Аннотация: Небольшой эпизод из жизни Бэлсибела и Даши
Есть специфические вампирские черты характера. Они начинают проявляться, едва ты более-менее привыкнешь к новой системе питания. Ты перестаёшь бредить кровью, хотя уже и привыкаешь смотреть на людей не как на личности, а как на пункты меню в ресторане. Вот тогда и выясняется, что помимо голода в тебе есть ещё какие-то чувства и эмоции. Некоторые из них напоминают человеческие, некоторые же очень специфичны. Они и накладывают отпечаток на всё твоё мировосприятие, постепенно изменяя его и превращая тебя в существо, которое при ближайшем знакомстве покажется холодным, бесчувственным и расчётливым.
В частности, вампиры по-особенному относятся к инцесту. Кровные узы между вампиром и его новой "семьёй" оказываются гораздо крепче, чем связь между человеческими родителями и детьми, братьями и сёстрами и т.д. Создатель становится гораздо ближе, чем когда-либо была человеческая мать, а остальные его творения вызывают чувство привязанности или ненависти гораздо более сильные, чем могли вызвать единоутробные братья и сёстры.
При этом всём для остальных существ вы остаётесь, в общем-то, чужими. Они не понимают, насколько интимна близость между вампирами, связанными кровными узами. Потому формально в связи между создателем и созданием нет ничего предосудительного. Да и законы, писаные для людей, не имеют к нам никакого отношения. Тем не менее, человеческие установки, вколоченные в твою голову до того, как ты начинаешь питаться кровью, дают о себе знать. Как результат, тебя охватывает непонятный стыд за те чувства, которые внушает создатель. Я была вампиром уже несколько лет, но так и не сумела избавиться от неловкости за то, что так сильно любила обратившего меня. Меня никогда не учили ТАК думать об отце. Но никак иначе думать о нём не получалось.
Вампиров создают с разными целями. Меня обратили для того, чтобы любить. Хотя, думаю, даже если б не было кровной связи, я бы всё равно сходила с ума по Бэлсибелу. Он был слишком хорош, слишком уверен в себе, слишком могущественен, чтобы не заставить женское сердце усиленно биться. Но учитывая, что я была обращена им, моя привязанность стала прямо-таки болезненной, причиняющей почти физическую боль. Понимая это, мой создатель заставил меня сначала научиться контролировать свои эмоции, а уж потом позвал в свою постель.
Моё счастье было просто квинтэссенцией счастья как такового. Однако, мне всё же было несколько не по себе от того, что фактически я занимаюсь сексом с собственным отцом.
Не-вампирам этого не понять. Потому мне казалось, что я скрываю от них правду. Как будто не говорю, что моя любовь насквозь греховна и порочна. Хотя, это добавляло всем моим ощущениям такую остроту, что любые границы сметались, не успев появиться. В постели я вытворяла такое, о чём раньше даже думать не могла. Чего уж стесняться, если я и так отдаю своё тело собственному папочке? Да ещё и получаю от этого такое удовольствие!
Папа Бэлсибел отлично понимал мои чувства и откровенно наслаждался разжиганием того порочного пламени, которое каждый день заставляло всё ярче и неистовее сиять мои глаза.
- Знаешь, я тобой доволен, - сказал он однажды, когда мы ехали куда-то в его дорогом авто. - Из тебя получается шикарный вампир.
- Правда? - улыбнулась я, призывно на него глядя.
- А то! Очень часто новообращённые ноют и скулят. На тебя же приятно смотреть: уверенная в себе, всем довольная и умеешь наслаждаться всем, что даёт тебе твоё бессмертие. Я думал, что тебя, как минимум, лет тридцать придётся опекать. Но ты, кажется, уже совершенно способна позаботиться о себе сама.
- Надеюсь, ты не собираешься это проверять? - напряглась я.
- Предоставлять тебя самой себе - ни в коем случае, - хитро усмехнулся он, ласково поглаживая меня ладонью по коленке. - Мне совершенно не хочется долго обходиться без тебя и твоих особых умений. Но инстинкт воспитателя требует, чтобы я таки научил тебя жить в одиночестве. Мало ли, что может приключиться...
