мишке и горящему 'жигуленку'. На его лице отражалась извечная человеческая любовь к трагедиям, скандалам и просто безобразиям.
- Да что же это, люди добрые? Среди бела дня! Террористы? Взрыв, скажите, взрыв был? - старикашка тормошил Мишку и пытался вытащить из Мишкиного кармана мобильный. Мишка отмахнулся от старикашки и отошел от 'жигуленка' - в баке было литров десять бензина - для фейерверка в самый раз.
- Это вы? Это вы сами ее подожгли? Это ваша бомба? Террорист! Л-ю-юде-е-е! Террористы в городе-е-е-е! - старикашка перешел на визг. Мишка поморщился.
- З-з-здохни! - и снова перевел взгляд на бывший 'жигуленок'.
Старикашка угомонился - ненадолго. Послышались странные звуки. Мишка медленно обернулся к старикашке. Кулаки сделали разминку - раз, два!
- Фига-а-а-а... - зачарованно произнес Мишка. Сегодня был день самообслуживания - старикашка старательно душил себя сам. Мишка даже засмотрелся. Старикашка упал на асфальт. Желтый кленовый лист стыдливо прикрыл выпученные глаза.
- Оба-на! - Шляпер подозрительно потыкал носком ботинка бывшего старикашку.
Мишкины мысли вперевалку обошли место действия. Вернувшись, доложили обстановку. Ночь. Улица. Фонарь. Догорающий 'жигуленок'. Жмур. Мишка Шляпер. Условный срок в дырявом кармане.
Вдалеке послышались знакомые переливы сирены.
- Менты, бля! - испуганным носорогом Мишка ринулся прочь.
Старикашка сплюнул с лица грязный лист и удивленно вытаращился на невредимый 'жигуленок'. Ключи приветливо болтались в замке. Ни старикашка, ни 'жигуленок' не стали дожидаться милицейского 'газика'.
Дырявая Мишкина куртяшка играла в салочки с разноцветными ажурными листьями, грязная улица погружалась в сон.
Мишка Шляпер тяжело дышал на лавочке возле детской песочницы. Мишкины мысли собрались на экстренный военный совет возле деревянного грибочка ядовитого цвета. Тяжело вздохнули, и...
- Фига-а-а? - Мишкин голос прозвучал жалобно и очень не по-Шляперски. В бугристый лоб врезалась первая мысль. Вторая. Третья. Первая мысль вылетела из Мишкиного затылка, привычно облетела вокруг головы, набрала разгон и еще раз протаранила Мишку. Второй мысли удалось задержаться в гулкой пустоте головы. Третья пошла на второй круг вслед за первой.
Мишка поднял голову. На его лице отразилось нечто. Мишка перевел взгляд на деревянный грибочек.
- Шоб ты сгорел! - сказал Мишка неуверенно, совсем не по-шляперски.
Грибочек удивлено таращился на Мишку слепыми мухоморными пятнами.
- Ни фига... - разочаровано выдохнул Мишка, тяжело поднялся - лавочка облегченно скрипнула и тихо ругнулась - и пошел домой. Спать.
Мысли о 'жигуленке', старикашке и ментах бродили по Мишкиной голове, время от времени искривляя шляперские губы. Сложная гримаса, в которой 'а если?' было причудливо переплетено с 'пофиг!', сменялась широкими зевками.
На стене Мишкиного дома, такие родные, белели большие пьяные буквы. Полустертая надпись уже десять лет напоминала всем о том, что 'Ж .знь - д...мо!'.
Мишка всхлипнул. Образ потерянного 'жигуленка' пронзил его безутешное сердце. Горько, сильно, с выражением, Мишка прочитал надпись, разделяя боль неизвестного автора. Плюнул, поднял ногу, собираясь припечатать плевок.
Послышался торжественный гул. Из-за угла появилась первая волна и разбилась о Мишкины ботинки. Вторая хищно потянулась к Мишкиным коленям. Характерный запах батогом ударил по лицу. Инстинкты подбросили Мишку и зацепили за пожарную лестницу. Третья волна жалобно всхлипнула и разбилась. Брызги заполнили пропуски в словах. Надпись на стене приосанилась.