- Что ещё может приключиться? - удивилась я.
Он был неимоверно сильным вампиром, чьё существование длилось уже несколько тысяч лет. Учитывая то, что мало кому из нас удавалось перешагнуть тысячелетний рубеж, вряд ли в мире было много способных бросить ему вызов.
- Твоё задание - продержаться одну неделю в незнакомом городе, не попасть в неприятности и пожить в комфорте. Вариант ночевать в подвалах и по ночам пить бомжей не пройдёт.
Не успела я возразить, как вылетела из салона и со всего размаху вписалась во влажную землю.
- Бэлсибел! - то ли злобно, то ли растерянно заорала я, поднимаясь и отряхиваясь, словно большая дикая кошка.
Машина даже не остановилась, и вскоре исчезла из виду.
Бэлсибел не без умысла выкинул меня в поле, а не на покрытую асфальтом проезжую часть. Конечно, у меня были бы ссадины, но они очень быстро затянутся. А вот одежда оказалась бы порванной в лохмотья.
Я осмотрела себя. Пожалуй, слишком лёгкое для октября цветастое шёлковое платьице, бархатный пиджачок в стиле псевдо-милитари, шнурованные ботинки. Могло быть и хуже, хотя вытрусить грязь из всего этого, чтобы не стыдно было показаться на людях, вряд ли удастся.
Это усложняло задачу.
Проклиная всё на свете, я бросила это безнадёжное занятие, осмотрелась вокруг и на сверхскорости рванула к видневшемуся вдалеке мегаполису. Волосы растреплются, но какая разница? На мне всё равно грязное платье, а ботинки... Даже вампиру сложно промчаться по мокрой земле так, чтобы эта самая земля не наплипла на обувь. Жалкое зрелище. Я запрыгнула на ближайшую невысокую крышу так резко, что едва не проломила её.
Добраться по крышам до центра было гораздо проще, чем сходу определить, в какой, собственно, город меня занесло. Замерев на крыше четырнадцатиэтажки, я посмотрела вниз сквозь тьму. Обострённое зрение помогло мне сквозь мрак увидеть толпившуюся у ночного клуба молодёжь. Кто-то стоял прямо в лучах электрических прожекторов, некоторые курили в полутьме. Моё внимание привлёк стоявший у своей машины молодой человек с сигаретой. Кажется, он кого-то ждал, и это меня вполне устраивало. В кино часто показывают, с какой лёгкостью вампиры гипнотизируют своих жертв. На деле всё не так просто. По крайней мере, для новичков.
Я шагнула вниз, не без удовольствия вслушиваясь в свист в ушах. Люди даже не подозревают, насколько это круто - наслаждаться скоростью свободного падения, совершенно не опасаясь покалечиться. Слегка сгустив вокруг себя тьму, чтобы не бросаться окружающим в глаза, я направилась к приглянувшемуся мне молодчику.
- Привет, дорогуша, - решила я побыть вежливой.
До сих пор мне не доводилось убивать людей. Только других вампиров да напоенных их кровью упырей. Но кто знает, доживёт ли этот красавчик на хорошей машине до утра? Я была зла на Бэлсибела и, в то же время, не хотела его разочаровать. У меня не было абсолютно никакого настроения церемониться с людьми. В конце концов, это то же самое, что пытаться проявить излишнюю щепетильность к куриной ножке на твоей тарелке. Если ты и соблюдаешь благопристойность, поедая её, то уж точно не потому, что тебе стыдно перед мёртвой курицей. Просто правила хорошего тона для истинных леди ещё никто не отменял.
- Ты кто? - спросил молодчик таким хамовитым тоном, что сразу же отбил у меня желание быть вежливой.
- Какая тебе разница? - хищно усмехнулась я. - Ты не убежишь и ничего хорошего не дождёшься.