Мишка дремал на пожарной лестнице и видел замечательный сон, в котором 'жигуленков' бесплатно меняли на 'мерсы', живые старикашки мирно шаркали по своим старикашкиным делам, а все знакомые менты передрались за право служить у Мишки в шоферах.
Когда Шляпер открыл глаза, ароматного озера под ногами уже не было. Лестницы и знакомой стены дома - тоже. Мишка немного полежал на чужом узком и неудобном диване. Закрыл глаза. Открыл. Лестница и стена так и не появились.
- Ментовка! - первая Мишкина мысль испуганным зайцем прыгнула по незнакомой обстановке.
- Ни фига себе ментовка! - вторая мысль бросилась вдогонку за первой.
Мишка поводил глазами по 'ни-фига-себе-ментовке'. Пыльные книги и потертый ковер на полу вызвали у Мишки Шляпера смутные подозрения.
- Библиотека? - растерянно проблеяла третья мысль. Мишка помотал головой. Третья мысль ухватилась за ухо и отказывалась убираться восвояси. Мишка помотал головой еще раз. И еще раз. Сдаваться было совсем не по-шляперски, но Мишку совершенно бесцеремонно оторвали от борьбы с непослушными мыслями.
- Как вырос-то, Мишенька, совсем большой стал!
Мишка подпрыгнул и чуть не упал на пол. Возле дивана сидела маленькая сморщенная старушка. Облокотившись на стол, она умильно смотрела на Мишку.
- Ну рассказывай, как живешь, что поделываешь?
- Не, ни фига! - твердо сказал Мишка, вспомнил вероломную старикашкину смерть, и решил молчать, как дохлый попугай. Так, на всякий случай.
Старушка поправила линялый платочек и ласково плюнула в Мишкину сторону.
- З-з-зараза! - в порыве справедливой жажды возмездия, Мишка кинулся было к старушке. И не смог даже пошевелиться. Руки и ноги не слушались хозяина, зато рот услужливо и подробно принялся рассказывать старушке про Мишкино житье-бытье. Мишка еще пару раз брыкнулся, а затем и сам заслушался.
Старушка, на которую Мишка время от времени опасливо поглядывал, улыбалась и кивала головой.
- Будешь брыкаться - руку сломаю. Понял? - все так же улыбаясь, спросила старушка, как только Мишкина биография была закончена. И Мишка почему-то сразу поверил, что действительно сломает. И кивнул.
Старушка дунула, и Мишкина рука тут же согласилась почесать макушку.
В настороженной тишине Мишка смотрел на старушку и пытался собрать вместе мысли, которые так и норовили разбежаться по пыльным углам комнаты. Старушка тоже смотрела на Мишку. И под этим взглядом Шляпер почему-то чувствовал себя очень неуютно.
- Значит так, внучек, - в старушкином голосе больше не было улыбки, - я - твоя пра-бабушка. По маминой линии. Звать меня будешь Марго. Это понятно?
Мишка усердно закивал головой.
- Я - ведьма. Это тоже понятно?
Мишка снова закивал.
- Если понятно, тогда повтори.
- Я - твоя прабабушка. Я - ведьма, - послушно повторил Мишка.
- Тьфу на тебя, - старушка беззлобно ругнулась и что-то пробормотала - Мишка не расслышал, что именно.
- Бабка твоя ведьмой не стала, отец ведьмаком не стал. А тут ты. Родственничек. Тьфу, - старушка сплюнула на пол. Ковер позеленел и задымился. Мишка, не дыша, смотрел, как прабабка рассеянно затаптывает плевок.
- Эх, а какие в наше время люди были... Какие люди... - старушка мечтательно закатила глаза. - Да если бы им да твои способности... Вот бы делов наворотили... вот бы делов... А этот, - прабабка с укоризною глянула на внука, - кучу... фу, даже не хочу говорить, чего наколдовал...
Мишка напрягся. От обиды мысли завертелись в голове жужжащим хороводом. Шляпер открыл рот. Подумал. Закрыл. Глубоко вдохнул носом затхлый воздух. И все-таки решился.
- Ни фига! Я еще старикашку... того... ну, это... совсем - того... - с легкой гордостью признался Мишка.