Одного движения хватило, чтобы прижать его к машине и лишить возможности сопротивляться. Темнота не мешала мне с ясностью видеть его глаза. Что ж, применим на практике полученные уроки. Нужно очень чётко сформулировать приказание, не позволяя жертве отвести взгляд, иначе не сработает.
- Отвечай честно: это твоя машина? - спросила я.
Тело парня обмякло, подчиняясь моей воле. Отлично! Мне удалось пробиться сквозь его сознание туда, где люди становятся беззащитными и безотказными.
- Моя, - кивнул он.
- А живёшь один?
Приказание отвечать мне честно теперь будет действовать до тех пор, пока мне самой или вампиру посильнее не придёт в голову позволить ему поступать иначе.
- Я живу в флигеле, а родители в доме. До них идти минуты три.
- Отлично, это мне подходит...
- Ты кто такая? - раздался голос позади меня.
Я обернулась. Там стояли две девушки. Одна из них так и источала возмущение. Очевидно, законная девушка моего незадачливого водителя. И ей совсем не нравилось, что какая-то девица так тесно прижимается к её мужчине.
- Делай всё, что я тебе скажу, - потребовала я, быстро обернувшись к парню и поймав его расфокусированный взгляд. - Вези меня к себе домой. А этой куропатке скажи, что она - шлюха, ты её больше не любишь, так что пусть убирается подальше. Можешь уточнить, куда именно.
- Игорь! - истерично завопила та. - Тебя и на секунду невозможно оставить, чтобы ты не подцепил какую-то потрёпанную гулёну!
- Заткнись, куропатка, - очень убедительно выпалил Игорь. - Ты - сама шлюха, я больше не желаю тебя видеть. Я сделаю всё, что мне скажет эта девушка!
Куропатка застыла с открытым ртом. Парень же открыл машину и сел за руль. Мне потребовалось всего две секунды, чтобы оказаться на переднем сидении, рядом с ним.
Несмотря на вопли брошенной девицы, мы отъехали от клуба и помчали куда-то в элитный пригород. Я была более, чем довольна. Раньше Бэлсибел делал всё сам. Я даже не подозревала, что быть вампиром и развлекаться в одиночестве может быть так весело!
Правда, на улице есть не следует. В таком большом городе обязательно есть свои ночные хищники, к которым я не посчитала нужным явиться на поклон. Они постараются максимально испортить мне жизнь, если узнают, что кто-то охотится на их территории, не испросив предварительного разрешения.
- Сбавь скорость! - потребовала я. - И дай мне свой кошелёк. И банковские карточки!
Парень был не слишком трезв. Елси его машина не впишется в столб, лично я не пострадаю. Но проблем может быть слишком много.
Он послушно отдал мне содержимое своих карманов. Так, наличности - в достаточном количестве. Отлично! Значит, мне попался мажорчик, и эта неделя вполне может пройти весело. Главное - избегать других вампиров.
- Пин-коды помнишь?
Он назвал мне цифры, которые я с лёгкостью запомнила. Вампирская память здорово облегчает жизнь.
- А теперь слушай, мой сладенький! Я поживу недельку у тебя. Как только мы будем приходить к тебе, ты будешь садиться в уголке и вести себя тихо. Единственное, что можно делать - это два раза в день кушать и раз в два часа ходить в туалет. Ах, да! Утром и вечером будешь принимать душ. Всё остальное время - молчать и не путаться под ногами. Понял?
- Понял, - с готовностью согласился он.
- И никому не говори, что я у тебя!
Едва он припарковался у своего флигеля, который оказался целым коттеджем, и мы вошли внутрь, я прижала "сладенького" к стене и впилась в его шею. Причиной тому был вовсе не голод. Просто он был таким беззащитным, что своей беспомощностью возбуждал аппетит. Прости, бедняжка. К концу недели ты будешь истощён.
Семь дней прошли отлично. Игорёк послушно сидел в углу, уставившись в одну точку, и не отвечал на телефонные звонки. Только один раз я заставила его ответить "любимой", потому что её назвоны мне надоели. Стоит ли говорить, что "любимая" узнала о себе много нового и уж точно неприятного? На какую-то долю секунды мне стало стыдно, что я рушу чьи-то отношения. В конце концов, у них могла быть любовь, а тут явилась вампирша, для который её сексуальный папочка решил устроить небольшой тренинг.
- Ладно, говори ей, пусть шурует сюда, - приказала я Игорю. - Только захватит несколько своих самых красивых платьев.
Куропатка, которую звали Виолеттой, явилась через полчаса. Её кровь на вкус оказалась довольно приятной, так что я решила позволить и ей остаться.
Вообще-то вампирской магией от меня разило за километр, что было не очень благоразумно. Ауру принуждения, которое я вовсю эксплуатировала на несчастной парочке, учуял бы любой мало-мальски взрослый вампир, проезжавший неподалеку. Мне просто повезло, что за неделю такого не произошло. Единственный, с кем пришлось столкнуться - это упырь. Оказалось, что он работает в соседней усадьбе охранником. Наверняка приглядывает для своих вампирских хозяев за денежными мешками. Такое явление достаточно распространено. Люди зарабатывают деньги, которые потом переводят на вампирские счета, и благополучно об этом забывают. Пройдясь по окрестностям, чтобы осмотреться, я сразу заметила этого упыря. Достаточно силён. Такие бывают у сородичей, которым лет пятьсот от роду. Я уложу его раньше, чем он ко мне приблизится. А мои способности для его чутья излучают слишком тонкие флюиды, так что главное - не увлекаться и надеяться, что его хозяева не появятся рядом в ближайшее время.
- Ребятки, - хлопнула я в ладоши, глядя на своих двух незадачливых влюблённых, которые сидели на диване, словно провинившиеся школьники, - у меня для вас сюрприз! Сегодня у вас будет секс. Дашеньке хочется немножко порно. Давайте, переспите-ка друг с другом. Хочу посмотреть.
- Прямо при тебе? - уточнила Виолетта без малейших эмоций в голосе.
- Конечно! Смысл стесняться!
Я рассчитывала развлечься, наблюдая за ними, и снимая процесс одновременно на два телефона - мой и Игорька. Однако, всё оказалось серо, тускло и скучно. Люди такие зажатые рамками условностей! Неужели и я когда-то была такой же стеснительной и неинтересной? Неужели мне нравились мужчины, неспособные даже на лёгкое отступление от правил? Да у них все позы взяты из интернет-пособий по горячему сексу, а стоны Виолетты - отрепетированы и выверенны, словно она воспроизводила их по нотам.
- Я так смотрю, ты действительно неплохо проводишь время, - услышала я знакомый насмешливый голос.
Не забыв нажать одновременно на две кнопки сохранения видеозаписей, я вскочила и бросилась в объятия любимого существа. Мой отец, мой любовник, мой учитель. Кажется, ещё никогда во мне не было столько благодарности за то, насколько он расширил границы моего мира и то, какими яркими красками он этот мир наполнил.
- Выглядишь как шлюха, - засмеялся Бэлсибел, касаясь моих губ нежным поцелуем.
- Виолетта посчитала, что это её лучшее платье, - объяснила я, отвечая ему таким же беззаботным смехом.
- Никого не убила?
- Нет. Не хотелось.
- Ну и ладно.
Он повернулся к голым влюблённым, которые всё так же послушно и монотонно двигались, пытаясь развлечь меня непристойным зрелищем, скучнее которого найти бы не получилось. В отличие от меня, ему не нужно было смотреть им прямо в глаза, чтобы использовать принуждение.
- Всё, ребятки! Забудьте обо всём, что случилось за последние семь дней. И живите счастливо.
И, захватив меня в объятия, он со сверхскоростью вылетел из коттеджа.
- Ты сделал им одолжение, - заметила я. - Вряд ли б они жили долго и счастливо, если б ты им не приказал.
- Ребяткам повезло, - пожал Бэлсибел плечами. - Мы ж не монстры какие-нибудь.
И взявшись за руки, мы отправились восвояси.