Прабабка нашарила на столе очки, водрузила на нос и внимательно посмотрела на Мишку:
- Что, правда что ли?
Мишка энергично закивал, подтверждая что да, правда.
- И за что ты его?
- Да так, - Мишка сделал неопределенный жест рукой, - под ногами путался.
Прабабка глянула на Мишку с некоторым уважением.
- И что - не жалеешь?
Мишка отогнал непрошенные мысли про ментов и условный срок в кармане.
- Не, ни фига!
Подумал и уверенно добавил:
- Не фиг!
- А то! - согласилась прабабка. - Думаешь, не зря я тебя сюда притащила?
- Ни фига не зря! - обиженно пробасил Мишка.
- И... эх-х-х! - прабабка одним движением сорвала с головы линялый платочек и... Мишка удивленно вытаращился на модельного вида девицу. Девица плавно поднялась со стула, на котором только что сидела старушка.
- Ну, чего смотришь? Пошли... внучек! - довольно хихикнула бывшая прабабка.
Комната с пыльными книгами, тусклым ковром и узким диваном оказалась всего лишь 'приемной'. Настоящее прабабкино жилище имело вид богатый и куда как более интересный. Разинув рот, Мишка Шляпер шарил глазами по вещам, которые до сих пор видел только в телевизоре.
- Что, нравится? - хохотнула девица.
Мишка замычал, подтверждая, что да, нравится.
- То-то же... Будешь слушать бабушку, тоже так жить будешь! Понял?
Мишка замычал с двойным усердием. И тут же об этом пожалел. Довольная прабабка принялась перебегать из одного угла в другой, выхватывать из шкафов и совать Мишке под нос какие-то фигурки и пестрые тряпки. Мишка старательно пытался их разглядывать, но скоро устал бегать по квартире за шустрой прабабкой.
- Куда ж тебя пристроить? - на бегу размышляла бывшая старушка. - С наркотой у тебя - как?
Мишка испуганно замычал и даже замахал руками.
- Вот и молодец! - прабабка угомонилась и теперь сидела прямо на столе и болтала перед Мишкой длинными практически голыми ногами. - Точно, к наркоте! Или... или к девочкам! С девочками у тебя как?
Марго увлеченно тараторила. Будущая Шпяперская карьера представлялась ей чем-то средним между жизнью гангстера, альфонса и графа Дракулы.
Мишка честно пытался представить себе, как будет выглядеть в смокинге и с пистолетом, но у него ничего не получалось.
- На фига? - грустно подумал Мишка. Какая-то назойливая мысль мешала смотреть на прабабкины ноги.
Мишка еще раз попробовал представить себе пистолет. И вдруг увидел... бублик. Не магазинную лакированную сушку - настоящий бублик. Мягкий, свежий. Посыпанный маком.
Мишка насупился и махнул головой. Бублик все так же маячил перед глазами. Сквозь бубликовую дырку были видны прабабкины ноги. Мишка протянул руку и взял бублик. Прямо из воздуха. Удивился и только собрался попробовать...
- Ни фига себе... - сказала прабабка. - Ты чего? А ну, брось каку!
Бублик полетел в угол комнаты на радость голодному таракану.
- Ты... ты... ты... - от возмущения Мишка никак не мог найти слов. - Метелка крашеная! - выпалил Мишка. Ничего более обидного в голову не пришло.
Прабабка даже пискнуть не успела. А Мишке если и было чего-то жаль, так это только обещанного пистолета. Все-таки хорошо, когда - пистолет. Мишка прикинул, получится ли превратить метелку в пистолет. Но потом решил, что пистолет из прабабки выйдет фиговый. Метелка так и осталась лежать на столе. В углу медленно таял бублик.
А Мишка пошел домой.
На стене дома красовалась все та же полустертая надпись. Шляпер совсем было собрался зайти в родной подъезд, как вдруг остановился и внимательно рассмотрел каждую букву. Затем насупился, закрыл глаза и высунул язык от усердия. Одна за другой, на стене сами по себе появлялись буквы.
Мишка открыл глаза и довольно хмыкнул. Под горьким анонимным 'Ж .знь - д...мо!' неизвестная науке сила большими уверенными буквами вывела: 'Ни фига!'